Вернутся к фанфику

Экстра

9 мая 2026, 11:49
      Четыре года спустя.              — Бин-Бин, вставай.       Дядюшка Сяо приходил будить ее уже второй раз, но четырехлетняя Бин-Бин недовольно зарылась глубже под одеяло и папенькин халат. Здесь было слишком тепло и уютненько, как в гнезде, чтобы вылезать, есть дурацкую кашу и идти в дурацкий детский сад.       — Я буду спать с папой! — пробубнила Бин-Бин и показала язык, но поскольку она лежала, уткнувшись лицом в отцовскую грудь, то немного лизнула его кожу.       И тут же начала плеваться: горько!       — Бин-Бин, какого черта ты делаешь? — родительская рука, прижимавшая ее к груди, поднялась вместе с одеялом, пропуская в уютное гнездышко утренний свет и прохладу.       — Фу, папа, ты борщишь!       Тонкие пальцы приподняли ее подбородок, заставляя заглянуть родителю в лицо, а потом принялись нещадно утирать ее слюнявый подбородок.       — Я похож на суп? Зачем ты меня облизывала? Сяо Синчэнь намазал меня лекарством! Синчэнь, она слизнула с меня мазь! Дай ей скорее…       — Успокойся, Инь Цзян, — дядюшка Сяо перехватил папину руку, и Бин-Бин шустро выскользнула из кровати, пока ее не заставили пить еще более гадкие лекарства. — Она просто показывала мне язык.       — Если ее будет тошнить, там в ящике лежат…       — Я знаю-знаю, не волнуйся. С ней все будет в порядке, просто отдыхай.       Пока дядюшка Сяо и папа привычно спорили о том, что Бин-Бин нужно двести тысяч лекарств на всякий случай, и чтобы они взяли в детский сад обязательно три запасных одежки, Бин-Бин убежала на кухню. Папенька не знал, но стоило ему отвернуться, как она снимала все лишние одежки, а иногда даже ботинки, и ходила так, «рискуя подхватить простуду». Этому ее научили соседские дети, которые сказали:       — Чего твой папа не видел — того и не было. Наденешь все обратно, когда пойдешь домой!       — Да, твой папа маленько перебарщивает, — сказал однажды господин Толстяк.       Бин-Бин запомнила это слово и при каждом удобно случае напоминала папе, что он «борщит», но папа все равно одевал ее в два ханьфу и давал запасное на случай, если она испачкается. Сегодня она самолично убедилась, что папа даже на вкус борщил, может, потому и заболел.       Так что на пути в сад, держась за руку дядюшки Сяо, она решила уточнить:       — Сяо-шу, папа болеет, потому что не надевал три ханьфу и не брал с собой двести тысяч лекарств в детский сад?       — Просто из-за того, что у твоего папы больше нет золотого ядра, он иногда болеет, как все обычные люди. Не переживай, он поправится через несколько дней и снова будет сам отводить тебя в сад.       — А где сегодня будет сад?       — У дяди У.       — Ура!!!       Детский сад у дяди У был самым любимым, потому что дядя У — тот который интересный, а не скучный, — учил их всяким классным штукам!       Например, на прошлой неделе дядя У после утренней прогулки рассадил их в комнате и сказал:       — Мои юные ученики! Сегодня этот достопочтенный Я научит вас делать петарды!       У Бин-Бин даже получилось, и она успела спрятать в трусы плоды своих трудов, прежде чем в дом вернулся господин Толстяк и все у всех отобрал. Не нашел только у Бин-Бин, так что после обеда она подорвала одну петарду в луже за домом, а другую — в навозной куче. Было столько шума и вони, что соседские куры разлетелись с кудахтаньем по всей округе, теряя перья! Всем понравилось, и Бин-Бин надеялась, что сегодня дядя У научит их чему-нибудь еще.       Но когда они пришли в дом без дверей, там оказался только господин Толстяк. Не только Бин-Бин, но и все остальные, знатно приуныли. Господин Толстяк давал им всякие учебные задания, чем навевал неимоверную скуку.       Поэтому, как только закончились утренние занятия и их выпустили на прогулку, она незаметно улизнула. Папа болел, и Бин-Бин хотела чем-нибудь его порадовать. Нарвать букетик цветов в поле за поселком или принести из леса ягод.       Так что, сбежав из-под присмотра Толстяка, она бодро затопала босыми ногами в сторону опушки, но, проходя мимо «запертого дома», заметила у дверей Юй-гэ. Дом назывался запертым, потому что там никто не жил и у местных детей было развлечением пытаться вскрыть входную дверь. Замок ни в какую не хотел поддаваться.       — Тот, кто откроет эту дверь, станет обладателем любого сокровища, которое только сможет пожелать! — рассказывал один из старших детей дяди Вэня.       Пока что никому не удалось добыть сокровищ, но все периодически старались. Се Цзиньюй сегодня был один и старательно колупал дверь какой-то пластиковой штукой. Бин-Бин вдруг подумала: что, если она откроет дверь и сможет найти золотое «что-то там» для папы, про которое иногда говорили взрослые? Тогда папа не будет болеть и борщить, и ей не надо будет носить три ханьфу и ботинки.       Она подошла поближе, внимательно рассматривая, как Юй-гэ пихает между дверью и косяком какой-то прямоугольник. Он старательно сопел, Бин-Бин посопела рядом, но дверь так и не поддалась.       — Я видел в кино, как банковской картой вскрывают замки, — Юй-гэ уныло взглянул на потрепанную черную карту, с которой потерпел неудачу. — Мне ее дядя Сюэ как-то дал.       Бин-Бин покрутила в руках карточку, вернула Юй-гэ и достала из своей сумочки последнюю петарду.       — Я хочу попробовать, мне нужно сокровище для папы.       Она засунула петарду в щель вместо карточки и подожгла. Они с Юй-гэ отбежали подальше. Хлопнул маленький взрыв, но дверь так и осталась заперта — только обуглилась немного там, где была петарда. Бин-Бин подергала ручку, даже повисела на ней, и в конце расстроено пнула дверь ногой.       — Тьфу! Дурацкий дом.       Они вышли обратно на дорогу и не торопливо двинулись в сторону опушки. Юй-гэ часто вместо того, чтобы ходить в школу, ходил к дедушке Е в огород. Наверное, и сейчас шел туда, но по дороге решил попытать счастье с дверью.       — Какое сокровище ты хотела получить для папы? — пиная камушки такими же босыми грязными ногами, как и у Бин-Бин, он решил поддержать разговор.       — Сяо-шу сказал, что папа болеет, потому что у него нет золотого… — чего ж он там потерял-то? — золотой горошины!       — Горошины?       — Ну да, чтобы не борщить…       Бин-Бин тяжко вздохнула, пиная свой камушек так, чтобы в следующий раз его мог пнуть Юй-гэ, но тот внезапно схватил ее за плечо.       — Постой-ка! А я знаю, где золотое ядро доктора Яня! — Юй-гэ обернулся и с улыбкой посмотрел на Бин-Бин, его глаза за темными стеклами очков сверкали.       — Ого! И где? Пойдем скорее заберем его!       Юй-гэ призадумался на минутку.       — Но это надо ехать на автобусе в город…       — Поехали! Я хочу прокатиться на автобусе!       — Ну, давай попробуем, — Юй-гэ посмотрел на карточку в своей руке. — У нас сегодня есть это. Если на ней будут деньги, мы сможем уехать! В городе весело!       Они пошли к единственной остановке автобуса, которая находилась за дорогой, ведущей из поселка. Бин-Бин, как и все остальные, иногда ходила посмотреть на остановку, но к ней никак нельзя было пройти. Однажды с детьми дяди Вэня они просидели там весь день, просто смотря на то, как периодически приезжает автобус и забирает людей.       Но сегодня они смогли выйти прямо на остановку! Бин-Бин едва могла устоять на месте, поглядывая на стоящих тут же людей, хватаясь за руку Юй-гэ и радостно пища:       — Поедем на автобусе!       — Навестим моего гэгэ! — довольно сказал Юй-гэ.       Когда приехал автобус и они вошли внутрь, Юй-гэ, как знающий, приложил карточку к какой-то штуке на входе, и та пикнула зеленым светом, пропуская их внутрь. Бин-Бин завороженно посмотрела на водителя автобуса с небритым унылым лицом (как он мог быть таким унылым, водя АВТОБУС?!) и зашла в салон. Это было лучшее приключение в ее жизни!       

      ***

             Телефон Фэй Ду тренькнул пришедшим сообщением ровно в тот момент, когда он крикнул:       — Холодильник! — но было поздно.       Ло Вэньчжоу, ругающийся с кем-то по телефону, открыл дверцу. Холодильник издал звуки умирающей техники и в одночасье сдох.       — Блядь! Твою мать! — послышалась ругань. — Это не тебе…       Фэй Ду, разбиравший в гостиной по коробкам свои учебники, тяжко вздохнул. Очередной технике в их доме настал каюк, а значит, из суммы, которую они откладывали на отпуск, снова придется вычесть. Такими темпами максимум, куда они смогут съездить — в гости к родителям, где их бесплатно покормят.       Последние полгода эти казусы случались настолько регулярно, что они уже сменили всю технику в доме, при чем некоторую дважды, что пробило знатную дыру в семейном бюджете.       После того, как они сошлись четыре года назад, в один из вечеров Тао Жань решил расспросить Ло Вэньчжоу о его сомнительных сверхспособностях:       — Электричество мигало, лампочки взрывались. Ты ничего такого не помнишь?       Казалось, что-то действительно происходило тогда. Даже Фэй Ду припомнил, как однажды в подъезде так удачно погас свет, и Ло Вэньчжоу спрятался от него за колонной. Про все остальные случаи он не знал, так что тоже с любопытством посмотрел на своего партнера.       — Что вы на меня так смотрите? Я, по-вашему, мутант какой-то, или что? Хватит чушь придумывать!       Однако дома они с Фэй Ду даже попытались поэкспериментировать.       — Только пальцы в розетку не суй, ладно, Ло-гэ?       — Просто смотри, — с максимально сосредоточенным лицом Ло Вэньчжоу ткнул пальцем в край телевизора, и в комнате тут же погас свет.       Фэй Ду буквально подскочил на месте, пока Ло Вэньчжоу не заржал и не включил свет обратно, подло прикрыв выключатель рукой.       — Твой гэгэ крут во всем, но все еще не капитан Электричество.       И Фэй Ду был этому несказанно рад! Ему очень хотелось, чтобы их жизнь, наконец, стала нормальной: без супермиражей, ноль-эмпатов и уж тем более сверхспособностей.       Такой она и была последние четыре года. Самой счастливой, спокойной и адекватной. Даже страшно: вдруг это сон?       Фэй Ду поступил в университет, хоть и с горем пополам, но учился старательно, так что на последнем курсе был рекомендован для прохождения стажировки в спецотделе. Фэй Ду надеялся, что после выпуска они с Ло Вэньчжоу смогут работать вместе, хотя муж был этому не слишком рад.       — Почему ты не хочешь вести частную практику, как госпожа Пань? Сможешь консультировать спецотдел, если у него будет потребность! Я не хочу, чтобы ты постоянно крутился рядом с опасными личностями.       — Самая опасная личность в спецотделе — это ты, родной, — Фэй Ду целовал его в небритую щеку и старался всячески убедить, что его место рядом не только дома, но и на службе.       Хотя Ло Вэньчжоу не хотел, чтобы Фэй Ду снова был как-то связан с преступным миром, пусть и самым законопослушным образом, он не мог отрицать, что они были прекрасной командой, понимающей друг друга с полуслова. Сложнее было подобрать партнеров лучше, чем родственные души, которые наладили тесный душевный контакт.       В спецотделе были готовы закрыть глаза на некоторые события… Ло Вэньчжоу смог год назад дослужиться до капитана, заняв место отошедшего от дел шефа Яна. А значит, на работе Фэй Ду будет чувствовать себя как дома:       — У тебя дома дедовщина, — уточнил как-то Чжоу Хуайсинь — единственный человек, с кем Фэй Ду умудрился до сих пор поддерживать общение.       — Только при моем старике этого не говори.       — Что это вы там обсуждаете? — Ло Вэньчжоу всегда был тут как тут с ушами на макушке, выглядывая из кухни.       — Обсуждаем вопросы неравенства, — крикнул Фэй Ду из гостиной, где они с Чжоу Хуайсинем чахли над учебниками: брат заставил Хуайсиня поступать, хотя никто не видел в этом особого смысла — учился тот через пень-колоду.       Впрочем, Фэй Ду все устраивало. Все четыре года обучения он ждал выхода на работу, чтобы перестать висеть на шее Ло Вэньчжоу студенческим грузом. Еще немного — и он оставит статус иждивенца!       А учитывая события последних месяцев, вопрос стал максимально актуальным. Ни с того, ни с сего та непонятная суперспособность Ло Вэньчжоу, о которой упоминал Тао Жань, снова начала проявляться, да и еще и самым скверным образом. Стоило Ло Вэньчжоу вспылить, как что-нибудь в их доме перегорало, при чем насовсем. Впрочем, если с негативными эмоциями они учились справляться на психотерапии, то как быть с тем, что однажды после бурной ночки они оставили без света весь подъезд?       — Нам теперь не трахаться?! — Ло Вэньчжоу хлопнул ладонью по столу, и из тостера пошел подозрительный вонючий дымок…       Выходило так, что стоило его эмоциям чуть переплеснуться через край, как случалось что-нибудь каверзное. Для такого человека, как Ло Вэньчжоу, оставаться в состоянии эмоционального равновесия было делом не из легких. Он вспыхивал быстро и горел ярко — и потушить этот огонь психологическими практиками не представлялось возможным: нельзя перекроить характер человека…       Они даже обратились к методам нетрадиционной медицины, надеясь найти кого-то похожего на доктора Яня. Один старик, прослушав пульс Ло Вэньчжоу, сказал, что у него искажение ци.       — Как-то нам ставили такой диагноз, но это было давно. С тех пор все изменилось, мы с партнером больше не порознь, — уточнил Фэй Ду.       — Ваша ци синхронизирована, это так. Но у господина Ло внутри что-то чужеродное нарушает пульс.       — Чужеродное? — Ло Вэньчжоу прижал ладонь к животу. — Хотите сказать, у меня в животе чужой?       — У него глисты? — Фэй Ду решил, что приземленный вариант более вероятен.       Дед едва не закатил глаза, что-то начирикал на бумажке и шлепнул перед ними с оскорбленным видом.       — Вот. Пейте эти пилюли, возьмете в ларьке моей супруги напротив. Через месяц придете.       — Может, мне тыквенных семечек погрызть? Говорят, они выводят паразитов, — глядя на целый пакет каких-то пилюль, травяных сборов и прочей херни, которой они набрали в ларьке, Ло Вэньчжоу с сомнением покосился на Фэй Ду.       На всякий случай они полузгали тыквенных семечек вместе и дали лекарство от глистов Ло Иго, но несмотря на все усилия, традиционные и нет, техника в доме продолжала умирать.       Лето уже вступило в свои права, надвигалась июльская жара — остаться без холодильника было никак нельзя, поэтому расстроенные они решили ехать в торговый центр, где в магазине дешевой бытовой техники у них уже была скидочная карта.       — Я вот что подумал, — Фэй Ду решил внести предложение: — Тебе нужно выпускать пар. Поехали завтра за город, на озеро. Найдем для тебя такое дело, чтобы ты выплеснул эмоции где-то подальше от нашего дома и безопасно.       Ло Вэньчжоу обернулся к нему с пассажирского сиденья (дабы не лишиться еще и машины, Фэй Ду садился за руль сам) и ухмыльнулся:       — А твоя задница выдержит такую нагрузку?       — Боишься, что у меня в позвоночнике случится замыкание?       — В психиатрии же есть шоковая терапия.       — Уверяю, любимый, ее делают не через задницу.       Пока они, посмеиваясь, болтали обо всякой чепухе, телефон Фэй Ду продолжал сыпать сообщениями.       — Кто там тебе написывает?       — Понятия не имею, — видя, что Ло Вэньчжоу тянется к мобильнику, Фэй Ду поспешил его остановить: — А! Хочешь, чтобы я тоже сменил свой смартфон на кнопочный кирпич? Сам посмотрю потом.       В последний раз телефон Ло Вэньчжоу едва не взорвался в его руке, поэтому пришлось временно использовать старый кнопочный, который годился только для звонков, зато более стойко переносил хозяйские всплески неведомых сил.       На светофоре Фэй Ду наконец взглянул на экран и нахмурился.       — Что за ерунда…       Сообщения были от банка. Его телефон завалило смс-ками о списании средств с карты.       — Что случилось? — Ло Вэньчжоу, которому уже видно было в боковое окно торговый центр, куда они еле ехали из-за пробок, отвлекся.       — Кто-то пользуется моей банковской картой…       — Ты потерял карту? — Ло Вэньчжоу вытащил из его сумки кошелек, в котором все было на месте.       Они вопросительно переглянулись. Пока поток машин стоял, Фэй Ду пролистал последние операции — списывалась какая-то мелочевка в странных местах: ларек с мороженым, игровые автоматы, магазин сладостей, магазин игрушек, поездка на автобусе…       — Как будто дети пользуются. Погоди, этот магазин игрушек разве не в торговом центре, куда мы едем? — Фэй Ду показал ему одну из последних смс-ок.       Ло Вэньчжоу пожал плечами.       — Надо позвонить и заблокировать карту.       — Я даже не пойму, что за карта, с которой идет списание.       После смерти Фэй Чэнъюя Фэй Ду досталось не так уж много. Большую часть состояния, которым владел президент Фэй, признали полученной незаконным путем и арестовали, что-то в суматохе успели разворовать его ушлые партнеры и подельники, удравшие за границу… Можно сказать, что Фэй Ду остался с голой задницей. Тогда же он привел в порядок свои счета: аннулировал старые карты, положил наследство на вклад. На его единственную банковскую карту теперь падали только проценты, которыми он оплачивал учебные расходы, и деньги от Ло Вэньчжоу на бытовые мелочи.       И как какая-то карта могла попасть в руки детям?..       — Раз уж мы в торговом центре, и они тоже — может, попробуем их найти? На карте не так много денег — как все кончатся, они уйдут.       Поездка за холодильником внезапно обернулась небольшим расследованием и погоней. Они отыскали магазин игрушек, где в последний раз была совершена покупка, и Ло Вэньчжоу достал у кассы значок.       — Что за дети у вас тут расплачиваются чужими картами?       Перепуганная продавщица поспешила позвать менеджера.       — Какие-то деревенские детишки: мальчик лет десяти в черных очках и девочка в старомодном ханьфу. Оба босые и немного чумазые, купили набор водяных пистолетов.       Ло Вэньчжоу и Фэй Ду переглянулись.       — Где тебя успели ограбить деревенские детишки? — Ло Вэньчжоу обернулся к менеджеру. — Покажите записи с камер?       Вглядываясь в монитор, Фэй Ду сказал, что едва ли где-то в своем окружении в последнее время видел детей, если не считать сынишку Тао Жаня. А потом мальчик поднял взгляд на камеру и улыбнулся, и Фэй Ду почувствовал, как у него внутри все переворачивается и сердце пускается в пляс:       — Это же А-Юй! Сын господина Се!       — Да не может быть.       — Это точно он! В очках, босиком, как обычно весь чумазый! Да присмотрись! Они вернулись!       С тех пор, как он видел своих странных друзей в последний раз, прошла целая вечность. Теперь, когда жизнь Фэй Ду была обычной (ну, почти), тот год, в который он познакомился с Жуань Наньчжу, У Се и семьей Цветочка, лагерь, уроки по созданию бомб, психиатрическое отделение Сюэ Яна и все остальное — казались чем-то нереалистичным. Поначалу он надеялся, то Жуань Наньчжу и У Се как-нибудь свяжутся с ним, или они случайно столкнутся в городе, но время шло, никаких вестей от их не было, и Фэй Ду перестал скучать, лишь иногда вспоминая о старых знакомых.       Он не ожидал вот так однажды увидеть на камере торгового центра А-Юя!       Монитор внезапно погас, и менеджер засуетилась, не понимая, что происходит.       — Что ж, спасибо, за помощь. Мы пойдем… — Ло Вэньчжоу, который разволновался следом за Фэй Ду, уловив его эмоции, случайно положил руку на монитор, и несчастный скончался.       Пока их не заставили платить за сломанную технику, они поспешили убраться прочь из магазина. Списания с карты прекратились, поэтому было непонятно, куда пошли дети, но теперь они знали кого выискивать в толпе.       — Может, они пошли в детский игровой центр? — Фэй Ду кивнул в сторону игровой зоны, находящейся напротив магазина, но Ло Вэньчжоу взял его за руку.       — Погоди, они пистолеты водяные купили. Тут же где-то есть фонтан.       К тому времени, когда они прибежали к фонтану, водная битва уже была окончена. Кругом были лужи, валялись те самые пистолеты и чьи-то мокрые игрушки. Парочка мамаш отчитывала своих детей, расходилась толпа зевак, пока молодые девушка и парень в форме охранников уводили промокших хулиганов за руку прочь.       — Постойте! — Фэй Ду едва не поскользнулся на луже, которая образовалась благодаря стараниям двух мокрых босоногих грязнуль, но Ло Вэньчжоу успел его подхватить.       Охранники обернулись, дети тоже.       — Тенек-гэ! — А-Юй радостно замахал ему рукой, приветствуя, а потом посмотрел на девочку: — Я же говорил, что они сами нас найдут.       Девушка-охранница хмуро уставилась на Фэй Ду и Ло Вэньчжоу.       — Это ваши дети? Они залезли в фонтан и обливали водой посетителей. Вам придется заплатить штраф.       — Мы похожи на родителей этих засранцев? — Ло Вэньчжоу бросил грозный взгляд на мелкое хулиганье. — Но мы знаем их родителей.       Девушка нахмурилась еще больше.       — Если вы не родители, то дети пойдут с нами. Позвоните их матери или отцу, чтобы за ними пришли.       — Я с вами не пойду! Я пришла за горошиной своего папы! — девочка внезапно укусила держащего ее за руку мужчину и, пока тот тряс рукой, подбежала к Ло Вэньчжоу и протянула ладонь. — Отдавай, а то и тебя укушу.       Пришлось Ло Вэньчжоу снова доставать свой значок, объяснять, что он работает в полиции и сам со всем разберется. Охранникам не особо хотелось возиться с парочкой хулиганистых детей, и, раз уж перед ними стоял капитан из спецотдела, им не было смысла спорить и добавлять себе лишнюю работу по поиску их родителей.       — А-Юй, вы здесь одни? Где господин Се? Почему ты опять босиком? — Фэй Ду осмотрел мокрого босоногого пацаненка, но тот ничуть не был смущен своим ужасным видом, как и в шесть лет.       — Папа дома. Я привел сюда Бин-Бин, чтобы она могла забрать золотое ядро у дяди Ло для своего папы.       — О чем это ты? — Ло Вэньчжоу, рядом с которым все еще с протянутой рукой и насупленным лицом стояла Бин-Бин, опустил взгляд на ее протянутую руку.       — Юй-гэ рассказал, что папа дал тебе свою горошину, чтобы ты не умер. Теперь мой папа болеет и борщит — верни горошину обратно. Я не хочу надевать три ханьфу.       Пока Ло Вэньчжоу пытался сложить детские претензии в целостный рассказ, Фэй Ду осознал: они нашли источник их проблем!       — Бин-Бин, твой папа — доктор Янь?       Бин-Бин перевела на него хмурый взгляд, и Фэй Ду подумал, что и ответ не нужен: выражение лица у маленькой девочки было точь-в-точь как у ее отца.       — Папа тебя тоже лечил?       — Эй, козявка, — Ло Вэньчжоу присел перед ней на корточки и дернул ее за нос, — видно, что доктор Янь не учил тебя вежливости. Не умеешь со старшими разговаривать! Где твое уважение? Я тебе не мальчик, чтобы мне тыкать.       Бин-Бин какое-то время внимательно смотрела Ло Вэньчжоу в лицо, а потом сказала:       — Дедушка, не могли бы вы вернуть золотой горох моему папе?       Фэй Ду прижал ладонь ко рту, но не смог сдержать рвущийся изнутри смех. Сердце Ло Вэньчжоу было разбито.       — Какой я тебе дед?! Вздорная девчонка!       — Любимый, успокойся, ты орешь на весь торговый центр… — Фэй Ду попытался его урезонить, похлопывая по плечу.       — Чтоб ты знала, деточка, мы с твоим папашей ровесники!       — Вовсе нет! Мой папа молодой и красивый! — Бин-Бин топнула ногой, разбрызгивая грязь и воду, натекшую с ее ног, прямо на штаны Ло Вэньчжоу. — Вредный дед, отдай папину горошину!       Она уже хотела броситься вперед и укусить Ло Вэньчжоу за коленку, но А-Юй ее перехватил.       — Бин-Бин, он же не может просто ее достать. Надо пойти к доктору Яню, чтобы он ее сам забрал. Дядя Ло, золотое ядро вам больше не нужно, может, вы поедете с нами в поселок?       Ло Вэньчжоу хотел возмутиться, но Фэй Ду перехватил его локоть.       — Поехали, идем в машину.       И потащил его и А-Юя в сторону парковки.       У них не было детского автокресла, а Бин-Бин, которую Ло Вэньчжоу на улице поднял на руки, чтобы она не топала по грязной парковке босиком, отказалась с него слезать, так и усевшись на переднем сиденье у него на коленях.       Пока Фэй Ду усаживал сзади А-Юя и сам садился за руль, она отыскала в бардачке игрушку сяо Цзе. И спросила уже не так зло:       — А где ваш ребенок? Он в садике?       — Откуда у нас взяться ребенку, маленькая засранка? Ты не видишь, что мы оба мужчины?       — Ну, и что? — Бин-Бин посмотрела на Ло Вэньчжоу так, будто он сморозил чушь, а потом добавила: — Это потому, что ты старый и у тебя уже есть внуки, как у деда Е?       Фэй Ду с мольбой на лице обернулся к Ло Вэньчжоу:       — Прошу, Ло-гэ, если ты сожжешь наш аккумулятор, мы никуда не доедем.       Ло Вэньчжоу вдохнул сквозь зубы и выдохнул, и улыбнулся Бин-Бин, как оскалился:       — Солнышко, если твой папа тебе не рассказывал, откуда берутся дети, то вот что я тебе скажу…       — Я знаю, откуда берутся дети. Я уже взрослая. Они берутся из папиного живота, — она ткнула Ло Вэньчжоу в живот игрушкой Тао Цзе и нагло вздернула бровь.       Фэй Ду внезапно вспомнил первый визит доктора Яня в летний лагерь, когда тот уточнил, зачем его позвали, раз беременных тут нет, и заерзал, выруливая с парковки на шоссе.       — У вас семейная гендерная слепота, я так понимаю, — Ло Вэньчжоу решил больше не спорить с маленьким ребенком, крепко удерживая ее на коленях и не давая вертеться.       — Так, куда ехать, А-Юй? Ты можешь назвать адрес?       А-Юй оторвался от колупания водяного пистолета.       — Адрес? Просто поехали домой.       Фэй Ду и Ло Вэньчжоу переглянулись. Замечательно… Если А-Юй не знал, куда ехать, то у них были большие проблемы, но они не успели запаниковать, как Бин-Бин ткнула пальцем в сторону остановки.       — Вон наш автобус!       — Надеюсь, вы помните, как выглядит ваша остановка… — пробормотал Фэй Ду, выезжая на полосу за общественным транспортом.       — Кстати, откуда вы взяли карточку, которой расплачивались в магазине? — Ло Вэньчжоу строго посмотрел на А-Юя в зеркало заднего вида, надеясь смутить мальчишку, но тому не за что было чувствовать себя виноватым.       — Мне ее дядя Сюэ подарил давно.       Точно! Когда-то Фэй Ду дал Сюэ Яну банковскую карту в обмен на странные амулеты, от которых был один вред! Карта была оформлена не на него, но к ней был привязан телефон Фэй Ду для пополнения, поэтому ее и не оказалось в системе банка.       — А-Юй, а Сюэ Ян живет там же, где и вы?       — Дядя Сюэ живет с нами в одном доме, — сказала Бин-Бин, с деловым видом осматривая все вокруг из окон машины.       — С тобой и с твоим папой? — уточнил Фэй Ду.       — Со мной, с моим папой, с моим вторым папой и с дядей Сяо.       Ни одной женщины в доме — не удивительно, что девочка росла невоспитанной грубиянкой, как ее отец и дядюшка, так же не отличавшийся мягкостью характера. Фэй Ду не стал спрашивать ее о матери, вдруг та умерла, а не просто покинула семейство.       — А… Жуань Наньчжу…       — Жуань-шу тоже катал нас на машине.       На лице Фэй Ду расплылась счастливая улыбка. Может, Жуань Наньчжу уже и забыл его, раз за все эти годы ни разу не связался, но встретиться все равно будет неплохо. Они расстались, не успев даже попрощаться.       — Тенек-гэ, — А-Юй отвлекся от своего пистолета, — дядя Жуань тебя два года искал за дверями. Потом папа Хэй сказал, что ты сам объявишься, когда время придет, и он перестал.       — Как будто он не знал, где я живу… — пробормотал Фэй Ду, стараясь не отвлекаться от дороги.       — А как узнать, когда время придет? — Бин-Бин обернулся к А-Юю.       — Когда придет, тогда и узнаешь, — философски заключил А-Юй и вернулся к колупанию водяного пистолета.       — Разве твой папа — не Се Юйчэнь? — Ло Вэньчжоу тоже обернулся к А-Юю, но тот в ответ только ага-кнул и решил не углубляться, а потом его голова оказалась между передних сидений.       — Дядя Ло, а у тебя есть полицейская отмычка?       — Есть, а что?       — У нас есть дом, который никто не может открыть. Может, ты попробуешь?       — Предлагаешь вскрывать чужое жилье? А ты знаешь, что за это можно и в тюрьму на десять месяцев присесть?       — Это ничейный дом, там никто не живет.       — У него все равно есть владелец, который однажды приедет и надерет задницы тому, кто лазил в его жилье.       Поняв, что от Ло Вэньчжоу ничего не добиться, А-Юй приуныл. Вскоре Бин-Бин затыкала пальцем, показывая на остановку, и Фэй Ду свернул на проселочную дорогу. Синьчжоу остался позади, они оказались в сельской местности. Вдалеке виднелся странного вида поселок.       Они почти добрались до ближайших домов, когда машина Фэй Ду внезапно заглохла и отказалась заводиться. Он многозначительно посмотрел на Ло Вэньчжоу, но тот пожал плечами — это явно был не он.       — Думаю, здесь недалеко. Пошли пешком.       — Да, тут рядом!       Они выбрались наружу. Фэй Ду на всякий случай взял свою сумку с их вещами: надо же будет как-то расплачиваться с доктором Янем за услуги…       Бин-Бин выкрутилась из рук Ло Вэньчжоу, не давая себя тащить, но согласилась идти, держась за руку, невозмутимо шлепая босыми ногами по камням и песку. Ее мокрое ханьфу на солнышке почти сразу высохло.       На окраине находились два совсем сельских дома с большими огородами, и Фэй Ду удивился, что неподалеку от города можно встретить таких фермеров. На одном из участков росла раскидистая яблоня — они с Ло Вэньчжоу сразу же зацепились за нее взглядами. Уж больно…       — Похожа на ту, что росла у лагеря…       — Привет, Чу-гэ! — дети помахали рукой куда-то в сторону яблони, но сколько Фэй Ду ни вглядывался за забор, так никого и не увидел.       Они почти зарулили в поселок, когда внезапно наткнулись на стоящего посреди дороги…       — Фу Шэнь?! — пришла очередь Фэй Ду и Ло Вэньчжоу восклицать одновременно.       Бин-Бин и А-Юй подняли на них вопросительные взгляды и слегка поклонились застывшему посреди дороги мужчине.       — Дядя Ли, а вы почему тут стоите?       Человек, к которому обратились «дядя Ли», лицом был точь-в-точь Фу Шэнь, который так и не вернулся в Синьчжоу, но иногда они с Ло Вэньчжоу все еще переписывались. Только у дяди Ли волосы были до пят, вместо привычной современной одежды ханьфу, в руках — корзина с продуктами, а подол халата странно топорщился. На лице дяди Ли читалась вселенская заебанность.       — Играю в прятки.       — Это ж не Фу Шэнь, ведь да? — Ло Вэньчжоу слегка толкнул локтем Фэй Ду в бок.       — Это ты с ним спал, а не я. У меня еще спрашиваешь…       — А вы водите или прячетесь? — уточнил А-Юй, заинтересованно глядя на подол его ханьфу, под которым что-то (кто-то?) шевелилось.       — Прячу, — он перевел приунывший взгляд с Фэй Ду на Ло Вэньчжоу. — Новые жильцы?       — Нет, просто детей привели назад из города, — уточнил Ло Вэньчжоу.       — А… — дядя Ли внезапно встрепенулся. — Только пельмени здесь не ешьте. Кстати, Бин-Бин, доктор Янь тебя обыскался. Уже весь поселок на ушах стоит. Иди быстрее домой.       Бин-Бин почти закатила глаза и возмутилась.       — Я же по делу ходила! Вот, папин горох принесла домой!       — Пойдем, Вэньчжоу, надо бы ее быстрее отвести к отцу, а то доктор Янь и так добротой не отличается… — Фэй Ду потянул мужа за собой, но, проходя мимо дяди Ли, они все равно буквально вытаращились на его лицо.       — А вы, часом, все-таки не Фу Шэнь? — Ло Вэньчжоу не выдержал.       — Я, часом, Ли Ляньхуа, — ответил Ли Ляньхуа и наконец задрал свой подол. — Ну все, хватит прятаться, пошли домой!       Из-под его одежек высунулись две одинаковые девчачьи моськи, с хихиканьем помахали Бин-Бин рукой и зарылись под родительское ханьфу еще глубже.       — Пап, неси ногой…       — Неси…       — Я сам еле иду! Вылезайте!       — А папочка нас носит.       — Вот с ним и ходите на рынок!       Ли Ляньхуа с детьми остался припираться на дороге, пока они уходили все дальше. Ло Вэньчжоу задумчиво почесывал подбородок, пока все-таки не сказал:       — У Се и Жуань Наньчжу всегда говорили, что Фу Шэня зовут Ли Ляньхуа.       — А у дяди Ли два мужа! — сказала Бин-Бин, и Фэй Ду с Ло Вэньчжоу резко подняли взгляд друг на друга, чуть не развернувшись обратно. — И еще у них раз, два, три… — девочка посчитала на пальцах и показала Фэй Ду раскрытую ладонь: — Вот столько детей.       — Пять?!       — Ага, — поддакнул А-Юй.       Нет, едва ли это был Фу Шэнь.       — А как зовут его мужей? — Ло Вэньчжоу все-таки решил докопаться до правды, собираясь на обратном пути отыскать этого Ли Ляньхуа, но А-Юй не успел ответить.       Они вырулили на центральную улицу, где стоял какой-то шум, и вынуждены были остановиться. Прямо на них как танк пер У Се, склонив голову, размахивая взад-вперед какой-то сумкой и непрестанно ругаясь:       — Бля, отвяжитесь от меня! Че вы за мной ходите? Вы не мои спиногрызы! И жрать у меня нечего, я сам голодный!       — Дай-дай-дай!       — Корми!       — Кушать!       — Папа!       — И мне!       Следом за У Се тащилась толпа детей возрастом лет от трех до восьми, разной степени чумазости и растрепанности. Кто-то из них был одет в одежду посовременней, кто-то в такие же ханьфу, как и Бин-Бин, кто-то и вовсе натянул на себя не пойми что. Девочки, мальчики и чумазеки непонятного пола старались не отставать, преследуя У Се, галдя и хихикая друг с другом.       — Хватит орать, вы разбудите этого мелкого! Я только его укачал! — У Се прикрикнул на них (громче всех детей вместе взятых), и они разом заткнулись, но вовсе не потому, что испугались У Се, продолжающего размахивать сумкой так, словно собирался зашвырнуть ее в кусты.       А потому что все уставились на Ло Вэньчжоу и Фэй Ду.       Фэй Ду нервно сглотнул: он резко запонимал чокнутого У Се — эта толпа в самом деле выглядела пугающе…       — Наконец-то тишина! — У Се развернулся и едва не врезался в них. — Встали посреди! Дорога для вас одних что ли прокладывалась? Еще мой дедушка… — У Се начал было возмущаться, когда внезапно осознал, кто перед ним стоит, и тоже потерял дар речи.       Не перестал только размахивать сумкой — на автомате.       — У Се? — Фэй Ду все-таки на всякий случай уточнил, а то первый человек, встретившийся им здесь, хоть и выглядел, как Фу Шэнь, но вроде бы им не был (но это не точно).       Растерянность на лице У Се сменилась радостной улыбкой:       — Фэй Ду, братан!!! Наконец-то ты приехал к своему шифу!       Он продолжал размахивать сумкой, поэтому не мог подойти и обняться, хотя явно намеревался это сделать. Вдруг с его лица слетело все веселье, и он в ужасе уставился на Фэй Ду, снова перейдя на труднодоступный для понимания язык чокнутых:       — Бля, только не говори, что ты того! Ты че этого?! Блядь, ну я же говорил тебе, чтобы вы не это самое! Ну все, капец! Сочувствую тебе, братан! — У Се едва не разрыдался, и Фэй Ду протянул руку, чтобы похлопать его по плечу для утешения, но вместо этого ему внезапно всучили сумку: — На вот, тренируйся! Все, пока!       И У Се дал такого стрекоча прямо сквозь кусты, что все закашлялись от поднятого им облака пыли.       Фэй Ду опустил взгляд на сумку и чуть не словил инсульт, осознав, что внутри:       — Там что ребенок?!       Они поспешно опустили сумку на землю и раскрыли пошире, чтобы убедиться, что внутри лежит мирно спящий младенец, замотанный в какие-то тряпки.       — Где он его взял?! — Ло Вэньчжоу обернулся к остальным детям, которые с любопытством рассматривали незнакомых взрослых.       — Дома, где ж еще, — уточнила одна из чумазых девчонок постарше, в ханьфу, сшитом из разноцветных лоскутов.       — У кого? — Фэй Ду не знал, взять ли младенца на руки, рискуя разбудить, или лучше оставить в сумке, хотя это выглядело как-то не очень.       — У себя. Это его ребенок, — А-Юй тоже заглянул в сумку, ничем не смущенный. — Надо отнести его дяде Толстяку, а то он проснется и будет орать.       Младенец и в самом деле заерзал, открыл глаза и закатил ор на всю улицу. Дети тут же наигранно похватались за уши и с криками и визгами бросились прочь.       — Пошли играть в закрытый дом!       — Кто последний — тот дурак!       С гоготом и топотом они пронеслись мимо, поднимая пыли больше, чем У Се. Одна из девочек крикнула:       — Бин-Бин, тебя папа ищет!       А еще одна, самая маленькая и прилично одетая, остановилась и, не обращая внимания на умчавшихся товарищей, посмотрела внимательно на Фэй Ду, пока Ло Вэньчжоу пытался укачать орущего младенца.       Она застенчиво улыбнулась ему и спросила:       — Можно кое-что сказать?       Вообще-то количество детей, которых надо было вернуть в руки родителей все увеличивалось, и времени на болтовню с каждым не было, но Фэй Ду все равно присел рядом с ней на корточки.       — Что ты хотела?       Она наклонилась к уху Фэй Ду и прошептала:       — А я видела тебя на фотографиях с папой.       Но прежде, чем он спросил, кто ее отец, девочка умчалась прочь за остальными.       — Давайте сначала орущего отнесем! — Ло Вэньчжоу усиленно качал ревущего младенца. — А-Юй, показывай дорогу.       Когда-то У Се сказал, что Фэй Ду сразу узнает его дом, и так оно и получилось. Собственно, это был единственный дом, в котором не было ни ворот, ни входной двери, ни вообще хотя бы одной двери в обозримом пространстве. Зато просторный холл в доме, посреди которого стоял саркофаг, был заполнен галдящими взрослыми. Кажется, все они собрались здесь, поэтому Фэй Ду и Ло Вэньчжоу не встретили на улице никого, кроме Ли Ляньхуа.       Судя по крикам, тут уже начался самый настоящий скандал. Доктор Янь, растрепанный и красный, вцепился в Толстяка и тряс его за грудки как грушу, хотя комплекцией уступал последнему раза в два.       — Если с моим ребенком что-нибудь случиться, я из тебя свиной суп сварю и потрохами накормлю уличных собак!       — Успокойся, Инь Цзян, ну, куда ей деваться из поселка? Она наверняка где-то играет, — высокий и худой мужчина с повязкой на глазах пытался оттащить доктора Яня за одну руку.       — Ее ищет весь поселок, ты своей истерикой только себе хуже делаешь! — за другую руку его оттаскивал господин Се.       Черных Очков и Чжан Цилина не было видно — скорее всего они были среди тех, кто отправился на поиски Бин-Бин. Зато здесь же на стуле сидел и лениво обмахивался веером Вэнь Кэсин, которого Фэй Ду однажды видел: складывалось ощущение, что он просто заглянул на огонек послушать скандал — разве что семечек не хватало. Он же первым заметил вошедших в дом Фэй Ду и Ло Вэньчжоу с тремя детьми и лениво махнул в их сторону веером.       — А! Хватит голосить, Инь Цзян, вон твоя Бин-Бин пришла! Еще и привела с собой каких-то проходимцев.       Инь Цзян бросил душить Толстяка и обернулся. Лицо у него было красным, глаза дикими, халат надет сикось-накось, торчащие во все стороны волосы добавляли безумства облику, так что Фэй Ду, держащий Бин-Бин за руку, постарался не отпрянуть.       — Доктор Янь…       — Бин-Бин! — перестав обращать внимания на кого бы то ни было еще, Инь Цзян пронесся фурией через холл, подхватил свою дочь на руки и стиснул в объятьях. — Куда ты ушла, а? Ты хоть представляешь, как я за тебя переживал?       Со стороны Бин-Бин слышались какие-то сдавленные писки.       — Задушишь сам сейчас своего ребенка! — снова крикнул Вэнь Кэсин.       Ло Вэньчжоу, пользуясь случаем, поспешил передать орущего младенца Толстяку, и тот убрался с ним куда подальше, пока Инь Цзян не решил наброситься на него второй раз.       — А-Юй, — Се Юйчэнь одернул пиджак и подозвал сына к себе. — Где вы были? Это ты увел Бин-Бин?       — Бин-Бин хотела вернуть своему папе золотое ядро. Я отвел ее к дяде Ло и Фэй-гэ.       Фэй Ду прокрался к Ло Вэньчжоу, стараясь сильно не мельтешить перед глазами очумевшего перепуганного папаши — он не хотел быть придушенным, как Толстяк.       — Пап… — Бин-Бин едва высвободилась из стальных тисков родителя, — ну, не борщи опять! Я на пять минуточек отходила.       — На пять! — доктор Янь встряхнул ее как мешок с картошкой. — Вас полдня не было! Где ты была? Где ты встретила этих придурков?! Ты ходила на дорогу?! За дверь? Лазила в запертый дом?!       Наконец, слегка бешеный взгляд Инь Цзяна метнулся к застывшим Фэй Ду и Ло Вэньчжоу, которые не были ни в чем виноваты, но рисковали попасть под горячую руку. Доктор Янь и так их не особо жаловал…       Ло Вэньчжоу даже руки поднял на всякий случай.       — Мы нашли Бин-Бин и А-Юя в торговом центре в Синьчжоу: они баловались в фонтане. Мы сразу привезли их домой.       — Что ты делала в Синьчжоу? Как вы туда добрались? — Инь Цзян снова затряс Бин-Бин, и та тяжко вздохнула.       — Пап, ну, на автобусе же. Я поехала за твоим золотым горохом!       — Каким горохом? Ты с ума сошла?! Ты помнишь, что я тебе говорил?..       Доктор Янь присел дочери на уши, и все в комнате начали слегка вздыхать. Похоже, Бин-Бин регулярно доставался пакет нравоучений по поводу и без, поскольку держалась она так же упрямо, как и папенька, продолжая гнуть свое.       Пока отец и дочь спорили, их с Ло Вэньчжоу отвел в сторону слепой мужчина. И Фэй Ду внезапно понял, что он был точной копией доктора Яня! Близнецы? Двойники? Они с Ло Вэньчжоу молча переглянулись, но ничего не сказали.       — Извините, Бин-Бин единственная дочь Инь Цзяна, и он о ней очень переживает. Это правда, что золотое ядро доктора Яня у вас? Могу ли я прощупать ваш пульс? Я даочжан Сяо Синчэнь.       Настала очередь Фэй Ду пихать напряженно застывшего Ло Вэньчжоу под локоть. Они оба чувствовали себя здесь не в своей тарелке: хотя Фэй Ду был рад встретить старых знакомых, это место было слишком странным.       Тонкие бледные пальцы господина Сяо коснулись запястья Ло Вэньчжоу, на какое-то время мужчина замер, а потом слегка кивнул.       — Вы можете извлечь это? — Фэй Ду с трудом верил в существование чего-то вроде золотого ядра, но если здесь могли помочь справиться с недугом его партнера, то не важно во что он верил: лишь бы их дом прекратил искрить от перегрузки электросети.       — Стоп-стоп, не надо из меня ничего извлекать! — Ло Вэньчжоу попятился. — Хватит с нас народной медицины!       — Эй! Ты обещал, что отдашь моему папе горошину, старый обманщик! — звонкий голос Бин-Бин разнесся по комнате, и она обвинительно ткнула пальцем в Ло Вэньчжоу.       Если Фэй Ду и надеялся, что отец осадит ее за невоспитанность, то он ошибся. На них уставились два хмурых недовольных лица: отца и дочери.       — Какая нелегкая вас сюда занесла? Что опять? — доктор Янь раздраженно подошел к ним и грубо схватил Фэй Ду за запястье, какое-то время зло таращился ему в лицо, вызывая желание убраться подобру-поздорову из этого места, пока их тут не прикопали, потом откинул его руку и заявил: — Ты здоров. Можешь рожать хоть сейчас!       Где-то позади Ло Вэньчжоу закатил глаза. Фэй Ду нервно улыбнулся.       — Спасибо, за консультацию, доктор Янь. Мы принесли вам обратно ваше золотое ядро. Еще раз спасибо, что спасли нам жизнь.       — На хрен мне это ядро? Это, по-вашему, что, горячая картошка, которой перекидываться можно? — он схватил за запястье Ло Вэньчжоу, пробуравил его таким же злым взглядом и обернулся к Сяо Синчэню. — Вытащи и выброси, — а потом внезапно улыбнулся им с Фэй Ду злодейской улыбкой: — Заранее поздравляю.       Ничего не объяснив и больше не обращая внимания на остальных, он унес Бин-Бин прочь.       В доме сразу стало светлее и теплее, и все облегченно выдохнули. Из кухни с опаской выглянул Толстяк:       — Он ушел? Я думал, мне конец! Уже увидел свет в конце туннеля!       На руках у него сидел ребенок с бутылкой молока, он больше не орал и вопросительно осматривал толпу собравшихся.       — А-Юй, надо было сказать кому-то, куда и почему вы уходите, — господин Се хмуро смотрел на сына.       — Я думал, мы быстро, пап.       — Прошел весь день, доктор Янь очень перепугался.       — А-а-а! Погодите-ка, я вспомнил тебя! — господин Вэнь прищурился и ткнул веером в сторону Фэй Ду снова. — Ты тот пацан из машины! Фэй Ду!       Ло Вэньчжоу обернулся к нему:       — Смотрю, ты местная знаменитость прям.       Фэй Ду нервно дернул уголком губ.       В конце концов господин Сяо предложил Ло Вэньчжоу пройти в другую комнату. Фэй Ду хотел пойти с ним, но господин Се убедил его, что это быстро, а Фэй Ду пока может посидеть с ними и выпить чаю. И рассказать, что с ним случилось за последние несколько лет.       У самого Фэй Ду вопросов было куда больше, но он был младше и был вынужден отвечать первым, пока они усаживались за… саркофаг, потому что стола в комнате не было.       — Да его дети сломали, — заявил Толстяк, как ни в чем не бывало расставляя чашки прямо на крышке гроба.       — Фэй Чэнъюю вынесли приговор и отключили от аппарата жизнеобеспечения, мы его кремировали и похоронили на кладбище поселка, в котором он родился. Я не получил почти никакого наследства, так как его накопления были изъяты судом и частично выплачены пострадавшим. Даже жилье было продано. Я живу с Ло Вэньчжоу на правах кота, — он слегка усмехнулся в свою чашку и дополнил уже более бодро: — Но в этом году я закончил университет и выхожу на работу в спецотдел в качестве криминального психолога.       Толстяк и господин Се как-то странно переглянулись, а господин Вэнь хлопнул веером по столу и, слегка наклонившись в сторону Фэй Ду, сказал:       — Ишь какой самоуверенный малый! А правду говорят, что твой муж уже ел пельмени?       — Да что это за байка с пельменями? Может кто-нибудь объяснить? — Фэй Ду уже порядком достала дурацкая пельменная загадка.       — Да нет, ничего, я так просто спросил, — Вэнь Кэсин внезапно сдулся и принялся таскать из тарелки с угощеньями какие-то оладушки.       — Нет-нет, ничего, — господин Се отмахнулся.       — В конце концов, если бы чего, так уже бы чего, не так ли? — Толстяк придвинул к нему тарелку с оставшимися оладьями, но Фэй Ду решил на всякий случай ничего тут не есть, а то «мало ли чего» тут не только с пельменями.       Может, и чай зря пил?..       — Ну, да, — господин Се и Толстяк снова переглянулись, и Вэнь Кэсин, продолжающий уплетать оладушки в одиночку добавил:       — Но ведь у них было золотое ядро доктор Яня.       Все переглядывались друг с другом, и Фэй Ду уже хотел поставить чашку на стол… на крышку, чтобы вытрясти из этих загадочных личностей ответы на свои вопросы, когда внезапно из гроба постучали. Это было так неожиданно, что Фэй Ду отшатнулся и пролил на себя чай.       — Там что, покойник?!       Толстяк цокнул языком, и все поспешили убрать свои чашки с крышки.       — Да Братец там отдохнуть лег, я совсем забыл! Все, можешь выходить!       Крышка саркофага поднялась, и изнутри как ни в чем не бывало вылез Чжан Цилин. Посмотрел на Фэй Ду, молча кивнул, здороваясь, и вернул крышку гроба на место. Фэй Ду успел увидеть, что внутри была самая настоящая койка: матрас, подушка и одеяло… и детские игрушки, заныканные по углам. Осмотревшись, Чжан Цилин заметил, что среди гостей не нашлось У Се, и сказал, что пойдет поищет его.       — Он убежал в кусты, — уточнил Фэй Ду, а потом обнаружил, что рядом с ним стоит Ло Вэньчжоу.       — Вы пили чай на крышке гроба, из которого только что вылез Чжан Цилин?       — И ты присоединяйся! — сказал Толстяк и поставил еще одну чашку для Ло Вэньчжоу.       — Ты как? — Фэй Ду поспешил взять мужа за руку, с тревогой касаясь не только его ладони, но и души, но все… было хорошо.       Ло Вэньчжоу улыбнулся.       — Даочжан Сяо сказал, что теперь моя ци течет по меридианам так, будто я только вчера родился!       — За это стоит выпить! — Вэнь Кэсин поднял чашку с чаем, будто в ней было вино, и опрокинул в себя. — Поздравляю с переездом!       — Мы куда-то переезжаем? — Ло Вэньчжоу обернулся к Фэй Ду, но тот пожал плечами.       Он хотел спросить у господина Се, где бы они могли найти Жуань Наньчжу, когда с улицы послышался топот, а потом кто-то, запыхавшись, влетел в двери дома.       — Явился не запылился, — закатил глаза Вэнь Кэсин, лениво поднимаясь и собираясь покинуть место, где закончилось все интересное.       На этот раз Фэй Ду поднялся тоже.       На Жуань Наньчжу был костюм, но от бега его галстук и рубашка сбились, волосы растрепались, а пиджак он и вовсе, похоже, где-то потерял. Он так несся сюда, боясь опоздать, что его ботинки и брюки покрылись дорожной пылью, которую он сам же и поднял.       — Фэй Ду!       — Наньчжу!       Так крепко Фэй Ду обнимал только Ло Вэньчжоу, который сейчас сверлил его спину ревнивым взглядом. Пусть знает, каково было Фэй Ду смотреть, как они с Тао Жанем едва не лобзаются при нем и живой невесте — дружки, а! А они с Жуань Наньчжу всего лишь обнялись после того, как не виделись пять лет!       Казалось, что и не было их… Что только вчера Фэй Ду сидел в холле клиники, задыхаясь от боли, а Жуань Наньчжу испуганно убегал прочь, оставляя его одного. Наверное, поэтому им обоим так нужно было закрыть это неприятное расставание новой встречей.       — Святые небеса, я так долго тебя искал! Сотню дверей обошел, пытаясь вас найти и узнать, все ли в порядке! Цветочек сказал, что, когда они уходили, все закончилось хорошо, но прошло так много времени, а вы все не приходили…       — Я думал, Бай Цзе забыла свою школьную подружку, — Фэй Ду усмехнулся куда-то ему в ухо и наконец разжал объятья.       Они с улыбкой смотрели друг на друга. Ло Вэньчжоу где-то позади закатывал глаза и раздраженно наливал себе чай.       — Подружки не разлей вода со школы, — шепотом уточнил Вэнь Кэсину и продемонстрировал: — в туалете красили друг другу губы.       — Между прочим, — уточнил Фэй Ду, — это из-за того, что ты хотел ходить на свидания с Пэй Су, мне твои коллеги намекали, что ты мне изменяешь с какой-то девкой.       Ло Вэньчжоу сморщил лицо и тоненьким голоском передразнил:       — Изменяешь мне с какой-то девкой! — потом ткнул пальцем в Жуань Наньчжу. — Все ты виноват! Я тебе уши так и не надрал!       — Пф, — Жуань Наньчжу усмехнулся, — спорю, ты был занят кое-чем с малышкой Пэй Су.       Пришлось Фэй Ду еще раз повторить историю о том, как они сюда попали с Ло Вэньчжоу, и что Сяо Синчэнь забрал у него золотое ядро, которое, видимо, доставило им в последнее время неприятности.       — Кто сказал тебе, что мы здесь? — Фэй Ду вопросительно уставился на приятеля.       — Сяо Цянь, — поймав их растерянные взгляды, Жуань Наньчжу уточнил: — Это моя дочь. Она узнала тебя на улице.       — Смотрю, все здесь очень семейные, — Ло Вэньчжоу прислушался к детскому гаму, доносящемуся с улицы, и посмотрел на Фэй Ду. — Тебе не кажется, что нам уже пора домой, детка.       В самом деле вечерело, а они так и не добрались до магазина и остались без холодильника. Если поедут сейчас — может, успеют попасть до закрытия.       — Я вас провожу, — Жуань Наньчжу повел их по соседней улице.       — Наньчжу, может, увидимся завтра или на неделе? У меня есть пара недель перед выходом на работу, — Фэй Ду ужасно хотелось наверстать упущенное: узнать побольше о том, как они с Линь Цюши жили все это время.       — Приходи в гости, мы живем в доме напротив У Се, — они остановились у дома с качелями, и Жуань Наньчжу кивнул в сторону здания.       — Это ваш дом? — Ло Вэньчжоу скрестил руки на груди. — По сравнению с «Северной звездой» выглядит так себе.       — Это ваш. Мой по другую сторону.       — Что? — Фэй Ду уставился на Жуань Наньчжу, и тот растерянно почесал в затылке.       — Эм, а вы еще не переехали?       — Ты купил здесь дом? — Ло Вэньчжоу заглянул Фэй Ду в лицо.       — Да когда? Во время чаепития на саркофаге?       — Разве у тебя нет ключа? — Жуань Наньчжу тоже уставился на Фэй Ду, и тот почувствовал себя каким-то преступником.       — Да какого клю?.. — когда внезапно его словно прошило током, и они с Ло Вэньчжоу одновременно воскликнули:       — Ключ!       Он едва не выронил сумку, копошась внутри в поисках ключницы. Жуань Наньчжу был прав! У него был ключ! Ключ, который оставила в конверте его мама для Ло Вэньчжоу. Ключ без бирки, надписи и какой-либо записки. Ключ от двери, которую они так и не нашли!       Фэй Ду вытащил на свет божий дубликат, который так и не снял со своей связки, надеясь однажды отыскать замок, к которому он подойдет.       Да не может быть, чтобы это был ключ от дома в таком месте! Как он мог оказаться в руках у Ши Нань?       — Чего застыл? Давай откроем! — Ло Вэньчжоу топтался рядом, жаля Фэй Ду нетерпением.       Они втроем поднялись по ступеням. Дверь в районе замка была знатно потрепана, потерта, покоцана и даже имела следы подрывной деятельности. Похоже, замок не раз пытались взломать.       Жуань Наньчжу виновато уточнил:       — Ну, местные дети пытались открыть эту дверь ради спортивного интереса…       — Судя по следам от взрыва, У Се тоже, — сказал Фэй Ду.       — Да У Се недалеко ушел по уровню развития от местных детей, — Ло Вэньчжоу подтолкнул его руку с ключом к замку.       Фэй Ду поднес ключ к скважине, замер на секунду и наконец вставил его в отверстие. И повернул. Раздался громкий щелчок. Они с Ло Вэньчжоу переглянулись, и тот схватился за ручку, распахивая дверь.       Позади послышался дружный детский вздох, заставивший обернуться всех троих. Толпа местных чумазых детей собралась на улице, во все глаза таращась на них, как на пришельцев.       — Никто не мог отпереть эту дверь. Дети придумали легенду, что тот, кто сможет открыть дом, получит какое-нибудь сокровище.       Ло Вэньчжоу поспешил заграбастать Фэй Ду в свои объятья и прошептать ему на ухо, ревниво поглядывая в сторону Жуань Наньчжу:       — Ты мое сокровище.       К детям подошел Линь Цюши, за руку ведя сяо Цянь. Он приветливо помахал Фэй Ду и Ло Вэньчжоу и обернулся к детям:       — Чего все здесь собрались? Дед Е зовет вас ужинать, хватит носиться.       — Дядя Линь, они открыли запертый дом!       — Дядь Линь, а это кто?       — Дядь Линь, дядь Линь, а можно у вас в приставку поиграть после ужина?       — А Бин-Бин, правда, ездила в город?       — А…       Галдеж достиг базарного уровня, Линь Цюши окружили, атакуя вопросами, и Жуань Наньчжу сказал:       — Вынужден пойти на помощь своему мужу. До встречи завтра, Фэй Ду. Хватит галдеть, мелочь пузатая!       Огромной шумной компанией они ушли на соседнюю улицу, оставив Ло Вэньчжоу и Фэй Ду одних на пороге дома. Какое-то время они еще стояли в объятьях друг друга, наслаждаясь наступившей тишиной после безумного денька.       — Поехали домой. Завтра разберемся, — Фэй Ду запер дверь обратно, успокоенный наконец тем, что нашелся ответ на последнюю загадку.       Ну, почти.       — Мы должны вернуться и проверить сработало ли лечение даочжана Сяо! — твердо заявил Ло Вэньчжоу, так и не пожелавший отпускать Фэй Ду из объятий, поэтому они неспешно пошли по проселочной дороге обратно к своей машине.       — Только давай проверять на тостере, он хотя бы стоит недорого!       — Хочешь, чтобы я жарил хлеб вместо того, чтобы жарить тебя? — Ло Вэньчжоу возмущенно фыркнул ему в ухо и запустил горячую ладонь ему под футболку, оглаживая поясницу.       — Капитан Ло, на людях домогаетесь студента! — Фэй Ду вильнул задом, пытаясь сбросить наглые пальцы, готовые залезть ему под резинку штанов.       — Молодого специалиста. Моего будущего подчиненного, — Ло Вэньчжоу со смехом куснул его за мочку уха.       — Теперь наши отношения перейдут в стадию домогательств на рабочем месте.       — Имею права домогаться своего муженька на любом месте!       — Давай дотянем хотя бы до дивана.       Так они и сделали. Едва дотянули. Все-таки воздержание еще никого до добра не доводило — и если не коротило электричество, то коротило мозги. Они успели позабыть, что несчастный диван с прошлого раза начал скрипеть и хрустеть в неположенных местах, и нынче после их страстных развлечений просто развалился. Лежа на покосившемся мебельном инвалиде в обнимку, они тяжко выдохнули.       — Ну, хотя бы ничего больше не перегорает, — оптимистично заметил Фэй Ду, выводя на груди Ло Вэньчжоу пальцами замысловатые узоры.       — Придется потратиться на новый диван.       — Может, в новом доме есть диван получше…       Им бы стоило перебраться в душ и на кровать, но было слишком лениво, Фэй Ду уютно растянулся в тесном алькове между Ло Вэньчжоу и покосившейся спинкой. Через несколько минут в комнату зашел Ло Иго посмотреть, что натворили кожаные, и увидев, что мебель не на своем месте, принялся истошно орать.       Ло Вэньчжоу попытался отмахнуться от кота, но тот завозмущался еще громче. Фэй Ду вспомнил, что где-то между подушек была запрятана кошачья игрушка и пошарил в щели рукой, но вытащил только какую-то карточку. Присмотревшись, он понял, что это тот самый снимок УЗИ, который сто лет назад он случайно всосал в пылесос, потом хотел рассмотреть, но в ходе уборки где-то потерял. Тогда Фэй Ду решил, что его выбросили, но, похоже, он просто провалился между диванных подушек.       — Как это оказалось в кошачьей переноске?       — Что это? — Ло Вэньчжоу удобнее устроился подбородком у него на макушке, рассматривая снимок.       — УЗИ ребенка.       — Наверное, Тао Жань или Чан Нин обронили.       — Здесь подписано, — Фэй Ду поднес снимок ближе к глазам и почувствовал, как вытягивается его лицо.       В углу распечатанного снимка значилось: «У Се, двадцать девять лет, срок тридцать недель». Фэй Ду перевернул снимок и только сейчас обнаружил, что здесь же ручкой была начиркана явно впопыхах записка.       «Предохраняйся, если не хочешь так же. Твой парень ел пельмени! Братан У Се».       Фэй Ду поднял голову, чтобы встретиться с таким же охуевшим взглядом Ло Вэньчжоу, и опустился обратно щекой ему на плечо.       Какое-то время лежали молча, слушая истошные вопли Ло Иго.       — Да ну, что за бред! — Ло Вэньчжоу взял снимок и бросил куда-то на пол, недовольно обнимая Фэй Ду всеми конечностями.       — У У Се бредовое расстройство, — кивнул Фэй Ду, удобнее укладываясь в объятьях Ло Вэньчжоу и утыкаясь носом ему в грудь.       — Вот именно!       — Да.       И уже в полусне вспомнил слова Вэнь Кэсина: «Но ведь у них было золотое ядро доктор Яня».       Интересно, что бы это могло значить?..

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!