Не твоё тело

Рейна часто задавалась вопросом: есть ли жизнь после смерти? Что такое смерть, если не начало чего-то нового? Узнавать это на практике, конечно, не хотелось, но кто спрашивал желание простой смертной? Рейна с трудом приходила в себя. Её разбудил болезненный импульс собственного тела – что-то током кольнуло в ноге изнутри. Как будто тело, уставшее от неподвижности, решило само достучаться до замутнённого сознания. Девушка вдохнула – отрывисто, неуклюже, как будто разучилась это делать. Тело дёрнулось в очередной раз. – Паллада? – раздался приглушённый мужской голос. Рейна не знала ни имени, ни говорившего человека. Мысли, пытаясь вырваться из тягучего застойного болота, вновь поползли по голове, пытаясь нащупать память. Выходило слабо – девушка не могла сориентироваться и понять, что с ней произошло. – Она приходит в себя! – произнёс женский голос. – Я же говорила, что всё будет хорошо. Чья-то холодная ладонь коснулась её руки. Этот простой жест словно связал тело Рейны с реальностью. Веки – тяжёлые, свинцовые – мелко затрепетали в тщетной попытке открыться. Девушка поморщилась, стараясь взять контроль. Не прошло и секунды, как она открыла глаза. Сухое сено, на котором она лежала, покалывало шею. Над головой возвышался деревянный потолок с неровно забитыми досками – сквозь них виднелось звёздное небо. Рассеянный взгляд Рейны не сразу уловил самое главное, наиболее живое во всей этой картине – бледное лицо мужчины с вьющимися светлыми волосами и красными глазами. – Паллада! Ты слышишь меня? – спросил незнакомец взволнованно. «Эльф?» – только и могла подумать дезориентированная девушка. Она не ответила. – Дай ей время, – ответил второй голос. Взгляд сам собой метнулся ко второму лицу, что находилось в изголовье – беловолосая девушка с яркими зелёными глазами внимательно наблюдала за Рейной. Главой Тёмного Братства. Мысли, наконец, соединились с памятью, медленно вытаскивая из неё нужную информацию. Чем больше Довакин приходила в себя и начинала понимать, что происходит… нет, это совершенно не согласовывалось с правдой. Внутри всколыхнулась резкая волна паники – где Рейна очутилась? Она села одним рывком, вот только тело не было к этому готово – её прошило острой болью, из-за чего Слышащая застонала. – Не надо так резко, – сказала незнакомка, мягко обхватив её за плечи. Она медленно уложила девушку обратно, а мужчина стал заботливо гладить её по волосам. Рейна окончательно потерялась. – Где… я? – произнесла она слабым голосом. Нет, не просто слабым. Не своим. Она прекрасно помнила, что её голос был выше и мягче, а этот – низкий и грубый. Он даже в горле ощущался неестественно! Рейна прокашлялась, надеясь, что это изменит ситуацию. – Что за… – сказала она всё тем же чужим голосом. Тело пришло в беспокойство, отражая то, что происходило с мыслями Слышащей – они разгонялись, сталкивались друг с другом и приходили в полнейший хаос. – Тише-тише… – прошептал мужчина. Рейна дёрнулась от неожиданности, её рука взметнулась вверх, но стоило ей попасть в поле зрения, как она замерла. Буквально застыла. Девушка осознала – это была не её рука. Но как тогда она шевелит ей? Ладонь оказалась мелкой, удлинённой и… без мозолей? Цвет кожи также отличался, хоть в полутьме это было сложно разобрать. – Что-то… что происходит? – Слышащая вновь попыталась встать, но люди удержали её. Тогда она закричала и стала биться, потерявшись в ощущениях. Боль от движений, попытка вырваться, прикосновения неизвестных ей людей и клокочущий страх вперемешку с яростью – всё это стало единым, тошнотворным чувством. Рейна почти перестала видеть. Взгляд стал туннельным, замутнённым – картинка смазывалась также, как и эмоции. – Гейл! – крикнула незнакомка. – Паллада, всё хорошо! Это я, посмотри на меня! – обратился к ней мужчина. Рейна не хотела этого делать. Чужое имя резало слух. Чужое тело билось в панике. Она не знала, сколько эта карусель продолжалась, но к ним присоединился кто-то ещё. Он произнёс что-то неясное, и руки его вспыхнули светом. Рвущееся сознание Рейны, подпавшее под магическое воздействие, погрузилось во тьму, как опустевшая на долгие года комната.             Второе пробуждение Рейны оказалось более спокойным. Рядом с ней по-прежнему сидел красноглазый незнакомец с вьющимися белыми волосами. Было всё ещё темно, сквозь просветы в потолке мерцали звёзды. Возможно, Слышащая слишком устала, чтобы чувствовать опасность. Или где-то на краю сознания скользила едва уловимая мысль о том, что её бы уже давно убили, если бы хотели? В конце концов, у этих людей были все возможности. Сколько она пролежала без сознания? Дышать было тяжело. Грудная клетка не желала двигаться, поэтому Рейна дышала очень поверхностно. Наконец, она переборола удушающую слабость и заставила тело сделать глубокий вдох. Прозвучало громко, а у незнакомца, что сидел с ней и смотрел в одну точку перед собой, явно был острый слух – он отреагировал моментально. Его взгляд обратился к Рейне, на лице расцвела широкая улыбка. Он приблизился к ней. – Ты жива… – произнёс он с облегчением. – Всё позади. Ты как? – Я… где я? – спросила Довакин, не в силах привыкнуть к шероховатому голосу. Он неприятно царапал горло. – В лагере, – ответил эльф мягким голосом. Рейна всё ещё пребывала в пограничном состоянии. Возможно, именно это удерживало её от второго наплыва паники. Девушка внимательнее вгляделась в лицо своего собеседника, пытаясь понять, кто же он. Эльф. Тёмный? Если учитывать красные глаза, вполне можно было принять его за данмера. Но почему тогда кожа такая белая? И черты лица не характерные… – Ты данмер? – спросила Рейна как в забытии. Её интересовало то, что не имеет значения как такового. Это было странно, и она понимала где-то глубоко внутри, что должна сопоставлять совершенно другие вещи. Вот только концентрации на это критически не хватало. – Кто? – эльф склонил голову на бок, удивлённо глядя на девушку. – У тебя жар? Он положил руку ей на лоб, частично прикрыв веки. Рейна чуть вздрогнула. – У тебя очень холодные руки, – пожаловалась она. – Раньше тебя это не беспокоило, – с ухмылкой заметил он. Отняв ладонь, он вновь заглянул ей в глаза и спросил: – Как ты себя чувствуешь? Ты дезориентирована, я вижу, но постарайся сосредоточиться. Сосредоточься на мне. Он прижал её руку к своей груди, и Рейна наблюдала за этим отупевшим взглядом без каких-либо эмоций. – Почему… ты странно меня называешь, – сбивчиво заметила она. – А как я должен тебя называть? – Рейна. – Рейна? – мужчина вскинул бровь. – Это ещё откуда взялось? Слышащая не могла объяснить. Она и сама не знала. Задумавшись над происхождением собственного имени, девушка даже не заметила, что эльф наклонился к ней. Слишком близко для того, чтобы назвать дистанцию комфортной. – Может, я помогу тебе прийти в себя? – прошептал он в её губы. Руки ловко скользнули под рубашку. Он сжал её талию, отчего Рейна охнула. Затем поднялся выше, мягко накрыв ладонью её грудь. Мужчина наклонился к тонкой шее, но девушка не почувствовала дыхания. Разве это нормально? Единственная трезвая мысль, что наконец-то пробилась сквозь туманные заставы сознания, ударила Довакина осознанием. Её накрыло возмущение. Что этот эльф себе позволяет? Она отстранилась от него и с силой залепила пощёчину. Мужчина отшатнулся и зашипел, но в следующую минуту посмотрел на неё ошарашенно. – Ну зачем сразу по моему красивому лицу? – возмутился он, сверкая красными глазами. – Что с тобой такое? – Ты кто такой? – Рейна впилась в него злым взглядом. Тело всё ещё ощущалось скованным из-за боли. Взгляд скользнул вниз: бедро, нога и левая рука были перевязаны бинтами. Девушка в очередной раз убедилась, что это не её тело, но подавила искры паники, что снова попытались разгореться. Не время для этого. Для начала нужно разобраться с эльфом. – Ты не помнишь меня? – его лицо исказило осознание. – Паллада, как меня зовут? – Я не Паллада! – возразила Довакин. – Я – Рейна! Мужчина пристально вгляделся в неё, а затем, хмыкнув, задумчиво походил по пустому хлеву, в котором они находились. Наконец, он изящно в своей ловкости развернулся к ней лицом и легко упал в стог сена. – Я ничего не понимаю, дорогуша, – провозгласил он. – И мне это не нравится. – Я тоже, – призналась девушка спустя пару секунд неловкого молчания. – Где мы? И кто ты такой? – Меня зовут Астарион. Но что меня заботит больше всего, что ты называешь себя совершенно другим именем. – Я называю своё имя. А это… это не моё тело, – Рейна посмотрела на незнакомые руки, которыми управляла, с особенной ясностью. До неё наконец-то дошло, что она оказалась не в своём теле. Странная, воистину противоестественная мысль, но… наиболее логичная. Как это произошло? В памяти неприятно засвербело. Девушка вспомнила свои последние минуты в Убежище. Вспомнила, как Цицерон держал её лицо в своих руках, а затем всё вдруг потемнело… Она умерла. Тело содрогнулось от ужасающей мысли. – Я… я же мертва… как я… – заговорила она сбивчиво, пытаясь собрать общую картинку происходящего воедино. – Или нет? Это бред? Сон? – А вот это уже интересно. Умерла, говоришь? – Астарион подался вперёд. Он помолчал немного, задумчиво глядя в сторону. В следующую секунду эльф поднялся на ноги также беззвучно, как сел в стог сена. Рейна напряглась, оценив это как тревожную деталь – если он захочет убить, то может подкрасться незаметно. «Из него вышел бы хороший убийца» – подумалось ей. Астарион же заметил настороженность в её фигуре и пояснил: – Оставайся здесь. Сделай мне честь, не убегай никуда. Я позову кое-кого, кто, возможно, сможет ответить на наши вопросы. Он вышел на улицу через приоткрытые, хлипкие двери, оставив Рейну наедине с собой. «Кого он собрался привести?» – подумала она в тревоге. Девушка знала, что должна позаботиться о своей безопасности. Должна поискать оружие, чтобы не дать никому застать себя врасплох. Но как можно делать хоть что-то, когда тело… не твоё? Оно плохо слушалось команды Рейны, а звенящее от непонимания естество Слышащей решило дождаться прихода Астариона. Возможно, он действительно поможет ей найти ответы на все эти сумасшедшие вопросы, которые подступают к ней плотной стеной?