Глава 1

Лаборатория "Пальметто " гудела, как растревоженный рой пчел. Не то чтобы здесь всегда царил образцовый порядок, но в канун сдачи квартальных отчетов атмосфера накалялась до предела, и каждый ученый, от младшего лаборанта до самого доктора Ваймака, балансировал на грани нервного срыва. Эндрю Миньярд, юный блондин с пронзительными ореховыми глазами, казался хрупким подростком, его рост едва достигал 152 сантиметров. Он был одним из тех, кто ценил тишину превыше всего, и этот балаган его раздражал. Склонившись над окуляром микроскопа, он, казалось, слился со своим исследованием, его тонкие пальцы, словно крылья бабочки, невесомо манипулировали пипеткой, добавляя реагент в пробирку. Взгляд был сосредоточен, почти фанатичен, а на лице застыло выражение, которое коллеги в шутку называли "предвестием ледникового периода", если кто-то осмелится его отвлечь. Именно в этот священный момент медитацию Эндрю дерзко прервал Нил Джостен. Вихрь непокорных медовых волос, словно выгоревших на солнце, холодные голубые глаза, в которых плясали озорные искорки, и рост, уверенно перешагнувший за 160 сантиметров, позволяли ему взирать на Эндрю свысока, без тени смущения. Сеть едва заметных шрамов, словно карта бурной жизни, украшала его лицо, а на губах играла дерзкая ухмылка. – Миньярд, ты случайно не видел мою колбу с раствором натрия?" – голос Нила, низкий, с легкой хрипотцой, прозвучал в стерильной тишине лаборатории как раскат грома, заставив Эндрю вздрогнуть и чудом не уронить драгоценную пробирку. Эндрю медленно поднял голову, его ореховые глаза сузились до опасных щелочек, в которых полыхало недовольство. – Джостен, правила приличия для тебя – пустой звук? Или в твоем воспитании отсутствует элементарный пункт о соблюдении личного пространства?" Нил пожал плечами, с нарочитой небрежностью опираясь на соседний стол.  – Зачем тратить время на стук, если я уверен, что ты все равно предпочтешь остаться в своей неприступной крепости? Так что насчет колбы?" – Твоя колба, Джостен, скорее всего, покоится на вершине твоего личного Эвереста хаоса. Ищи там", – отрезал Эндрю и вернулся к микроскопу, отчаянно пытаясь игнорировать наглого коллегу. – Мой 'хаос', Миньярд, – это тщательно организованная система, понятная только мне. В отличие от твоей выхолощенной, стерильной пустоты", – парировал Нил, и Эндрю почувствовал, как в его венах закипает ярость. – Моя 'стерильная пустота', Джостен, позволяет мне получать воспроизводимые результаты, а не терять ценные реактивы в недрах лабораторного Бермудского треугольника", – прошипел Эндрю, не отводя взгляда от окуляра. – А моя 'упорядоченная хаотичность' дарит мне озарения, позволяя находить нестандартные решения, в то время как ты, подобно средневековому монаху, с маниакальным упорством переписываешь одни и те же формулы", – Нил самодовольно усмехнулся. Эндрю резко выпрямился, его взгляд стал острым, как скальпель. – Нестандартные решения, говоришь, Джостен? Ты, случайно, не имеешь в виду феерический взрыв инкубатора в прошлом месяце, когда ты решил 'оптимизировать' процесс выведения культуры? Щеки Нила предательски покраснели, но он быстро взял себя в руки. – Это была досадная случайность! И, к твоему сведению, я лично все починил! – Починил? После тебя в лаборатории еще неделю пахло горелой пластмассой, а счет за ремонт оборудования до сих пор преследует меня в кошмарах! Пять тысяч долларов коту под хвост – гениальная оптимизация, не правда ли?" – Эндрю скрестил руки на груди, словно ставя точку в этом бессмысленном споре. – Зато я экспериментально доказал, что тот инкубатор был безнадежно устаревшим! – Нил не сдавался, отстаивая свою точку зрения с упорством обреченного. –Ты доказал лишь то, что представляешь собой смертельную угрозу для любого лабораторного оборудования, находящегося в радиусе десяти метров", – сухо подытожил Эндрю. Их словесную дуэль дерзко прервал громовой голос руководителя отдела, доктора Ваймака, ворвавшегося в лабораторию, словно разъяренный бог из древнегреческой трагедии. – Миньярд, Джостен! Что здесь происходит? Вы опять устроили балаган? Или я ошибся дверью и попал в цирк? – громко сказал Ваймак – Доктор Ваймак, – надменно произнес Эндрю, не моргнув и глазом, – всего лишь дискуссия о методах научной работы. – Дискуссия, говорите? Похоже на гладиаторские бои без правил! – прорычал Ваймак, поправляя очки и окидывая обоих ученых свирепым взглядом. – Через неделю сдача отчетов, а вы тратите время на перепалки! У меня нет ни малейшего желания разбираться, кто прав, а кто виноват. Просто прекратите это немедленно и вернитесь к своим обязанностям! Ваймак бросил на них испепеляющий взгляд и удалился, оставив Эндрю и Нила наедине. Тишина, повисшая в лаборатории, давила своей напряженностью. Эндрю первым нарушил ее, презрительно фыркнув. – Вот видишь, Джостен, к чему приводит твое пренебрежение элементарными правилами приличия? Нил закатил глаза. – Все было бы нормально, если бы ты не раздувал из мухи слона, Миньярд. Просто скажи, где моя колба, и я уйду. Эндрю раздраженно выдохнул. – Я не знаю, где твоя чертова колба. И перестань обвинять меня во всех своих бедах. Сам виноват, что не можешь поддерживать порядок на своем рабочем месте. Нил злобно посмотрел на Эндрю, но промолчал. Он знал, что спорить с Миньярдом бесполезно. Проще было просто найти колбу самостоятельно. Вздохнув, он начал копаться в своем обычно хаотичном столе, надеясь, что рано или поздно наткнется на пропажу.