Глава 2. Привычный порядок вещей

Колба нашлась. Нил нашёл её там, где, по его собственному убеждению, быть не могла — под стопкой исписанных формулами и небрежными пометками распечаток. Он сам её туда положил. Это он знал точно. И всё же, холодящее стекло лежало в его ладони, словно опровергая его уверенность. Он задержал взгляд на ней на несколько секунд, прежде чем выдохнуть сквозь стиснутые зубы и сжать пальцы в кулак. — Вот она. Эндрю не ответил. Он уже вернулся к работе, словно Нил перестал существовать в ту же секунду, как перестал быть проблемой. Его спина выпрямилась, движения стали точными и экономными. Ничего лишнего. Никогда. Нил вертел колбу в пальцах, наблюдая, как жидкость внутри лениво плеснулась. — Иногда мне кажется, что ты притворяешься человеком. Пауза. — Иногда мне кажется, что ты притворяешься учёным. Нил усмехнулся. — Жестоко. — Объективно, — произнес Эндрю. Нил фыркнул и отвернулся к своему столу. Его рабочее пространство напоминало катастрофу. Бумаги лежали неровными слоями, планшет был завален записями, ручки валялись там, где их бросили. И всё же, он безошибочно ориентировался в этом хаосе. В отличие от Эндрю. У Эндрю всё было на своих местах. Всегда. Каждый предмет находился там, где ему должно было быть. Каждое движение имело цель. Каждый вдох был осознан. Нил поставил колбу на стол и, оттолкнувшись ногой от пола, сел. — Ты уже закончил отчёт? — Да. Нил повернул голову. — Уже? — Я начал раньше. — Ты всегда начинаешь раньше. — Да. Нил несколько секунд смотрел на него, затем снова отвернулся. — Ты не устаёшь? — Нет, — лениво сказал Эндрю — Вообще? — Нет. Нил тихо усмехнулся. — Иногда я думаю, что ты машина. — Машины несовершенны. — А ты, значит, совершенен? — Я эффективен. Нил покачал головой, но ничего не ответил. Тишина вернулась. Настоящая, рабочая. Не напряжённая, не враждебная — просто существующая. За стеклом лаборатории кто-то прошёл, шаги были приглушены толщиной стен. Лампы над головой тихо гудели. Монитор перед Нилом светился бледным голубым светом, отражаясь в его глазах. Он работал быстро. Быстрее большинства. Быстрее, чем должен был. Эндрю не смотрел на него. Ему не нужно было смотреть. Присутствие Нила ощущалось как постоянная переменная в уравнении, которую невозможно устранить. Раздражающая, непредсказуемая, неизменная. всё же, лаборатория уже не была прежней без него. Эндрю не анализировал это. Он просто работал. Как всегда, и всё было нормально. Именно поэтому никто из них ещё не знал, как скоро это "нормально" закончится. Нил придвинул стул к столу, его движения обрели непривычную плавность, но все еще уступали отточенной точности Эндрю. Он вновь взял колбу, решив продолжить прерванное. Мутная жидкость внутри едва заметно бурлила, словно лениво откликаясь на внутреннее смятение Нила — смесь упрямого недоумения и смутной тревоги. — Ты уверен, что это именно то, что нам нужно? — его голос, обычно звучавший с легкой иронией, теперь нес оттенки нерешительности. — Эта формула… она кажется мне слишком… — Проверена, — коротко отрезал Эндрю, не отрывая взгляда от своих записей. — Ты знаешь, что это — единственное решение. Нил вздохнул, не находя аргументов. Когда дело касалось науки, Эндрю всегда был прав. Его логика была безупречна, его методы — безукоризненны. Он был подобен сверкающему механизму, с холодным расчетом выверяющему вероятность каждого шага. — Возможно, — протянул Нил, — но прямой путь не всегда самый лучший. Или самый безопасный. Он осторожно поставил колбу на подставку, пристально следя за пузырьками, медленно поднимающимися со дна. Это был не просто эксперимент. Это была гонка. И Нил отчетливо чувствовал, как время неумолимо ускользает. Эндрю, словно ощутив его внутреннее смятение, на миг прервался. Его непроницаемое лицо едва заметно дрогнуло, взгляд скользнул по профилю Нила, задержавшись на мгновение дольше, чем требовалось. затем он вновь уткнулся в свои записи, оставив Нила наедине с его размышлениями и тем холодным стеклом, что теперь казалось символом чего-то куда более весомого, чем обычный химический раствор.