Глава 11. Королева любви и красоты

Джена

      Последний день турнира Джена встречала на ногах с самого рассвета. Она не спала всю ночь, раз за разом прокручивая в голове памятный разговор с Бейлором.       «Я хочу создать общие воспоминания с вами.»       Эти слова теперь будто были выгравированы на внутренней поверхности её рёбер, настолько сильно они пришлись ей по сердцу. Нежный голос принца всё ещё звучал в ушах Джены, а его трепетный, ищущий взгляд всё ещё жёг её кожу. Джена сделала глубокий рваный вдох и крепче сжала рукоять ножа, который он ей пожарил. Беспокойные пальцы тут же нашли рубин и начали медленно его поглаживать.       Этим утром Джена Дондаррион нашла в себе смелость признать, что Бейлор Таргариен проломил все стены, которые она с таким упорством выстраивала между ними. Его мягкие улыбки, добрые шутки, незатейливая забота о ней, благородство его души и искренние признания уничтожили её оборону.       И Джена не была этим расстроена.       Совсем наоборот.       «Возможно, — думала Джена. — Он был тем самым приключением, о котором я столько мечтала!»       И ей становилось так легко и радостно от этой мысли!       Девушка не узнавала себя. Если бы кто-нибудь ещё несколько дней назад сказал ей с каким нетерпением она будет ждать очередной встречи с женихом, то она просто плюнула бы этому человеку в лицо. Порой проскальзывала тревожная мысль о том, что она сдалась на милость принца слишком быстро и, что она довольно скоро пожалеет об этом, но Джена быстро отметала её прочь. Она помнила, как он смотрел на неё там, у ручья, помнила, как аккуратно поднёс её руку, все ещё удерживающую его подарок, к губам и с жаром поцеловал, не отрывая от неё чуть потемневших глаз, на дне которых плескалось что-то настолько щемящее, настолько настоящее, что у Джены перехватило дыхание.       Такое нельзя было сыграть. Бейлор был честен с ней. Джена это чувствовала. И от этого её сердце билось быстрее, а в груди становилось тепло от нахлынувшего беспредельного счастья. Она знала, что в следующий раз ответит на чувства принца взаимностью. Ему лишь оставалось вновь их проявить. И финальный турнирный день был лучшим для этого временем.       Когда её мать пришла к ней, чтобы помочь подготовиться, Джена удивила её. Девушка встретила леди Элионор буквально на пороге, одетая в простое, но невероятное идущее ей платье в цветах правящего дома Вестероса. Волосы она оставила распущенными и они струились по её плечам медной волной, в которых плясали золотистые искры. У матери не нашлось причин для упрёков, и Джена, воспользовавшись этим, утащила её завтракать.       Таргариенов к неудовольствию Джены в пиршественном зале не оказалось. Беррик просветил сестру, что принцы разминаются перед турниром, и Джену охватила тревога. Она совсем забыла, что и Бейлор, и Мейкар вышли в финал соревнования. И, мало того, что им, возможно, придётся сражаться друг против друга, так ещё и кто-то из них с большей долей вероятности встретится на турнирном поле с Лионелем Баратеоном, который также был отличным воином. Желание есть тут же куда-то улетучилось. Остаток времени Джена безучастно гоняла кусочки пищи по своей тарелке, сжимаясь от страха.       « А что, если с ним что-нибудь произойдёт, и я не успею сказать ему?..» — Переживала Джена.       Подгоняемая подобными размышлениями, она быстро встала, собираясь отправиться в шатёр Бейлора, но тут же была остановлена матерью.       — Мы отправимся наблюдать за финальным турниром все вместе, как и положено хозяевам, Джена. — Не терпящим возражения тоном сказала леди Элионор.       — Но, мама!.. — Воскликнула девушка, но тут же поймала суровый взгляд отца и сникла. Не следовало портить себе день, начиная его со спора с родителями.       И потом, она надеялась, что Бейлор найдёт способ поговорить с ней до того, как вступит в бой. Он просто обязан был найти!..       Принц Таргариен оправдал её надежды. Он поднялся к ней на трибуну уже в полном облачении, неся копьё в одной руке, а её ленту – в другой. Шлем Бейлор заблаговременно оставил у оруженосца и сейчас солнечные лучи путались в его слегка отросших тёмных волосах. Пока он шёл Джена успела подумать о том, каково это, касаться кудрей, которые через пару месяцев, несомненно будут красоваться на его голове, если он предпочтёт отрастить волосы? И предпочтёт ли он их отрастить? Джена вдруг с болезненной ясностью осознала, что практически ничего не знает о своём суженом.       Но узнает, обязательно узнает!.. У неё для этого будет целая жизнь.       — Моя леди, не могли бы вы мне помочь? — С улыбкой спросил Бейлор, наконец добравшись до Джены. — На удачу.       Он протянул ей её ленту, безукоризненно чистую и гладкую, и она сразу же поняла смысл его просьбы.       — Конечно. — Тихо ответила Джена, смущённо опуская глаза под его пристальным взглядом.       Пальцы почему-то перестали её слушаться и она досадливо закусила губу, стараясь привязать свой дар к древку его копья у самого наконечника. Бейлор терпеливо ждал, продолжая рассматривать её из-под густых ресниц. Наконец, она справилась и одарила его победной улыбкой. Бейлор усмехнулся в ответ.       — Пара напутственных слов пришлась бы как нельзя кстати. — Невинно намекнул он, опуская копьё и делая к ней ещё один шаг.       Джена не стала отступать. Вместо этого девушка тоже шагнула к нему на встречу. Протянув руку, она коснулась его латной перчатки. Широкий край её длинного рукава при этом немного задрался и принц мог увидеть блеснувший алым камень в рукояти его подарка. Следом удовольствием блеснули глаза Бейлора. Она не могла не показать ему, как пришёлся по душе ей нож и прикрепила его к предплечью, пряча за свободным кроем наряда от матери.       — Берегите себя, мой принц. — Почти шёпотом сказала она.       — Я буду, моя леди. — Он бережно перехватил её пальцы рукой, защищённой металлом, и поднёс к своим губам. — И вернусь к вам с победой.       Джена знала, что он не лжёт.       Последний турнир с особенной яркостью отпечатался в сознании Джены. В последствии она помнила его до мельчайших деталей. Помнила, как после трёх заездов смеющийся Лионель спешил Мейкара ( тот сразу же поднялся на трибуну, прямо в доспехах и сел рядом с ней, лишь бы не пропустить битву брата). Помнила, что Бейлору понадобилось два удара, чтобы победить своего соперника – межевого рыцаря, имени которого Джена, к своему стыду, не знала. Помнила, как Лионель озорно тряхнул кудрями и крикнул Бейлору, что с удовольствием собьёт с коня второго по счёту Таргариена (при этих словах Мейкар заскрипел зубами), прежде чем повторно надеть свой рогатый шлем. Помнила как иссиня-чёрные латы её суженого блестели на солнце, когда он мчался навстречу Баратеону.       Помнила, как Бейлор сбил хвастливого Смеющегося Шторма одним ударом.       Лионель, повалившийся на землю, захохотал, а Бейлор уже спешился и шёл к ней под рёв толпы. По пути распорядитель турнира передал ему венок из алых цветов и Джена с удивлением узнала в них тюльпаны с поля у ручья. Её сердце дрогнуло и пустилось вскачь. Девушка слышала, что цветочную корону должны были плести из маминых любимых роз, но судя по всему, кто-то изменил ситуацию. Глядя на улыбающегося Бейлора, остановившегося от неё в двух шагах, Джена остро осознала, кто это был.       — Я объявляю Джену Дондаррион своей Королевой любви и красоты! — Громко и торжественно произнёс Бейлор перед мгновенно притихшими наблюдателями.       У Джены перехватило дыхание, а глаза почему-то зачесались. Она наклонила голову и позволила Бейлору водрузить символ его победы на её рыжие локоны под бурные аплодисменты.              — Вот теперь точно с днём рождения, моя леди, — ласково произнёс он, заводя прядь её волос за ухо.       Его горячие пальцы лишь на мгновение коснулись кожи девушки, а по позвоночнику Джены вновь побежали сладостные мурашки. Она перехватила его руку за предплечье, а затем, пьянея от собственной смелости, опёрлась на неё, встала на цыпочки, и оставила на небритой щеке принца быстрый поцелуй. Одно едва уловимое касание ощущалось на её губах будто лёгкий, покалывающий ожог.       — Спасибо, Ваша Милость. — Её голос прервался.       Бейлор выглядел ошарашенным. Ошарашенным и смущённым. Джена не смогла сдержать дразнящей ухмылки, а затем развернулась к зрителям и мило им помахала. Бейлор слегка заторможено последовал её примеру. Что ж, теперь ни у кого из присутствующих не оставалось сомнений о намерениях принца по отношению к Джене. И в том, что Джена смотрела на эти намерения вполне благосклонно. Девушка чувствовала, как где-то в её животе счастье щекочет её внутренности крыльями тысячи бабочек.       Два часа спустя все бабочки были мертвы.       Ничего не предвещало беды. После того, как Джена, на правах королевы турнира, раздала дары участникам, она отправилась к себе, чтобы подготовится к большому заключительному пиру. Мать, последовавшая за ней, коротко отчитала её за нежность по отношению к принцу, которое благовоспитанная леди не стала бы проявлять у всех на глазах. В конце концов, это было вульгарно! Но Джене было абсолютно всё равно. Да и леди Элионор, судя по её широчайшей улыбке – тоже. Она поучала дочь по привычке, а потом и вовсе обняла. Благо, маме не пришло в голову начать свою тираду «А я тебе говорила, что он подходит тебе!» и Джена была ей за это безмерно благодарна.       При помощи матери и служанок, Джена подготовилась к вечернему празднику в два счёта. Девушке удалось спрятать нож подальше, пока мать была занята подбором украшений для её очередного багряного платья с изумительно тонкой вышивкой по подолу. На этот раз волосы Джены заплели в толстую, объёмную косу и вновь украсили венком, бережно сбрызнутым водой, чтобы цветы выглядели свежее. Джена уставилась в зеркало на медноволосую незнакомку, чьи глаза горели от счастья, и не могла поверить, что это она.       — Ты будешь прекрасной королевой, моя красавица! — Растроганно проговорила мать и Джена порывисто обняла её, прежде чем покинуть спальню.       Ей нестерпимо хотелось увидеть Бейлора и она, презрев условности, отправилась к его покоям. Бейлора там не обнаружилось и Джена справедливо предположила, что он всё ещё в своём шатре. Она как раз направлялась туда, когда наткнулась на сестричек Тирелл.       Они преградили ей дорогу и Джене пришлось призвать себе на помощь всё своё терпение, которое, увы, сходило на нет по мере того, как близняшки продолжали прожигать её насмешливыми взглядами.       — У вас ко мне дело, миледи? — Наконец спросила Джена, сквозь зубы и стараясь оставаться спокойной. Ей не хотелось устраивать безобразный скандал. Особенно — сегодня.       — Да, леди Джена. — Сладко улыбнулась Роуз. — Мы с сестрой решили, что вам стоит знать… Мы тут слышали кое-что… У Их Высочеств были план на ваш счёт, который успешно воплотился в жизнь. Они хотели узнать, как быстро строптивая девица с окраины, без манер и знаний, заносчивая и дикая, будто пустынная львица, обломает все свои когти и станет присмиревшим котёнком у ног Бейлора? Станет влюблённой дурочкой, которую можно будет показать королевству, с помощью которой можно будет усмирить горделивые Марки, а затем оставить позади и вернуться к своему привычному образу жизни наследного принца с огромным количеством женщин в его жизни? Принц Мейкар давал «рыжеволосой ведьмочке», как он выразился, около недели. Так и получилось.       — Если вы надеетесь, что попали в красивую балладу о любви прекрасного принца и дочери мелкопоместного лорда, то, увы это не так. — Ядовито добавила Алис.       Джена замерла, как испуганный кролик перед этими двумя дьяволицами. Впервые ей нечего было сказать. Глухая, тяжёлая боль распространялась от центра её груди, давила на рёбра, не давая дышать. Нет, раньше она ни за что бы не поверила сестрам Тирелл, но сейчас она была той самой влюблённой, а значит уязвимой дурочкой, а они говорили так уверенно!..       Тем не менее, Джена не позволила себе окончательно расклеиться в их присутствии. Она гордо вскинула подбородок и смерила противниц убийственным взглядом.       — Это не ваше дело! — Грубо бросила она, решительно расталкивая их и освобождая себе дорогу.       «Найти Бейлора и убедиться, что всё не так, как они говорят!» — Эта мысль билась в голове Джены подобно набату.       Она не поняла, как добралась до шатра Бейлора. Джена застыла у входа, ища в себе силы сделать последние шаги. И тогда она услышала знакомый голос.       — По правде говоря, я не думал, что тебе удастся осуществить свой план. — Насмешливо сказал Мейкар и Джена зажмурилась. Она до крови прикусила губу.       «Пожалуйста, Бейлор...»       — Только благодаря Семерым леди Джена сменила гнев на милость. — Мелодично рассмеялся Бейлор в ответ.       — Ну да, милость в виде поцелуя от рыжей ведьмочки явно пришлась к тебе по вкусу не так ли, братец? — Фыркнул Мейкар.       Продолжения диалога Джена просто не стала слушать. Она бросилась прочь, крепко прижимая ладонь ко рту. Она боялась, что если уберёт руку, то начнёт кричать, давая выход гневу и боли, что сейчас бурлили в ней. Что ж, она видела, как виртуозен был Бейлор, когда хотел понравиться людям. Знала, что он обаятелен настолько, что люди тянуться к нему как цветы к солнечному свету. И она была одним из этих бесконечно глупых цветков. Её обвели вокруг пальца. Ведь Мейкар никогда не называл её рыжей ведьмой в лицо. Видимо, он использовал это прозвище только в личных разговорах с Бейлором. И один из таких разговоров и услышали стервы Тирелл. Теперь у неё не было повода сомневаться в правдивости их слов. Венценосные братья сами подтвердили их.       И это разбило Джене сердце.