Вернутся к фанфику
Часть 3
16 февраля 2026, 23:13Прохладный октябрьский ветер гнал по асфальту охапки сухих рыжих листьев, а сумерки теперь наступали так рано, что к концу их вечерних встреч город уже тонул в огнях фонарей. Полгода. Для Конхо эта цифра казалась чем-то запредельным — он никогда не задерживался в чьей-то жизни так надолго, обычно сгорая или сбегая первым. Но с Сонхёном всё было иначе.
Отмечать решили просто: без ресторанов, которые Конхо ненавидел, и без лишних глаз. Они встретились на заброшенной крыше старого гаражного кооператива, откуда открывался вид на огни железной дороги и темнеющий парк.
Конхо пришел первым. Он сидел на краю, свесив ноги в тяжелых ботиках вниз, и кутался в свою поношенную кожанку, под которой сегодня был надет теплый худи — подарок Сонхёна. В руках он сжимал небольшой бумажный пакет с двумя стаканами горячего какао, которые старательно прятал за пазухой, чтобы не остыли.
Когда на крыше послышались знакомые легкие шаги и шорох гравия, Конхо даже не обернулся, узнавая ритм сердцем.
— Опаздываешь, — буркнул он, хотя в голосе сквозила неприкрытая нежность. — Я уже почти превратился в сосульку.
Сонхён подошел сзади, тяжело дыша — видимо, бежал. Он был закутан в объемный шарф, из-за которого виднелись только блестящие глаза и кончик покрасневшего носа. Вместо ответа он просто обхватил Конхо со спины, утыкаясь лицом в его плечо. Его руки были ледяными, но Конхо только плотнее прижал их к себе.
— Прости, — глухо отозвался Сонхён.
Конхо достал какао и протянул один стакан Сонхёну.
— На, грейся. С полугодием нас, что ли... — он отвел взгляд, чувствуя, как щеки обжигает румянец, и это явно было не от холода. — Никогда не думал, что протяну с кем-то столько времени и не захочу его придушить.
Сонхён тихо рассмеялся, делая глоток.
— Я тоже не думал, что мой мир может так сильно измениться из-за одного несносного гитариста, который постоянно путает знаки альтерации.
Они сидели в тишине, слушая далекий гул поездов. Конхо чувствовал, как Сонхён прижимается к нему всё сильнее, ища защиты от пронизывающего ветра. Осенний холод словно делал их близость еще более концентрированной. Конхо достал из кармана небольшую коробочку, обмотанную дешевой лентой, и небрежно кинул её на колени Сонхёну.
— Это... короче, просто штука одна. Увидел и подумал о тебе.
Внутри оказался медиатор, сделанный из черного дерева с вырезанной вручную буквой «S». Края были не идеально ровными, и Сонхён сразу понял — Конхо вытачивал его сам.
Сонхён долго смотрел на подарок, а потом вдруг отставил стакан и, обхватив лицо Конхо ладонями, поцеловал его. Поцелуй был долгим, со вкусом шоколада и осени. Конхо, который всё еще пытался строить из себя крутого парня, мгновенно сдался, притягивая Сонхёна к себе и зарываясь носом в его шарф.
— Пообещай мне, — прошептал Сонхён в самые губы Конхо. — Что через полгода мы снова будем сидеть здесь. Даже если будет зима и нас занесет снегом.
Конхо слушал, как бьется сердце Сонхёна сквозь слои одежды, и чувствовал, как внутри всё замирает. Ему не нужны были лишние слова — сейчас, в этом холодном октябрьском воздухе, самым важным было то, как Сонхён зажмурился, когда Конхо прижался своим холодным носом к его горячей щеке.
— Пообещаю, — наконец ответил Конхо, и его голос звучал непривычно серьезно, без тени привычного сарказма. — И через полгода, и через год. Даже если мне придется тащить тебя сюда на закорках через сугробы.
Сонхён тихо шмыгнул носом и еще сильнее вцепился в края кожанки Конхо. Он выглядел таким уютным в своем огромном шарфе, что Конхо не выдержал: он осторожно взял ладони Сонхёна в свои и начал медленно отогревать их своим дыханием. Он подносил его пальцы к губам, бережно целуя каждую костяшку, словно это была величайшая ценность в мире.
— Знаешь, — прошептал Сонхён, глядя на то, с какой нежностью Конхо возится с его руками. — В тот день, когда ты впервые ударил по струнам в классе, я подумал, что ты — это просто шум и хаос. А теперь я не представляю, как в моей жизни раньше было так... тихо.
Конхо на секунду замер, поднял взгляд на Сонхёна и вдруг, поддавшись внезапному порыву, расстегнул свою куртку еще шире и притянул парня к себе вплотную, пряча его под подкладкой. Сонхён послушно прильнул к нему, утыкаясь лицом в сгиб шеи. Конхо почувствовал, как теплые губы Сонхёна коснулись его кожи в легком, почти невесомом поцелуе.
— Ты теплый, — пробормотал Сонхён, окончательно расслабляясь в этих объятиях.
— Это всё какао, — соврал Конхо, хотя сам понимал, что его бросает в жар только от того, как доверчиво Сонхён прижимается к нему.
Они сидели так долго, не шевелясь, пока город внизу окончательно не превратился в россыпь размытых огней. В этот момент Конхо понял, что все те драки, синяки и одиночество стоили того, чтобы сейчас быть на этой обдуваемой всеми ветрами крыше и чувствовать, как в его руках затихает и согревается человек, ставший для него целым миром. Он просто гладил Сонхёна по спине поверх пальто, успокаивая его и самого себя, осознавая, что за эти полгода он впервые в жизни перестал куда-то бежать.
***
Год пролетел как один бесконечный, пронизанный музыкой и шепотом день. Казалось, еще вчера они испуганно отводили глаза в школьных коридорах, а теперь их близость стала чем-то естественным, как дыхание. Конхо и Сонхён за это время научились понимать друг друга без слов.
Осень снова раскрасила город в багряные тона, но теперь она ощущалась иначе. Это была их последняя школьная осень. Впереди маячил выпускной класс — время тревожных ожиданий, подготовки к экзаменам и вечного вопроса «что дальше?». Но пока они старались об этом не думать, наслаждаясь каждым украденным моментом.
Будни превратились в приятную рутину. Утром Конхо ждал Сонхёна за углом его дома, и они вместе шли в школу, соприкасаясь мизинцами в тени своих рюкзаков. После уроков — неизменные часы в музыкальном классе, который стал их маленьким государством. Теперь они уже не просто репетировали программу, они создавали что-то свое, переплетая резкие гитарные риффы Конхо с изящной, выверенной манерой Сонхёна.
Конхо заметно изменился. Он всё так же мог ввязаться в спор или сверкнуть глазами на тех, кто пытался задеть его друзей, но в его движениях появилась спокойная уверенность. Ему больше не нужно было доказывать всему миру свою крутизну — всё, что ему было нужно, теперь находилось рядом. Сонхён же стал смелее; в его взгляде появилось то самое «чертовское пламя», которое раньше он прятал за безупречными манерами.
Однажды вечером, сидя на их любимой скамейке, когда небо окрасилось в глубокий фиолетовый цвет, Сонхён вдруг тихо сказал:
— Через год нас здесь уже не будет. Мы будем выпускниками, Конхо. Разлетимся по разным университетам...
Конхо, который в этот момент лениво перебирал пальцы Сонхёна, на мгновение замер. Он поднял взгляд на своего «ангела» и увидел в его глазах легкую тень грусти. Он не стал давать пустых обещаний, он просто притянул Сонхёна к себе, заставляя его уткнуться лбом в свое плечо.
— Мы не разлетимся, Сонхён-а, — твердо произнес он, вдыхая прохладный осенний воздух. — Куда бы ты ни пошел, я найду способ оказаться в соседнем квартале. Даже не надейся, что ты так легко от меня избавишься, получив диплом.
Сонхён улыбнулся, чувствуя, как страх перед будущим отступает под напором этой упрямой уверенности Конхо. Год вместе научил их главному: неважно, насколько разными были их миры в начале, теперь у них был один общий мир на двоих. И они собирались беречь его, несмотря на все выпускные экзамены и перемены, которые ждали их за порогом школы.
***
Вечер застал их в пустом актовом зале. Сонхён сидел на краю сцены, болтая ногами, а Конхо устроился на полу между его коленей, лениво перебирая струны гитары без подключения. Звук был тихим, интимным, заполняющим лишь пространство между ними.
— Слушай, — Сонхён нарушил тишину, его голос прозвучал немного глухо в пустом зале. — Ты думал о том, что будет после выпускного? Куда подавать документы?
Конхо на секунду замер, приглушив струны ладонью. Он нахмурился, глядя куда-то в сторону пыльных кулис. Тема будущего всегда была для него как липкий туман: вроде бы оно близко, но видеть его не хочется.
— Не знаю, Сонхён-а, — честно признался он, дернув плечом. — У меня такое чувство, что за меня всё уже решено. Отец наверняка засунет меня в какой-нибудь технический или юридический, чтобы «сделать из меня человека». Ему плевать, чего хочу я, лишь бы диплом был солидный. А мне... мне всё равно, если честно. Лишь бы от него подальше.
Он поднял взгляд на Сонхёна, и в его глазах промелькнула тень той самой потерянности, которую он обычно скрывал за маской пофигизма.
— А ты? — спросил Конхо. —
Сонхён грустно улыбнулся и убрал прядь волос со лба.
— Мама видит меня в консерватории, ты же знаешь. Но я в последнее время часто думаю о другом. Иногда мне хочется пойти в академию полиции.
Конхо от удивления чуть гитару не выронил.
— В полицию? Ты? Наш «ангел» будет гонять таких, как я?
— Ну, во-первых, таких, как ты, больше нет, — мягко парировал Сонхён, легонько пнув его кроссовок своим. — А во-вторых... мне хочется порядка. Хочется знать, что я могу кого-то защитить по-настоящему. Но иногда... иногда я думаю бросить всё и пойти в творческий университет. Просто заниматься музыкой или искусством, не думая о правилах.
Сонхён спрыгнул со сцены и сел на пол рядом с Конхо, коснувшись своим плечом его плеча.
— Больше всего я боюсь, что мы окажемся в разных городах. Что эти университеты растянут нас в разные стороны.
Конхо отложил гитару в сторону и серьезно посмотрел на него. Его обычная дерзость сменилась какой-то взрослой, тяжелой решимостью. Он взял Сонхёна за руку, переплетая их пальцы.
— Слышишь меня? — тихо, но твердо сказал Конхо. — Мне плевать. Я не дам нам потеряться. Если ты пойдешь в академию, я буду тем самым парнем, который ждет тебя после смены с горячим кофе. Если пойдешь в музыку — я буду таскать твои инструменты.
Он прижался своим лбом к лбу Сонхёна, закрывая глаза.
— Мы что-нибудь придумаем. Мы же целый год как-то справлялись. Будущее — это просто еще одна репетиция, Сонхён-а. Мы его перепишем под себя.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!