Вернутся к фанфику
Часть 16
26 февраля 2026, 02:41Глубокой ночью коттедж наконец-то притих. Шумные сонбэ разбрелись по комнатам, а эхо музыки сменилось стрекотом цикад за окном. Конхо лежал на своей кровати, уставившись в потолок. Несмотря на выпитое соджу и усталость, сон не шел. Он постоянно ворочался, сбрасывая одеяло, пока в комнате не стало слишком душно от собственных мыслей.
Тихо, чтобы не разбудить Сонмина, который уже вовсю сопел на соседней койке, Конхо поднялся и вышел на балкон. Ночной воздух моментально обдал его прохладой, пробираясь под тонкую ткань футболки. Он оперся локтями о перила, глядя на темные силуэты деревьев, и сам не заметил, как рука привычно потянулась к телефону.
Экран больно резанул по глазам ярким светом. Конхо зашел в инстаграм и замер. В самом верху ленты светился новый пост Сонхёна.
Это была серия фото. На первом — Сонхён в той самой белой кофте с черными плечами, сидит на берегу озера, подсвеченный только пламенем костра. В руках у него гитара, а взгляд опущен на струны. Он выглядел таким спокойным, почти неземным, что у Конхо защемило в груди. На втором фото Сонхён уже улыбался, глядя в камеру, а на заднем плане виднелись размытые лица его новых однокурсников. Подпись была короткой.
Конхо долго смотрел на это фото, чувствуя, как внутри борется желание бросить телефон в угол и желание немедленно что-то написать. Пальцы сами открыли директ.
Конхо(3:19): Красивые фото. Вижу, «новые ритмы» тебе по душе.
Он напечатал это и тут же пожалел. Звучало как-то натянуто. Конхо хотел было удалить сообщение, но потом добавил еще одно:
Конхо(3:20): Прости, что испортил утро. Надеюсь, твой день прошел лучше моего. Спи крепко.
Он заблокировал экран и тяжело вздохнул, собираясь уходить с балкона. Конхо был уверен, что Сонхён давно спит — музыканты наверняка вымотались после своего концерта у костра. Но не успел он сделать и шага к двери, как в руке коротко и настойчиво завибрировал телефон.
Конхо замер, не сводя глаз с мигающего индикатора. Сердце колотилось о рёбра так сильно, что, казалось, его слышно в ночной тишине. Он медленно провел пальцем по экрану, открывая чат.
Сонхё(3:21): Не спишь?
Конхо выдохнул. Короткий вопрос, но от него по коже пробежали мурашки. Он быстро набрал ответ, стараясь, чтобы пальцы не дрожали.
Конхо(3:21): Душно в комнате. Вышел на балкон. А ты почему не спишь? У вас там всё ещё вечеринка в разгаре?
Ответ пришёл почти мгновенно.
Сонхён(3:22): У нас уже все разошлись. Просто сижу на пирсе, смотрю на воду. Гитару вот убрал... Слишком много шума было за день.
Конхо представил его: одного, в той самой кофте, под холодным светом луны. Без толпы фанатов и однокурсников.
Сонхён(3:23): Фото видел. Твоё. С нашивками и новыми друзьями. Выглядишь... как обычно. В своей стихии.
В этом «как обычно» Конхо почудилось что-то большее, чем просто констатация факта. Ему вдруг стало нестерпимо жаль, что их разделяют эти километры и утренняя глупая ссора. Он навалился грудью на перила балкона, глядя в темноту.
Конхо(3:24): Сонхён-а... Насчёт утра. Я правда не хотел, чтобы так вышло. Я чувствовал себя полным дерьмом в том капюшоне, пока смотрел на тебя такого... идеального. Наверное, поэтому и сорвался.
Тишина в чате затянулась на пару минут. Конхо уже начал паниковать, думая, что снова ляпнул лишнего, но статус «печатает...» вернул его к жизни.
Сонхён(3:25): Ты дурак, Конхо. Я не ждал от тебя идеальности. Я просто ждал, что ты подойдёшь ко мне вчера в магазине, а не пройдёшь мимо с этими ребятами.
Конхо закрыл глаза, закусив губу. Честность Сонхёна всегда била под дых.
Сонхён(3:25): Но за извинения — спасибо. Я их принимаю. Иди спать.Завтра тяжёлый день.
Конхо(3:25): Сонхён?
Сонхён(3:26): М?
Конхо(3:26): Я скучаю. Спокойной ночи.
Сонхён ничего не ответил, но внизу сообщения появился значок «просмотрено» и маленькое сердечко на последней фразе. Конхо стоял на балконе ещё минут десять, вдыхая прохладный воздух. Холодный узел внутри него наконец-то начал развязываться.
Он вернулся в комнату, прокрался к своей кровати и, засыпая под мерное сопение Сонмина, впервые за этот длинный день почувствовал себя по-настоящему спокойно.
***
Утро следующего дня прошло как в тумане, но в хорошем смысле. Конхо, Сонмин и Харин окончательно закрепили статус своей компании: они вместе продирались сквозь финальные квесты от сонбэ, отшучивались на общем построении и даже умудрились первыми занять очередь в столовую. Конхо, в своем худи с нашивками и неизменных очках на макушке, чувствовал себя на удивление бодро — то короткое ночное сообщение от Сонхёна зарядило его лучше любого кофе.
После обеда началась суматоха. Сотни студентов грузились в автобусы, обмениваясь номерами телефонов и обещаниями встретиться в кампусе. Юрфак уезжал одним из первых. Всю дорогу Конхо сидел у окна, прислонившись лбом к стеклу, и игнорировал попытки соседа втянуть его в обсуждение вчерашних конкурсов. Он просто считал километры до города.
Когда их автобус затормозил на площади перед общежитием, Конхо выскочил на улицу в числе первых. Он вдохнул знакомый городской воздух и огляделся. Почти одновременно с ними на парковку въехал автобус музыкального факультета.
Конхо замер, высматривая среди выходящих студентов знакомый силуэт. И вот он — Сонхён. Он выходил медленно, бережно придерживая чехол с гитарой. На нем всё еще была та белая кофта, только теперь на плечи был наброшен черный рюкзак, а взгляд казался немного уставшим от долгой дороги.
В ту же секунду все мысли о новых друзьях и юрфаке вылетели у Конхо из головы. Он сорвался с места, не обращая внимания на крики Харин.
Он пролетел через парковку, лавируя между сумками и людьми, и буквально мигом оказался рядом с Сонхёном. Тот едва успел поставить гитару на асфальт, как Конхо уже стоял перед ним, тяжело дыша.
— Доехал? — выдохнул Конхо, даже не пытаясь скрыть радостную улыбку.
Сонхён вздрогнул от неожиданности, но, увидев перед собой взъерошенного Конхо, его лицо моментально смягчилось. Он чуть прищурился от яркого солнца, глядя на парня, и на губах появилась та самая спокойная, едва заметная улыбка, по которой Конхо так изголодался за эти сутки.
— Как видишь, — тихо ответил Сонхён, поправляя лямку рюкзака. — А ты, я смотрю, всё-таки выжил после своих «диких вечеринок».
— Как видишь, не только выжил, но и скучал по твоей компании, — Конхо усмехнулся, делая шаг ближе и заглядывая Сонхёну в глаза.
Вокруг них продолжали сновать люди с чемоданами, кто-то выкрикивал прощания, хлопали двери автобусов, но Конхо было плевать. Он чувствовал, что за эти сутки накопилось слишком много всего, что не впихнуть в короткий разговор на парковке. К тому же, его новые друзья, Сонмин и Харин, уже вовсю махали ему издалека, явно желая познакомиться с тем самым «таинственным другом».
— Слушай, — Конхо понизил голос, игнорируя шум вокруг. — Сейчас надо закинуться в комнаты, душ, все дела... Да и мои новые сокурсники уже дыру во мне проглядели. Давай встретимся через пару часов на крыше?
Сонхён на мгновение задумался, переводя взгляд на Сонмина и Харин, которые замерли неподалеку, а потом снова посмотрел на Конхо. Его взгляд стал мягче, а в глубине глаз промелькнуло то самое понимание, которое было только между ними.
— На крыше? — переспросил он, едва заметно улыбнувшись.
— Только мы, небо и... ну, может, прихвачу что-нибудь перекусить, а то на базе кормили как в армии.
— Идет, — кивнул Сонхён, подхватывая чехол с гитарой.
Конхо проводил его взглядом, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Он развернулся к своим новым друзьям, которые тут же засыпали его вопросами: «Ого, а это кто?». Конхо лишь загадочно улыбнулся, поправляя очки на макушке.
— Это просто Сонхён, — бросил он, направляясь к входу в общагу. — Ладно, народ, я — в душ и в горизонтальное положение, иначе я начну цитировать кодекс прямо здесь, — Конхо махнул рукой Сонмину и Харин, когда они вошли в холл общежития.
— Смотри, не забудь, 402-я! — крикнул вслед Сонмин, поправляя лямку рюкзака. — Жду тебя живым на первой паре.
— И не надейся, что я займу тебе место, если опоздаешь! — Харин шутливо пригрозила ему пальцем и, сверкнув своей фирменной улыбкой, направилась в сторону женского корпуса.
Харин ушла, оставив после себя едва уловимый шлейф легкого парфюма и звонкое эхо смеха, которое еще пару секунд вибрировало в воздухе. Конхо проводил её взглядом, чувствуя, как внутри приятно оседает осознание: начало учебы не будет одиноким. Сделав глубокий вдох, он перехватил поудобнее ремень сумки и направился к лифтам.
Его ждала 325-я комната. Едва он провернул ключ в замке, на него обрушилась волна жилой, хаотичной энергии, которая всегда царила в их мужском логове. Соседи, вернувшиеся на полчаса раньше, уже успели превратить комнату в штаб по обсуждению прошедшего дня.
— О-о-о, правосудие вернулось в здание. — первым подал голос Минсок, не отрываясь от экрана ноутбука, где он уже монтировал какие-то кадры с факультета медиа. — Конхо, выглядишь так, будто ты не на базе в горах был, а как минимум выиграл дело в Верховном суде.
Ханс сидел на полу, обложившись какими-то чертежами, которые успел помять в автобусе, и недовольно ворчал, пытаясь выпрямить листы ватмана.
— Везучий ты, Конхо. У нас на выезде заставили зарисовывать «ландшафт в разрезе». Я полдня в кустах с карандашом провел, пока остальные у костра соджу глушили. Скажи мне, юристы хоть немного отдыхали или вы там конституцию наизусть учили?
— Отдыхали, и весьма продуктивно, — Конхо усмехнулся, бросая сумку на кровать. Он стянул через голову свое худи, оставаясь в одной футболке, и почувствовал, как мышцы спины наконец-то расслабляются. — Я даже выиграл в соджу-понг. Так что за мою печень можете не переживать, она прошла боевое крещение.
С верхней полки, где обычно обитал Чоль, послышался сухой смешок. Чоль, не снимая наушников, поднял одну руку в приветственном жесте, не отвлекаясь от написания кода.
Конхо слушал их перепалку с мягкой улыбкой. Несмотря на всю их разность — медийщик, архитектор, айтишник и он, юрист — в 325-й было уютно. Это был тот самый «безопасный берег», куда можно было вернуться после любых бурь.
Пока парни наперебой травили байки, Конхо взял полотенце и сменную одежду. Горячий душ сейчас был необходим как никогда, чтобы смыть дорожную пыль и окончательно протрезветь от избытка эмоций. Но главная причина его спешки была не в гигиене.
Ему хотелось поскорее закончить с расспросами соседей, привести себя в порядок и просто исчезнуть из этой шумной комнаты. Впереди был вечер, который обещал стать гораздо важнее всех конкурсов, новых знакомств и даже победы в соджу-понге.
***
Несмотря на накопившуюся усталость и гудящие после поездки ноги, Конхо не смог отказать Харин, когда та с самым невинным видом заявила, что её канцелярский запас равен нулю, а «учиться на юрфаке без красивого планера — это преступление».
Сонмин лишь вздохнул и покорно поплёлся следом, бормоча под нос, что ему нужны «всего лишь три ручки, которые пишут, и тетрадь, которую не жалко».
Сеул встретил их привычным гулом и ослепительными витринами магазинов в районе кампуса. Внутри огромного канцелярского центра пахло свежей бумагой и пластиком — аромат, который для каждого студента знаменовал начало новой главы.
— Смотрите, это же идеально! — Харин схватила с полки тяжелый ежедневник в пудрово-розовой кожаной обложке. — Конхо, скажи, он выглядит достаточно официально для будущей защитницы прав?
— Он выглядит так, будто ты собираешься записывать туда не лекции по уголовному праву, а рецепты десертов, — подмигнул ей Конхо, лениво перебирая стопки лаконичных черных тетрадей. — Но если он поможет тебе не проспать семинары, то бери два.
Сонмин в это время с крайне сосредоточенным видом выбирал механический карандаш, тестируя каждый на специальном листке бумаги.
— Нам нужно взять запасные блоки для папок, — заметил он. — И маркеры-выделители. Много маркеров. Я слышал, на первом курсе нам придется закрашивать столько текста в кодексах, что страницы станут похожи на радугу.
Конхо слушал их, ощущая странный прилив спокойствия. Было что-то терапевтическое в этой суете: в выборе линеров, папок с зажимами и стикеров. Он выбрал себе несколько строгих блокнотов в темных обложках — под стать своему новому амплуа «серьезного студента», хотя в кармане его худи всё еще лежал тот самый список нашивок, которые он хотел заказать онлайн.
После канцелярии они заглянули в круглосуточный маркет. Корзина быстро наполнялась «студенческим набором выживания»: упаковками рамёна, растворимым кофе, огромными пачками снеков и соками.
— Это стратегический запас на случай, если мы застрянем в библиотеке до полуночи, — Харин закинула в корзину упаковку шоколадных батончиков. — И не смотрите на меня так, мозг требует глюкозы!
— Твой мозг требует глюкозы, а мой кошелек требует пощады, — усмехнулся Сонмин, но всё же добавил в общую кучу пару банок энергетиков.
Выйдя из магазина с тяжелыми пакетами, они медленно побрели в сторону общежития. Улицы Сеула уже начали погружаться в сумерки, зажигались неоновые вывески, и город приобретал тот самый магический вечерний вид. Конхо шел чуть позади, слушая, как Харин и Сонмин спорят о том, какой из профессоров на их потоке окажется самым вредным.
Он мельком глянул на часы. Время близилось к назначенному часу на крыше. Пакеты с покупками казались тяжелыми, но на душе было легко. Он чувствовал, что этот поход за тетрадями окончательно стёр остатки напряжения после поездки, превратив их троицу из случайных попутчиков в настоящих друзей.
Вернувшись в общагу, Конхо первым делом забросил тяжелые пакеты с канцелярией на стол под недоуменные взгляды соседей. Минсок что-то пробормотал про «неудержимую тягу к знаниям», но Конхо лишь отмахнулся, быстро стянув с себя уличную одежду.
Он переоделся в максимально простое и уютное: мягкие графитовые джинсы и оверсайз-худи глубокого синего цвета. В этом образе он чувствовал себя настоящим. Из одного из пакетов он выудил то, что купил специально: небольшую упаковку нежного рисового печенья со вкусом матча — он знал, что Сонхён обожает этот не приторный, чуть терпкий вкус.
Выскользнув из комнаты под предлогом «подышать воздухом», Конхо пошел по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. На последних пролетах его дыхание немного сбилось — то ли от физической нагрузки, то ли от предвкушения.
Тяжелая железная дверь на крышу поддалась с тихим скрипом. Конхо вышел на открытое пространство, и его тут же обдало прохладным вечерним ветром. Сеул внизу уже вовсю сиял миллионами огней, сливаясь в бесконечную световую реку, а небо над головой окрасилось в глубокий чернильный цвет с розовыми просветами у горизонта.
На крыше пока никого не было. Конхо прошел к самому краю, и опустился на бетонный парапет, свесив одну ногу. Он положил упаковку печенья рядом с собой и засунул руки в карманы худи.
Тишина здесь, наверху, была оглушительной после дневного хаоса. Он смотрел на огни города и прокручивал в голове всё, что хотел сказать.Он ждал, вслушиваясь в каждый звук за спиной, и каждый раз, когда ветер хлопал дверью, его сердце на мгновение замирало.
Он знал, что Сонхён придет. Тот всегда приходил, даже если они были в ссоре.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!