Часть 17: Бойфренд из настоящего

Кофемашина уютно урчала в своём углу, пока Джесс, постукивая пальцами по столешнице, листала ленту соц.сетей. Если бы это ни было частью её работы, бог ей свидетель, она бы сократила часы экранного времени втрое, а то и вчетверо. Но приходилось оставаться в курсе трендов, чтобы дрючить свою команду и держать их в тонусе, продолжая создавать актуальный контент для клиентов. Часы показывали чрезмерно ранние 6:33 утра 29-го ноября, когда кружка наполнилась ароматным напитком, а в дверь раздался звонок, заставивший Джесс чуть не выронить телефон из рук. Кого принесло в такой час? Она поправила футболку на плече и двинулась в прихожую. Щелчок щеколды, снаружи тут же дёрнули ручку на себя, а уже в следующую секунду её чуть не смело нетерпеливым вихрем – высоким, запыхавшимся, взволнованным, облачённым в грозовой сумрак, аромат несвежей вчерашней одежды с примесью креозота и Ред Булла. Ураган по имени Элио. Рывком захлопнул дверь позади, отчего та обиженно скрипнула – соседи потом ещё будут коситься на Джесс за шум ранним утром пятницы, – одной рукой кинул сумку куда-то вперёд и пальто куда-то вниз, а другой схватил за шею, безудержно и бешено притягивая к себе, сталкиваясь губами, зубами и языком сразу, без лишних «привет, вот и я, давно не виделись, бла-бла-бла». Спину вжало в прохладу стены, мало отличимую температурой от озябших пальцев, что проворно забрались под футболку, заставляя вздрогнуть от контраста и неожиданности. Впрочем, от неожиданности – куда больше. – Что ты тут делаешь? – на секунду оторвавшись от требовательно впившихся в неё губ еле успела проговорить Джесс, уловив, как с хлёстким звуком ремень покинул несколько шлёвок. Сперва – действие, то есть резкий разворот лицом к стене силой уверенных мускулистых рук, а уже затем ответ низким, торопливым голосом с придыханием, куда-то в шею сзади. – Сел на ночной поезд из Бирмингема, – послышалось, как звонко сверкнула молния ширинки, – чтобы успеть увидеть тебя до концерта, – шуршание плотной ткани джинсов, очевидно спущенных чуть ниже. Опять пронзительная дрожь всем телом, когда по-прежнему ледяные ладони легли на бёдра и придвинули ближе к себе, вынуждая прогнуться в пояснице. – Чёрт, ты реально собрался трахнуть меня прямо в коридоре? – Нет сил терпеть, – хлопковая ткань бесхитростных чёрных шортиков рванула вниз, повинуясь резкому командному движению. – Серьёзно, до спальни всего два шага… – дыхание как сбилось ещё в самом начале, так и сейчас не соглашалось выравниваться, тем более, когда события неслись с такой скоростью: ещё пару минут назад она буднично варила себе кофе, а теперь Элио придавливал её к стене напротив входной двери и уже притирался возбуждённым, горячим членом к ягодицам. – Сладкая, помолчи, я тут… – судя по звуку, он обильно собрал слюну пальцами и теперь распределял её по всей длине, – давай-ка, приподнимись немного, – Джесс машинально встала на цыпочки и следом почувствовала, как металлические шарики ампалланга проезжаются раз-другой по всё ещё сухим половым губам. Немного зажмурилась от не самого приятного ощущения, когда увлажнённая посредственной смазкой головка ткнулась внутрь, встречая невольное сопротивление. – Расслабься, – мягко попросил голос за спиной, шеи коснулся нежный поцелуй, выискивая то особое место, от которого по коже разбегаются мурашки, – вот так, – резкий вдох через открытый рот одновременно с таким же стремительным выдохом позади, прямо возле уха, – о даааа, наконец-то, блять, – протяжный возглас облечения, когда неожиданное (хотя вообще-то вполне ожидаемое) препятствие было преодолено, и член погрузился в столь желанное тепло. – Ааааххх чёрт… Элио, я за это такое тебе устрою… – прикрыв глаза, выпалила Джесс и выдохнула, начиная всем телом перестраиваться на нужный лад, вслушиваясь в мелодию грядущего удовольствия, приноравливаясь к ритм-секции, расположившейся позади. – Обязательно, и я вынесу любое наказание, которое ты придумаешь, но сейчас… – но сейчас он коротко и шумно пыхтел возле её уха, одной рукой удерживал за бедро, а другой накрыл ладонь, что широко легла на стену, и переплёл пальцы. Такой милый жест, и такое выразительное различие с тем, как резво и споро он вбивался в неё, не щадя усилий. Жался к спине всё сильнее, сперва положил подбородок ей на плечо, а затем наклонил голову чуть ниже и уткнулся губами в изгиб шеи, и просто мычал туда на одной сдавленной ноте от переполняющего желания. От той импульсивности, с какой он ворвался в её квартиру внезапным утренним гостем, а теперь страстно имел, даже не удосужившись добраться до кровати, голову быстро повело. Положившись на его способность удержать её почти что на весу, Джесс наскоро облизала пальцы и направила их сразу напрямую к клитору, не церемонясь с самой собой. Да-да, потом она выскажет ему всё своё недовольство, но пока лучше, напротив, получит удовольствие. – Я так соскучился по тебе, ты не представляешь, – кажется, наконец в голове Элио забрезжил небольшой лучик ясности, который подсветил необходимость сказать-таки своей девушке что-то приятное. А может, это искра от внутреннего пожара отлетела чуть в сторону и подожгла ставшую обязательной потребность говорить в процессе. – Я тоже по тебе ужасно скучала… мммм… почему это так хорошо, – всё, последний бастион негодования рухнул. На время, конечно, но всё же. Словно в слиянии друг с другом пожирающее изнутри пламя Элио перекинулось теперь и на Джесс. – Заебался… мммфф… дрочить по утрам. – У тебя ещё четыре дня тура впереди. – Не напоминай, не хочу об этом думать, – в плечо укоряюще слегка впились зубы, но быстро сменились губами. Впрочем, они всё равно, кажется, вполне намеренно, оставляли сейчас на коже алый след, причём именно в таком месте, чтобы тот виднелся из-под воротника любой рубашки. С громкими хлопками бёдра врезались в ягодицы, ритмично и чётко, отрывисто и резко, с каждой фрикцией вколачивая в её тело четырёхдольное послание «мне тебя не хватало». Почти четыре недели без томных поцелуев, уходящих с вечера в ночь, жаркого секса, растянутого порой на часы, и долгих нежных объятий после. Всего того, к чему он так привык за лето и осень, к чему выработал вкус, в чем стал нуждаться, что искренне полюбил и теперь был вынужден отказаться на невыносимо бесконечные четыре недели. Слишком долго он жил в неведении, что всё это прекрасное сокровище вообще ему доступно, да ещё и так сильно нравится. – Ты ждала меня? Скажи, что ждала. – Очень ждала. Правда, не думала, что ты объявишься в шесть утра и примешься трахать меня прямо у входной двери. – Я хотел приехать сразу после Берлина, перед Глазго, но… ууффф… не смог. Прогнись ещё немного… да, отлично. Теперь член входил в неё под новым, более прямым углом, плотнее и глубже, отчего перед глазами почти запрыгали звёздочки. Ноги прошибало дрожью от напряжения и неудобства, но горячность Элио была неостановима, так что он точно не стал бы отрываться от неё ни на секунду, даже для того, чтобы преодолеть пару метров и переместиться на куда более подходящую для подобного занятия поверхность. – Я тебя избаловала. – Ещё как. Я себе… мммм… теперь жизни не представляю без такого… мфммм… сука, роскошного секса. – Четыре недели – слишком долгий срок? – Слишком… невыносимо. – Всех, наверно, уже заебал своей раздражительностью от недотраха, да? – она продолжала только ещё больше подначивать, уверенная в том, что любые реплики непристойного содержания подстёгивают его удовольствие. – А ты только хуже делала этими… мммм… исчезающими сообщениями… кто их только блять придумал. – Не успевал передёрнуть на фотку, пока она была открыта? – посмеивалась и постанывала одновременно, идеально подстроив ритм пальцев под движения члена внутри себя. – У меня достаточно твоих фоток в телефоне… уууффф… как же хорошо, как мне этого не хватало… – Не хватало меня на твоём члене? – Джесс, ты вообще… когда-нибудь молчишь? – спросил, надеясь, что ответ будет «нет», потому что последнее чего ему хотелось, это чтобы она замолчала. Пусть говорит как можно больше, пусть комментирует каждое его действие, каждую его запальчивую выходку, вроде этой, обещает все кары небесные за такую скорую еблю прямо в коридоре, только пусть не молчит. – Нет, – позади неё раздался сладкий стон, ладонь на бедре сжалась ещё сильнее, фрикции ускорились, оглашая всё тесное пространство громкими шлепками, быстрыми, импульсивными, за каждым из которых стояла острая нужда – выплеснуть накопившуюся страсть и выплеснуться внутри её влагалища, поглубже и поострее. – Тогда не молчи, – лихорадочно прошептал через минуту, для пущей убедительности вновь прикусывая кожу на шее, пока Джесс замолкла, уперевшись лбом в стену, и сдержанно постанывала, поджав губы. – Я так хотела тебя все эти дни… иногда днём сбегала с работы… ммм… чёрт, Элио, да… – Чтобы тоже подрочить? – тут же догадался он. – Да… твои правила насчёт анонимности… блять… хоть бы один дикпик в ответ прислал… так хотелось увидеть твой член… Слова наконец добили до нужной точки, вывели на плато, за которым оставалось всего пара шагов, всего несколько движений… – Сладкая, я щас кончу, я уже близко, – проныл Элио, прикрывая глаза. – Давай, мой наглый мальчик, – Джесс насколько могла сильнее сжала сплетение их пальцев, а его член – в себе, усиливая трение ещё больше, чтобы подарить своему изголодавшемуся, истосковавшемуся, измученному воздержанием парню кульминацию поярче и поинтенсивнее. Элио с надрывом застонал, эхо узкого коридора разнесло отголоски во все углы, зубы снова прикусили нежную кожу на плече, пока бешеная скорость толчков не превратилась в мелкие, угасающие движения. Привалился к ней всем телом, ещё крепче вдавил в стену и теперь пытался отдышаться, шумно втягивал в себя воздух, широко открыв рот. – Ты меня так раздавишь совсем, – приглушённо захихикала Джесс и заёрзала под ним, пытаясь хоть немного пространства освободиться для себя в этом тесном захвате. – Прости, прости, – суетливо проговорил он и немного отодвинулся назад, наконец найдя в себе силы выпрямиться и отпустить её из стискивающих объятий. – Пойдём, закончишь в спальне, – уже предложил он, но потом быстро добавил, немного передумав, – хотя погоди, я хочу посмотреть. Джесс ещё громче усмехнулась, но Элио уже опустился вниз, на колени, чуть шире развёл её ноги и теперь наблюдал, как тягучие белёсые капли медленно скапливаются у входа и вытекают наружу. – У тебя прямо зависимость какая-то, – от этого ощущения нахальной раскрытости, холодящей разгорячённую промежность, и лёгкого чувства стыда она отвернулась лицом обратно к стене и устремила невидящий взгляд в пол. – От этого зрелища? Да, – а вот Элио своего желания теперь нисколько не стеснялся. Натворил делов, и только рад, стоит, любуется. – Ну хватит, не жадничай, я тоже хочу кончить и побыстрее, – притворно заныла она, и только тогда Элио обратно поднялся на ноги, взял её за руку и повёл-таки в спальню. – Мне помочь или у тебя мало времени? – Мало, ещё в душ надо, у меня встреча в 9, – почти виновато ответила Джесс, уже расстраиваясь, что даже при таком условии у них в лучшем случае останется всего час этого внезапного совместного утра. – Можно я выберу? – спросил, открывая «девичий» ящик в тумбочке. – Ну уж нет, мой оргазм – мои правила, – на ощупь выудила из содержимого подходящую под момент игрушку и устроилась поудобнее на подушках. Элио засмеялся в ответ и перехватил выбранный девайс. – Пара минут? – Даже меньше. – Зато тогда в душ вместе сходим, – шепнул на ухо, принимая свою наполовину зрительскую роль, которая ему, впрочем, тоже весьма нравилась. Пары минут, ладоней, плотно сжимающих грудь, требовательного «поцелуй меня» с развязным, смазанным исполнением действительно хватило для сладкого и быстрого финала. – Люблю смотреть, как ты кончаешь, – ухмыльнулся Элио, отбросив технологичного «помощника» в сторону. – Мммм… даже когда не от твоих рук? – спросила, тяжело дыша, но больше напрягаясь внутренне, тревожась за его ощущения от такой ситуации. Но он только улыбнулся шире и поцеловал её ещё раз. – Даже так. Всё равно я знаю, что думаешь ты в этот момент обо мне. Вся зашлась крупным румянцем – откуда только узнал? На лбу у неё что ли написано, что и никаких других мыслей в последние полгода стало не надо, кроме как любого воспоминания в собственном воображении, где фигурирует Элио и столь полюбившийся ей пирсинг? – Как покраснела… – цокнул он языком, теперь на тысячу процентов уверенный в своём смелом предположении, которое ей даже вслух подтверждать не пришлось. – А я уж думал, тебя ничем не смутить. – Ну хватит, – Джесс не выдержала и спряталась за тонкой тканью простыни, пока краска всё явственнее заливала щёки, заставляя их гореть жаром сильнее, но утаить столь редкий момент Элио не позволил, потянул смятое полотно вниз и снова накрыл губы поцелуем. – Пойдём в душ, а то опоздаешь, – тепло проговорил он, и Джесс по-прежнему застенчиво кивнула. Двадцать минут спустя, уже замотанный в разноцветное домашнее полотенце, а не унифицировано белое отельное, он сидел на её кухне и пил остывший кофе. – Я останусь у тебя на пару часов, посплю, ладно? – Конечно, – с милой улыбкой отозвалась Джесс, на секунду выглянув из-за зеркала. – Расскажи, как добрался. – Нормально. Забрал вещи из отеля, сел на поезд и рванул в Лондон. – Менеджера хоть предупредил? – спросила она, подкручивая ресницы кёрлером. – Он сильно ругался? – Да и да, – фыркнул Элио и сделал большой глоток. – Ты на кофе тогда не налегай, раз спать собрался, – предостерегающе проговорила Джесс и вынула тушь из косметички. – Ты серьёзно думаешь, что чашка кофе способна как-то повлиять на ситуацию? – едва ли не укоризненно отозвался он. – После гига в Бирмингеме, нескольких часов в дороге, одного охерительного оргазма и горячего душа, ага. Даже не знаю, какой должна быть доза кофеина, чтобы меня перестало вырубать. Джесс засмеялась в ответ, тоже быстро поднесла чашку к губам, а затем пересела к нему на колени. – Во сколько у тебя саунд-чек? Я позвоню, прослежу, чтобы ты не проспал. В её заботливом тоне хотелось раствориться целиком и полностью, всему телу стало так тепло, что никакие потоки воды в ванной даже рядом не стояли. Здесь, в неизменном, хоть и заметно поредевшем, хаосе кухни Джесс он чувствовал себя по-настоящему в безопасности – принятым и ценным. Самим по себе. Безо всяких «если», «но» и «недо». Без маски, тайн и правил. – После концерта сразу в Кардифф или останешься на ночь? – Останусь, – уткнулся носом в срез волос, вдыхая с них тёплый яблочный аромат шампуня, руки обвили талию, прижимая ближе к себе. – Значит, после и поговорим про «наказание», – с вероломной хитрецой известила его Джесс и резко выпорхнула из объятий, унеслась в спальню одеваться и собираться, куда Элио вплыл уже разморённый и сонный парой минут позже, бессовестно упал поперёк кровати, подтянув подушку под голову. – Буду ждать, – с улыбкой ответил он, прикрыв глаза, а затем попросил напоследок, – сдвинь шторы только, ладно? Ткань у окна зашуршала, комната погрузилась в полумрак, а на губах осел ещё один поцелуй, сладкий, с привкусом кофе и липкого блеска. Сон уже почти взял над ним верх, но последняя важная мысль таки прорвалась наружу, прежде чем Джесс плотно прикрыла дверь в спальню. – Успеешь на бэкстейдж до шоу? – оторвал голову от подушки и взглянул на неё сквозь полуприкрытые веки, такой очаровательно милый, что в сердце тут же начало тоскливо щемить. – Успею, не переживай. А теперь спи. – Не опаздывай, как всегда… – проворчал уже чувствуя, как объятия желанного сна без сновидений подхватывают и утаскивают за собой. Дальше – только блаженные часы отдыха и перезвон стандартной мелодии телефона в условленный час, когда пора было вставать и собираться. «Если что, Элио отсыпается у меня» – настрочила Джесс сообщение Адаму, пока спускалась по лестнице, и отправила вместе с адресом, чтобы менеджер выслал за ним машину к указанному времени. «Спасибо» – пришёл ответ через час, когда абонент на том конце видимо сам наконец проснулся и добрался до телефона. Утренняя встреча прошла неважно, клиент обещал подумать и перезвонить, что Джесс сочла за провал и поражение, но на настроение это уже давно никак не влияло. Тем более сегодня, когда утро началось так великолепно, а вечер обещал быть насыщенным по всем фронтам. В офис она влетела уже ближе к полудню, на ходу раздавая поручения и требуя ещё одну чашку кофе себе за стол, плюхнулась в кресло и принялась за таблицы, графики и презентации. Вылезла из-под обвала цифр, когда на часах было уже четыре и девочки из её команды принесли в офис ланч на всех. Быстро перекусила, проверила текущие дела, постинг, комментарии в актуальных проектах, осмотрела план на следующую неделю, и ровно в шесть захлопнула ноутбук, отчего все присутствующие подняли на неё удивлённые глаза. – Так, на гала-ужин едете без меня, – сказала, уже складывая вещи в сумку и накидывая пальто. – А ты куда? – долетел вопрос из-за ближайшего монитора от её помощницы. Хотелось закричать: «А я на концерт к своему парню! В О2! А вы – сидите и завидуйте тут!», но пришлось поджать губы, так и норовившие расплыться в счастливой улыбке, одёрнуть саму себя и туманно ответить: – А у меня… важная встреча в центре. Всё, увидимся в среду, – и направилась к выходу. – Как в среду? – ошеломлённо раздалось уже за спиной. Пришлось обернуться и снова попытаться совладать с собственной мимикой, но на этот раз вышло уже не столь успешно, и сквозь напряжение в мышцы лица всё-таки просочилось сияние восторга. – Я уезжаю на выходные, вернусь в середине недели, – объявила Джесс остолбеневшим коллегам, а сама подумала: «А скорее всего в четверг», – ведите себя хорошо и не косячьте, приеду – проверю. И наконец выпорхнула за дверь, унеслась, словно шквальным ветром подхваченная, на улицу, в такси, через пятничные плотные пробки города к масштабной концертной площадке. Ровно в семь добралась до входа для сотрудников, выхватила из рук какого-то ассистента бейдж Staff и побежала, петляя коридорами, к нужной зоне бэкстейджа. До выхода на сцену было ещё достаточно времени, так что парни чилили в гримёрке, Элио в том числе. Стук в дверь, осторожное «можно?» и шаг внутрь. Сидит, красавец такой, развалился на диване, втыкая в телефон. – Привет, заходи, – махнул рукой Адам, оторвавшись от тарелки с ужином. Все остальные последовали его примеру, а Элио молча поднял радостный взгляд. Бережёт голос, разминаться будет за полчаса до выхода. Так что вместо ответного «привет», только похлопал по дивану рядом с собой, и Джесс тут же проследовала к указанному месту, на ходу чмокнув в щёку каждого из присутствующих, включая пришедших Софи и Алисию. – Непривычно видеть тебя молчащим, – усмехнулась она, устраиваясь поудобнее. Элио улыбнулся в ответ и слегка покосился на парней, подмечая, услышали они эту двусмысленную реплику или нет, а затем безмолвно попытался что-то спросить, но Джесс тут же помотала головой, – я по губам читать не умею, так что лучше пиши, – указала пальцем на телефон в его руках. Вместо этого он наклонился ближе и поцеловал её. Раз говорить нельзя, придётся просто действовать. – Не, ну вы гляньте, она и минуты тут не провела, как он снова её засосал, – с показным негодованием прокомментировал происходящее Дэйв, но в ответ получил только взмывший в воздух средний палец от Элио, даже не взглянувшего в его сторону. Адам коротко усмехнулся, в голове уже зажглась мысль «Уж лучше пусть сосётся, чем размазывает новые сопли и слюни по Иден», но говорить ничего не стал, не желая портить никому настроение упоминанием этой психованной. – Слушай, – отодвинувшись от него буквально на пару сантиметров и говоря максимально тихо, так, чтобы её мог слышать только он, начала Джесс, – а я могу поехать завтра с Кардифф вместе с вами? Глаза напротив округлились от радостного шока, Элио тут же мелко закивал, уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но быстро осёкся и переметнул взгляд к телефону. В заметках капсом высветилось «конечно», снабжённое десятком восклицательных знаков для пущего эффекта. Джесс умилительно коснулась губами кончика носа. – Тогда вечером заедем ко мне, я быстро соберу вещи. Элио снова взволнованно кивнул, а потом принялся набирать новый текст, но уже не для Джесс, а для улаживания формальностей с тур-менеджером. Это задача как раз по его части. Но прежде чем он нажал «отправить», на ухо шёпотом последовал ещё один вопрос. – А в Лидс? Теперь он беззвучно засмеялся и снова согласно мотнул головой, добавляя в сообщение ещё пару строк. Когда оно улетело адресату, снова переключился на заметки и набрал: «А как же работа?» – Я уже всем сказала, что вернусь в среду, – небрежно пожала плечами Джесс, а Элио фыркнул, закатив глаза. Под этим видимо подразумевалось «да ты всё продумала!». Быстро взглянул на неё, сощурившись, и снова принялся печатать: «тогда может лучше в четверг?» – Тогда чего бы не на всю неделю разом забить, да? – ёрничая перенаправила вопрос обратно, и Элио закивал ещё смешнее. – Нет, наглый мальчишка, у меня в пятницу важная встреча, я не могу её перенести. Снова веки надвинулись на глаза, только теперь уже с другим значением, расшифровывать текстом которое не требовалось, Джесс и так знала, что оно значило что-то вроде: «не дразнись». – Ладно, ладно, прости, больше не буду, – хихикнула она и одновременно с нажимом провела ладонью по бедру. Ну да, конечно, не будет, как же. «Ты останешься на бэке или пойдёшь в зал?» – ещё один немой вопрос через экран. – Пойду в зал, конечно, я твоё выступление на такой огромной площадке ещё не видела. Теперь нахмурился, не сводя с неё пристального взгляда, подозревая, что она опять невольно сболтнула лишнего. И судя по тому, как Джесс чуть отвернулась, а пальцы на ноге коротко сжались, суть он уловил весьма точно. – Я тебе потом расскажу, – чуть вздёрнула подбородок и выпалила почти скороговоркой, выдавая себя ещё больше. Элио тут же замотал головой с требованием в глазах, нет-нет-нет, никакого «потом», сейчас и только сейчас. Эта вынужденная немота и бесила, и радовала одновременно: с одной стороны, словами он сейчас добился бы ответов куда быстрее, с другой, остальные присутствующие могли слышать только половину диалога, а это определённо было на пользу. Не выносить же на всеобщее обсуждение их споры. – Ты чего там башкой машешь, как придурошный? – спросил Адам, заметив странные телодвижения на противоположной от себя стороне. Теперь уже все обернулись и смотрели на парочку, что уютно устроилась на диване. «Отъебись» – одними губами ответил Элио, и в отличие от Джесс, друг его реплику прекрасно распознал. – Сам отъебись, – моментально отозвался Адам, – Джесс, чё у вас там? – Да ничё, он примчался ко мне домой в 6 утра, разбудил, я обещала ему штрафные санкции за такое поведение, а он теперь отпирается, – и вот соврала же только наполовину, но возмущение на лице Элио от такого объяснения оказалось вполне себе полноценным. Да вот высказать его вслух прямо сейчас он не мог, так что оставалось только негодующе стучать открытой ладонью по подлокотнику и кидать на свою девушку испепеляюще едкие взгляды, пока все остальные, включая её саму, усмехались. – И какие санкции последуют? – спросил Дэйв. – Поеду с вами с Кардифф и Лидс, – с расчётливой ухмылкой ответила Джесс. – Пф-ф, тоже мне наказание, он только рад будет. – Как и мы все, – отпустил негромкую реплику Адам. – А чё-то он нифига не рад, – Рис ткнул пальцем в сторону его пунцового от гнева лица: Элио уже надулся как воздушный шар, до смешного выпучил глаза и разве что не шипел как кипящий чайник. – Значит, это точно наказание, – подытожил Адам с не менее хитрым видом, догадываясь, что дело в чём-то совершенно другом, и через час Элио ему всё расскажет, но пока было слишком забавно наблюдать за этой пантомимой, так что решил подыграть Джесс. Она ему нравилась намного больше, нежели Иден, так что стерпеть её розыгрыш было несложно. Элио недовольно сложил руки на груди и отвернулся ото всех. – Эй, ну не дуйся, – Джесс снова погладила его по ноге, – это же просто шутка. «Ты мне всё равно расскажешь» – сердито тыкая в кнопки на клавиатуре, напечатал он. – Расскажу, но потом, – она снова ушла от ответа, но теперь улыбалась, посмеиваясь над тем, как ловко удалось выкрутиться из ситуации. А затем выхватила у него телефон и набрала несколько строк уже сама. «Зато можешь считать, что своё “наказание” ты уже получил». «А я тебе твоё ещё устрою». – Это мы ещё посмотрим, – подмигнула Джесс и повернулась к остальным, включаясь в общий разговор. *** Кардифф остался позади, в полдень вся группа уже прибыла в Лидс и заселилась в отель. Концерт должен был состояться только на следующий день, так что каждый наслаждался своим выходным как мог – кто-то отсыпался, кто-то ушёл гулять, а Джесс… Джесс работала. Третий час Элио слушал, как она бешено стучит по клавиатуре, просматривает какие-то презентации и правит их на ходу. Дважды ей звонили коллеги с какими-то срочными вопросами, и она вынужденно отвлекалась от одного важного дела на другое ещё более незамедлительно требующее вмешательства. И это в воскресенье-то! Когда на часах было уже два, он отбросил планшет в сторону и раздражённо уселся на краю кровати, крепко впившись пальцами в облако постельного белья. – Джесс. – Угу. – Джесс, закрой ноутбук. – Да-да, пять минут и всё. – Ты говорила это полчаса назад. – Ага, да, я уже заканчиваю. – А это ты говорила час назад. Он нетерпеливо встал и подошёл к столу, за которым расположилась его девушка. – Когда ты взяла с собой ноут, ты обещала, что будешь только проверять почту. – Я и проверяю, – ответила, не отрывая взгляда от экрана. Мышцы пронизывала острая резь, крылья носа вздымались в негодовании. Элио сложил руки на груди и смотрел на неё сверху вниз, молчал в ожидании, когда она наконец заметит, что он вообще стоит рядом. Прошла целая минута, но ситуация никак не изменилась. – Ты опять только и делаешь, что работаешь, – желчно выдохнул он, не выдержав наконец. – Вчера я ни минуты не работала. – Да, зато вчера у меня весь день был расписан, а сегодня я который час сижу и смотрю на твой затылок, – он нервно вскинул руку в сторону кровати, на которой провёл последние часы, где успел и пообедать в одиночестве – поднос с заказанной для Джесс едой так и остался на тележке рядом, – и посмотреть пару серий какого-то дурацкого сериала, и просто потупить в потолок, размышляя, какого собственно чёрта тут происходит. – Прости, у команды случился форс-мажор, мне нужно было быстро исправить пару файлов и всё устаканить. Сейчас отправлю и буду целиком в твоём распоряжении, – спокойно ответила она с тихой улыбкой. – Три часа – это не быстро, – зуд, который поднялся под кожей за это время, теперь никак не хотел стихать, так что её слова лишь подули на него лёгким ветерком, но облегчения не принесли. – Мы уже говорили об этом, ты постоянно включена в рабочие процессы, и не замечаешь ничего вокруг. – Я же сказала… – Зачем ты вообще поехала со мной, если всё твоё внимание достаётся компу, а не мне? – кинул уже совсем раздражённую претензию и возмущённо поджал губы. – Я поехала, чтобы провести время с тобой. – Но я тебя не вижу, у меня такое чувство, что ты вообще не здесь, – тут же перебил её он. – Я здесь, сижу перед тобой. – Ты даже не смотришь на меня! – в конце концов почти выкрикнул он, и Джесс словно вытолкнуло из воды на поверхность. Она наконец подняла на него взгляд, спокойный и серьёзный. – Я смотрю на тебя прямо сейчас. Но мне не нравится, когда на меня кричат. – Я не кричу, я говорю тебе, что хватит уже работать. У нас всего один день вместе, завтра и послезавтра у меня снова концерты. – А после них наступит апокалипсис, и мы все умрём? – ухмыльнулась Джесс, но ответной посветлевшей реакции не встретила. – Нет, но мы можем провести воскресенье без твоих дедлайнов и форс-мажоров? – Тебе знакомо значение слова «форс-мажор»? – Вполне. – Когда грузовик с оборудованием сломается на полпути к следующему городу – это форс-мажор? – с саркастичной интонацией продолжила Джесс. – Ты сможешь что-то с этим сделать или шоу придётся задержать из-за технических проблем? – Не переводи тему. – А я и не перевожу. У меня случились непредвиденные обстоятельства, и я пытаюсь разрешить их как можно быстрее. – А обязательно делать это, когда мы решили провести время вдвоём? – Элио, мы – взрослые люди, у нас обоих есть работа, но ты не обязан сидеть тут как на привязи из-за моих проблем. Я бы вполне поняла, если бы ты пошёл гулять вместе с Адамом, как он предлагал тебе два часа назад. Я бы закончила с письмами, позвонила и присоединилась бы к вам. Но ты выбрал сидеть тут и злиться на меня, а теперь уже и меня начинаешь злить. – Тебя? – вспылил он и поражённо вскинул брови. – Да, меня. Мы – не сиамские близнецы, ты не зависишь от меня и моих рабочих трудностей. Одно точное слово ударило прямо в нужное место, заставив слегка отшатнуться, сделать один шаг назад, потом другой, пока он не развернулся полностью и не начал ходить по комнате отеля, мечась из угла в угол. В мыслях вспылили все эпизоды, когда он проговаривал его вслух, стремясь отделаться от липкого ощущения, которое так много раз утягивало его в чужие сети. А теперь вдруг понял, что попытался сам расставить такие же. Но одно дело – осознать порочную привычку, а избавиться от неё – совсем другое. Так что он застыл у двери, а слова с примесью яда всё же вырвались наружу. – У тебя всегда на первом месте твоя любимая работа. Крышка ноутбука захлопнулась с коротким щелчком, Джесс злобно нахмурилась, поднялась с места и вперила в него сердитый взгляд. – Напоминаю: моя работа позволяет мне платить по счетам. От меня зависят люди, которым нужно платить зарплату, а для этого нужно выбивать бабло из клиентов. И с ними постоянно возникают проблемы, порой в самый неподходящий момент. Я уже говорила, свой бизнес – это вечное напряжение и большой риск. Но он держит меня наплаву. И да, я люблю свою работу, но тебя я люблю больше, так что видишь, – она возмущённо махнула рукой в сторону стола позади себя, – я закрыла ноутбук, всё, дела на сегодня окончены. И может не будем ругаться из-за этого и дальше, а перевернём страницу и проведём остаток дня в хорошем настроении? Элио уже не слушал. Он так и остался стоять у двери, изумлённо уставившись на неё. Руки безвольно повисли вдоль тела, расслабившись, глаза округлились, зрачки расширились. Для пущего эффекта не хватало только уронить челюсть на пол, но слава богам, та держалась на месте, иначе он обрёл бы уже предельно театрально-комический вид. – Ты… понимаешь, что только что сказала? – спросил неожиданно тихо, с безотчётными паузами между слов. – Что? – мимика не поспевала за эмоциями внутри Джесс, заставляя то насупливаться сильнее, но непонимающе морщить лоб. – Я сказала, что стоит оставить этот эпизод в прошлом и перестать ссориться. Теперь он начался расплываться в странной улыбке, немного не верящей, но какой-то поразительно светлой и искренней. – Ты сказала, что любишь меня. Джесс резко вспыхнула, залилась оттенком майской розы, быстро отвела взгляд куда-то в пол, так до смешного по-детски. – Нет, не сказала, – не хватало ещё пальцем поковырять резьбу на спинке стула или начать нервно поправлять рукава. – Нет, сказала, – мягкой походкой Элио двинулся навстречу, теперь едва ли не светясь от поселившегося внутри тепла, личного крошечного огонька, что зажёгся где-то в районе солнечного сплетения. – Не спорь, я всё слышал. Джесс поспешила отвернуться, но он в два шага пересёк разделявшее их пространство и положил руки на плечи, не позволяя смущённо спрятаться, разворачивая лицом к себе. Она продолжала сверлить взглядом пол и покрываться румянцем всё сильнее, кожа уже, должно быть, начинала гореть на щеках, и Элио накрыл их ладонями, направляя выше, вынуждая взглянуть в глаза. – Ты любишь меня, – улыбался от уха до уха, весь лучился от накрывшего его с головой нежданного счастья, начисто смывшего всю злость, что ещё пару минут переполняла тело. Она смешно пыхтела в его руках, едва ли не шипела как маленький котёнок, только вчера научившийся от мамы-кошки этому приёму, но потом, когда искрящуюся радость в глазах Элио вдруг заслонила неуверенность и тревога, сама резко переменилась в лице. – Ты правда любишь меня? – спросил тихо, всеми силами скрывая дрожь в голосе. И Джесс кивнула. Но взглядом опять устремилась куда-то в сторону, сконфуженно избегая последствий от собственных случайно, непреднамеренно, порывисто обронённых слов. Пока губы не накрыло теплом поцелуя, до того нежного, что тело сдалось и обмякло в его руках. Все сомнения исчезли, Элио прижал её так близко к себе, как только мог, хотелось срастись с ней, чтобы поделиться этим физическим ощущением бескрайнего блаженства, что так щедро, хоть и внезапно, пролилось на него в этом полумраке очередного отельного номера. Никакая работа, никакие ссоры больше не имели значения. Джесс любит его, его самого, и чёрт с ним с ноутбуком, чёрт с ними с форс-мажорами, их можно перетерпеть, теперь, когда она пламенно и жадно сама отвечала на поцелуй, подтверждая фразу действием, закидывая руки за шею и впутывая пальцы в волосы на затылке. Мир вокруг исчез, и даже если бы он сейчас напомнил о себе стуком в дверь или трелью телефонного звонка, он бы не заметил. Это спонтанное признание в любви было куда дороже и ценнее, чем любое выстроенное и чётко спланированное, которое он знал прежде. В нём было куда больше искренности, неподдельности чувств, и оттого грело оно сильнее и жарче. – Обычно на такое принято что-то отвечать, – опять слегка опустив голову и избегая его взора, негромко проговорила Джесс с испытующей интонацией, отчего Элио невольно засмеялся. – Я отвечу. Но потом. Вот теперь она подняла голову и возмущённо втянула воздух. – Ну ты и зараза! Кто бы видел! Мастер интриги, блин! – Я учился у лучших, – с хитрым блеском в глазах ответил Элио и потянулся за новым поцелуем. *** Тур-бас покинул Йоркшир и стремительно приближался к Лондону, финальному городу в этом европейском турне. Просторный транспорт, предназначенный для поездок между городами большим составом, но без зон для сна – мягкие кресла в чёрной кожаной обивке, столики для еды, плотные линии жалюзи на окнах, небольшая зона кухни и уборной, ряды желтоватых лампочек в потолке. Из отеля выехали рано, так что теперь половина присутствующих продолжала досыпать желанные часы, подложив подушки под голову. Элио и Джесс тоже заняли одно из мест на диване: он откинулся на высокий подлокотник, а она – ему на грудь, расположившись меж его ног. В руках держала планшет с включённым фильмом, поделив пару наушников пополам. Заметив, что сидящий неподалёку Дэйв тоже сдался и задремал от мерного покачивания в пути, Элио наклонился к её уху и прошептал: – Ты так и не рассказала про концерт. Она нажала кнопку паузы на экране, слегка повернула голову назад и вверх, встречаясь с его любопытным взглядом. – Какой ещё концерт? – переспросила столь же тихим голосом. – Ты говорила, что ещё не видела меня на такой большой площадке. – Ах это… – усмехнулась Джесс и отвернулась обратно, – забей, я имела в виду видео в интернете. Элио снова придвинулся губами ближе: – Врёшь, – протянул с шипением и одновременно лёгкой щекоткой пробежался по рёбрам под футболкой, заставив дёрнуться на месте. Джесс напряглась от с трудом сдерживаемого смеха и попыталась отбиться, выбраться из капкана и встать, но Элио предугадал такой манёвр и сдавил её коленями сильнее. – Не выпущу, пока не расскажешь, – улыбался, это было слышно по тону голоса, и щекотать не прекращал. – Ну ладно, ладно, – взмолилась она, ёрзая на месте, – я была на одном, давно, – призналась наконец, хоть и не целиком, так что ладонь на коже замерла, но остальная часть прочной ловушки осталась. – Где? – В Islington Assembly Hall. – Ты… маленькая бестия! – снова принялся дразнить, мелко перебирая пальцами по бокам. – Это было почти пять лет назад! Она поджала губы, чтобы не рассмеяться вслух, и снова начала извиваться в его полу-объятиях, пока Элио ловил себя на том, что негодует от её таинственности и в то же время упивается моментом. – Ну хватит, сейчас все проснутся, – из последних сил прошептала она. Щёки зацвели алым, волосы на затылке спутались, – и решат, что мы занимаемся каким-нибудь непотребством. – Пускай решат, – по-прежнему тихо, но на сей раз ещё и нежно отозвался Элио, закончил со своими мелкими пакостями и теперь ласково свёл руки на её животе, прижал к себе сильнее и снова наклонился как можно ближе, замер у изгиба плеча, – я люблю заниматься с тобой непотребствами, – помолчал, когда Джесс довольно хихикнула и повернулась к нему полубоком, а затем поймал её взгляд и закончил наконец фразу, которую оборвал накануне: – и тебя люблю. Все мышцы под его руками резко напряглись от судорожно втянутого воздуха, в карих глазах шире разверзлась чернота бездонных зрачков, а бледно розовые губы сперва распахнулись от удивления, а уже через секунду впечатались в него, поспешно и рьяно. Планшет съехал куда-то в сторону, застревая между сиденьем и спинкой дивана, когда мягкая ладонь Джесс двинулась к его лицу, а сама она развернулась всем телом. Вот так, без долгой подготовки, романтичной обстановки и пышности фраз просто взял и сказал всё как есть. Не в песне, не в шифре строк, без намёков на сказанное прежде. Открыто и прямо, ровно так, как Джесс делала и жила сама. Потому что между ними не было ничего наигранного или заранее спланированного, чувства рождались и выходили наружу естественными, необработанными и честными. – Бляяяять… ну почему, – раздалось с дивана на противоположной стороне от прохода, – почемуууу вы постоянно лезете друг другу языками в рот именно у меня на глазах… – заныл Дэйв, сонно и хмуро пялясь на них, а затем отвернулся, когда Джесс затряслась от подступающего смеха.