Вернутся к фанфику

Убийцы

10 мая 2026, 16:00
Pov Каин   Я шёл к южной окраине города. Раньше там располагались едва заводы Кармиллы Кармайн, на которых делали оружие. Теперь там были обуглившиеся руины, а демонов оттуда либо эвакуировали, либо отправили защищать Пентаграммсити. Да и сейчас они бы нам не помогли, если бы остались целы. Ведь как я понял, ангельский металл у нас заканчивался. Остался тот, что принесли экзорцисты, и часть сохранилась после боя. Мэхи могла бы попытаться создать его в нужных количествах, когда заберём нимб. И думаю, если он поможет ей восстановить магию, она сумеет разом испепелить всех драконов, а с грешниками мы разберемся сами. Авель же смог. Кстати о нём, я чуть не заржал, когда увидел его лицо после папиных слов о том, что с ним пойдёт Лют. Насколько могу судить, он ей не особо нравится. И вообще я заметил, что он как будто шугается собственных солдат. А чего так? Они прикольные. Раз уж меня, грешника, они восприняли нормально, то и его должны. Или дело только в родословной? Или что я похож на отца сильнее, чем Авель? Тогда это странно. Не думаю, что экзорцистам важна внешность их генерала. Наверняка дело в другом. Может, они просто видят, что он не особо хороший лидер, и позволяют себе на него недовольно зыркать или игнорировать приказы? А если им просто отца не хватало? Тогда логично. Он ведь всегда их вёл, командовал, они к нему привыкли. Но по большому счёту, я был с папой согласен: Авеля одного отправлять было нельзя, он ослаблен. Магии конечно хватает, но телу нужен отдых. Я ему даже летать запретил, пусть спокойно пешком походит и не колдует. А Лют всем за щеку даст, если вдруг кому-то хватит мозгов на них напасть. Надо сказать, мне она понравилась. Сильные девушки вроде нее у меня всегда вызывали уважение. Вспомнил, как папа нас знакомил. На парковке отеля, когда мы возвращались с задания Чарли, он метнулся ко мне в охапку с девушкой и огласил: - Каин, познакомься, это Лют! Лют, это мой старший опездол, Каин. - За «опездола» отдельное спасибо. – закатил я глаза и посмотрел на неё.   Большое внимание привлёк позолоченный протез вместо одной руки. Я постарался не пялиться, всё-таки это не очень вежливо. По броне и мечу на поясе я догадался, что она экзорцист. Лют была намного ниже, и хоть была солдатом, я невольно подметил, что рядом с папой она выглядит довольно хрупкой. На первый взгляд, по крайней мере. Она смотрела на меня слегка удивлённо. Ну или это был сдержанный вариант её изумления, а на деле оно было сильнее. Особое внимание она устремила к рогам на моей голове. Ну да, я ведь грешник. Она убила бы меня в любой другой ситуации. Я предполагаю.  - Здрасьте. – заулыбался я. – Очарован.  - Она тоже. – ответил за неё папа, довольно улыбаясь. – Правда, Лют? - Весьма. – проговорила она, пялясь на меня с недоверием и настороженностью.   Если честно, я сразу подумал, что отец к ней что-то испытывает. Иначе не стал бы со мной знакомить, и тем более трогать. Мы давно не виделись, отец конечно изменился – стал больше материться, чаще пить, потолстел немного, и какое-то время мне казалось, что он стал нарциссом. Может, так и есть. Но одно осталось неизменным: он не сближался слишком сильно с кем попало, и не прикасался к ним, если только не считал необходимым. А тут он её всю дорогу за плечо приобнимал. И сама Лют мне показалась замкнутой, но ему позволяла себя трогать и улыбалась ему. Я не был против. Вряд ли мог встревать в личную жизнь отца. Конечно было немного непривычно видеть его с кем-то кроме мамы, но за долгие тысячелетия в изгнании я прекрасно понял, что всё могло измениться. Лют не вызывала отторжения. Она могла бы заставить её побаиваться, но я не боялся. По какой-то причине она воспринимала меня с большим терпением, чем Авеля. Думаю, когда-нибудь узнаю, чем он так ей не нравится. Можно конечно его самого спросить, но мне кажется, это больная тема. Я замечал, что когда речь заходила об экзорцистах, или его генеральстве, он либо бледнел, либо тянулся что-то съесть, и сам никогда это не обсуждал. Брат хоть и был спокойным и порой трусоватым, он всё-таки много о чём переживал. Ну конечно, сначала папа, потом я, потом Мэхи, потом вторжение Ру. Нам с ним надо что-нибудь поделать вместе. Я хочу. Как в детстве, когда мы по деревьям лазали, чтобы собрать груши или апельсины. Я начал улыбаться, вспоминая это. Мы были так дружны. Пока я всё не испортил. Пусть он простил меня, пусть сказал, что любит, меня всегда будет мучить вина за убийство ни в чём неповинного брата. Иногда она становится слабее, иногда набирает силу. После того, как Авель простил меня, это чувство приглушила вспыхнувшая привязанность и облегчение. Но иногда я продолжаю видеть кошмары, в которых снова и снова его убиваю. Я об этом никому не скажу, даже ему самому. Это только моё бремя.    Я перелез через завалы и направился к самому краю заклинания Мэхиген. Цветы где-то тут должны быть. Вообще их называют «пожиратели сердец», но до сердца они вряд ли доберутся. Правильнее будет «пожиратели лиц». Как-то раз я видел, как один из них буквально оторвал лицо грешнику, который случайно упал в заросли этих сиреневых чудовищ. Я бродил прямо рядом с тонкой завесой магии, за которой стояли грешники и драконы. Кто-то из них был ранен, из кого-то торчало оружие. И все смотрели на меня. Один из грешников дёрнулся с места и врезался в заклинание. Через секунду на его месте осталась горстка пепла. Я невольно фыркнул. Дебил, не надо было лезть. Драконы надо мной порыкивали и внимательно разглядывали, но лезть не пытались. Мне вот что интересно: почему они не вылезают полностью, всем телом? Ру не даёт? А почему не даёт? А у них вообще есть тело? Должно быть, иначе как они под землёй сюда пробираются. А вот если они начнуть вылезать полностью, они будут больше Мэхи? Если да, то нам пиздец.  Я двигался вдоль купола около получаса, когда впереди наконец замаячило несколько пожирателей. Улыбнувшись, я ускорил шаг. Их тут было штучек пять. Все мирно покачивались от движения воздуха. Когда я опустился рядом с ними, они зашевелились. - Чшш. – я аккуратно прошёлся ладонью по стеблю одного из цветков. – Не надо меня есть. Я не вкусный.    Я стал поглаживать его, ощущая от растения лёгкую вибрацию. Так же реагируют кошки, когда их за ушком чешут. Второй рукой я упёрся в землю. Из ладони полилась магия, проникая глубже вниз и струясь по корням. Цветок затрепетал, а остальные, растущие рядом, стали тянуться ко мне.  - Моя красавица, - заулыбался я, продолжая почёсывать стебель. – Я не сделаю больно. Я возьму тебя с собой.    Пожиратель продолжил вибрировать. Остальные цветы, видя, что остались без ласки, стали требовать её и для себя. С моего лица не сходила улыбка. На Земле растения не реагировали так заметно. А здесь очень даже. Они тянулись, один лепестками тёрся о моё запястье, выпрашивая нежностей и для себя. Они очень похожи на обычные фиалки, только цветут раз в году, как раз в это время. И если нарушить их хрупкое душевное равновесие, по краю их лепестков в секунду вырастают острые как бритва зубы, а сами лепестки становятся очень липкими. Так они ловят грешника за лицо, впиваются зубами, и липнут так, что фиг оторвёшь. Поэтому бывает, что лица отрывают вместе с цветами. Пока магией я аккуратно обхватывал корень, я наклонился над остальными пожирателями и стал поглаживать их хвостом и вдыхать сладковатый аромат пыльцы. Они правда опасны. Но если бережно обращаться, то будет как сейчас. Запах пыльцы напоминал дни на Земле и детство. Вспомнилось, как я с утра пораньше убежал на луг и искал для мамы цветы. Как она улыбалась и обнимала меня. Как плела венки и надевала на голову мне и Авелю, ласково улыбалась, целовала меня. Я вздохнул, вспоминая её ласковый взгляд. Знаю, что вырос давно. Но порой мне хочется увидеть её ещё раз. Один разочек, хотя бы на пару секунд. Как было хорошо, когда ты была с нами. Когда Авель был жив. Когда я ещё не стал ублюдком. Погрузившись в воспоминания, я не заметил, сколько времени прошло. Я вернулся в реальность, когда услышал поблизости шаги. Запах крови разнёсся в воздухе. Я обернулся. На небольшом расстоянии от меня находился Аластор. Не знаю, что конкретно в этот миг испытал. Но по большей части любопытство. Тварь сбежала почти месяц назад и больше не показывалась. И пришла сейчас. Я невольно улыбнулся, видя, что оставленные мною шрамы не зажили. На шее и щеке были следы моих когтей. А правое ухо было наполовину обрублено. Мне так больше нравится, ему идет.  - Какие люди. – фыркнул я, глядя на него.  - Я тоже рад тебя видеть. – улыбался он. Он всегда улыбался. Мне это нравилось. Весь из себя загадочный, на деле позер ебучий.  - Мне даже интересно, зачем ты пришёл? Мэхиген здесь нет. - Я это знаю. Я не к ней.    Я прищурился. - Что, хозяйка тебя за мной отправила? - Можно и так сказать. Она просила вернуть домой дочь. Но пришёл я не к ней, как видишь. - Мм, ну да. С Мэхи сейчас отец, который тебя уже однажды отпиздил. Да и у неё теперь есть магия. Не будешь же ты соваться к ней, зная, что можешь получить, правда?    Аластор усмехнулся, пронзая меня взглядом. Я поднялся на ноги, разглядывая его. Особенно мне нравилось покоцанное ухо. Надо бы и второму должный вид придать, раз уж он за мной пришёл. - Мэхиген меня не пугает.  - Да ты что? Тогда почему ты пришёл ко мне? - Догадайся.   В меня полетел поток его магии. Я выстрелил в ответ. Столкнувшись, они вызвали взрыв, после которого меня снесло к куполу. Молниями меня не било, но было неприятно. Аластор же отъехал назад и поцарапал когтями землю. Нахрена ему я? Заложника себе нашёл, чтобы Мэхи пришла и всё сделала? Да, это логично. Авель с Лют, папа с Мэхи, а я один. Я даже оскорблён, он всерьёз решил, что меня можно взять и вот так сделать заложником? Раз я не особо участвую в сражениях, то я слабак что ли? - Для первого грешника и убийцы ты слишком уж слабый. – фыркнул Аластор.   Ну всё, хватит. Я на многое забиваю, но сейчас он меня выбесил. Я посмотрел ему в глаза. Губы растянулись в хищном оскале. Я медленно пошёл к нему. - Я тот, кто создал грех, за который ты тут оказался. – я щёлкнул пальцами. Пожиратели, от которых меня нагло оторвал Аластор, развернулись к нему и в секунду вымахали в размере. Они оскалили пасти, крутясь рядом со мной и дожидаясь команды. – Ты – моё подобие. Моя жалкая тень. Кого ты там убивал? Незнакомцев? Ради развлечения?    От него потянулись щупальца магии, в которые я выстрелил своей. Рыкнув, я дернул запястьем. Из земли вырвалось несколько острых скал, которые должны были пронзить его тело. Аластор обернулся тенью и отскочил от них подальше. - Я убил брата. Родного брата. Вправду считаешь, что пощажу тебя? – я снова щёлкнул пальцами. Пожиратели набросились на Аластора, норовя от него кусок откусить. Он начал отбиваться. Щупальца пытались их порвать или повалить на землю. Я магией переместился к нему за спину и поймал хвостом за шею. – Вправду думаешь, что сравнишься со мной?!    Я швырнул его к цветам. Аластор успел в последний момент телепортироваться от них подальше, прежде, чем один из пожирателей успел захлопнуть пасть. Грешник посмотрел на меня. И глаза его заблестели от предвкушения. - Мне и не нужно. Есть кое-кто другой.    Ссыкло. Я выстрелил в него снова. Аластор ответил. Взрыв немного оглушил. Я отъехал назад и тихо зашипел. Сильно заложило уши, внутри начало стрелять. Вскоре это противное чувство прошло. Мотнув головой и скалясь, я натравил на него корни пожирателей. Они вырывались из-под земли, норовили поймать его и поднести к своим пастям, чтобы разорвать. Он отбивался, магией призывая щупальца тьмы и своих миньонов. Я собрался наброситься на него и швырнуть в пасть одному из цветков. В следующий миг меня прижали к земле. И развернувшись, я увидел Авеля. С чёрными-чёрными глазами. Я растерянно вытаращился на него. Нет… твою мать… - Ты... нет... только не ты. - тихо сказал я, не в силах поверить, что его забрали. Авель, братик, пожалуйста, пусть это будет прикол. Пусть жестокая шутка. Я не хочу... только не ты. Аластор обрушил поток магии на растения и заставил их гореть. На секунду кроме страха я испытал и их боль. Ублюдок стоял в стороне и беспечно разглядывал свои когти. - Генерал, застрели его. Чтобы было честно. Он же убил тебя однажды. - Урод! - зарычал я на демона и дернулся ударить. Где там. Авель навалился на меня всем весом и не давал двинуться. Из груди вырвался стон. - Авель... брат, не надо. Он не отвечал. Он молча сжал мою шею и прижал мне к груди руку. Я ощутил подступающий жар. И едва успел вырваться, когда он выстрелил. Я собирался отбежать подальше и обездвижить его. Я не могу с ним драться. Не хочу. Рука не поднимется. Я оказался к нему спиной. Это стало моей главной ошибкой. В тот же миг дикая боль пронзила бок. Кровь брызнула на землю. Сквозь меня пролетел луч его магии. А у меня потемнело в глазах. Не только от ужасной боли. От осознания, что он вправду меня убьет. Наверное, он испытывал ту же боль. И наверное, это моя расплата за то, что я когда-то натворил.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!