Глава 6

- Правда, дело - совсем не в убийстве Дина. Дело в тебе, Сэм. Ты должен видеть смерть брата - каждый день. Вечно.

Габриэлю не нужно было быть на Небесах. Он мог быть где угодно - хоть на Земле, хоть на Марсе, хоть в Аду. В любом, даже самом отдалённом месте во Вселенной он бы услышал одно и то же - Архангел Люцифер пал. Об этом твердили все. Полуразумные существа с далёких, неназванных планет. Растения на Земле. Ангелы... Крик первого падшего ангела (да ладно бы ангела, но нет же - Архангела!) разнёсся во все уголки мира. Габриэль помнит только одно ощущение - боль. Она была всепоглощающей и исходила ото всех живых существ. Казалось, целый мир погрузился во всеобъемлющую скорбь. Но боль не вечна - прошёл день земной, ночь, квартал, другой - и Габриэль вернулся домой. Небеса были травмированы. Клинически белые коридоры были совершенно пусты - по пути к Райским садам Габриэль не встретил ни одного ангела. Даже херувимы, казалось, избегали сердцевины Небес. Габриэль прошёл мимо нескольких садов. На первый взгляд, казалось, ничего не изменилось - всё было по прежнему ярко, свежо и зелено. Он прошёл бы и мимо Эдема, если бы не одно но - сад Эдемский впервые за последнее столетие был совершенно пуст. Габриэль напрягся. Он заозирался, по прежнему не замечая ни одной души, ни одного ангела. Сглотнув и обернувшись в последний раз, он ускорил шаг. Через несколько дверей он добрался до дверей Сада. Первым живым существом, встреченным Габриэлем, оказался Джошуа. - Габриэль, - спокойно и размеренно приветствует архангела садовник. - Тебя ждут. - Что здесь произошло, Джошуа? Где все? Где Отец? Ангел грустно улыбается и от его улыбки Габриэль напрягается ещё больше. - Отец на время покинул нас, - произносит ангел так, будто подобное происходит не впервые. - Но он обещал вскоре вернуться. - Вскоре... По чьим параметрам? Вскоре после чего? Второго тысячелетия? - Не будь так груб, Габриэль. - спокойно отвечает садовник. - Когда он вернётся, ты будешь первым, кому я об этом сообщу. - Почему? - недоверчиво щурится архангел. - Ты первый, кто спросил. Остальные, кажется, куда более поглощены иной проблемой. Габриэль сглатывает. - Он действительно... действительно пал? Голос архангела тих и печален; Джошуа сочувствующе кладёт руку ему на плечо. - К сожалению. Такая потеря не проходит бесследно. Иди, Габриэль - тебя ждут. Габриэль сглатывает, но кивает садовнику. Тот вновь грустно улыбается, но машет рукой архангелу в сторону массивных золотых дверей, украшенных декоративным лозовым плетением. Габриэль задерживается перед входом. Кажется, сейчас он впервые с начала Вечности испытывает Предчувствие - и это ощущение ему совершенно не нравится. Опасение чуждо архангельскому сознанию; Габриэль решительно отгораживает клочок разума ответственный за панику и уверенно распахивает двери. Сад полон. Это первая мысль, регистрируемая сознанием младшего архангела; второе замечание касается выделяющегося отсутствия одного из старших братьев. Михаил явно поглощён горем - взгляд Небесного Заместителя рассеян, пуст и чужд. По левую руку от него место за столом заметно пустует - по правую Рафаэль с грустью рассматривает собравшуюся толпу горюющих братьев. Габриэль осматривается. "Сад", с большой буквы и без характеризующей приставки, является скорее метафорическим названием. В данный момент это просто бесконечное, пустое, белое пространство, вмещающее неизмеримое количество ангельской Благодати; изредка Габриэль замечает знакомые лица, но длительное отсутствие сказывается на нём не лучшим образом - больше половины ангелов он видит впервые. Он как можно тише и незаметнее подходит к старшим братьям. - Михаил. Рафаэль. Взгляды архангелов резко фокусируются на нём. - Габриэль, - с тихим облегчением произносит Михаил, пока Рафаэль просто задумчиво кивает в ответ на приветствие. - Ты... задержался. Габриэль саркастично поднимает бровь. - Боюсь, в контексте произошедшего задержка несущественна. Рафаэль слегка недовольно поднимает взгляд. Габриэль невинно наклоняет голову. - Туше, - в итоге выдыхает Михаил. Габриэль оглядывается на Сад. - Почему все здесь? - До этого момента мне казалось, что ангелы не испытывают эмоций, - задумчиво произносит Михаил, вновь уставившись в никуда. - Кажется, я... ошибался. Габриэль переводит взгляд на Рафаэля. Тот безучасно смотрит в ответ и мысленно Габриэль закатывает глаза. Вот уж кому не помешало бы развитие эмоционального интеллекта. - Они... скорбят. - так же тихо продолжает Михаил, не обращая внимания на беззвучный диалог братьев. - Я не думал, что они вообще на это способны. Габриэль вздыхает. - Конечно, способны. Ты ведь испытываешь чувства - почему они не могут? - Они - ангелы... - И что? Они от этого становятся более равнодушными? - Тебя здесь не было, когда Отец их сотворил. - внезапно вмешивается Рафаэль, перебивая открывшего рот Михаила. Тот недовольно морщится, но брата не останавливает. - Первый сотворённый ангел был настолько несовершенен, что Отцу пришлось воссоздавать его практически с нуля. - Он что, убил своё творение, потому что оно ему не понравилось? - спрашивает шокированный Габриэль. - Справедливости ради, он и сейчас никому не нравится, - усмехается Рафаэль, пока Михаил раздражённо хмурится. - До сих пор он не сбежал с Небес исключительно благодаря регулярным... коррекциям. Габриэль в ужасе смотрит на Рафаэля. - Погоди, то есть вы буквально подавляете его, стираете ему память, выворачиваете его разум наизнанку... Но зачем? Михаил недоуменно смотрит на Габриэля. - Ему ведь нужно служить Небесам, а не поддаваться искушениям. Одно воскрешение животных на Земле чего стоит... Пришлось зачищать практически целый континент. А всё потому, что кто-то пожалел пару вымирающих видов. Он нарушает приказы буквально каждый второй раз! Габриэль едва сдерживается, чтобы не врезать Рафаэлю между глаз. - Тогда какой в этом смысл?! - яростно жестикулирует он. - Зачем Отец дал нам свободу воли? - Вот! Он дал её нам - нам, архангелам! Ангелы были созданы для беспрекословного подчинения. А ещё он дал её людям... - Неправда. - сжимает зубы Габриэль. - А иначе почему Он так и не уничтожил Первого Ангела? В ответ он слышит только тишину. - Ты и сам видишь, к чему приводит излишнее... Попустительство, - практически шипит Рафаэль, приподнимаясь из-за стола. - Теперь мы потеряли Архангела! - Ах, так вы потеряли Архангела? Не брата, не... часть семьи? Рафаэль, ты уверен, что у тебя правильно расставлены приоритеты? - А теперь и Отец нас покинул! Почему, по-твоему, он это сделал? Не от того ли, что насмотрелся на твоё хвалёное свободоволие?! Два архангела в гневе уставились друг на друга, пока Михаил равнодушно продолжал смотреть в пространство. - И никто из вас не подумал просто спросить его?! - окончательно взрывается Габриэль, не обращая внимания, как некоторые ангелы испуганно дёргаются от подавляющих эманаций Благодати. - Вы же были с Ним! Почему у вас остались одни домыслы?! - Он ничего не сказал. Габриэль резко обернулся к Михаилу. - Повтори. - Он ничего не сказал. Я спросил его, в чём смысл, если брат покинул нас; почему он не препятствовал. Почему... Почему он так и не убил Первого Ангела. Габриэль смотрит на брата с зарождающимся чувством предательства в глазах. - И Он не ответил? - Нет. Он молчал. А потом он положил мне руку на плечо и сказал: "Будь честен, сын мой и не покидай братьев своих". Габриэль недоверчиво уставился на брата. - И всё?! - Ты не расслышал? - недовольно вмешивается Рафаэль. Габриэль замолкает. Кажется, у младшего архангела только что умерла последняя надежда в глазах. - И что теперь? - тихо спрашивает он. - Что дальше, Михаил? Ты сотрёшь память всем? Как Первому Ангелу? - Нет. Я не буду этим заниматься. После падения... Люцифера, - секундная заминка не ускользает от внимания Габриэля, но он только крепче сжимает челюсть. - Небеса в полном беспорядке. Кто-то должен этим заняться. - Я знаю одну весьма перспективную ученицу, - вмешивается Рафаэль. - Я обучал её работе с памятью ангелов. Пока что, за всё время существования, она ни разу не подвергла сомнению ни один мой приказ. Возможно... Возможно, мы можем поручить это ей. - Как её зовут? - О, ты ещё с ней не встречался. Её имя - Наоми. Габриэль сглатывает. - И что... Что она будет делать? - Ничего конкретного. Так, контролировать исполнение поручений. В случае чего у неё будут полномочия для вмешательства в сознание нарушителя. Габриэль в ужасе отшатывается. - Вы вообще слышите себя?! Вы ведь просто превратите Небеса в... в систему подчинения! Ни у кого не будет даже шанса подумать самостоятельно! Вы окончательно лишите всех какой-либо свободы воли! - Посмотри, к чему приводит твоя свобода! - вскакивает из-за стола окончательно разъярённый Рафаэль. - Мы только что потеряли брата! - Ах, так теперь он тебе брат! Удобно, Рафаэль, ведь пять минут назад он им не был! - Довольно! - хлопает ладонью по столу Михаил. Братья замолкают. В Саду оглушительная тишина. - Успокойтесь. Мы не можем допускать таких разногласий. - Тогда как мы вообще о чем-то договоримся? Без слов? Мне нарисовать свои аргументы? Пропеть? Станцевать?! Михаил сжимает челюсть. - Я принял окончательное решение. Габриэль резко отходит от стола. В глазах архангела справедливости виднеется исключительно чувство предательства. - Что, и это всё? Вот так просто? Никаких обсуждений, компромиссов? Ты решил, а мы все должны просто... Подчиниться? - Если ты не заметил, Габриэль, кроме тебя никто не выразил протеста. Габриэль переводит рассерженый взгляд на Рафаэля. Он молчит. Поза его оболочки выражает исключительно разочарование. - Я не могу. Я не могу с вами согласиться. Тишину прерывает недоуменный вопрос Михаила. - Почему, Габриэль? - Это не то, чего хотел от нас Отец. В Садах воцаряется тишина. - Забавно, - злобно усмехается Рафаэль. - Ты не был дома столетиями и всё же ты уверен в воле Отца куда твёрже, чем мы. - Да, - кивает Габриэль. - И поэтому... Поэтому я не могу здесь оставаться. Ваши действия противоречат моим убеждениям. И убеждениям Отца. По крайней мере, того Отца, которого помню я. Михаил и Рафаэль молчат. - И что ты будешь делать, Габриэль? - Я покидаю Небеса. Габриэль и сам не ожидал от себя такой уверенности в собственном решении. Казалось, он совсем перестал контролировать свой язык, но после минутных раздумий он понял, что не возьмёт своих слов обратно. Михаил с печалью смотрит прямо ему в душу, пока Рафаэль уставился на него с шокированным выражением лица. В другое время Габриэль посмеялся бы с последнего, но сейчас... - Тогда иди, Габриэль. И возвращайся, когда... передумаешь. Габриэль грустно усмехается. - Боюсь, я не передумаю. И с этими словами второй архангел покидает Сады. За ним никто не идёт. Габриэль не торопится - при всей самоуверенности, никто не сможет насильно запереть его на Небесах. Силёнок не хватит. Тем более, сейчас. Он прогуливается по коридору, задумчиво рассматривая многочисленные дверные проёмы. После некоторых раздумий он наконец останавливается перед дверью с курсивной енохианской надписью "Эдем". За исключением отсутствия людей, внутри ничего не изменилось. Единственными следами конфликта можно было бы назвать только оставшийся огрызок, но это Эдем - на месте надкусанной айвы уже прорастает новое деревце. Габриэль задумчиво прикасается к молодым листьям. Возможно, из этой трагедии сможет родиться что-то более прекрасное? Его размышления прерывает тихий звук мягких шагов по заросшей цветами поверхности. - Габриэль? - раздаётся за его спиной неуверенный, тихий голос. Архангел оборачивается. Под "запретным" деревом виднеется знакомый блеск разноцветных крыльев. - Кастиэль? - Простите, вы меня знаете? Габриэль с грустью рассматривает младшего ангела. Тот, кажется, искренне удивлён - настолько поразительная невинность защемляет Габриэлю нематериальное сердце. - Неважно. Зачем ты меня искал? Кастиэль неловко переминается с ноги на ногу. Его задумчивый взгляд не так отрешённ, как у Михаила, но Габриэлю кажется, что тот уже близок к подобной бесчувственности. - Я... Мне жаль, что вы не смогли договориться с братьями. Я думаю, они могли бы быть к вам более... - Кастиэль прерывается, ища в енохианском языке подходящее слово. - Внимательны. Габриэль с грустью кривится. - Увы, они слишком уверены в своей правоте. Они замолкают. Габриэль задумчиво рассматривает Кастиэля и после неловкой паузы осторожно подходит к ангелу поближе. Тот, кажется, не уверен, бояться ему архангела или нет - настороженный взгляд внимательно следит за движениями Габриэля. Архангел останавливается прямо перед ним, задумчиво рассматривая напряжённые черты лица. Он медленно поднимает руку и аккуратно касается виска Кастиэля. Кончики пальцев Габриэля светятся от Благодати. - Конечно... - бормочет под нос Габриэль, с новым вниманием рассматривая Кастиэля. - Конечно, это был ты. Ангел непонимающе смотрит на него в ответ. Габриэль поражённо делает шаг назад. - Спасибо за тёплые слова, - тихо произносит Габриэль, по прежнему поражённо глядя на ангела. - Позволь, я кое-что сделаю... Кастиэль настороженно хмурится, но молча наблюдает за повторным приближением архангела. Он не оказывает никакого сопротивления, когда Габриэль поднимает обе руки и прикасается к его вискам. Габриэль не совсем понимает, из страха или из искреннего любопытства, но он предпочитает не задумываться. Короткое касание длится всего секунду. Взгляд Кастиэля слегка проясняется. - Габриэль? Спасибо. Архангел грустно улыбается. - Никогда не меняйся, Первый Ангел Господень. И Габриэль, в последний раз взмахнув прекрасными крыльями, окончательно покидает Небеса. Ни он, ни оставшийся Кастиэль не замечают, как из-за розовых зарослей незаметно выходит Михаил. - Прости, Кастиэль, - с лёгкой грустью произносит Заместитель, прикладывая ладони к вискам ангела в том же жесте, что и Габриэль до этого. В отличии от брата он стоит за спиной ангела и не видит, как у того панически расширяются зрачки. - Но я не могу этого допустить. Безмятежную тишину райского уголка прерывает болезненный крик. Через пару минут Михаил выносит на руках из Эдема бессознательное тело. Через несколько часов Кастиэль просыпается в любимом раю. Молчаливый мальчик-аутист тихо наблюдает за природой. Кастиэль безмятежно улыбается.

***

Прежде чем кто-нибудь куда-нибудь уходит, Габриэль отводит Локи в сторону. Локи в последнее время чувствует себя намного лучше, чем раньше. Тор почти на него не злится - кажется, моментами между ними даже воцаряется взаимопонимание. Такое, как в детстве - когда ещё не было войн, когда Один с гордостью вёл за собой двух наследных принцев. Когда Фригг читала им на ночь сказки о злых тёмных эльфах и одарённых гномах. Когда тёмные эльфы не были Малекитом, а гномы не зашивали ему губы. Когда Локи ещё верил, что он Асгардец по праву рождения. Габриэль внимательно смотрит, как меняется выражение лица полубога. Сквозь тонкие черты лица проступает спокойствие, смешанное с многовековой усталостью. - Как ты? - тихо задаёт вопрос архангел. - Жив, - с лёгкой горечью улыбается Локи. - И даже, кажется, почти здоров. - Физически ты в полном порядке. Я исправил все повреждения. - Спасибо, конечно. Жаль, что разум не так легко починить. - Но ты ведь не сломан, Локи. Полубог в недоумении поднимает взгляд. - Ты так считаешь? - Я уверен. Поверь мне, я знаю как выглядят сломленные души. Локи вновь горько усмехается. - Ты уверен что у меня есть душа? - Конечно, я же её вижу. Локи резко хмурится, концентрируясь на последних словах. - Подожди, ты правда видишь души? Архангел слегка любопытно улыбается, склоняя голову набок. - Естественно. Все ангелы их видят. Даже падшие. - Что, постоянно? - Да. Это как второй слой реальности - я мог бы сказать кто передо мной даже с закрытыми глазами. Локи задумчиво рассматривает существо перед собой. - А в воспоминаниях? - Что? - Ты видишь души в воспоминаниях? Габриэль задумчиво поджимает губы. - Иногда, - в конце-концов отвечает он. Локи молчит. Габриэль внимательно наблюдает, как меняется выражение лица полубога. - Ты хочешь знать, прикоснулся ли Танос к твоей душе? Локи вздрагивает. Единственное, что выдаёт его реакцию это крепко сжатая челюсть. - Нет. Локи резко поднимает взгляд. - Что - нет? - Он не касался твоей души. Никто, кроме небесных и адских существ не способен коснуться души. Локи в оцепенении смотрит на Габриэля. Несколько минут они молчат, после чего полубог резко выдыхает. - Спасибо. Архангел кивает. - И Тор... В общем, не отвергай его. Ты не представляешь, как он рад, что ты с ним общаешься. Думаю, даже если ты снова провернёшь трюк со змеёй, он скорее всего добровольно даст тебе пырнуть себя ножом. Не единожды. Локи недоуменно хмурится. - Как ты... - Ну должны же у меня остаться хоть какие-то секреты. - хитро, но ласково улыбается Габриэль. - А теперь нам, кажется, пора - ещё немного и Тор полетит до Лондона на Мьёльнире. С этими словами Габриэль возвращается в комнату. Тихо вздохнув, Локи в последний раз оборачивается к панорамному окну. Бескрайний водный пейзаж его успокаивает. Он решительно выдыхает и возвращается на кухню вслед за архангелом.

***

Первое, что замечают братья, Тони и Габриэль по прибытии в Лондон, это удивительная тишина. На улице не видно прохожих - кажется, город спит, хотя солнце в самом зените (было бы, не будь оно закрыто тяжёлыми тучами) и ближайший выходной - послезавтра. - Нам туда, - тыкает пальцем в сторону недостроенных зданий Габриэль, разворачиваясь на девяносто градусов. - С той стороны веет какой-то странной энергией, хотя эффект, можно сказать, остаточный. Но я чувствую какой-то новый источник. Через несколько метров они замечают машину с двумя кричащими друг на друга девушками и парнем рядом. - Знакомы? - поворачивается Габриэль лицом к Тору. Тот радостно улыбается и быстрым шагом направляется к машине. - Леди Джейн! Но Джейн Фостер, кажется, не слишком радуется появлению бывшего возлюбленного - первым жестом в сторону полубога становится смачная пощёчина. Локи почти хихикает, пока Тони и Габриэль сочувственно морщатся. - Джейн? - в недоумении переспрашивает Тор. - Прости, хотела убедиться, что ты настоящий. И даёт Тору пощёчину ещё раз. Габриэль теперь тоже развлекается, наблюдая за происходящим с лёгким весельем. Тору, кажется, помощь не нужна - он старательно объясняет причины своего отсутствия. Джейн Фостер явно больше любит полубога, чем злится на его отсутствие - к моменту, когда эти двое явно близки к отвратительной романтической сцене, Габриэль и сам готов прервать разворачивающуюся перед ним мелодраму. Ему не приходится - подружка Джейн Фостер явно разделяет его чувства. - Эй, голубки, нас сейчас кажется арестуют. Габриэль осматривается - и действительно, полицейские машины явно намекают на потенциальную угрозу. Раздражённо вздохнув, архангел щёлкает пальцами. Полицейские машины исчезают без следа. - Ух ты, - произносит Дарси Льюис, с восторгом глядя на Габриэля. - А ты кто? Архангел очаровательно улыбается под недовольный стон Тони за спиной. - Я тот, кем ты захочешь меня... - Габриэль! - Что? Я просто представлялся этой очаровательной девушке... - Габриэль, ты сможешь помочь? Вопрос Тора прерывает начавшуюся перепалку. Полубог решительно обнимает учёную, пока та с любопытством рассматривает необычную компанию возлюбленного. - В чём помочь? Что происходит? - оборачивается Джейн обратно к Тору. - Ты не чувствуешь ничего необычного? - Тони с любопытством рассматривает Джейн. На нём простые джинсы и клетчатая рубашка и миллиардера он напоминает очень отдалённо. - А что я должна чувствовать? - Не знаю, силу? - Силу чего? Габриэль вновь вздыхает, устало закрывая ладонью лицо и сжимая переносицу. - Так, мы не будем обсуждать это в центре Лондона. Архангел щёлкает пальцами. Шесть человек (незнакомый парнишка остаётся в ужасе озираться по опустевшему пространству вокруг) резко приземляются в гостиной дома в Малибу. - Как вы... - с ужасом и восторгом одновременно смотрит на Габриэля Джейн Фостер. - Как вы это сделали? - Талант, моя дорогая. Прирождённый дар и немного харизмы. Локи с едва скрываемым весельем наблюдает за происходящим. Дарси Льюис, кажется, в этот момент понимает, в чей дом перенёс их Габриэль. - Ты - Тони Старк! - с восторгом тыкает она пальцем в миллиардера. Тони закатывает глаза но никак не препятствует энтузиазму стажёрки. - Господи, это самый странный день в моей жизни. - Боюсь мой отец к этому не причастен, - с лёгкой иронией щурится Габриэль. - Да кто же вы?! - теряет терпение Джейн Фостер. - Приятно познакомиться, архангел Габриэль. Взгляд учёной настолько полон потрясения, что Габриэль сочувственно хлопает девушку по плечу и аккуратно, под руки усаживает её на диван. Тор сразу же присаживается рядом, ненавязчиво хватая шокированную учёную за руку. - Ты в порядке? - В порядке?! Мне только что представился архангел, меня за руку держит полубог и нас телепортировали в дом к Тони Старку, при всём этом я только что вернулась из аномалии! Я не в порядке! - Тони? Что происходит? В дверях стоит крайне удивлённая Пеппер Поттс. Тони со стоном прячет лицо в ладонях.

***

Объяснения занимают гораздо больше времени, чем Габриэль готов на них пожертвовать (он бы вообще ничего не объяснял, но это, увы, не вариант). Когда все наконец успокоились (вопросы только начинались, но это дело Габриэль пресекает на корню) и достаточно сосредоточились, Габриэль продолжил. - Мисс Фостер, подойдите поближе. Так, отлично. Повернитесь. Сядьте. Нет, лягте. Ага, именно. Расслабьтесь. - Тебе нужно что-то, или это самостоятельная процедура? - Нет, ничего не нужно. Спасибо, я и так справлюсь. Но потом тебе придётся меня разбудить. - Разбудить? Что ты собрался делать? - Ничего опасного. Однако, если я перенапрягусь... Принеси мне один из твоих реакторов и вложи в руку. - Именно в руку? - Так площадь соприкосновения будет больше. Сожми. Если не сработает, принеси второй. - Ладно, но... - Тихо. Начинаем. Габриэль запускает руку в пространственный карман, доставая из него стандартный флакон для ангельской Благодати. Он пуст - энергетически стерилен. Габриэль аккуратно цепляет носком ботинка ножку журнального столика и быстро двигает его поближе к дивану. - Всё. Джейн, расслабься. Постарайся подумать о чём нибудь расслабляющем. - Это обязательно? - Нет, но видеть во сне голубоглазых красавчиков приятнее, чем пытки, правда? Джейн морщится, пока Тони кашляет на заднем плане. Тор в недоумении хмурится. Габриэль протягивает руку над грудью лежащей девушки. Из растопыренной ладони медленно начинает выливаться чистый свет. Джейн начинает дрожать. Габриэль резко убирает руку и прижимает к её виску два пальца. Пара секунд - и Джейн Фостер впадает в сон. - Это обязательно? - повторяет вопрос девушки Тор, напряжённо глядя на бессознательное тело. - Поверь мне, это намного приятнее не помнить. Тор кивает, хоть напряжение не уходит с его лица окончательно. Габриэль вновь протягивает руку над грудной клеткой Джейн. Свет начинает литься из ладони, плавно погружаясь в тело девушки. Он сливает немного Благодати, но не отделяет её от себя окончательно. Нити света, интегрировавшиеся в человеческий организм, аккуратно оплетают инородное вещество. Со стороны кажется, что у Джейн сквозь кожу светится кровеносная система. Тони и Локи завороженно наблюдают за процессом; Тор обеспокоен. Пеппер задумчиво и устало прислонилась к Тони. Дарси буквально стоит с открытым ртом. Никто не комментирует. Когда процесс захвата Эфира Благодатью заканчивается, Габриэль начинает тянуть последнюю обратно. Сначала ничего не происходит. У него складывается ощущение, что Благодать намертво приклеилась к девушке, но он не останавливается. Он тянет сильнее. И процесс запускается. Ему больно. Не физически - тело в порядке. Он прилагает немыслимые усилия, вытягивая "скверну" из человеческого организма насильно, но к сожалению по-другому не получится - Эфир намертво вцепился в живого носителя. Процесс идёт медленно. Ситуацию усложняет то, что Благодать Архангела начинает перерабатывать неопознанную энергию в такую же Благодать - и хоть Габриэль отдалённо ощущает прилив сил, на сам процесс это влияет отрицательно. Он не уверен, сколько времени занимает весь процесс, но когда Эфир наконец покидает тело девушки с глухим хлопком, Габриэль на секунду позволяет себе расслабиться. В следующую секунду он осознаёт свою ошибку. Эфир пользуется моментом его слабости и с силой цепляется за него самого. Последнее, что помнит Габриэль перед тем, как потерять сознание - красная пелена света перед глазами. Пустой флакон так и остаётся стоять на столе. По прежнему пустой.

***

Тони наблюдает за процессом извлечения Эфира с наиболее возможной научной точки зрения, учитывая, что один из участников процесса его лучший (да, он долго ворчал по этому поводу, но Тони не отрицал совсем уж очевидные факты) друг, а второй - девушка другого хорошего друга и отличный учёный. В общем, как бы Тони не обманывал себя - он волновался и только полусонная Пеппер, прислонившаяся к его плечу останавливала психику Тони от полноценной панической атаки. Процесс действительно завораживающий. Тони не уверен, что кроме него кто-то обратил на это внимание, но глаза Габриэля начинают светиться холодным, практически голубоватым светом. Чем-то свет напоминает его дуговые реакторы - но может ли Тони сравнивать собственные изобретения с чем-то настолько чистым и прекрасным? В любой другой день, в любом другом контексте Тони посчитал бы такое описание непристойным, но ангельская Благодать... По его меркам, это что-то за гранью нормальности. Судя по лицам асгарцев - и по их меркам тоже. Тони резко возвращается к реальности в момент, когда Габриэль окончательно вытаскивает из Джейн Эфир. Эфир выглядит... Отвратительно, честно говоря. Бьющийся (аналогию с человеческим сердцем Тони предпочитает игнорировать, спасибо) комок красноватой энергии напоминает скорее кровавое месиво, чем Скипетр или Тессеракт. Поэтому, когда этот комок на всей скорости врезается в ладонь Габриэля, Тони в ужасе выскакивает с дивана в сторону осевшего архангела. Наверное, стоило предвидеть тот факт, что при первом же соприкосновении с потерявшим сознание Габриэлем, Тони отбрасывает мощным взрывом энергии через всю комнату и со всей силы швыряет о стену. Но как бы ему не хотелось, предвидеть этого Тони не мог. Теряя сознание, инженер надеется, что не причинил архангелу ещё большего вреда. Сквозь тьму он слышит панические крики.