Вернутся к фанфику
Глава 10: Спящие псы Лэнгли
16 февраля 2026, 16:44Вашингтон 2039 года встречал утро тяжелым, свинцовым небом. В кабинете министра юстиции Гарри Сименса пахло воском для паркета и горьким ароматом крепчайшего эспрессо, который лис пил без сахара, маленькими, расчетливыми глотками. Гарри был старым лисом во всех смыслах этого слова: его рыжая шерсть на морде заметно посеребрила изморозь седины, а в прищуренных глазах светился интеллект, отточенный десятилетиями аппаратных войн.
Он медленно перелистывал виртуальные страницы отчета, который пришел по зашифрованному каналу из Пенсильвании. Письмо от Фрэда Филипса. Краткое, сухое, пахнущее отчаянием и порохом.
— Бейтан... Декарт... — прошептал Сименс, и кончик его пушистого хвоста нервно дернулся, выбивая дробь по ковру. — Вы решили, что раз вы держите в лапах все кабели страны, то вы и есть сама страна?
Министр поднялся и подошел к окну, выходящему на Капитолий. Он понимал: АНБ под прикрытием «борьбы со слабыми» начало операцию по захвату гражданского сознания. Захват «Эха Мышенции» был не просто коммерческой сделкой. Это была лоботомия для демократии. Если Стилтоны падут, если их голос станет рупором Агентства, то через год американцы будут аплодировать собственным кандалам.
Дверь в кабинет открылась без стука. На пороге стоял генерал Маркус Хаунд — массивный пес породы бладхаунд, возглавлявший ЦРУ последние пять лет. От него пахло дождем и холодным профессионализмом.
— Ты звал меня, Гарри, — Хаунд не спрашивал, он констатировал факт, усаживаясь в кресло для посетителей, которое под его весом жалобно скрипнуло. — И судя по тому, что мы встретились в «мертвой зоне» твоего кабинета, речь пойдет не о налогах на импорт сыра.
— Речь пойдет о раковой опухоли, Маркус, — Сименс вернулся за стол и активировал голографическую завесу. — АНБ вышло из-под контроля. Они похитили гражданскую мышь, они шантажируют семью Стилтон, и они готовят рейдерский захват крупнейшего медиа-холдинга. И всё это — под соусом «национальной безопасности».
Хаунд прищурился, его тяжелые брыли дрогнули.
— АНБ — не моя юрисдикция, Гарри. Мы работаем «за забором». Внутренняя разведка — это поле ФБР и самого Агентства. Ты просишь меня развязать войну между ведомствами?
— Я прошу тебя провести расследование криминала в госструктурах, — Сименс подался вперед, его лисьи уши прижались к голове. — Бейтан и Декарт используют ресурсы Агентства для личного обогащения и политического переворота. Это уже не разведка. Это мафия с государственным бюджетом. ФБР парализовано — их системы взломаны Декартом еще месяц назад. Единственный, кто сейчас может ударить в спину АНБ так, чтобы они не успели стереть логи — это твои ребята из Лэнгли.
Генерал Хаунд молчал долго. В тишине кабинета было слышно только тиканье старинных часов. Он понимал риск. Если ЦРУ начнет «работать» по АНБ на американской земле, это станет крупнейшим скандалом со времен основания спецслужб.
— У тебя есть доказательства, которые я смогу предъявить комитету, если нас прижмут к стенке? — спросил Хаунд.
Сименс выложил на стол тонкий чип.
— Здесь данные от Филипса. И зацепка от молодого Бенджамина Стилтона — он нашел старые протоколы связи, которые Бейтан использует для скрытых транзакций. Если твои оперативники подтвердят, что Пандору держат на черном объекте АНБ без решения суда... это даст нам право на зачистку.
Хаунд взял чип своими огромными пальцами.
— Мы назовем это «проверкой внешней угрозы, проникшей в аппарат Агентства». Формально — мы будем искать шпионов. Фактически — я выверну Бейтана наизнанку.
Сименс взял со стола тяжелую ручку и начертал свою подпись на документе, который давал ЦРУ исключительные полномочия для «содействия Министерству юстиции в расследовании коррупции в высших эшелонах разведки».
— Помни, Маркус, — Сименс посмотрел в глаза псу. — Мы сейчас не просто спасаем племянницу Джеронимо Стилтона. Мы проверяем, стоит ли наше правосудие хотя бы той бумаги, на которой оно написано. Если мы проиграем, в 2040 году у нас не будет Министерства юстиции. Будет только Министерство одобрения АНБ.
Хаунд встал, поправил китель и коротко кивнул.
— Мои псы уже чуют след, Гарри. Мы не любим, когда кто-то другой ворует наше право на секреты. Дай мне сорок восемь часов.
Когда директор ЦРУ вышел, Гарри Сименс обессиленно откинулся на спинку кресла. Он чувствовал себя старым и уставшим лисом, который только что открыл клетку с очень опасным зверем, чтобы тот прогнал другого, еще более опасного.
Он посмотрел на портрет первого прокурора на стене.
— Надеюсь, ты меня простишь, — прошептал он. — Но иногда, чтобы защитить закон, нужно нарушить тишину.
В это же время в Лэнгли, в штаб-квартире ЦРУ, начали загораться экраны, на которых не было эмблем АНБ. Спящие псы разведки проснулись. Внутренняя война в тенях Америки началась официально.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!