Поделись со мной своими страхами (_Мегуру Бачира_)

Хорошо тогда, когда есть кому выговориться

Ты лежишь на своём матрасе, глубоко задумавшись о чём-то неважном. Наги лежит неподалёку — заслуженно спит как убитый, сладко сопя. Рин в тренажёрном зале. Остальные просто бездельничают где-то, пока есть свободное от испытаний время. Эта тишина в таком месте кажется непривычной, особенно сейчас. Мысли мечутся в голове, заставляя хмуриться от их навязчивости. Это не скрылось лишь от одного человека. — Ты чего такая хмурая сегодня? Голос раздаётся над тобой так неожиданно, что ты вздрагиваешь. Бачира уселся рядом в позе лотоса. Волосы ещё влажные после душа, обычная хитрая ухмылка сейчас выглядит намного мягче, чем обычно. — Я думала, ты уже спишь, — говоришь ты, поднимая голову с подушки. — Ага, конечно, не тогда, когда ты выглядишь так, будто у тебя отжали последний кусок мяса в столовой, — он медленно меняет своё положение, ложась рядом. Теснота ему совсем не мешает. Ноги прижимаются к твоим, голова ложится на подушку рядом. — Ну что? Скажешь, что происходит своему лучшему другу и товарищу? Ты тихо вздыхаешь, отводя взгляд. Он видел тебя насквозь. Скрыться от проницательности Мегуру иногда было слишком трудно. Мегуру был словно путеводитель в тумане — направлял тебя, когда мысли путались, а тело не хотело двигаться дальше. — Я просто задумалась над кое-чем… — бормочешь против своей воли. Голос становится тише, и вот снова ты сглатываешь треклятый ком в горле. Мегуру смотрит не моргая, вслушиваясь в каждое слово. Разбитость, отражающаяся на твоём лице, говорила достаточно много. Он уже испытывал это чувство — безнадёжность, смешанная с безысходностью. — Над чем? — спокойно спрашивает он без обычной ехидности, не перебивая. Сейчас он был спокоен как горная река, что настоящая редкость для такого энергичного парня. Ты тяжело вздыхаешь, придумывая более правильные слова и как изложить свои мысли, образовавшие настоящий клубок из узлов в голове. Рука Мегуру касается твоей под одеялом. Ты ощущаешь чужое прикосновение не сразу. Его ладонь скользит по твоей, сплетая ваши пальцы. Он сжимает, не сильно, но так, чтобы ты поняла — он рядом, слушает и впитывает всё как губка. Глаза не отрываются от твоих, полные принятия. — Давай, я выслушаю что угодно, — подбадривает он, двигаясь ближе. — Прости, я правда что-то не в себе сегодня. Утром наехала на Рео. Сцепилась с Исаги. Чуть не выдрала патлы Баро, а сейчас… Сейчас я вообще не понимаю почему я всё ещё в Блю Локе, я провалилась на прошлой тренировке, складывается ощущение, что Эго меня жалеет, — говорила ты, голос дрожал от эмоций, но его рука, крепко державшая твою, действовала как якорь, не позволяя слишком сильно погрузиться в тёмный омут своих мыслей. — Это всё? — Да, разве должно быть что-то ещё? Мегуру смещает вас, ты оказываешься под ним, ощущая лёгкую тяжесть и тёплое, мятное дыхание на своём лице. — Конечно! Ты не упомянула, что мы вчера обыграли Чигири и Юкимию, не упомянула, как разделили ужин, и даже не упомянула, как развели в комнате такой срач, что Баро чуть нас не задушил. А насчёт твоей игры, ну, даже я иногда делаю шаг назад, — отвечает он, мягко прислоняясь лбом к твоему. Сердце подпрыгнуло в груди от нарастающей нежности. — Так почему же ты сейчас думаешь, что всё зря? Неужели на тебя так месячные действуют?.. — Мегуру! Какие нахрен месячные?!.. — ворчишь ты, ощутив неловкость, а Мегуру на твоё ворчание всё-равно. Романтичный момент был подорван. Снова на этом сияющем озорством личике появляется до боли знакомая хитрая усмешка. — Да ладно, я думал все девушки сходят с ума в этот период. — Дурной, блин! — бурчишь ты, хватая свою подушку и ударяя его ею по голове, дабы выбить из него всю дурь. — Блины я люблю, — отшучивается он нелепо, уворачиваясь от второго удара. Его рука перехватывает твоё запястье, не позволяя снова замахнуться мягкой подушкой. Без предупреждения он наклоняется, касаясь твоих губ в неряшлевом поцелуе. Ты фыркаешь, не отстраняясь, и постепенно смягчаешься, обхватывая его затылок. Пальцы зарываются в ещё влажные волосы, притягивая его ближе. В его искрящихся глазах сейчас было нечто большее, чем глупые насмешки. Ты отчётливо видела это. Он разрывает поцелуй спустя минуту, слегка задыхаясь. Обвивая твою талию, Мегуру утыкается носом тебе шею, оставляя множество маленьких поцелуев. — Тебе лучше? — спрашивает, оставляя последний поцелуй на щеке. — Лучше, — отвечаешь ты сразу. — Намного лучше. Он довольно улыбается, словно кот, наевшийся сметаны, или пёс, стащивший колбасу со стола. Голова опускается тебе на грудь, устраиваясь поудобнее. Между вами ненадолго повисает приятная тишина, нарушаемая только тихим дыханием и звуками ворочающегося Наги. — В следующий раз, скажи мне, что тебя беспокоит. Не держи всю эту дрянь в себе. Ты молчишь. Твоё молчание уже давно было для него знаком согласия, поэтому он расслабился, слушая твоё ровное сердцебиение. Ты всегда можешь поделиться с ним чем угодно: страхами, переживаниями. Мегуру будет рад твоему доверию во всём, утешая в любую минуту.