Оборванные нити |Тедди Найт 18+|

Совсем не по сценарию

Быть марионеткой в лапах своего собственного тренера — значит не иметь возможности думать своей головой, не чувствовать ничего, кроме принадлежности своему кукловоду, дёргающему за тонкие ниточки. Тедди всегда делал вид, что ты его не интересуешь — не потому, что не хотел, а потому, что, будучи бездушной куклой, которая не должна ничего ощущать, он понимал: твоё влияние на него сильнее, чем он предполагал. Твоё присутствие рядом, каждый взгляд и лёгкое прикосновение посылали такой ток по телу, что на мгновение он был готов выпасть из мира, схватить тебя за это чёртово запястье и наконец-то прижаться к мягким губам, которые порой выглядели слаще сладкой ваты. Почувствовать вкус помады, твой запах — что угодно, лишь бы это волнение не мешало ему спокойно жить и подчиняться. Каждая минута рядом с тобой тянулась слишком долго, и Тедди старался избегать долгих разговоров, сводя их к минимуму. Его равнодушный взгляд постоянно задерживался на твоей спине, когда ты шла впереди, что-то увлечённо рассказывая о своих планах. А иногда — на изгибе твоей шеи, настолько долго, что это уже не казалось обычным интересом. Проводя время с командой, порой не замечаешь, что среди всех этих пар глаз одна задерживается на тебе дольше положенного. Это не значит, что ты слепа, не значит, что ты специально игнорируешь едва заметные сигналы — просто существуют границы, и свои ты обозначила ещё давно, с тех самых пор, как начала наблюдать за командой, изредка появляясь в их поле зрения для анализа и помощи Фоксу. Но обозначить границы — не значит полностью огородить себя от судьбы. Она следует за тобой, подбрасывая неожиданности, переворачивая всю жизнь с ног на голову, заставляя всё идти не по сценарию. В какой-то момент ты просто загнала себя в угол, поддавшись мгновению. Было ли это ошибкой? Да, возможно, но только ошибки могут создавать что-то неожиданное и даже прекрасное. — Куда мы? — поинтересовалась ты, в ответ сжимая тёплые мозолистые пальцы. Они тянули тебя по коридору к раздевалкам, обхватывая твою ладонь бережной, но твёрдой хваткой. Вся команда ещё была на поле и отрабатывала удары и финты. Только Тедди, оборвав нити своего кукловода, сейчас настойчиво уводил тебя с глаз долой. Он молчал, не проронив ни слова, но его тлеющий взгляд, задержавшийся на твоём лице, давал представление о том, что происходит у него в голове и на какую авантюру он готов пойти, чтобы избавиться от бешено колотящегося сердца. Мягким движением дрожащей руки он завёл тебя в пустую раздевалку, ногой подтолкнув дверь. Та с щелчком захлопнулась, отделяя вас двоих от внешнего мира и его ожиданий. Ты замерла, с вопросом глядя на своего похитителя, но он, казалось, вообще не торопился. Тедди просто прислонился спиной к двери, тихо выдохнув, словно что-то внутри окончательно запутывалось, словно он впервые пытался решить что-то сам, оторвавшись от тренера-кукловода. — Ты мне ничего так и не объяснил, — начала ты, шагнув к нему ближе. — Что случилось? Ты осторожно обхватила его лицо, пытаясь приподнять голову и заглянуть ему в глаза. Пальцы погладили едва заметный румянец, окрасивший бледную кожу. В ответ на твой жест он поднял руки, обвивая пальцами твои запястья. Тедди взглянул на тебя сквозь густую пелену, сам не понимая, что он делает, что происходит с его разумом, что за внезапное желание так ярко вспыхнуло в его сознании, как только вы остались наедине. В тот же миг ты почувствовала, как сухие губы с благоговением касаются твоей ладони, оставляя поцелуи. Он тянется ими ниже к внутренней стороне твоего запястья, туда, где трепещет пульс, не сводя с тебя взгляда. Он сделал шаг, оторвавшись от двери, его вторая рука завела твою себе за шею, позволяя тебе обнять его, стать ближе, если ты захочешь. — Тедди, что ты... — прошептала ты тише, но дыхание сбилось. Ты была не в силах держать его ровным, не тогда, когда ощущение его губ опьяняло. Каждый поцелуй становился горячее предыдущего — влажным, открытым. Ты обвила руками его шею, отвечая на столь приятную ласку, кожей ощущая, как сбивается ритм его дыхания, когда твои пальцы ласково скользят по затылку, задевая чувствительные участки ноготками. Каждая клеточка его тела отзывалась на твоё прикосновение — даже самое лёгкое и безобидное из них заставляло мышцы напрягаться, а дыхание застревать поперёк горла. Тедди прижался лицом к твоему плечу, глубоко вдыхая, изголодавшись по запаху за эти долгие дни вдали. Тёплое дыхание коснулось твоей шеи, посылая мурашки вниз по всему телу. Его руки нашли твою талию, сжимая, притягивая тебя вплотную к себе. Жар от тела ощущался сквозь тонкую ткань джерси, кожа покрывалась лёгкой испариной, а от твоих прикосновений легче ему совсем не становилось. — Не уходи сейчас, пожалуйста... — прошептал он хрипло, едва прикасаясь губами к твоей шее. Не мольба, но и не совсем просьба. — Я не ухожу, — ответила ты. — И не уйду, пока ты в таком состоянии. Ты видела, как его пальцы впиваются в ткань твоей одежды, как дрожат, с трудом сдерживаясь. Тедди не говорил ни слова, но его тело говорило за него — каждое движение, каждый сбитый выдох, прикосновение губ и размазанные, мокрые поцелуи. Ты потянулась к его джерси, руками нащупывая край ткани, и медленно потянула вверх, желая избавиться от преграды. Он замер, на секунду задержав дыхание, но затем помог, стягивая её через голову и бросая на скамейку рядом. Свет ламп выхватывал его плечи, обрисовывал чёткий рельеф мышц, тени, которые так хотелось изучить губами и оставить свой след на видном месте. — Я очень хотел именно этого, ждал, пока ты сама проявишь инициативу, чтобы я понял, стоит ли вообще делать этот шаг, — выдохнул он. Голос снова осел до хрипоты, становясь совсем не похожим на привычный тебе. Тедди прижался к тебе ближе. Его влажное дыхание, запах, принадлежавший только ему, действовали на тебя как дурман. Всё заходило слишком далеко, но жалеть об этом или останавливаться не было в мыслях ни у кого из вас. — Я тоже, — согласилась ты, притягивая его за шею к себе, в поцелуй, который был глубже, чем все предыдущие. Твой язык настойчиво вторгся между его губ, исследуя, заявляя, пока лёгкие не начали гореть, а из его груди не вырвался первый, протяжный стон. Руки Тедди жадно скользили по твоей спине, задерживаясь на пояснице, притягивая ближе к своим бёдрам, пока ты не ощутила его возбуждение через ткань шорт, настойчиво упирающееся в твою ляшку. Его член был твёрдым, желая твоих прикосновений и облегчения, поэтому ты не стала ждать, пока он вымолвит хоть одно слово о том, чего именно хочет. Вместо этого ты опустила руки к краю его шорт, уверенно потянув резинку вниз, постепенно обнажая всю длину. Тедди не остановил тебя, молча наблюдая за твоими движениями. Он выдохнул, уткнувшись лбом в твоё плечо, когда дыхание стало совсем прерывистым, а руки сильнее сжали твои бока, пытаясь заставить себя оставаться приземлённым. Ты опустилась на колени перед ним, поднимая глаза на его лицо, покрытое алым румянцем, ища в нём хоть малейший намёк на неуверенность или нежелание. Но ничего из этого в них не было. Его взгляд был горячим и затуманенным — у него не было сил отказываться, язык бы не повернулся увернуться от ласк той, по кому он так долго страдал. Ты медленно провела пальцами по его бёдрам, обводя контуры. Напряжённые, натренированные мышцы перекатывались под горячей кожей там, где ты касалась. Пальцы Тедди дрожали, почти с отчаянием сжимая твои плечи, когда ты наклонилась ближе, касаясь губами его напряжённого живота, оставляя влажную дорожку поцелуев вниз по прессу, к паху. Дыхание Тедди сбилось, превратившись в хриплый, сдавленный звук, который он пытался подавить, но не смог. Ты взяла его в рот медленным движением, давая ему время привыкнуть к влажному теплу. Его пальцы сжались, тело напряглось, а затем выдохнуло с такой силой, будто он держал этот воздух в себе несколько дней. Он откинулся спиной к холодной стене. Каждое движение твоего языка заставляло его вздрагивать и шипеть сквозь зубы, каждое прикосновение к головке и уздечке вырывало новый стон, заставляя бёдра непроизвольно толкаться навстречу. С губ Тедди срывались прерывистые, низкие звуки — он уже не пытался сдерживать их, это было бесполезно, своими напористыми движениями ты не давала ему нормально вздохнуть и подумать. В тот момент, когда его пальцы впились в твои волосы, как в спасательный круг, а дыхание стало коротким и частым, ты остановилась, лишая его разрядки в самый желанный момент, а затем просто поднялась с пола. — Ещё рано, — прошептала ты, не сводя с него взгляда. Палец скользнул по его нижней губе, стирая влажный след слюны. Тедди был жестоко лишён оргазма, содрогаясь всем телом, но не смея возразить, понимая правила твоей маленькой игры. Обхватив его лицо руками, чтобы он смотрел только на тебя, ты оставила на его губах открытый поцелуй, давая почувствовать его собственный вкус. Его руки опустились на твои бёдра, притягивая тебя так близко, что невозможно было нормально вдохнуть. Его пальцы скользнули по твоей спине, поднимая край футболки и обнажая мягкую кожу, по которой тут же пробежала новая волна мурашек. Губы нашли твою ключицу, затем спустились ниже, касаясь края бюстгальтера. Жадное, горячее дыхание обдавало твои изгибы. Ты резко выдохнула, когда он прикусил кожу над ключицей, впиваясь пальцами в густоту его волос. Пальцы сжали вспотевшие пряди, откидывая его голову чуть назад, обнажая соблазнительный изгиб шеи и кадыка, ещё нетронутых твоими зубами. Губы Тедди порозовели до глубокого малинового оттенка от всех поцелуев, ты с трудом сдержалась, чтобы не попробовать их снова. С низким стоном он легко подхватил тебя на руки, усаживая на скамейку. Ты оказалась в его распоряжении, помогая стянуть свою футболку с плеч, освобождаясь от преграды. При виде твоего тела, почти не скрытого одеждой от его глаз, Тедди прикусил внутреннюю сторону щеки, с благоговением обводя каждый изгиб, украшенный родинками. — Ты тоже этого хотела? — пробормотал он, не сумев подавить свой взволнованный тон. Это было и не нужно — ты смотрела на него так, что все ответы были очевидны. Ты потянула его к себе. Его руки нашли твои бёдра. Пальцы сжали мягкую плоть, раздвигая их, впуская его между ними. Они неторопливо скользнули ниже, проникая под пояс твоих брюк, без труда нащупывая горячие, опухшие от возбуждения складки и влагу под тонкой тканью белья. Ты не сдержала дрожи — прикосновения Тедди были одновременно нежными и требовательными, дразняще обводя клитор, заставляя тебя выгнуться против воли. Мышцы сжались вокруг пустоты, ты поддалась к его руке, пытаясь сказать без слов о том, что у тебя сейчас в голове: всё тело горело, а он только оттягивал момент, заставляя тебя извиваться. — Пожалуйста, не тяни... — только и смогла выдавить ты. Тедди фыркнул — твои сдавленные слова подействовали на него не хуже афродизиака. Он избавился от твоих брюк, стянув их вместе с бельём, взгляд зацепился за твой влажный вход, истекающий обилием смазки. Он устроился между твоими бёдрами, вошёл медленно, давая тебе постепенно привыкнуть к глубине и размерам. Ты тихо выдохнула с коротким стоном, пальцы сжались на крепких плечах, ощущая, как он наполняет тебя, как каждый сантиметр его тела прижимается к твоему. Он начал двигаться, и его движения постепенно становились глубже и ритмичнее, но сохраняли ту особую нежность, уже утекающую вместе с твоими вздохами. Его дыхание с хрипами прерывалось; ты слышала, как он пытается сдержать стон, когда ты впивалась пальцами в его спину, оставляя алые полосы. У команды возникнут вопросы о следах, Тедди это прекрасно понимал, но его движения становились более жёсткими, почти гранича с отчаянием. Каждый толчок отзывался внутри горячей волной, ритм начинал сбиваться. Дрожь и эйфория пробегали по телу, накрывая тебя с головой, пока ты не выгнулась ему навстречу. Тедди почувствовал, как твоё тело сжимается вокруг него, как твои пальцы впиваются в упругие мышцы его спины, оставляя на коже отчётливые метки. На какое-то мгновение он остановился, его дыхание срывалось на мычащие стоны, плечи подрагивали под твоими руками. Он уткнулся лицом в твою шею, отпуская себя, тело сразу содрогнулось от финальной судороги. Он не двигался, его голова тяжело лежала у тебя на плече, только его пальцы, не желая отпускать тебя, всё ещё сжимали талию. Он провёл кончиками по твоей коже, будто спрашивая, не переборщил ли он. — Прости, — пробормотала ты через минуту, отдышавшись. Твои глаза нашли его, теперь уже более прояснившиеся. — Я тебе всю спину расцарапала... — Забудь, — коротко ответил он, прикрыв глаза. — Это не должно никого волновать. Ты улыбнулась в ответ, притягивая его ближе, переваривая всё случившееся за это короткое мгновение. Так вы и пробыли рядом друг с другом, не думая о том, сколько времени прошло, пока в конце концов он не поднялся, молча собирая разбросанную одежду и протягивая тебе твою футболку, касаясь пальцев чуть дольше, чем нужно. На пороге раздевалки он остановился, бросив на тебя последний взгляд. Рука потянулась к тебе, уводя с места вашего маленького преступления, пока кто-нибудь не увидел вас вместе, растрёпанных и помятых друг другом.