Глава 205. Яблоко от яблони

      — Кажется, у меня больше нет подруги… — смеясь, заключила Лин Мэй.       Они с Чжуан Шэнкаем улизнули со свадьбы и выбрались на крышу здания. Появление гостьи в компании такой знаменитости произвело настоящий фурор. Все внимание оказалось приковано к их паре. Поначалу жених с невестой были в восторге, но когда жених, желая укрепить столь полезное знакомство, напрочь забыл про невесту, она закатила скандал.       На самом деле Чжуан Шэнкай не собирался поднимать шум и применил отводящую внимание технику, но всегда оставался шанс, что среди большого количества людей найдется тот, на кого это не подействует — некто с нереализованным потенциалом в совершенствовании. В данном случае таким человеком оказалась мать жениха. Конечно же, она не стала молчать и специально указала на высокопоставленного гостя своему сыну, чтобы он не упустил такую невероятную возможность завести полезные связи. Именно благодаря этому обстоятельству из ничем не примечательного «+1» одной из многочисленных подруг невесты, он превратился в главного героя этого вечера.       — Прости, позже я отправлю им подарки, чтобы все уладить, — пообещал Чжуан Шэнкай.       — Чего-о? — протянула Лин Мэй, сняв туфли и облокотившись на бортик у края крыши. — Обойдутся!       — А как же твои отношения с подругой? — спросил Чжуан Шэнкай, бросив короткий взгляд на ее босые ноги. Это он купил ей эти туфли и платье, которое было на ней. Она не просила, но он время от времени делал ей такие подарки по случаю.       — Да не такие уж мы и подруги, — устремив взгляд в закатное небо, призналась Лин Мэй. — Вечно она выделывается. Если бы не ты, я бы не пошла. Я даже рада, что все так обернулось.       — Ха-ха, тогда, может, мне не стоило скрываться с самого начала? Могли бы заявиться с помпой, на вертолете и по красной дорожке, — он встал рядом с ней и тоже облокотился на бортик.       — А что, так можно было? — Лин Мэй покосилась на него. — Я думала ты сам не хочешь привлекать внимание к своей персоне.       — Одной сенсацией больше, одной меньше — от моей персоны не убудет. А что насчет тебя? Наши совместные фото уже в сети, шумихи не избежать, но я готов взять на себя ответственность, — заверил Чжуан Шэнкай.       — Да? Женишься на мне? — усмехнулась она, вскинув бровь.       — Ха-ха, а какие еще варианты? — рассмеялся он.       — Ну-у, как вариант — можем никому ничего не объяснять, — пожав плечами, протянула Лин Мэй, снова посмотрев вдаль. — Какое их дело? Пошли они. А если меня начнут преследовать папарацци или твои сумасшедшие поклонницы, я просто убью их, а ты поможешь мне избавиться от трупов.       На этот раз Чжуан Шэнкай выразительно покосился на нее. Ему только кажется или она действительно похожа на Цин Шань? Эта ее манера шутит с невозмутимым видом и точно так же угрожать, а иногда не поймешь — шутит она или угрожает. Порой он ловил себя на мысли, что даже ее смех и голос очень похожи… Впрочем, так много времени прошло. Куда больше, чем они провели вместе. Возможно, ему только кажется. Или, быть может, у них схожие типажи? Честно ли тянуться к женщине с воспоминаниями о бывшей? Но не она ли — причина, по которой он вспомнил о Цин Шань спустя столько лет и в сердце его зародилась эта тоска по прошлому? А может ли быть…       — Ой… — выдохнула Лин Мэй, удивленно глядя на свои руки. Чжуан Шэнкай смотрел на них и не мог понять — что произошло. Наконец, она произнесла: — Туфлю уронила…       В ее руках и в самом деле осталось только одна туфля. Чжуан Шэнкай забрал ее и без лишних комментариев запустил в полет следом за первой.       — Я поискала в интернете сколько они стоили… — призналась Лин Мэй.       — Забудь, — отрезал Чжуан Шэнкай и подхватил ее на руки.       Она охнула, но не стала возражать, позволив отнести себя к машине, собрав по пути немало двусмысленных взглядов мужчин завистливых взглядов женщин. Посадив ее на пассажирское сидение, он уселся за руль и спросил:       — Куда дальше?       — Хмм, даже не знаю. Какие ты знаешь места, которые можно посетить без обуви? — спросила Лин Мэй.       — Обувной магазин?       — М, они уже закрыты.       — Тогда нужно место с мягким ковром.       — Звучит заманчиво.       — Я знаю одно.       Он явно намекал на отель и она это поняла.       — Поехали.       В номер с мягким ковром он внес Лин Мэй на руках, и лишь когда пальцы ее босых ног погрузились в густой ворс, он снял очки и, наконец, позволил себе долгожданный поцелуй. Этот поцелуй получился необычайно нежным. Слегка отстранившись, Лин Мэй взглянула в его переливающиеся пламенем глаза. Наедине с ней он не пытался скрывать их. Она почувствовала, как под взглядом этих глаз, жар разливается по всему ее телу. В тайне она уже не раз представляла себе эту ночь и давно была к ней готова.       «Какого хрена? — подумал Сон Ёнги. — Как до этого дошло?».       Секунду назад он подумал, что ему нравится этот парень.       Первую ошибку он допустил, когда решил не спешить с осуществлением своего плана и сперва получше втереться в доверие этому деревенскому лопуху, к тому же он увидел прекрасную возможность поднасрать Чжуан Шэнкаю, вынудив его подопечного хорошенько потратиться. Это было мелочно, но он не смог отказать себе в таком удовольствии, поэтому все же повез Фэйхэна в магазин. Он сразу же стал называть его просто Фэйхэн, сославшись на то, что его имя слишком длинное и сложное для иностранца, а тот не стал возражать. Сам он предложил называть себя Ёнги, раз уж сегодня он играет эту роль. На том они и сошлись.       Удивительно, но Фэйхэну все было к лицу, это только по характеру он напоминал деревенщину, а внешность у него была очень даже модельная, стоило только переодеть его во что-то поприличнее и перевязать дурацкий конский хвост в модный свободный пучок. Он даже двигался, как будто, профессионально. Ёнги ради интереса сделал пару фотографий, когда тот выходил из примерочной, продемонстрировать образ. Каждое фото можно было печатать на плакате. Он был настолько хорош, что Ёнги захотелось отправить его фото маме… она бы точно вцепилась в него всеми когтями и зубами. Даже дешманские шмотки из каких-то ширпотребных бутиков, названий которых Ёнги никогда не слышал, смотрелись на нем как люксовые бренды.       Хотя для привыкшего к роскоши избалованного сынка и популярного айдола эти вещи были дешевыми, Фэйхэн реагировал на их цены так, будто в жизни не видел таких больших чисел. Многие вещи пришлись ему по вкусу, но он стал ломаться и выбирать, стараясь побольше сэкономить. Сон Ёнги ненавидел выбирать, он просто брал все, что ему нравилось. В конце концов он плюнул и так и поступил — просто оплатил все, что ему самому понравилось. А именно — понравилось, как оно смотрелось на этом парне.       — Ты… ты чего!!! — возмутился Фэйхэн.       — Успокойся, это не деньги.       — Для кого это не деньги?!      Некоторые люди столько за месяц не зарабатывают!       — Ну, пусть найдут работу получше.       — Так нельзя! Девушка, не упаковывайте! — взмолился Фэйхэн.       — Покупка уже оплачена… — продавщице явно не хотелось оформлять возврат.       — Я не приму! — заявил Фэйхэн.       — А я себе купил, — хмыкнул Ёнги, забирая пакеты. — Просто дам тебе поносить.       — Врешь… У нас с тобой даже размеры разные…       В конце концов ему пришлось смириться с такой вопиющей щедростью, по крайней мере он сам не потратил ни юаня. Выбрав наряд, который Ёнги одобрил на все сто процентов, он переоделся, и парни поехали в клуб.       Осознав, что план по разорению Чжуан Шэнкая при помощи шопинга полностью провалился, Сон Ёнги решил, что все еще может заставить этого дурачка хорошенько потратиться в клубе, достаточно подцепить какую-нибудь хостес. Главное, чтобы она знала свое дело.       Даже в чужой стране Сон Ёнги не составило труда найти клуб, соответствующий всем его запросам, для этого достаточно было заглянуть на странички к правильным людям и написать пару сообщений. Их не просто пропустили без всяких вопросов, их встретили и сопроводили а VIP-зону. Ёнги обменивался рукопожатиями и дружескими приветствиями с солидными парнями, а Фэйхэн ловил на себе заинтересованные взгляды. Ему было немного неловко, но интересно. Музыка гремела со всех сторон, освещение задавало атмосферу, и он очень быстро втянулся, отдавшись веселью.       В VIP-зоне красивые официантки курсировали между танцполом и диванами, нося выпивку на подносах, Фэйхэн очень быстро раздобыл пару бокалов, отдал один из них Ёнги, а второй осушил залпом.       — Они правда думают, что ты Сон Ёнги? — спросил он.       — Тише, не пались, — посоветовал тот. — Я — Сон Ёнги, а ты мой друг детства, который проходит кастинг в «Сигму», понял?       — Ага! — радостно подтвердил тот. — Значит, мы друзья детства? И как мы познакомились?       — Наши матери дружат, — не задумываясь ответил Ёнги. — Детали можешь сам додумать если хочется.       — Вроде того, что ты съел мое мороженное, я расплакался, и твоя мама наказала тебя, заставив смотреть как я ем мороженное, но мне его не очень-то и хотелось, поэтому я ел его так долго, что оно начало таять и течь по рукам?       — Это что еще за история? Твоя детская травма?       Фэйхэн рассмеялся, но Ёнги уже представил, как он слизывает с рук растекшееся мороженое.       — Идем, — он тряхнул головой, отбросив наваждение, и потянул его за собой.       — М? Куда?       Они поднялись на второй этаж, откуда открывался вид на бар и танцпол, и оказались в приватной зоне рассчитанной на небольшую компанию. Их ждал накрытый стол и две шикарные девушки.       — Ого, а это не слишком дорого?.. — тихонько поинтересовался Фэйхэн.       — Не парься, — отмахнулся Ёнги.       Про себя он подметил: «Твой папик все оплатит».       Все шло как по маслу, этот дурачок моментально расслабился, девчонки окружили его вниманием, выпивка лилась рекой. Фэйхэн ни в чем себе не отказывал, однако, стоило отдать ему должное — невзирая на количество опустошенных бокалов, он успешно придерживался легенды и ни разу не проболтался. Когда заиграла новая популярная песня «Сигмы» — «Я дома, моя звезда», девчонки начали упрашивать его станцевать.       — Тебе ведь еще кастинг проходить!       — Да! Представь, что это репетиция!       — Да ладно, он же бухой, — вступился Сон Ёнги. — Там сложная хореография, даже участники группы ее еще толком не освоили.       — Подержите мой коктейль! — Фэйхэн уверенно поднялся с дивана, но слегка покачнулся, вставая. — Ого!       Он все же устоял на ногах.       — Ладно, сядь, — попросил Ёнги. Почему-то ему не хотелось видеть, как этот парень будет позорится под его песню.       — Да все нормально, я учил движения, — отмахнулся Фэйхэн.       — Давай! Давай! — подбодрили девушки.       Ёнги прикрыл лицо рукой, подготовившись испытать испанский стыд и заодно продумывая, как бы свести все к шутке. Фэйхэн покачиваясь встал посреди свободного пространства, прикрыл глаза, губы его слегка шевелились, повторяя текст песни, он подгадал момент и…       Ёнги обдало жаром, когда Фэйхэн распахнул глаза и совершил первое движение, безупречно вливаясь в партию с середины. Это была его — Ёнги — партия. Не удивительно что все танцевальные блогеры разучивали именно его движения, другие участники группы были лишь бледной тенью своего лидера. Никто из них не мог даже близко сравниться с ним по уровню мастерства и энергии, которую он источал во время своих выступлений. Он прекрасно знал это и именно поэтому не мог поверить своим глазам.       — Ого! Круто! — восторженно кричали девушки, аплодируя.       Ёнги подвинулся вперед, поставив локти на колени и принялся внимательно следить за движениями Фэйхэна. Он почувствовал себя судьей из телешоу «Минута славы», который ничего не ждал от очередного кандидата, но стал свидетелем рождения новой звезды. Его движения были не безупречны, но пламенная энергия с лихвой компенсировала мелкие огрехи. В любом случае он двигался лучше, чем любой другой участник «Сигмы». Он двигался почти так же хорошо, как сам Ёнги, и мог бы танцевать с ним на равных. Мамина мечта — найти сыну «партнера». Остальные участники «Сигмы» легко разбивались на «парочки», провоцируя фанаток на фан-творчество, и это положительно сказывалось на их рейтингах, но Ёнги так и оставался одиночкой. Да, вся группа строилась вокруг него, у каждого был сценарий, определённая модель взаимодействия с лидером, но все это было поверхностной игрой. Они просто не поспевали за его темпом.       Ёнги поднялся и, подгадав момент, присоединился к Фэйхэну, тот успешно сориентировался и подхватил импровизацию. Ни запинок, ни замешательства, а еще это радостное игривое выражение лица и взгляды — контакт с аудиторией, то, о чем самому Ёнги постоянно приходится себе напоминать.       — Ого! Вау! — восторженно кричали девчонки, а парни не сводили друг с друга взглядов.       Песня подходила к концу и Ёнги решил, что финал будет за ним, он подставил подножку Фэйхэну и сбил его с ног, но не дал упасть, подхватив за талию и притянув к себе как раз на финальном аккорде — идеальное завершение! Фэйхэн вдруг хитро улыбнулся и чмокнул его в нос.       — Ааа! Что творят! — завизжали девчонки.       Ёнги такого не ожидал, он растерянно посмотрел на Фэйхэна.       — А-ха-ха! Такой красивый и так близко! Как удержаться? — смеясь прокомментировал тот.       Глаза Ёнги сузились. Что за приколы? Последнее слово должно быть за ним! С этой мыслью он еще сильнее прижал к себе Фэйхэна и напористо поцеловал его в губы.       — О-фи-геть! — открыв рот, выдохнула одна из девушек и направила на них свой смартфон, собираясь включить запись видео, но вторая остановила ее.       — Не надо такое снимать, не наживай влиятельных врагов.       Положение Фэйхэна было неустойчивым, если бы Ёнги решил разжать объятья, он бы свалился на задницу. Однако это была всего лишь видимость. Довольно ловко извернувшись, он толкнул Ёнги на диван, а сам навалился сверху и атаковал его еще более горячим поцелуем.       Девушки сидели с отвисшими челюстями. Та, что была более сдержанной, осушила свой бокал, взяла сумочку и, поднявшись с дивана, бросила своей подруге:       — Пойдем, мы здесь явно лишние.       Оставив парней наедине, они быстро ретировались. Не ожидавший такого напора Ёнги с трудом уличил момент, чтобы выдохнуть:       — Эй… Горячая голова! Ты, кажется перебрал с алкоголем…       — Я перебрал с алкоголем в прошлый Новый год, когда дед изменил рецепт своей настойки, — усмехнулся Фэйхэн, сунув руку под его футболку. — А это — так, считай — водичка.       — Девчонки сбежали… — цепляясь за соломинку, заметил Ёнги.       В голове стучало: «Да что он творит?!».       — Ха-ха, догнать? — усмехнулся Фэйхэн. В этот момент его палец вполне уверенно и совершенно не случайно прижался к соску Ёнги. — Разве все это время ты не смотрел только на меня?       «И кто из нас попал в западню?! — подумал тот. — Что это еще за волк в овечьей шкуре?!».       — Да у тебя фантазия разыгралась, — он попытался освободиться.       Все зашло слишком далеко, этот парень оказался полон сюрпризов из-за чего Ёнги чуть не забыл свою истинную цель — он затеял все это ради мести. Фэйхэн — не его друг детства, который будет танцевать вместе с ним в «Сигме», он всего лишь приманка. Пора…       У Ёнги перехватило дыхание, когда Фэйхэн снова склонился над ним и шепнул ему на ухо:       — Так терпеливо ждал меня на парковке целый день.       Ёнги осклабился и попытался оттолкнуть Фэйхэна, чтобы выбраться из-под него, но его руки немедленно оказались прижаты к дивану с неожиданной силой, а во взгляде нависшего над ним парня заплясало дьявольское пламя.       — Скажи-ка, почему я не вижу узор твоей души? Не похоже, что ты достаточно силен, чтобы его скрывать, но и посредственностью тебя не назовешь… Ведь ты настоящий Сон Ёнги, не так ли? У такой звезды должен быть выдающийся узор души. Или ты из тех демонов, у которых ее нет?       — Демоны?.. — с кривой усмешкой выдавил Сон Ёнги. — Узор души? О чем ты вообще?       Когда маски сорваны отпираться бесполезно, остаётся одно — драться. Он извернулся и двинул Фэйхэну коленом в бок, тот не сдвинулся, но его хватка на мгновение ослабла. Этого хватило, чтобы освободить руки. Фэйхэн снова попытался схватить его и прижать. Он двигался уверенно и ловко, и сил у него оказалось больше, чем можно было предположить. Непродолжительная борьба привела к тому, что оба они оказались на полу. Фэйхэн попытался перевернуть Ёнги на живот и заломить его руки за спину.       — Насиловать меня собрался? — ядовито ухмыльнулся тот.       — Только если тебе такое нравится.       «Да кто он такой? Какого хрена он такой сильный?!».       Ёнги еще не встречал человека, который был бы сильнее и выносливее его, если не считать маму… И, конечно же, ту сволочь… А этот парень — его родственник. Наивно было полагать, что они обычные люди. Но это даже хорошо, теперь он хотя бы имеет представление о том с каким противником ему еще предстоит столкнуться.       Настало время взять ситуацию под контроль. Ёнги вывернулся и, не жалея сил, отвесил Фэйхэну пинок, тот отлетел к перилам и чуть не перелетел через них, но удержался. Внизу под очередной хит отрывалась толпа, никто не услышит шум драки в укромном уголке VIP-зоны.       Фэйхэн мгновенно оправился и с веселой ухмылкой, будто это была дружеская потасовка, ринулся на своего противника.       Этот парень оказался не просто силен, он владел боевыми искусствами. Но и Ёнги кое-что умел — это был не маркетинговый ход, он действительно отслужил в армии и показал там всем, что он не изнеженный айдол. Он был лучшим в призыве и его даже уговаривали начать военную карьеру или пойти в наемники.       Не щадя друг друга эти двое обменивались ударами с такой силой и скоростью, что обычные люди уже заработали бы по паре десятков переломов. Фэйхэн отскочил в сторону и сплюнул кровь, Ёнги вытер губу.       — Прости уж, если испорчу личико, — усмехнулся первый, переводя дыхание.       — О себе беспокойся, — хмыкнул второй, он тоже нуждался в короткой передышке.       — А может поболтаем? — не дав ему такой роскоши и нанеся очередной удар, предложил Фэйхэн. — Ты ведь последователь темного пути, да?       — Чего? — увернувшись и контратаковав, переспросил Ёнги.       — Зачем следил за моим предком? Что вы задумали? — блокировав атаку, Фэйхэн опять отлетел назад и едва устоял на ногах, избежав громкого и болезненного падения спиной на стол заставленный посудой.       Его противник был чертовски силён, он даже начал сомневаться, что справится с ним. В ход уже пошли все освоенные им техники усиления тела и управления ци, но он еще не взрастил золотое ядро и потому не имел скрытого духовного оружия, а талисманами он и вовсе пренебрегал, полагаясь на физическую силу. Ему оставался только рукопашный бой, но на случай неудачи у него все же был припрятан козырь в рукаве, а точнее — перо Барышни Курочки!       Изловчившись, он сумел сбить Ёнги с ног и навалился на него, а затем без всяких прелюдий сунул ему перо прямо под нос.       — Сука! — Ёнги выругался на корейском, отчаянно воротя нос. — Что за подлые приемы?!       — Использование слабостей противника не подлость, а стратегия! — гогоча и орудуя пером, как подлый старший брат, решивший защекотать младшего, заявил Фэйхэн.       Его каменные бедра сжались на талии Ёнги с такой силой, что вырваться не представлялось возможным.       — Хочешь увидеть меня в слезах? — прикрываясь рукой с отчаянием в голосе спросил Ёнги. — Так вот ты какой…       — Эй! Не говори так, будто это я тут злодей! — возмутился Фэйхэн.       — А кто же еще? — продолжил спектакль Ёнги. — Это ведь ты напился и набросился на меня… сначала с поцелуями, потом с кулаками… если бы я знал, что ты такой псих, ни за что бы с тобой не связался!       — Не пытайся выставить меня каким-то маньяком! Ты ведь последователь темного пути!       — Последователь чего?! Я вообще не понимаю о чем ты…       «Я что, ошибся?! — с ужасом подумал Фэйхэн. — Да быть не может!».       — Тогда какого хрена ты целый день сидел в машине недалеко от отеля?!       — Да просто в телефоне залип! Расслабился… даже не знаю сколько времени прошло… Моя жизнь — сплошные репетиции с утра до ночи… Думаешь… мне часто удается вот так просто посидеть на одном месте? А потом у меня инет заглючил, и я решил прогуляться… дойти до магазина, купить там… чипсов каких-нибудь… не считая калории, белки и все это говно… ну и столкнулся с тобой… а ты такой дурацкий, с курицей… одежду хотел на рынке купить… вообще не паришься, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям… Ты мне… понравился…       Речь получилась столь проникновенной, что Фэйхэн затаил дыхание. Осознание ужасной ошибки разрывало ему душу. Неужели это правда?.. Он набросился на этого парня, приняв его за злодея, а он на деле ни в чем не виноват и с самого начала был искренним с ним?.. Ну конечно! С чего вообще последователю темного пути тащиться с ним по магазинам, а потом еще и вести в клуб?.. Какой же бред… Наверное, он и правда выпил лишнего…       — П… Прости! — выпалил Фэйхэн и отбросил перо. — Я… я правда принял тебя за другого…       Он понятия не имел, какими словами тут можно оправдаться и возможно ли еще хоть что-то исправить. Он поспешил слезть с Ёнги и потянул его на себя, чтобы помочь ему подняться.       — Прости… хотя… я не заслуживаю прощения… Что мне сделать?.. Можешь избить меня, если тебе полегчает…       Ёнги насупился и отмахнулся, он даже не смотрел на него, так сильно расстроился!       — Но ты… ты так круто дерешься!       — Само собой! Я не только танцами занимаюсь, но и боевыми искусствами, чтобы быть в форме. К тому же недавно в армии отслужил… Но ты все равно оказался сильнее, хоть и явно младше…       — Ну… да… — из-за этого Фэйхэн почувствовал себя еще более виноватым, ведь дело было вовсе не в возрасте, он был совершенствующимся и с младенчества практиковался по методикам недоступным для обычных людей.       — Кстати… сколько тебе? — спросил Ёнги.       Раз не кроет матом и не пытается убежать, да еще и интересуется его возрастом, значит, еще не все потеряно!       — Пятнадцать! — радостно ответил Фэйхэн.       — М, пятнадцать… — задумчиво повторил Ёнги. — Сколько?!       «Да он вообще малолетка! — взбурлило в его голове. — Я думал ему лет двадцать… Ну хотя бы девятнадцать… Да чем тут школьников кормят?!».       — Ты… еще злишься?.. — Фэйхэн взглянул на него щенячьими глазками.       Ёнги потер переносицу.       — Не злюсь, — он развел руки в стороны.       — Что?.. — растерялся Фэйхэн. — Обнимашки?       Он смущенно улыбнулся и подался вперед, чтобы закрепить примирение объятиями, как вдруг услышал глухой удар. По телу, от основания шеи разлилась ломящая боль. В глазах потемнело.