Стевриан. Глава 128: Затмение

В конце пятого дня после победы над автоматоном я настолько устал, что даже сила амулета не помогала. Поэтому за долгое время мною было принято решение поспать. Для этого я выбрал своё старое место в пустающей казарме лунной гвардии, которую так и не решились тронуть. Достаточно было мне оказаться в пространстве снов и подумать о том, чтобы в последний раз попытаться войти в сон Луны или Найтмер, я почувствовал чье-то присутствие. Осмотревшись по сторонам, я заметил высокую для обычного пони фигуру, но всё ещё меньше меня, стоящую в тумане. — Кто ты такой? — крикнул я фигуре, — Покажись! — Ты очень наблюдателен, Фолкет, — сказал принц Голден, медленно выходя на открытое пространство, — Если это твоё настоящее имя. «Что?!» — Я давно за тобой наблюдал, — продолжил сын Молестии, подходя всё ближе, — Мне хочется узнать кто ты на самом деле и откуда. Без лжи, недомолвок и тайн. «Сука, я влип!» Я попытался проснуться, приложив волевые усилия, но ничего не получилось. Голден, судя по всему заметил это, хотя физически я ничего не делал и с ухмылкой поводил копытом перед своей мордой из стороны в сторону, словно показывая жест, который у людей сопровождался поднятым указательным пальцем вверх. — Ты никуда не уйдёшь, пока не ответишь на мои вопросы, — наконец, сказал жеребец, поставив копыто обратно так, что от мокрого пола пошли брызги, — Я успел овладеть осознанными снами и могу держать тебя тут так долго, сколько будет необходимо. «Точно влип!» — Итак, как твоё настоящее имя? — Меня на самом деле зовут Фолкет Фаэрвинг! — ответил я, соответствуя своей легенде, смотря чёрно-золотому пони в его золотые глаза. Некоторое время жеребец смотрел на меня не моргая, а затем хмыкнул и принял более расслабленную позу. — Ладно, я верю тебе, Фолкет, — сказал Голден, — Но ты явно не тот, за кого себя выдаешь. — В каком смысле? — спросил я. — Ты без сомнения лунный гвардеец, — ответил принц, начав медленно расхаживать вокруг меня, — Однако ты определённо не так прост даже по меркам слуг моей тётушки. Ты слишком хорошо обучен для среднего лунного гвардейца. Скажу даже больше — я узнал в твоём стиле ведения боя приёмы тётушки Луны. Она в последние сотню лет никого не обучала лично, я точно об этом знаю! «Слишком наблюдателен! Я сильно недооценил Голдена! Вот же ирония! Меня раскусил сын Молестии, а не сама Молестия!» — Стиль боя узнаваем, но более хаотичен, — продолжил тем временем высокий пегас, пройдя полкруга вокруг меня, — Так мне показалось изначально. Подумав и проанализировав твои действия через проекции в мире снов, я понял, что это не так. Ты адаптируешься к условиям в которых оказался на поле боя. Единственное объяснение этого, которое приходит в голову — это то, что твоё восприятие времени отличается от нашего, то есть пони. «Голден умён. Даже слишком умён» — Командуя ты применяешь методы и тактики, которые слишком новы или давно забыты в наше время, — продолжил сын императрицы Молестии, — Да и оружие твоё слишком хорошее, слишком быстро стреляет. Ни за что не поверю, что ты нашёл его в хранилище. «Похоже у меня выбора нет, как рассказать всё. Пиздец!» — К тому же я видел, как ты смотрел на мою внучку и твою мимолётную злость, когда услышал её имя, — вновь продолжил Голден, наконец остановившись напротив меня, посмотрев прямо в глаза, — Итак, скажи, откуда ты. «Надеюсь, я не совершаю ошибку» — Принц… — Можно на ты, — не дал мне закончить жеребец, — Мы не в формальной обстановке, да и разговор серьёзный. Я попытался собраться с мыслями и через несколько секунд раздумий, тяжело вздохнув, продолжил: — Голден, моя ситуация крайне непростая и объяснять слишком долго. — Мы никуда не спешим, — ответил жеребец, — Я слушаю. «Ладно! Была, не была! Поехали!» — Ты прав, я не отсюда. Не из это времени, если точнее. В далеком будущем относительно этого дня пони по имени Старлайт Глиммер получит в свои копыта опасный артефакт, способный перемещать существ во времени и пространстве через порталы. Она хотела отомстить другой пони за то, что та разрушила проект, точнее деревню и общество, которые та строила. Старлайт хотела не просто мести, но сделать так, чтобы другая пони не совершила магическое чудо. Благодаря этому самому чуду та пони получила большую силу, нашла друзей и даже обрела некоторую власть. Однако Старлайт не дала этому произойти и даже моих усилий по предотвращению пространственно-временного парадокса не хватило. В итоге, конечно мне удалось вразумить эту кобылу, но открывшейся портал закинул меня сюда, прямо в далёкое прошлое относительно моего времени. Так я и оказался здесь. — Насколько далеко тебя закинуло? — спросил принц. — На тысячу лет и четыре года, — ответил я. Пегас замолчал где-то на минуту, раскрыв крыло и потирая перьями подбородок. Вероятно он размышлял над сказанным мною. — Это объясняет почему ты начал злиться, услышав имя моей внучки, — наконец молвил жеребец, вновь сложив крыло, — Это также объясняет твои методы и тактики. За тысячу лет они и вправду могли сильно измениться. — Ты не удивлён? — Почему же? Удивлён! Просто когда-то я уже изучал перемещения в пространстве и во времени вместе с отцом. К тому же у меня есть личный опыт. — Закидывало в аномалию? — спросил я. — Да, — кивнул пегас, — Когда мне было двадцать два я прогуливался в лесу около Хиссельхофа. В тот день я решил сбежать из-под вечного надзора слуг моей матушки хотя бы на пару часиков и пособирать грибы. Я и сам не понял, как угодил в аномалию, но в момент резко потемнело и я очутился на каких-то руинах посреди леса. Впрочем, руины были обитаемы. Я увидел как возятся каменщики в странной униформе. Я подошёл к одному из них и спросил где нахожусь. Он промолчал, смотря на меня, как на дурака. Тогда я спросил у него какой сейчас день недели и он снова не ответил, словно не понимал меня. Тогда я попытался медленно спросить у него снова, но то лишь указал на календарь, который был повешен на гвоздь, вбитый в стык между камнями. Я не смог разобрать язык, но там были цифры. Если я правильно помню, там было подчеркнуто чернилами шестое число шестого месяца года тысяча четвертого. Только вот от какой даты я так и не понял. «ЧТО?! Шестой месяц тысяча четвертого года?! Голден же побывал в том времени, откуда я пришел!» — Я вижу, ты очень сильно удивлён, Фолкет, — заметил моё удивление Голден. — Удивлён? — переспросил я, — Да не то слово! Ты же был в том времени откуда я пришёл! Глаза принца на несколько секунд округлились, а затем он многозначно хмыкнул и воскликнул: — Я так и знал, что переместился во времени! Вот только ответь пожалуйста, от какого события шёл отчёт? — А вот это правильный вопрос! Вот только я хотел бы вернуть я к нему чуть позже. — Понятно, — медленно кивнул жеребец, поджав губы, — Видимо это связано с войной, верно? — Именно! — ответил я, кивнув, — Вот только я хотел бы уточнить, что когда я попал сюда на дворе был конец февраля тысяча четвертого года. Иначе говоря, ты попал в будущее по отношению даже ко мне. — Любопытно! — воскликнул Голден, — Похоже, ты говоришь правду. — У меня нет смысла врать сейчас! — заверил я. — Верю, — кивнул пегас, — В таком случае у меня возникает другой вопрос: почему ты не сбежал и не затаился, если попал сюда? — У меня не было выбора! Императрица нашла меня на кухне и пришлось выкручиваться. Ну, а дальше уже не было смысла и приходилось импровизировать. Жеребец ничего не сказал, лишь хмыкнув. — Меня беспокоит другое, — решил я подвести к волнующей меня теме, — Ты говоришь, что изучал пространство время, верно? — Верно, — кивнул Голден. — Значит ты должен знать в чём опасность изменения событий прошлого. — Знаю, но это лишь теория, — сказал чёрно-золотой, — Точнее была, до сегодняшнего дня. — В этом и суть. Я не хочу, чтобы будущее изменилось, но я сделал здесь слишком многое и не знаю, как это отразится в будущем. — И вот здесь мы возвращаемся к дате. — Да, — ответил я, закусив губу и оглядевшись, словно кого-то ища, хотя кроме нас никого не было, — Я не знаю всех подробностей этой войны в которой мы сейчас находимся, ибо не сохранилось достоверных источников. Я также не знаю, кто и как участвовал в событиях этого конфликта, даже не спрашивай. Но мне точно известно то, что тебя не порадует. — Что-то случится с матушкой? — спросил пегас, опустив уши. — И тётушкой, — ответил я, тяжело вздохнув и на выдохе выдав самую неприятную информацию, — Мы должны проиграть оборону столицы. — Что? — Молестия должна сразиться с Найтмер самолично и проиграть, — добавил я, — Она должна быть доведена до отчаяния, чтобы использовать элементы Гармонии на Найтмер Мун и пожелать, чтобы та исчезла. В итоге Найтмер и… Луна окажутся на планетарном спутнике. — Что? — вновь переспросил Голден, но на сей раз более взволнованно, чем до этого. — Не волнуйся, Луна выживет, хотя в это и сложно поверить… — Погоди! — остановил меня принц, подняв копыто на уровень своей груди, — Пожелав? Откуда ты знаешь, как работают элементы? — Из дневников твоей матушки, — ответил я. Некоторое время принц молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Спустя, наверное минуты он спросил: — А что произойдёт с матушкой? — Я точно не знаю, — честно ответил я, — Я не знаю, что было дальше, но она натворит не мало ужасных дел. — Откуда ты это знаешь? — Всё оттуда же, — ответил я, а затем решил быстро свернуть с темы дневников, пока жеребец не начал задавать вопросы про них, — Это сложно объяснить, да и не об этом речь сейчас. Суть в том, что я теперь могу тебе сказать от какой даты ведётся летоисчесление — от года, когда Найтмер и Луна были отправлены на планетарный спутник. То есть от этого года. Жеребец глубоко призадумался. Я же решил вернуться к теме его внучек, раз решил рассказать всё: — За несколько дней до обороны Страттерфорда, когда я увидел твою внучку я не только разозлился на её имя из-за схожести с той пони по вине которой я оказался здесь. Как бы так объяснить… Твоя внучка, Старлайт один в один похожа на ту мою знакомую, которой Старлайт и хотела отомстить. Цвет шерсти, гривы, общие черты тела и даже кьютимарка — всё совпадает, если не считать поправку на возраст. — Вот как! — удивлённо воскликнул Голден. — Это не может быть просто совпадением, — продолжил я, — До этого я спас жизнь семье Паев, пускай и не всем. Спас жеребца внешне очень напоминающую мою знакомую — совпадает как и в случае с твоей внучкой абсолютно всё, кроме пола. В Хиссельхофе я видел среди спасённых столь же похожую на ещё одну мою знакомую пони. Неделю назад я спас Саннитун от вырезания городка лунными гвардейцами. Среди спасённых были Эпплы, потомков которых я также знаю лично. Это не может быть совпадением! Где-то полминуты по субъективным ощущениям принц молчал, но затем всё же сказал то, что крутилось у меня в голове уже давно: — Выходит тебя закинуло сюда не случайно. «Да это, сука мягко сказано! Я теперь в этом, нахуй, уверен!» — А то, что моя внучка похожа на твою знакомую, тоже может быть не совпадением, — продолжил тем временем сын Молестии, — Если моя тётушка и матушка живы даже спустя тысячу лет, может и мои потомки тоже? Матушка не дала бы им пропасть. «Ха! Не дала бы? Да именно это и произошло!» — Теперь для меня всё встало на свои места, — подытожил пегас, — Если ты говоришь правду, а это, вероятно так, то эта Старлайт, кем бы она ни была натворила дел. Если что-то действительно произошло нечто ужасное и история может измениться, то, вероятно само время хочет исправить это и поэтому закинуло тебя сюда. Сказав это, принц Голден частично опустил уши и пристально посмотрел мне в глаза сочувствующим взглядом. — Если это так, то я даже не могу представить насколько тяжко тебе приходится и какой груз ответственности приходится нести, Фолкет. — И не говори, — сказал я, тяжело вздохнув, — Извини, но я не хочу, чтобы будущее, каким ты неприятным оно ни было изменилось. — Я понимаю, — сказал принц Голден и положил копыт мне на бок, — Что бы ты ни делал для этого, пожалуйста, не дай матушке и тетушке погибнуть! «У меня и выбора нет!» — Они обе переживут тот день, обещаю. — Я большего и не прошу, — сказал пегас и убрал копыто обратно на пол, — Но скажи вот что: если ты не вернёшься обратно, как я много лет, что ты будешь делать? — Не знаю! — ответил я честно, — Я не задумывался об этом. Но, если предполагать, то буду стараться не изменить будущее и впредь. — В принципе, такое я и ожидал услышать. Жаль, конечно будет тебя потерять, если ты вернешься обратно, но сейчас не твоё время. Тебя не должно быть здесь. Надеюсь, ты вернёшься. — Я тоже надеюсь. На десяток секунд мы оба замолчали, но первым тишину нарушил Голден: — Ты ведь не пони и даже не гибрид, верно? «И как это ты догадался?» — Это так видно? Вместо ответа чёрно-золотой лишь хихикнул в копыто. — Мне по крайней мере очевидно, — наконец ответил жеребец, — Я ни одного случая столь сильной помеси хищника и пони не видел! — Да, ты прав, — согласился я, медленно кивнув, — Я дракон. — А что это за вид такой? — спросил Голден, приподняв «бровь». — Вы таких пока не знаете, но рано или поздно повстречаете на островах юго-востоянее континента. Это гигантские крылатые всеядные рептилии. Глаза Голдена округлились от удивления, а я мог поклясться, что в его золотистых глазах разглядел тот исследовательский огонь, что имеется в учёных, обнвруживших нечто новое и неизученное. — Вот это новость! — воскликнул пегас, — Я так понимаю, знакомство будет не из приятных? — В общем-то, да, — ответил я, вновь кивнув, — Но не думаю, что рассказывать подробности сейчас имеет смысл. Не думаю, что у нас много времени. — Да, это так, — теперь и принц кивнул, соглашаясь со мной, — Тогда почему ты так похож на пони? — Это маскировка, которую использовали твоя матушка и Луна. Скажем так, отношения с драконами в будущем отнюдь не лучшие и, чтобы не пугать народ было решено изменить меня, но не всё прошло гладко. Скажем так, в заклинании не последнюю роль сыграла моя сильная устойчивость к магии, точнее к её прямому воздействию. — Вот как! Любопытно! Давно я не слышал о заклинании трансформации. Удивительно, что сил сразу двух аликорнов не хватило, чтобы преодолеть защиту от магии! Я бы очень хотел это проверить! — Не получится, к сожалению, — сказал я, остужая исследовательский пыл жеребца, — У нас сейчас нет на это времени! — Да, конечно, извиняюсь, — сказал Голден. — Теперь, когда я рассказал тебе всё, это наверняка многое изменит. Ты мне не… — Не волнуйся, я никому ничего не расскажу, — мягко перебил меня принц, — Я понимаю ценность и опасность этой информации. Можешь быть спокоен, Фолкет. — Хорошо, — облегчённо выдохнул я, — Спасибо. Неожиданно Голден подошел, встал на задние ноги и обнял меня. — Не хотелось бы прощаться, но, возможно мы больше не встретимся. Я хочу сказать тебе спасибо за всё! — Не за что, — ответил я спустя секунд, наверное пять, приобняв пегаса в ответ. Ещё некоторое время мы так и стояли, но потом сын Молестии всё же отстранился от меня и вновь встал на четыре ноги. — Не подведи всех нас, — сказал Голден, — Я верю в тебя. Удачи, Фолкет. Я молча кивнул и пространство вокруг нас медленно начало расплываться. Затем исчез принц, а потом мир растворился в белой дымке и я проснулся.

***

Ближе к полудню я находился рядом с местом падения автоматона и наблюдал, как легионеры заканчивали отсоединять ему ноги. Попутно двое единорогов пытались снять оружие, но без моей помощи у них ничего не получалось. Пришлось им помочь. Как раз тогда, когда солнце было в зените, я вытащил лазерную установку вместе с батареей. Та была спаяна с оружием, поэтому отделить её не сломав оружие было невозможно. — Тяжелая штука, — сказал я, ощущая значительную часть веса даже через телекинез, — Сколько же она весит то? Приподняв оружие ещё выше я ощутил вибрацию в районе батареи и услышал звук, который предшествовал выстрелу. Поскольку передо мной было трое солдат, я резко поднял дуло вверх и как раз вовремя, так как лазерный луч, вырвавшись из ствола, ударил в магический барьер и спустя две секунды отключился. Я выругался про себя матом, едва не сделав это вслух. Попутно и аккуратно опустил оружие обратно на дорогу, не опуская дуло. Разумеется произошедшее также напугало находящихся вокруг пони и они инстинктивно прижались к земле, хотя необходимости в этом не было. — Что сейчас произошло, господин трибун? — обратился ко мне жеребец-земнопони по имени Клауд Шрауд. — Мать моя Молестия! — воскликнул единорог по имени Ласт Данс, который и до этого сильно нервничал, а сейчас начал откровенно паниковать, — Да что же это такое?! — Отставить панику! — приказал я, — Лучше скажите, удалось ли полностью отсоединить ноги этому автоматону? — Да, господин трибун! — доложил мне единорог по имени Гармони Лайт, — Этот железный монстр больше никому не причинит вреда! — Прекрасно! — сказал я и повернулся к Клауду, — Как там дела во вражеском лагере? — Всё также, господин трибун! Уже третий день дерутся за еду и лекарские принадлежности. «Это хорошо! Вот только у нас ситуация не лучше. Провизия кончается. Мы не выдержим ещё неделю осады!» — Я восхищаюсь вашей стратегии, господин трибун! — продолжил тем временем земнопони, — Благодаря вашему точному расчёту предатели потеряли всех лекарей и поваров! Некому лечить и некому готовить! «Жаль, что лишь временная передышка. Надеюсь, скоро придёт армия Найтмер, иначе мы не выстоим!» Подумав это у меня возникла другая мысль, весьма удручающая: «А что, если она решит не нападать, а взять нас измором? Блядь! Опять придётся брать на понт? Вряд ли армия врага купится на это снова!» — Господин трибун, с вами всё нормально? — спросил подошедший ко мне Ласт. Я посмотрел на единорога и ответил: — Да, просто задумался. — Над чем, господин трибун? — Над тем, что делать дальше, — ответил я, — Не бери в голову. Легионер молча отсалютовал и направился к своим товарищам. Я же вновь посмотрел на оружие и хмыкнул. «А что, если использовать эту лазерную установку против вражеской армии? А ведь это идея! Нужно только понять, как она работает» Я обошел оружие с боку и аккуратно поддел копытом, слегка повернув на бок и стал смотреть устройство на наличие рычагов или что-то похожего на кнопку включения. Где-то с минуту я ничего не находил, но, проследив за несколькими проводами я обнаружил сначала нечто похожее на переходник к батарее, а затем и заветный рычажный механизм. Судя по всему он должен был включать подачу напряжения к батарее или от неё, тем самым запуская конденсацию энергии батарее в луч термальной энергии. — Господин трибун? — спросил заметивший мои манипуляции Клауд. — Я думаю, это можно использовать как оружие против врага, — озвучил я свою мысль, — Я кажется понял, как оно работает! Следующие полчаса мы обсуждали принципы работы насколько это было возможно с моими скудными знаниями. Несколько раз испытали лазер, но у него обнаружился ряд очень больших проблем: батарея слишком сильно нагревалась, само оружие сильно шумело, а сам луч не держался дольше двух секунд. Источник первых двух проблем мы не не смогли найти, но при попытке удержать луч дольше двух секунд рычажный механизм съезжал в нейтральную позицию, размыкая сеть и на протяжении десяти секунд никакими усилиями замкнуть её было невозможно. Скорее была высокая вероятность сломать механизм в попытке зафиксировать сеть, чем удержать луч. Вспомнив мой бой с автоматоном и сравнив с длительностью залпа орудия сейчас, я понял, что несмотря на внешнюю целостность удар булыжником каким-то образом повредил механизм. Иначе говоря, даже, если пытаться применить это оружие против врага, то максимум на что это оружие было способно, это имитировать лазерный карабин Адептус Механикус из Вархаммера, но куда тяжелее и массивнее. И тем не менее я был твердо намерен если не восстановить это оружие, то хотя бы продлить поддержу луча ещё на несколько секунд и сократить время между залпами. Более или менее разобравшись и наметив работу, я аккуратно погрузил оружие на стоящую у дома тележку, запрягся в неё и повёз ко дворцу, где мне могли бы помочь.

***

За два дня коллективного мозгового штурма и возни с проводами удалось довести поддержку луча оружия до пяти секунд и также на две секунды сократить перерыв между залпами. Иначе говоря, пять секунд залп, восемь секунд задержка. Это лучшее, что мы всем коллективом смогли сделать. Будь здесь техномаги, они смогли бы и починить лазерную установку, но их не было. Я хотел установить оружие на стены или за центральными воротами города, но потом понял, что мне не на что ставить. В итоге пришлось остановиться на переносном варианте. Причем как позже выяснилось, что только я и Молестия можем поднять это оружие и удерживать дольше пяти секунд. Незадолго до рассвета следующего дня я явственно почувствовал присутствие Найтмер Мун и понял, что её армия, как и она сама уже здесь, около города. Я немедленно сообщил об этом всем, кому мог и поднял по тревоге гарнизон. Когда я подошел к дверям спальни Молестии и собирался открыть их, то меня опередила сама хозяйка. Когда двери открылись передо мной стояла аликорн, облаченная в экзоскелетную броню, которую я вместе с легионерами вынес из бункера. Броня была выполнена в чёрном цвете с золотыми узорами на сгибах. Шлема на голове у императрицы не было, как и на боковых креплениях брони. Зато на креплениях было закреплено оружие в виде двух арбалетов и длинного меча. Вероятно, это было оружие «на всякий случай». Всё таки основным оружием будущей Селестии было живое копье. Аликорн в этой броне выглядела величественно и воинственно, хотя та была меньше меня по размерам. Задумавшись на пару секунд о расцветке её брони, я невольно вспомнил цвета вещей и двери Молестии в мире снов. В частности я вспомнил её трон, который спустя тысячу лет будет стоять в Кантерлоте. Сопоставив в голове это с цветом шерсти Голдена, я понял, что именно за этим стоит. Молестия в материальных и не совсем материальных вещах увековнчивает своего сына и помнит его даже спустя тысячу лет. — Ты тоже почувствовал её присутствие, — констатировала очевидное кобыла, — Не думала, что мне придется сражаться с сестрой, но этот день, судя по всему настал. «Такое ощущение, словно она не на бой собралась, а на собственную казнь» — Императрица, с вами всё нормально? — решил спросить я. — Да, не волнуйся, Фолкет. Просто я долго готовилась к этому дню как физически, так и морально. Я сделаю всё возможное, чтобы избавить сестру от одержимостью Найтмер Мун. «Готовилась? Что-то я не заметил. Хотя, может где-то в своём секретном хранилище или подземной части замка разве что» — Очень надеюсь, что вы сможете достучаться до сестры. — Я тоже, — сказала императрица и вздохнула, — Я знаю, что ты тоже сделаешь всё возможное, чтобы с Мун Траем удержать город, но береги себя! — Разумеется, — ответил я, — Я уже предупредил всех кого смог и поднял гарнизон. — Отлично! Очень своевременно. — Служу Эквестрии! — сказал я, встав по стойке смирно. — Расслабься! — хихикнув в копыто, сказала Молестия и продолжила, когда я принял расслабленную позу, — Я уверена, мы выстоим! «Как-то это неуверенно прозвучало на самом деле» — Что же, я пойду на стены, — сказал я после почти полуминуты неловкого молчания, — Нужно быть готовым к бою. Разрешите идти? — Разрешаю, — ответила императрица, — Выполни свой долг, гвардеец! Я молча кивнул и направился туда, куда собирался — к городским стенам, куда ранее приказал легионерам собраться.

***

Несколько часов спустя я стоял на внешних городских стенах и наблюдал за вражеским лагерем. Решив в очередной раз посмотреть в подзорную трубу, увидел посреди лагеря стоящую у стола с картой Найтмер Мун и Дэй Брейкера. Спустя пару мгновений кобыла резко повернула голову и посмотрела прямо в мою сторону. Это меня не испугало, так как я был слишком морально вымотан, чтобы пугаться. Дэй Брейкер последовал примеру госпожи, но несколько с задержкой, а затем вновь посмотрел на кобылу. Он что спросил, но Найтмер не реагировала, продолжая сверлить меня злобным взглядом. «Злись, злись сколько влезет. Мне всё равно!» Внезапно в моей голове прозвучал громкий голос Найтмер Мун: «ТЫ НЕ ОСТАНОВИШЬ НАС!» Я опустил подзорную трубу и помотал головой. «Вот опять я слышу её мысли. Замечательно, блядь!» Я продолжал наблюдать на противником ещё на протяжении минут двадцати, но ничего принципиально нового в действиях не замечал. Одно было ясно — они готовились идти на штурм. Посмотрев на небо я заметил, что планетарный спутник как находился там, так и находился. Что показалось мне любопытным, так это то, что он словно двигался в сторону, откуда вставало солнце.

***

Обстрел барьера начался ближе к вечеру. Стреляли из орудий, которые подвезли пришедшие силы самой Найтмер. Всего их было четыре и стреляли они попеременно, но почти без перерыва. Я же стоял на стене и рядом со мной лежала лазерная установка, которую я намеренно прятал от глаз вражеских наблюдателей. Я готовился использовать её против вражеских солдат, намереваясь серьёзно прорядить многотысячную армию. Магический барьер над городом никто не подпитывал, ибо не было смысла затягивать с осадой. К тому же легионеры и гвардейцы уже поели возможно последний в своей жизни обед. К тому же в городе окончательно иссякли запасы пищи и почти подошли к концу питьевые источники. Ещё немного и мы начали бы голодать и страдать от жажды. Благо враги об этом не знали и это играло нам на лапу. Мне же даже несмотря на силу амулета было откровенно плохо. Хотелось есть, хотя я и ел утром. Обычно мне требовалось много еды, но лишь один раз в два-три дня без использования силы амулета, но здесь ситуация была иной и это было странно. Впрочем, всё было не настолько плохо, чтобы падать без сил. Возможно сила амулета так действовала, но было в достаточной степени терпимо. После очередного удара по барьеру я посмотрел на небо и заметил, что солнце и планетарный спутник находятся довольно близко. Тут до меня начало доходить, что грядет солнечное затмение. Во мне в тот момент проснулось чувство дежавю, но вот где я мог видеть это, вспомнить так и не смог. Наконец, когда очередной снаряд из пушки попал по барьеру, тот моргнул и отрубился. — Пора! — сказал я и поднял лазерную установку телекинезом на уровень своей груди, чуть справа от себя. Бегло обведя взглядом вражескую армию, что начала движение по направлению к стенам, я выбрал одну из центурий и направил дуло в её сторону. Несколько секунд спустя я замкнул цепь, почувствовал вибрацию от батареи и из орудия вырвался лазерный луч. И хотя установка была лазерной, у неё была сильная отдача и приходилось прилагать усилия, чтобы направлять дуло влево по линии, стараясь, чтобы оно не уходило вверх или вниз. Пять секунд и цепь разомкнулась сама собой, а поддержка луча прекратилась. Этих пяти секунд хватило, чтобы убить по меньшей мере восьмерых противников и ранить ещё нескольких. Ближайшие же запаниковали и начали разбегаться, нарушая строй. «Ух! Вот эта эффективность мне по нраву!» Прошло восемь секунд и я повернул дуло установки вправо от себя. Две секунды и вновь яркий оранжевый луч врезается во вражеские ряды. Убило лишь четверых, а остальные успели отскочить или упасть на землю. В этот момент я почувствовал опасность и сделал шаг вправо. Тут же позади того места, где я стоял отвалился кусок крепостной стены размером в полметра, а затем до моего уха донесся грохот выстрела. «Ебаный в рот!» Посмотрев наверх откуда раннее был слышен звук, я увидел зависшую в воздухе летающую фигуру фестрала с огнестрельным оружием в которой сразу узнал Дэй Брейкера. Вражеский военачальник вновь пытался убить меня самолично. «Вот пидарас! Нужно с этим заканчивать!» Зарычав от гнева, я нашел взглядом то место во вражеском лагере, где должна была по моим прикидкам находиться Найтмер и сверил направление подзорной трубой. Я навел дуло лазерной установки в нужную сторону и замкнул цепь. Луч прорезал часть вражеского лагеря и, как я ожидал Найтмер, находящаяся точно в той палатке в которую я целился вылетела оттуда как пробка из бутылки за мгновение до того, как сама палатка была разрезана надвое. Затем кобыла посмотрела в мою сторону и взлетела вверх. Убрав подзорную трубу я увидел, как Найтмер набирает высоту. Посмотрев назад я увидел, как под барьером взлетает ещё одна фигура Молестия. Пока последняя приближалась к границе магического щита, я понял, что своими действиями подвел ситуацию к кульминации. Иначе говоря — самое сложное началось.

***

Эти несколько часов активной, можно сказать мясорубки были одними из самых тяжёлых в моей жизни. В один момент, когда перестал считать после сотни убитых мною пони, заряд батареи лазерной установки кончился и я забил одного из врагов ею на смерть, сломав в процессе это оружие. Дэй Брейкер десятки раз пытался убить меня из своего оружия. Каждый раз моё чутье и рефлексы тела срабатывали безупречно, позволяя уклоняться от снарядов. Вот только оружие вражеского главнокомандующего было явно необычным. Скорость полёта снаряда была необычно высокой, что звук нагонял снаряд лишь через секунду полторы. Определить само оружие было невозможно, но я предполагал, что оно работает как портативный рельсотрон, не иначе. Несколько раз меня загоняли в ловушку, когда я пытался спасти положение на разных участках фронта обороны города. Первый раз меня спас один из случайных лучей одной из аликорнов, которые в это время сражались в небе над столицей, а во второй раз мне пришлось прорываться самостоятельно. Используя топор, зубы и копыта я рубил, давил и калечил врагов вокруг себя, пытаясь вырваться из окружения. Получилось успешно и я продолжал свои попытки сплотить разрозненных защитников. Тем временем ни Молестия, ни Найтмер не хотели уступать друг другу. Я не знал, что происходило между ними там, высоко в небе, но из-за их магической битвы город всё сильнее превращался в руины. На фоне всего этого и вправду произошло солнечное затмение. Я наблюдал это явление впервые в жизни, поэтому в один момент ускорил реакцию, чтобы насладиться видом и запомнить его. Когда я начал ощущать измотанность от затяжной битвы, внезапно меня и всех окружающих окатило мощной ударной волной. В уцелевших зданиях разбились стекла, а стоящие на улице пони упали с ног. Кто-то просто упал, кого-то отбросило на несколько метров, но я чудом устоял, пригнувшись, чтобы сместить центр тяжести. Посмотрев на небо я увидел на фоне затмения огромную сферу магии и два магических луча сверху и снизу, источником которых были аликорны. Эта сцена напомнило мне нечто очень знакомое и когда я осознал, что именно, шерсть встала дыбом. «Колыбельная для принцессы! Ох, блядь!» Сфера начала смешаться в сторону Молестии и я понял, что времени у меня мало. Рванув со стены дома я в прыжке приземлился на крышу дома и тут же использовал теневое смещение, чтобы не провалиться внутрь здания. Таким образом, преодолев десяток домов, срезав несколько городских кварталов, я сместился на внутреннюю стену, которая уже не была защищена щитом. В этот момент сфера достигла белую аликорна и произошел новый магический взрыв, который чуть не сбил ударной волной меня с ног. Устояв, я вновь сместился ко входу во дворец, услышав как вдалеке что-то пробило стену. Вбежав внутрь, я преодолевал разные части замка, стремясь успеть в комнату элементов Гармонии. После очередного смещения я краем глаза заметил трупы шестерых лунных гвардейцев, облаченных в иную униформу, нежели лояльные Найтмер. Это заставило меня вспомнить про предков Вульпы, но всего на мгновение, после чего я продолжил перемещение. Выбив закрытую дверь зала с такой силой, что двери отлетели внутрь не менее, чем на пять метров, я увидел лежащую без сознания Молестию, лежащую у основания постамента, где в каменных фигурах хранились камни-элементы. Напротив неё находилась внушительных размеров дыра в стене, которую та, вероятно образовала столкновением своего тела со стеной. Футуристичная броня, защищающая императрицу разлетелась по помещению, не выдержав нагрузки. В проёме стены же виднелось приближающиеся чёрное пятно — Найтмер Мун и приближалась она очень быстро. Не теряя ни мгновения я принял единственное решение, которое показалось мне логичным — встать между двумя аликорнами. Уставший морально и физически, я приложил усилия, чтобы сместиться точно аккурат между ними, вынув предварительно топор телекинезом. Спустя мгновение я услышал столкновение металла о металл и лишь потом, когда зрение начало восстанавливаться, увидел, что заблокировал меч чёрной кобылы. Ещё мгновение и я ощутил всю силу с которой Найтмер производила выпад и единственное, что пришло мне на ум — это КАМАЗ на скорости двести километров в час, не меньше. Благо я ускорил реакцию, чтобы успеть среагировать, но чуть не сбил концентрацию, когда ощутил чудовищную мощь и давление на разум. На мгновение меня охватила паника, но я взял себя в лапы. Поскольку ситуация была аховая и ничего иного, как попытаться перенаправить или выбить оружие аликорна сделать я не мог, решил воспользоваться яростью. Вспоминая все самое плохое, что произошло со мной в жизни я буквально заново переживал все события, чувствовал эмоции, обиды, страх, гнев, переживал видения смертей близких и подчиненных, альтернативных версий Шестерки, Молестии, Луны и многое другое. Ярость застилала глаза красной пеленой. Чем дальше, тем всё и сильнее, пока поле зрения не превратилось в тоннель с кроваво-красными стенами по центру которого была морда Найтмер. Сама же кобыла выглядела яростной. Оскалив свои хищные зубы, открыв пасть в крике ярости, с гневным выражением, она источала вокруг себя ауру тьмы. Глаза были широко открыты, а вертикальные зрачки были максимально расположены. Глаза же были налиты кровью. Я чувствовал растущую силу и снижение давления чем сильнее зрение застилала кровавая пелена. В момент, когда кроме неё почти перестал видеть, я ощутил, что стал сильнее Найтмер и потянул оружие вправо. Мгновение и зрение прояснилось и я увидел во взгляде противника удивление. Вновь мгновение и оружие Найтмер отлетело в сторону, войдя в каменную стену почти по рукоять, из-за чего меч треснул и отломившейся кусок упал на пол. Звук удара о стену был очень громкий, а на его фоне лязг металла при падении на пол был словно тишиной. Сама же чёрная кобыла смогла изменить вектор своей инерции движения мгновенно погасить её, отпрыгнув назад. Она сделала это за долю секунды до того, как мой топор зацепил бы ей шею. В тот момент сквозь ярость я почувствовал, как сердце пропустило удар. Убийства Найтмер Мун совершенно не входило в мои планы и если бы не её способности аликорна, произошло непоправимое. — Вот это сила! — воскликнула чернильная кобыла, удивлённо смотря на меня, — Мы на мгновение даже решили, что ты равен нам! «Ась?» В глазах двоилось, дыхание сбивалось, а сердце бешено колотилось даже по меркам моего организма. Организм пережил колоссальную перегрузку и последствия не заставляли себя долго ждать. — Лучше отойди, — продолжила Мун, — Сейчас мы должны… Я не стал слушать эту клячу и резко вытянул из сумок на своих боках пистолеты, наведя их на противника. Та лишь успела широко раскрыть глаза от удивления прежде, чем я начал вести огонь. Несколько пуль прошили тело насквозь прежде, чем враг предпринял попытки уклонения и сближения. Прекратив стрелять, понимая, что в каждом из пистолетов у меня осталось несколько патронов, я подпустил Найтмер ближе и, уйдя влево от выпада её копыта, приставил один к шее кобылы и выстрелил. В следующую секунду и своим рогом проколол ей шею. После этого увернулся вправо от нового выпада и нанес резкий удар кобыле по голове, а затем оттолкнул её от себя со всей силы на которую был способен в тот момент. Пока противник пытался удержать равновесие, отдаляясь от меня, я произвёл ещё несколько выстрелов пока не кончились патроны, после чего убрал оружие в сумки, доставая попутно дробовик. Это удивило Мун ещё сильнее, но ей удалось выставить магический барьер за мгновение до моего выстрела. Затем она рванула ко мне, материализовав новый меч. Поскольку расстояние было слишком маленьким, мне пришлось отвести дробовик назад, подставив топор под оружие противника. В этот момент я ощутил как у меня хотят вырвать огнестрельное оружие из телекинеза. Пришлось напрячься, чтобы сохранить контроль над ним. Когда же меч врага соприкоснулся с моим каким-то чудом целым топором, я развернул его бородой, зацепил оружие и рванул вниз. Спустя мгновение я привстал на задних ногах и со всей силы обрушил удар ногой по голове кобылы. Та отшатнулась на пару шагов назад, чуть не потеряв равновесие. Я не теряя времени добавил к этому выстрел из дробовика, окончательно сбив Найтмер с ног и откинув ещё на полтора метра к самой стене. Видя как аликорн встаёт, я быстро зарядил новые патроны в оружие и прицелился, не опуская топор. Я готовился к тому, что она вновь попытается напасть в ближнем бою, но вместо этого Мун наложила на себя какое-то заклинание. Я не успел его развеять в момент каста и чёрная пони резко рванула влево. Она это сделала настолько быстро, словно телепортировалась. Пришлось ускорить реакцию, чтобы поспевать за её движениями. В моём восприятии время привычно остановилось, чтобы дать возможность обдумать план. Однако, достаточно было перевести взгляд на Найтмер Мун, как у меня душа ушла в копыта. Она медленно, словно через густой кисель, но двигалась. В ответ кобыла перевела взгляд на меня и через несколько субъективных секунд её глаза в очередной раз округлились. Вероятно, она была удивлена не меньше моего. И тем не менее долго это не длилось и она сменила направление в мою сторону, низко опустив меч, вероятно, чтобы сделать выпад снизу вверх. Начав двигать оружием за мгновение до смены направления противником, я наблюдал, как Найтмер ускоряется. Как и предполагалось, противник предпринял размашистый выпад снизу, который мне удалось перенаправить при помощи оружия. Однако с противоположной стороны от меня возник ещё один меч, который пришлось отвести сторону при помощи псионического барьера. Параллельно с этим я вновь выстрелил из дробовика в Найтмер, тем самым отбросив ту от себя, вынудив уронить второе оружие. Подобрав его, я запустил его в противника, но та успела сместиться влево от себя из-за чего меч погнулся и отскочил от стены. Тут противник телепортировался и я ощутил опасность позади себя. Инстинктивно отводя голову в сторону и вниз, я ощутил, как острое лезвие оружия прорезало кожаную броню на шее и вошло в плоть на боковой части шеи где-то на сантиметр-полтора. Однако, ввиду моих действий лезвие тут же покинуло свежую рану спустя субъективное мгновение. Чтобы не упасть, я сместился к стене о которую опёрся на секунду и вернулся обратно, ударом сразу обоих передних ног отбросив Найтмер в противоположной стене. Ударившись о камень, кобыла чуть не упала, но устояла на ногах. Затем, взглянув на лежащую без сознания Молестию, чёрная аликорн резко направила своё оружие в её сторону. Я успел заблокировать удар топором в последнее мгновение, в десятке сантиметров от шеи императрицы. Спустя мгновение я сместился к Найтмер и взял копытокинезом ту за голову, чтобы приложить кобылу о стену. Извернувшись, противник вырвался из захвата, заставив меня высвободить голову из хватки, чтобы не сломать собственную ногу. Схватив меня за голову, Найтмер с силой обрушила её о стену. Удар такой силы должен был вывести меня из боя как минимум, но вместо этого камень лишь покрылся трещинами. Никакого оглушения, двоения в глазах или сильной боли — лишь дискомфорт. Вероятно мне помогло то, что о стену я ударился боком, а не лбом. Разозлившись сильнее, я ударил аликорна прикладом дробовика по морде, а затем резко развернул его и выстрелил почти в упор. Ударной волной и дробью тело кобылы отбросило на пару метров, заставив упасть на пол. Я же не стал терять времени и, тут же оказавшись рядом, намеревался наносить удары копытами по голове, но Мун перехватила мою ногу своей. В следующее мгновение её рог зажёгся и меня отбросило к стене напротив, заставив больно удариться о неё и упасть на пол. Резко встав, я заблокировал топором новый выпад в сторону Молестии, с расстояния, а затем сместился и оказался позади Найтмер. Оперевшись на передние ноги, я со всей силой пнул её задними, заставив отлететь в ту же стену и удариться головой. Пока кобыла с трудом вставала, я решил перевести дыхание и взглянуть на состояние императрицы. Беглого секундного взгляда хватило, чтобы понять, что Молестия жива и состояние её даже не критическое, для аликорна. Однако она всё ещё была без сознания и приходить в себя не спешила. «Ну очнись же ты, блядь такая!» Повернувшись обратно к Мун, я увидел, как она медленно поворачивается ко мне. Она сначала тихо, а затем громко смеялась. Как только она повернулась ко мне мордой, стало понятно, что нос кобылы не просто сломан, а частично вдавлен внутрь. В пасти отсутствовало около десятка зубов, а рог на голове пошёл заметной трещиной. Однако все эти ранения относительно, но неумолимо исчезали, приводя морду кобылы в первоначальный вид. Даже выбитые зубы отрастали заново на тех же местах, где были. «Ух, блядь… Нужно… Нужно тянуть время» — Мы недооценили тебя, — наконец произнесла кобыла, перестав смеяться, а затем перевела взгляд на мою шею и оскалилась в хищной ухмылке, — Теперь мы понимаем, почему ты ещё жив. «Это она о цвете моей крови?» — Давно мы не встречали достойного противника! — воскликнула тем временем Мун, — Нет, мы не убьем тебя! С этими словами Найтмер подняла копыто и указала на меня. — Ты для нас отныне слишком важная цель! Мы знаем, ты будешь сражаться за эту клячу дальше. Тем хуже для тебя и интереснее для нас! «Какая же ты проницательная пиздец! Спасибо, адмирал Ясен Хуй!» — О да, ты права, — сказал я, пытаясь нормализовать дыхание, — Я действительно не дам тебе её убить! — Твоё мнение для нас ничего не значит, гвардеец! — топнула ногой аликорн, — Её желание — убить сестру, а мы инструмент воли! «Что?! Постой! Найтмер отдельная ли… Ах, да! Она же разглядела во сне того, кем я на самом деле являюсь, хотя она физически видела меня человеком. Её слова… Но какого резона ей выполнять волю Луны, продиктованную эмоциями?» — Видим мы, вопросы у тебя есть, — сказала Найтмер, видя моё замешательство, — Мы ответим на них, но не сейчас. Скажи спасибо, что ты удивил нас, иначе ты не получил бы передышки. «Ой как благородно! А ведь и вправду… Но, зачем?» — Защищайся! Я еле успел среагировать на новый выпад противника. Схватив её оружие бородой топора, я рванул его сторону, попытавшись ударить кобылу ногой. В ответ та отвела голову в сторону, а затем схватила обеими своими передними ногами под мои передние, поднялась на задние ноги и с силой бросила назад. Это заставило меня выпустить дробовик из телекинеза, но контроль над топором я сохранил. Благодаря вновь активированной ускоренной реакции, я успел осознать своё положение, находясь в полёте и то, что Найтмер опять применяет на себя заклинание ускорения. Быстро прикинув в голове варианты, я вспомнил, как сражался с Дискордом в день, когда он освободился из камня. Конкретно я вспомнил его манёвр с обратной телепортацией из-за спины и решил повторить. Развоплатив своё тело, я сместился и оказался прямо перед Найтмер, но на полметра выше ещё до того, как моя туша коснулась земли. Будучи развёрнутым ногами к полу, не теряя времени я тут же использовал инерцию, которую приобрёл в падении и ударил противнику по морде обеими передними ногами. Найтмер от удара отшатнулась, а я упал на бок. Чтобы не терять секунды на вставание, я вновь развоплатился и спустя мгновение оказался на ногах. Чтобы закрепить результат и откинуть противника дальше от Молестии, я подскочил и пнул кобылу по туловищу. Я хотел ударить и по голове, но противник откатился в сторону. Я хотел вновь сблизиться с Найтмер Мун, чтобы попытаться задержать её, но неожиданно по полу прокатилась ударная волна заклинания и меня вновь сбило с ног. Затем моё тело среагировало перекатом в сторону. Это произошло быстрее, чем поспело осознание, что меня чуть не проткнуло насквозь мечом. Я встал и попытался сместить себя поближе к чёрному аликорну, чтобы нанести очередной удар, но вдруг она оказалась прямо с боку меня. В момент, когда я развоплащался Найтмер укусила меня в шею. Из-за возникшей боли моя теневая телепортация не несколько метров растянулась до появления в помещении в другой части замка. Из-за нарушения концентрации в голове на мгновение возник образ обеденного зала и секунду спустя мы оказались там под потолком. Дабы высвободится из хватки зубов я использовал телекинетическую ударную волну из-за чего нас раскидало по двум сторонам зала. Найтмер упала у камина, едва не угодив прямо в пламя, а я упал на один из столов, сломав его своей тушей весом в тонну. Пока враг почти синхронно со мной поднимался вновь, я решил использовать ультимативное оружие в своём арсенале, вытянув из сумки револьвер, найденный мною в Хиссельхофе. Помня его убойную мощь и чудовищное останавливающее воздействие, я намеренно навел прицел в район задней ноги кобылы. В это время Найтмер закончила вставать с пола и попыталась сделать усиленный магией рывок в мою сторону, но была остановлена выстрелом на половине дистанции. Отдача была такой силы, что я чуть не выронил оружие, высоко заведя его вверх по инерции. Кобыла же была отброшена обратно к стене над камином. Ударившись о неё, она упала на пол перед камином и громко зарычала. «Сука! Отдача у этого оружия просто ебучий пиздец! Откуда оно вообще взялось хоть?» Найтмер медленно встала и я увидел, что её левая задняя нога была разорвана поперек почти у самой кьютимарки. Были видны кровоточащие мышцы, мягкие ткани и даже раздробленные кости. По сути нога висела на одном только честном слове. Однако, помня, что аликорны существа, обладающие невероятными способностями, я понимал, что даже такая рана не будет критической. Пускай нога и фактически болталась на лоскутах и обломках костей, кошмарный аликорн смогла приподнять её и поставить прямо. В это же время я своими глазами наблюдал за тем, как все эти повреждения исчезали. Мясо, ткани, мышцы нарастали, кости срастались, а вены, артерии и сосуды восстанавливались, не оставляя никаких следов. Даже шерсть начала расти на месте ранения. «Ох, блядь! Ну, не, а на что я ещё рассчитывал-то?» Не давая ни себе, ни противнику передышки, я поднял в воздух телекинезом несколько лежащих рядом стульев и поочерёдно швырнул в Мун. Та, материлизовав из воздуха новый меч просто разрезала их прямо в полете. Я не останавливался и продолжал поднимать и швырять окружающие предметы. Где-то после восьмого разрезанного пополам стула, Найтмер додумалась отскочить в сторону из-за чего стул угодил прямо в камин. После этого кобыла вновь попыталась приблизиться на расстояние копытопышного боя, но получила несколько ударов ножками стульев, которые я запустил в неё на опережение. Громко зарычав, явно не от боли, Найтмер мгновенно телепортировалась ко мне и попыталась сбить с ног. Подставив стул под меч, я сделал несколько шагов назад, чтобы избежать нового удара по шее. В этот момент я краем глаза, как что-то появилось позади меня и это нечто источало знакомый холод. Инстинктивно пригнувшись, дабы пропустить этот объект над собой я увидел косу короля Сомбры, которую Найтмер использовала как оружие. Скривив морду, вероятно от того, что промахнулась, чёрная кобыла посмотрела на стену и исчезла вместе с оружием во вспышке телепортации. «БЛЯДЬ!» Догадавшись, куда переместилась аликорн, я сместился в зал элементов и оказался почти вплотную к до сих пор не пришедшей в себя Молестии. В этот же момент злая версия Луны заносила косу в телекинезе для того, чтобы снести императрице голову. И вновь я успел топором заблокировать эту атаку, но сила её была такова, что вражеское оружие оказалось в опасной близости от меня самого. Потянув косу вверх я еле успел увести голову влево, избегая выпада копытом со стороны Найтмер. Тем не менее то прошлось по касательной по скуле, из-за чего моя концентрация на оружии немного ослабла. Коса, сдерживаемая топором успела сместиться ещё на несколько сантиметров ближе к моим ногам прежде, чем я вновь восстановил контроль. Всего секунда, но этого хватило, чтобы поставить ситуацию в поистине безвыходное положение. Схватив ногу аликорна зубами, я рванул её на себя, подвернув голову так, чтобы в шею кобылы воткнулся мой рог. Затем я схватил Мун ногами за бока, рванул голову влево, разрывая мягкие ткани и с огромным трудом откинул от себя куда-то вправо. Из-за потери концентрации коса упала на пол и я тут же откинул её задней ногой к стене, повернувшись всем корпусом в ту сторону, куда откинул противника. Пока та пыталась встать, истекая кровью из раны, я сместился к ней и попытался ударить копытом, но соперница сместилась в сторону и укусила за шею. Потянув мою голову вниз, кобыла явно намеревалась сломать или вывихнуть мне шею. Я решил воспользоваться тем, что повелительница кошмаров вновь отвлеклась на меня и сместился в первое место, которое пришло мне в голову. Оказавшись в паре метров над полом в секретном отделении замка, прямо напротив двери за которой находился Дискорд в виде каменной статуи, Найтмер отпустила мою шею из хватки зубов и ударной волной отбросила в сторону ворот. Удар пришёлся прямо мне по спине и был столь сильный, что в глазах потемнело и из лёгких выбило весь воздух. Упав на пол я попытался встать, но не смог этого сделать с первого раза. Попытавшись вдохнуть лёгкие поразила сильная боль и я разразился кашлем. Нормальное зрение вернулось не сразу, но через несколько секунд и я увидел на полу перед собой немного своей сине-фиолетово-красной крови. «Не… время… лежать… ПОДНИМАЙСЯ БЛЯДЬ! Молестия может погибнуть!» Дав себе мотивацию и зарычав сквозь зубы, я резко вскочил, но чуть не упал из-за головокружение. Вновь попытавшись вдохнуть, я вновь зарделся кровавым кашлем. — Сильно тебя приложило! — усмехнувшись, произнесла Найтмер Мун, — Смотри не умри тут! Сказав это, она засмеялась, а затем продолжила: — Нам бы хотелось узнать твою мотивацию, когда всё закончится! — с зубастой ухмылкой добавила аликорн, — А что до крови твоей, у нас есть объяснение почему она такая! «Что? Объяснение?» — О да, ты хочешь его получить! — улыбнувшись ещё шире и более зловеще, продолжила злобная сущность, — Ты его получишь, но не сейчас! Наконец, пока она говорила я смог сделать шумный вдох из-за которого у меня задвоилась в глазах, но кашля не появилось. Немного восстановив концентрацию, я заметил, что кобыла стояла напротив двери в библиотеку с дневниками императрицы. — У тебя телепортация как у него, — неожиданно серьёзно сказала чёрная пони, — Ты не умбрум — это точно. «Я и сам ахуеваю со своей способности, если честно» — Мы узнаем кто ты и… Я не стал дожидаться окончания фразы и резко рванул деревянную дверь прямо на Найтмер Мун. Та явно не ожидала от меня такой импровизации и из-за этого была притала к стене, ударившись боком и головой о стену. Несколько секунд аликорн безуспешно пыталась вырваться, но затем телепортировалась и оказалась слева от меня. Развернувшись к ней и пытаясь уйти вправо, дабы избежать удара передними копытами, я заметил, как дверь в тюрьму Дискорда серьёзно промялась внутрь от моего удара об неё. Наконец, оказавшись сбоку от противника, я схватил её правым передним копытом за голову и с силой приложил о стену. Послышался хруст костей и камень пошёл трещинами, но соперница в очередной раз ни звука не проронила, словно той не было больно. Неожиданно Найтмер извернулась, схватив меня за шеи и с силой обрушила на пол. Воздух вновь выбило из лёгких, а в пасти снова почувствовался металлический привкус одновременно с исчезновением чувствительности части языка. Судя по всему я прикусил его. Затем кобыла попыталась схватить меня в телекинез и поднять над полом, но у неё получилось лишь слегка приподнять. Это лишь напомнило мне в очередной раз, что из-за моей сопротивляемости магии даже аликорнам тяжело воздействовать на меня с её помощью. Тем не менее, тем самым Мун помогла мне встать на ноги. — Поднять тебя не можем мы, — процедила сквозь зубы кобыла, — Неужели она лично наградила тебя… Глубоко вдохнув, я не стал дослушивать её фразу и вновь попытался приложить противника о стену. Однако та вцепилась зубами мне в ногу, когда я не смог захватить голову копитокинезом. Подтянув ногу к себе, я начал наносить удары другой ногой по голове Найтмер. Та в свою очередь лишь сильнее продолжала сжимать челюсти, явно намереваясь сломать кости. И сжимала челюсти она очень сильно, даже усиленные металлические пластины проминались и трескались. После очередного моего удара аликорн так сильно сжала челюсти, что мне стало действительно больно. Пока я пытался высвободиться и разжать челюсти, схватив голову соперницы и при помощи копытокинеза, Мун вытащила кирпич из стены и швырнула в меня. Я увернулся, но в этот момент аликорн разжала зубы, развернула меня к стене и вновь откинула меня ударной волной. Успев в последний момент развоплотиться, я оказался с противоположной стороны и по инерции упал на Найтмер. Пока та не успела отреагировать, я вновь схватил её голову и начал бить об пол изо всех сил. Три удара я успел нанести прежде, чем она резко встала и скинула меня с себя. — ДОВОЛЬНО! — крикнула аликорн на королевском-кантерлотском из-за чего у меня на мгновение ещё сильнее заболела голова и заложило уши, а затем исчезла в телепортации. «Блядь! Надо… СПЕШИТЬ!» Используя остатки своих сил я сместился обратно в зал элементов и как раз вовремя, когда Найтмер находилась почти вплотную к Молестии. Пользуясь инерцией я сбил противника с ног и попытался оттолкнуть к стене. Однако сама Мун не желала вновь встречаться мордой с камнем и, схватив меня, откинула к стене. Ударившись боком, я вновь упал на пол и чуть не потерял сознание от жгучей боли в груди. «ДА ОЧНИСЬ ЖЕ ТЫ! Я НЕ ВЫДЕРЖУ!» Собрав остатки сил, я снова встал, чтобы в следующее несколько секунд подбежать и оказаться вновь между двумя аликорнами. К этому моменту Найтмер вновь взяла косу и снова замахнулась для удара. На голой воле и бессильной ярости из-за своего положения, я заблокировал этот выпад, подобрал дробовик телекинезом и направил ствол в сторону чёрного аликорна. И хотя я сам был на линии огня, было уже всё равно — главное было не дать убить Молестию. Мун, казалось не устала совсем и относительно легко продавливала мой блок, почти вплотную поднеся лезвие к моему телу и горлу императрицы. Более того, чёрная кобыла лишь оскалилась в зловещей безумной улыбке глядя мне в глаза. Внезапно я почувствовал, как моя хватка на дробовике ослабла и словно кто-то перехватывает над ним управление. Переведя взгляд вправо у меня сердце в копыто ушло — противник почти полностью подавил мой телекинез и перенаправил дуло прямо в голову розовогривого аликорна. «СУКА! НУ НАХУЙ! СДОХНИ!» Разозлившись ещё сильнее я ощутил прилив сил и продавил блок косы, а затем попытался перехватить контроль над ней. Попутно я пытался восстановить контроль над огнестрельным оружием или хотя бы направить его выше головы будущей Селестии, чтобы не произошло непоправимое. Ощущая, что даже так моих сил недостаточно, я закричал на противника. То ли Найтмер на мгновение потеряла концентрацию, то ли это придало мне сил, но я смог перехватить контроль над косой и поднять дробовик кверху. Мун всё же смогла нажать на курок и дробь из оружия попала куда-то в потолок. Я же резко рванул оружие противника вверх и в сторону, ударив кобылу по подбородку. Не медля я нанёс ещё два удара по голове и один по груди, оттолкнув противника к самой дыре в стене. Пока соперница пыталась встать, почти сбитая с ног, я слегка повернул голову назад и увидел, что императрица наконец очнулась и смотрит на происходящее с крайним удивлением во взгляде. Когда у тебя над ухом громыхает выстрел из орудия патронами большого калибра не мудрено и из комы выйти было. «Ну, сука, наконец-то, нахуй!» Пару мгновений спустя глаза Молестии округлились ещё больше и я понял, что отвлёкся когда не надо было. Пришлось отпрыгнуть вправо в сторону, чтобы взятый в качестве оружия Найтмер в телекинез стол не размазал меня по полу. Я чуть не упал, удержавшись на ногах лишь чудом. Силы покидали меня и это слишком сильно ощущалось. Сил на то, чтобы нападать или блокировать удары у меня не оставалось, хотя оружие я и продолжал сжимать в телекинезе. Но, поскольку императрица очнулась, можно было надеяться на применение камней-элементов. В этот момент Мун попыталась ударить столом будущую Селестию, но та заблокировала выпад магическим барьером из-за чего импровизированное оружие разлетелось в щепки. Параллельно, не вставая с пола Молестия зажгла рог сильнее и из статуй на постаменте начали появляться камни-элементы Гармонии. Однако удар о барьер сбил концентрацию белого аликорна и жёлтый камень высвободился из телекинеза, упав на пол, разлетевшись на осколки. «НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ!» От осознания, что случилось непоправимое вопреки всем моим усилиям, на тому, что я выложился даже больше, чем мог, сердце пропустило несколько ударов. Хотя я и не ускорял реакцию, всё происходило словно нехотя, как будто сама реальность противостояла случившемуся. Всё было словно в замедленной съёмке и даже мысли пробивались как будто из-под водной толщи. «Пиздец ебаный нахуй! ЗА ЧТО?! Почему?!» Внезапно в голову пришло запоздалое осознание. Я вспомнил, что в моей сумке на правой половине тела всё это время лежал камень-элемент, который я изъял у Эпплджек перед тем, как в Понивилле появилась Старлайт. Действуя как по наитию, я вынул камень телекинезом, аккуратно положил его на пол и подкатил к Молестии. Пока тот, схваченный то ли телекинезом аликорна, то ли какой-то иной энергией подлетал в воздух, я подобрал и убрал к себе осколки разбитого камня. Спустя пару секунд на противоположном конце зала от меня открылся портал в котором был виден коридор дворца Кантерлота. Осознав, что это мой шанс, я взял последние силы и со всех ног рванул туда. Было всё равно куда он вёл на самом деле — это был единственный шанс уйти отсюда. Пробегая мимо Найтмер Мун я видел на её морде выражение, которое можно было описать как «крайняя степень охуевания», не иначе. Наконец, за мгновение до активации камней-элементов я вбежал в портал.

***

Портал захлопнулся и в этот момент из пролома в стене вырвался луч ослепительно белой энергии, устремившейся высоко в небо, прямо в затмивший солнце планетарный спутник. Наблюдающий за боем одинокий фестрал по имени Дэй Брейкер лишь чудом успел уйти в сторону, чтобы не попасть под обжигающую энергию. Спустя несколько секунд всё прекратилось и он вновь посмотрел в пролом через прицел своего оружия. Он увидел там лишь одиноко сидящую в позе полулёжа на спине белую аликорну, грива которой стала цветной. Несколько секунд ничего не происходило, а фестрал пытался одновременно понять, куда исчезла его богиня и выцелить кобыле голову. — ДЭЙ БРЕЙКЕР! — королевским-кантерлотским крикнула она. Смотря на её морду, вражеского главнокомандующего охватил внезапный страх и он опустил оружие, чтобы исчезнуть куда-нибудь. В это время осознавшая, что натворила Молестия одновременно рыдала и кричала в пустоту. Когда позади неё послышался топот копыт, та сразу смолкла. — Богиня, мы взяли город! — крикнул один из трёх ворвавшихся в зал фестралов. Внезапно грива кобылы начала сначала искрить, затем вспыхнула, а чудом сохранившиеся накопытники на ногах стали плавиться. Глаза Молестии изменились на вертикальные зрачки, а цвет на оранжевый. — Богиня? — вновь спросил предатель-лунный гвардеец, понимая, что сейчас произойдёт что-то ужасное. — ДЭЙБРЕЙКЕР! — оглушительно закричала горящая белым пламенем аликорн и активировала свою магию. Фестралы не успели ничего понять, как в их сторону полетело пламя. Пламя было настолько горячим, что за они даже не успели понять, что умерли, а плоть и кости обратились в пепел. Оставшаяся на петлях дверь также сгорела до тла, а сам дверной проход обуглился, даже камень поплыл. Безумно закричав, белый аликорн рванула в проход, откуда пришли предатели, чтобы сеять смерть. Лишь крики умирающих врагов слышались оттуда. А в это время сидящая за перевёрнутым креслом в углу комнаты служанка, потерявшая слух из-за крика Молестии горько плакала.