Часть 15

      Дул прохладный ветер — наверное, осень наконец вступала в свои права. Тучи то сгущались, закрывая небо, то расходились, позволяя солнцу пробиваться сквозь них и бросать тонкие лучи прямо на могилы. Тэхён и Чонгук в очередной раз поклонились, проходя мимо дальних родственников. Сегодня прошло сорок дней с тех пор, как бабушка Тэхёна покинула их. Все собрались здесь, чтобы почтить её память. Мама Тэхёна тоже была здесь. Ким мельком увидел её возле входа — она плакала, а Намджун стоял рядом, поддерживая её за плечи. Тэхён крепче сжал рукав Чонгука. — Давай быстрее, — прошептал он. — Я хочу отсюда уйти. Он старался не смотреть по сторонам. Дедушку Тэхён всё ещё не видел. Да и не знал, сможет ли вообще посмотреть ему в глаза после того, как не пришёл на похороны бабушки. Отца здесь не было. Зато были люди, которых Тэхён видел всего несколько раз в жизни и уже почти забыл. Они его, судя по всему, не забыли. Когда Ким проходил мимо, за спиной раздался приглушённый шёпот: — Это же её любимый внук… — А он вроде даже на похоронах не был. — Посмотри, какой худой. Будто его вообще не кормят. — Ему не стыдно сейчас сюда приходить? Тэхён прекрасно понимал, что они говорят достаточно громко специально. Он сделал вид, что ничего не слышит. Прижал ладони к ушам, будто пытаясь защититься от чужих голосов, и прошёл дальше, мимо незнакомых могил, выстроенных ровными рядами. Могила бабушки находилась ниже остальных — где-то в девятом ряду, в самом конце, рядом с могилой её свекрови. На холодном мраморе было выгравировано: «Семья Ким. Любимая бабушка Тэхёна». У Тэхёна перехватило дыхание. Он опустился перед могилой на колени так резко, будто ноги больше не держали его. Чонгук тут же хотел поддержать его, но Тэхён, едва сдерживая слёзы, поднял взгляд. — Пожалуйста… отвернись. Чонгук несколько секунд смотрел на него, а потом молча кивнул. Он встал спиной к Тэхёну, закрывая его от остальных. И только тогда омега позволил себе заплакать. Тэхён сидел на коленях, опираясь одной рукой о землю и низко опустив голову. Горячие слёзы одна за другой падали на землю возле могилы. Он был один. Несмотря на десятки людей вокруг. — Прости меня, бабушка… — голос сорвался. — Прости, что я не смог прийти. Он вытер лицо грязной рукой, но слёз становилось только больше. — Ты, наверное, ждала меня. И даже после того, как я не пришёл… всё равно оставила мне эти слова. Тэхён судорожно вдохнул. — Я такой плохой внук. Я вообще не достоин быть твоим внуком. Тёплая ладонь легла ему на спину. — Ты хороший внук. Тэхён замер. Он обернулся и увидел дедушку. В следующую секунду Ким вцепился в него, словно это был последний человек в мире, рядом с которым ему не нужно было притворяться. Последний человек, который любил его просто за то, что он есть. Дедушка обнял его крепче, поглаживая по спине. Чонгук так и не повернулся. Он стоял спиной, давая им возможность побыть вдвоём. — Прости меня, дедушка… — всхлипывал Тэхён, прячась в его объятиях. — Я так хотел её увидеть. Дедушка достал из маленького кармана флешку и осторожно вложил её в ладонь внука. — Это было её последнее желание. Тэхён поднял глаза. — Она, наверное, знала, что не сможет встретиться с тобой. И, наверное, чувствовала, что ты будешь винить себя. Он поцеловал Тэхёна в макушку. — Поэтому оставила это для тебя. Глаза дедушки были красными от слёз. Его чёрный костюм успел испачкаться от земли, а воротник рубашки был помят. Тэхён невольно подумал: если бы бабушка была жива, она бы никогда не позволила ему ходить в таком виде. Почувствовав взгляд внука, дедушка вытер глаза и поправил воротник. — Я специально его не гладил, — тихо сказал он. — Почему? Дедушка посмотрел на могилу. — Потому что она всегда гладила его сама. Если бы я сделал это сейчас… мне пришлось бы признать, что её больше нет. Он положил ладонь Тэхёну на грудь, прямо над сердцем. — А я пока не готов. Тэхён накрыл его руку своей. — Она со мной. — И со мной. Они несколько секунд молчали. Тэхён взял руку дедушки и поцеловал её. — Можно я потом к тебе приеду? — Это твой дом. Дедушка слабо улыбнулся. — Он теперь оформлен на тебя. Можешь приезжать когда захочешь. Он помог Тэхёну подняться, придерживая его за плечи. И только тогда заметил Чонгука. — А это кто? Чонгук повернулся и слегка поклонился. — Я Чон Чонгук. Из семьи Чон. Тэхён подошёл ближе и тихо сказал дедушке: — Это мой истинный. Дедушка на мгновение зажмурился, будто переваривая услышанное, а потом легонько ударил внука по плечу. — Береги его, Чон Чонгук. — Обязательно. Дедушка обнял Тэхёна. — Давайте пойдём. Скоро гости соберутся. Чонгук сел за руль и уже хотел дождаться дедушку, но вместо него на переднее сиденье сел Тэхён. Он пристегнулся и устало произнёс: — Дедушка сказал нам ехать первыми. Он приедет вместе с мамой. Чонгук завёл двигатель. Некоторое время они ехали молча. — Ты готов с ней видеться? Тэхён пожал плечами, глядя на дорогу. — Дедушка обещал, что она не заговорит со мной, если я сам этого не захочу. — А ты хочешь? Тэхён не ответил. Он положил локоть на подлокотник и упёрся кулаком в губы, молча глядя в окно. Он так давно здесь не был, что почти забыл, как всё выглядит. Когда они подъехали к дому дедушки, Тэхён успел задремать. Но стоило машине остановиться, как сон мгновенно исчез. Он первым вышел из машины и, не сказав ни слова, направился к дому. Их встретил небольшой забор и двухэтажный дом. Через окна была видна лестница, ведущая на второй этаж. На территории находился бассейн, аккуратно подстриженный газон и беседка, возле которой уже работали двое слуг. Из дома вышла женщина. В одной руке у неё была сигарета. Увидев Тэхёна, она тут же выбросила её в сторону и натянула на лицо наигранную улыбку. — Ох, Тэхён, дорогой! Сколько лет, сколько зим! Ты так сильно похудел. Где ты был? Тэхён сделал шаг назад, не позволяя ей прикоснуться к себе. — Я тоже рад вас видеть. А сейчас хотел бы зайти внутрь. Он обошёл её и направился в дом, даже не представив Чонгука. Поднявшись по лестнице, он услышал шаги альфы за спиной. — Кто она? Чонгук говорил осторожно, словно не был уверен, имеет ли право спрашивать. — Жена моего дяди по маминой линии. Тэхён помолчал. — Дядя у меня хороший. Добрый. А она… — он криво усмехнулся. — Она просто мразь. Ким открыл дверь небольшой комнаты. Внутри стояла кровать. И пахло бабушкой. Этот запах ударил слишком сильно. Тэхён медленно подошёл к шкафу. Там всё ещё висела одежда бабушки. Рядом была одежда дедушки. Он достал одну из её вещей, прижал к себе и закрыл глаза. На несколько секунд ему показалось, будто она снова рядом. Тэхён сел на кровать. — Я так скучаю по ней, Чонгук. Альфа подошёл ближе, погладил его по голове, а потом осторожно взял лицо в ладони. Карие глаза были мокрыми. — Сейчас она в хорошем месте, — тихо сказал Чонгук. — И, наверное, не хотела бы, чтобы её любимый внук плакал. Он вытер слезу с его щеки, а затем легко коснулся губами мокрого носа и родинки под глазом. Тэхён шмыгнул носом. — Я не буду плакать. Он поднялся и аккуратно повесил одежду обратно. — Мне нужно попрощаться с дедушкой. Потом вернёмся домой. Тэхён ещё раз оглядел комнату. Затем открыл дверь и протянул Чонгуку руку. Тот взял её. Они молча спустились вниз. В холле уже собрались дальние родственники. Тэхён снова поклонился каждому в знак приветствия, не задерживаясь рядом ни с кем. Но возле дедушки остановился. Тот как раз о чём-то хмуро говорил с женщиной. — Что значит «на Тэхёна»? — возмущалась она, крутя в руке бокал. — Мы что, не люди? Почему всё ему? — Замолчи. Я ещё жив. Обсудим это потом. Дедушка попытался уйти, но женщина схватила его за локоть. Увидев это, Тэхён мгновенно подошёл. Он убрал её руку с дедушки и процедил: — Как вы смеете повышать голос на поминальном дне моей бабушки? Женщина приблизилась к нему, стараясь говорить тише. — Ты рад, да? Не пришёл на похороны, а теперь всё тебе досталось? — Не позволяйте себе лишнего. Тэхён попытался уйти, но она схватила его за футболку. — Вышел замуж по залёту? Сбежал из дома? Поэтому теперь претендуешь на этот дом? Тэхён резко оттолкнул её. И тогда женщина плеснула ему в лицо красным вином. На несколько секунд всё вокруг исчезло. Тэхён слышал только обрывки криков — голос тёти, ругань дедушки, чей-то испуганный возглас. Но он уже не был здесь. Красное вино стекало по лицу. Красное. Комната. Мать. Бутылка вина в её руке. Красные стены. Осколки на полу. Крики. Снова и снова. Красное вино. Тэхён задрожал. Воздуха не хватало. Он попытался вдохнуть, но лёгкие будто забыли, как это делать. Его вырвало прямо там. Всё, что он успел съесть, вышло наружу. Звуки вокруг словно выключили. Он ничего не слышал. Не чувствовал. Не понимал, что происходит. Пока рядом не оказался Чонгук. Альфа подхватил его на руки и унёс внутрь. Когда дыхание и пульс наконец пришли в норму, Тэхён сидел в ванной. Одежда промокла почти насквозь. Чонгук поливал его холодной водой, пытаясь привести в чувство. Тэхён дрожал так сильно, что зубы клацали. — Тигрёнок… Медвежонок… Ты слышишь меня? Чонгук сидел на корточках рядом. Рукава его рубашки были закатаны и промокли, на брюках тоже остались пятна воды. — Тэхён. Ты меня слышишь? Ким медленно кивнул и попытался подняться. Чонгук осторожно остановил его. — Сядь. Пожалуйста. Он начал растирать его ноги, пытаясь согреть. — Тэхён… что это было? Ким посмотрел в чёрные глаза. Несколько секунд молчал. А потом произнёс: — Я не беременен. Руки Чонгука замерли. Тэхён опустил взгляд. — И, наверное, никогда не смогу забеременеть. Чонгук медленно выпрямился. — Что? — Я знаю, что сейчас не время это рассказывать. Но если я не скажу сейчас, потом уже не решусь. Он сел на край стула. Пальцы дрожали. — В тот день, когда ты ушёл, я не смог остаться дома. Еда остыла, начала портиться, и я вышел на улицу. Тэхён сглотнул. — Я не знаю, что произошло потом. Я потерял сознание, а очнулся уже в больнице. — Почему ты… Тэхён поднял палец, останавливая его. — Выслушай. Он прочистил горло. Ком в горле мешал говорить. — Доктор спросил, был ли у меня выкидыш. Чонгук замер. — Я не понял, о чём он спрашивает. Тогда он спросил, подвергался ли я насилию. Тэхён отвёл взгляд. — Я ничего не ответил. Голос задрожал. — Тогда он сказал, что у меня был выкидыш. А причиной потери сознания… Он замолчал. Воздух снова застрял в лёгких. Чонгук побледнел. — У тебя был выкидыш, потому что я… Он не договорил. Тэхён тоже ничего не сказал. — Почему ты решил, что больше не сможешь забеременеть? — Доктор сказал, что после такого может быть сложно выносить ребёнка. А я… я почему-то услышал только одно. Что второго шанса может не быть. Тэхён опустил глаза. — И я поверил. Он поднялся, сжал флешку в кармане и отступил на шаг. — Я приму любое твоё решение. Чонгук смотрел на него, но не находил слов. — Даже если ты решишь отказаться от меня. Тэхён скрестил руки на груди, пытаясь унять дрожь. — Я буду ждать тебя возле машины. Он вышел. В коридоре столкнулся взглядом с матерью. Она молчала. Тэхён тоже. Он прошёл мимо неё. Она пошла следом. Возле машины, где их никто не слышал, мать остановила его. — Подожди. Она стояла в нескольких метрах от него. На ней было длинное чёрное платье и чёрные каблуки. На голове — лёгкий платок, который ветер время от времени сдвигал, открывая аккуратно уложенные волосы. Под глазами всё те же тёмные круги, только теперь их немного скрывал макияж. В руках она сжимала телефон и кошелёк. Слишком сильно. — Он тебя изнасиловал? Тэхён пристально посмотрел на неё. — Это что-то меняет? Он открыл дверь машины. — Ты говорил, что мы не похожи. Мать замолчала. — Так почему ты не уходишь от него? Рука Тэхёна замерла на двери. Да. Он говорил эти слова. Он собирался уйти. Особенно после того, как узнал о выкидыше. Но что-то удерживало его. Что-то, чему он сам не мог дать название. — Может, я ошибся. Он посмотрел на мать. — Может, у меня просто нет желания уходить. А может… меня всё устраивает. Тэхён горько усмехнулся. — Я сейчас не могу дать тебе ответ. Он сел в машину, не слушая дальнейших слов матери. Включил музыку и закрыл глаза. Через несколько минут появился Чонгук. В руках он держал свой пиджак. Рукава рубашки всё ещё были закатаны. Он остановился возле матери Тэхёна, но женщина, увидев его, молча отошла. Дальше они ехали в полной тишине. Чонгук выключил музыку. Несколько раз пытался начать разговор, но, увидев закрытые глаза Тэхёна, передумал. Домой они тоже вошли молча. Тэхён шёл на два шага впереди. Чонгук не пытался его догнать. Хотя уже давно вторгся в его личное пространство куда сильнее, чем имел право. Когда дверь спальни закрылась, Тэхён начал снимать одежду. Чонгук вошёл следом. Несколько секунд они молчали. — Поэтому ты не хотел покупать кроватку? Тэхён застыл. — Ты уверен, что больше не сможешь забеременеть? Ким медленно повернулся. — Чонгук… — Значит, ты винишь меня в том, что ребёнка больше не будет? — Я тебе ничего не говорил. Тэхён поднял с кровати штаны Чонгука и протянул их ему. — Клянусь богом, я вообще не собирался тебе об этом рассказывать. Он натянул белую футболку с изображением барашка из «Смешариков» — ту самую, которую когда-то подарил ему Чонгук. — Я просто подумал, что ты должен знать. Чонгук сжал челюсть. Вина давила настолько сильно, что хотелось найти кого-то, на кого её можно было бы переложить. И вместо того чтобы признать собственную ответственность, он выбрал самый простой путь. — Ты не хотел этого ребёнка. Тэхён молчал. — Поэтому у тебя был выкидыш. Ким медленно поднял на него взгляд. — Это всё ты виноват… — Чонгук. Тишина. — Давай расстанемся. Чонгук резко поднял голову. — Давай закончим на этой ноте. Он схватил настольную лампу. Тэхён даже не успел понять, что происходит, когда она полетела в его сторону и разбилась о пол. Он даже не вздрогнул. Просто смотрел на Чонгука. И снова увидел перед собой то же самое. Лампа. Пол. Осколки у его ног. Почему рядом с ним постоянно что-то ломается? Почему люди, которые должны были его любить, снова и снова заставляют его ждать удара? — Ты кого-то нашёл? Голос Чонгука дрожал. — Поэтому ты загоняешь меня этими разговорами о выкидыше? Он тяжело дышал. — Нет, Тэхён. Чонгук показал пальцем на себя. — Запомни. Потом указал на него. — Я. И ты. Он сделал шаг вперёд. — Мы никогда не расстанемся. Тэхён почувствовал, как внутри что-то болезненно сжалось. И самое страшное было в том, что вместе со страхом пришло облегчение. Пусть он говорил о расставании. Пусть хотел уйти. Когда дело действительно дошло до этого, его душа будто разрывалась на части. Он словно шёл по тонкому лезвию. Шаг за шагом приближался к краю. А когда чувствовал, что ещё один шаг — и он сорвётся в пропасть, останавливался. И начинал всё сначала. Потому что боялся падения. И одновременно мечтал наконец перестать бороться. — Хорошо. Тэхён сделал шаг к нему. Он поднялся на кровать, заставляя Чонгука откинуться назад, и сел рядом. — Давай сделаем это. Он потянулся к футболке, но Чонгук перехватил его руку. — Просто слезь с меня. Тэхён замер. Чонгук отвёл его руку. — Не сейчас. Тэхён ничего не ответил. Через несколько секунд он спустился с кровати и направился в душ. Когда дверь закрылась, Тэхён поднял с пола брюки, достал флешку и спрятал её в шкафу. Потом взял своё одеяло. Вышел в холл. И направился в детскую. Там снова было пусто. Пустые стены, выкрашенные в мягкий фиолетовый цвет. Раздвинутые шторы. Мягкий ковёр. Тэхён подошёл к панорамному окну. За стеклом солнце медленно уходило за горизонт. Он лёг на бок, свернувшись калачиком, и положил ладонь на живот. Одна слеза скатилась по щеке и упала на мягкий ворс ковра. — Наверное, это даже правильно, что ты не родился… Он вытер нос. — Но я не виню тебя. Тэхён прикрыл глаза. — Ты сделал правильный выбор. Голос сорвался. — У твоих родителей… не самые здоровые отношения. Он тяжело вздохнул. — Наверное, тебе было бы слишком тяжело расти рядом с нами. В дверь постучали. Тэхён сильнее зарылся лицом в одеяло. Стук повторился. Дверь медленно открылась. Чонгук вошёл и сел рядом. Он не прикоснулся к Тэхёну. Просто остался рядом. — Тэхён… Тишина. — Маленький мой. Давай поговорим. Омега медленно высунулся из-под одеяла и сел, прикрывая ноги тканью. — Хён… Он несколько секунд молчал. — Иногда я думаю, что совершил ошибку, когда вошёл в твою жизнь. Чонгук опустил взгляд. — И каждый раз, когда мы отдаляемся, мне становится страшно. Тэхён взял его за руки. Поцеловал тыльную сторону ладони. — Я никогда тебя ни в чём не винил. Чонгук закрыл глаза. — Это я виноват. Я пришёл к тебе. Я заставил тебя менять свою жизнь из-за меня. Твою повседневность. Твои планы. Он сжал пальцы Чонгука. — Я просто… слишком сильно тебя люблю. Чонгук отвёл взгляд. Слова Тэхёна были искренними. Но именно поэтому от них становилось ещё больнее. Потому что он понимал: Тэхён не виноват в том, что с ним произошло. Его ошибка была только в одном. Он полюбил Чонгука настолько сильно, что постепенно потерял себя. Настолько сильно, что теперь пытался взять на себя даже чужую вину. — Чонгук. Тэхён дождался, пока тот поднимет глаза. — Посмотри мне в глаза. Альфа нехотя поднял взгляд. — И скажи, что ты видишь. Чонгук долго молчал. — Я не знаю. Он выдохнул. — Ты стал пустым. Тэхён не отвёл взгляда. — Будто внутри тебя почти ничего не осталось. Чонгук сглотнул. — Ты просто существуешь. Но почему-то мне этого хватает. Он сжал его руки. — Я не хочу тебя потерять. На лице Тэхёна появилась едва заметная улыбка. — А знаешь, что я вижу каждый раз, когда смотрю в твои глаза? Он замолчал. Потом снова посмотрел на руки Чонгука и поцеловал его пальцы. — Я вижу, как твой идеальный рай рвётся по швам. Чонгук вздрогнул. — Я хотел бы избежать этого. Тэхён говорил тихо. — Честно. Я не хочу больше притворяться. Пальцы Чонгука дрогнули. — Я хотел бы стереть всё это из памяти. Сделать так, чтобы твоё сердце снова трепетало рядом со мной. Тэхён поднял взгляд. — Но я плохой лжец. Тишина. — Я не могу притворяться, что ничего не случилось. Чонгук опустил голову. — И не могу заставить тебя забыть. Тэхён осторожно провёл большим пальцем по его руке. — Как бы сильно я ни хотел вернуть всё назад, я не могу. Чонгуку нечего было ответить. Тэхён казался ему таким хрупким, что от одного неосторожного слова тот мог окончательно рассыпаться. И Чонгук впервые по-настоящему понял: Тэхён не угрожает ему уходом. Он уже почти потерял его. Просто Тэхён всё ещё держится за него из любви. А Чонгук держится за Тэхёна из страха. Страха, который не отпускал его даже ночью. Страха, который шептал одно и то же: «Однажды он всё равно тебя бросит». Чонгук сжал его руки. — Не бросай меня, Тэхён. Тэхён посмотрел на него. Несколько секунд молчал. А потом раскрыл руки. — Я не бросаю тебя. Он позволил Чонгуку приблизиться. — Я не могу тебя бросить. Чонгук тут же прильнул к нему, обнимая так крепко, будто боялся, что стоит отпустить — и Тэхён исчезнет. — Я свихнусь, если однажды ты просто исчезнешь. Голос Чонгука дрогнул. — Если бы ты знал, сколько раз я просыпаюсь ночью, чтобы проверить, рядом ли ты. Он спрятал лицо у него на плече. — Мне всё время кажется, что однажды ты просто соберёшь вещи и уйдёшь. Тэхён закрыл глаза. Его руки медленно сомкнулись на спине Чонгука. — Я тоже этого боюсь… Он сделал глубокий вдох. — Тоже боюсь.