Душевые кабины

      Следующие двадцать секунд они неподвижно стоят в полной тишине, с лёгкой паникой смотря друг на друга: Дин, облокотившись одной рукой о стенку душевой и с другой — на члене, и Кас, держащий перед собой чужой телефон.       Первым из оцепенения вышел именно Дин, вспомнив, что он стоит не просто голый, а, блядь, стоит с полной эрекцией рядом с объектом своих фантазий, смотрящим прямо сейчас на него.       «Чёрт. Чёрт».       — Кас! Что ты здесь вообще забыл? — Дин схватился за штору и судорожно начал обматывать её вокруг пояса. — И что мой мобильный делает у тебя?!       От этих слов Кас вернулся в реальность следом и перевёл взгляд на телефон в своей руке.       — Он буквально разрывался, когда я пришёл в комнату. Мне не хотелось смотреть в него, но я увидел, что это твоя мама, которая звонит уже третий раз, а по отсутствию тапок понял, что ты в душе, — Кастиэль снова смотрит на Винчестера, как будто оглядывая его тело с головы до ног с нескрываемым интересом. — Я не хотел вот так к тебе врываться, но, когда я позвал, ты ничего не ответил, и я… — голубоглазый запнулся, как будто силой останавливая себя от разглядывания мокрого тела, и перевёл взгляд ему прямо в глаза, — …не знал, нужна ли тебе помощь, особенно после вчерашнего.       — О боже, Кас! Ты что, думал, что я решил утопиться в душе? — явно подзабыв о своём положении, со смешком ответил Дин.       Но выражение лица Каса оставалось нечитаемым даже в ответ на такую глупую шутку, отчего ситуация становилась ещё более неловкой, но, к счастью, — или к сожалению — паузу прервал рингтон.       — Похоже, твоя мама опять звонит, — Кас, всё ещё не отводя взгляда от Дина и на этот раз засмотревшись на его плечи, протянул Винчестеру телефон. — Думаю, тебе стоит ответить.       Дин не имел ни малейшего понятия, как ему реагировать на такое, поэтому всего, что он заставил свой последний не отключившийся нейрон придумать, хватило на самый тупой ответ:       — Да, похоже телефон звонит, — Винчестер забрал мобильный и посмотрел на экран.       — Думаю, мне лучше пойти. — Кастиэль быстро развернулся и чуть не запнулся в собственных ногах, покидая душевую.       — Дин, дорогой? Всё в порядке? — голос Мэри по телефону звучал тревожно, но одновременно с этим отдавал ноткой заботы. — Я только что узнала о вашем разговоре с Джоном. Боже, Дин, он поступил просто ужасно.       — Мам, всё в порядке, я сам виноват, это…       — Нет, Винчестер! Слушай меня, — перебила его Мэри. — Ты не… Дин, мой ангел, ты ни в чем не виноват. Джон последнее время сам не свой после ссоры с Сэмми. И вообще, я думаю, что мне стоит провести с ним беседу по поводу твоего «военного положения» и этих ужасных тренировок.       — Мам, всё в порядке, я должен выигрывать соревнования, чтобы сделать спортивную карьеру и не подвести вас, — Дин понимает, что врёт Мэри, врёт сам себе. Он уже не первый месяц испытывает удушение, только подходя к этому стадиону, и не может выбросить из головы скопившееся напряжение.       — Милый. Тебе необязательно справляться со всем этим, чтобы быть моим сыном. Я люблю тебя, что бы ты ни сделал, чем бы ни выбрал заниматься. И Джон… он тоже любит тебя, но ему сейчас так трудно из-за их отношений с Сэмми, как будто он винит тебя в том, что сам ему наговорил, — последовал нервный вздох, как будто женщина пыталась сдержать слёзы. — Боже, Дин, мне так жаль, что тебе пришлось выслушивать это всё от него.       Дин не знал, что может ответить на это, да и понимал, что его ответ и в половину не будет так хорош, как слова матери. Поэтому всё, на что его хватает, это искреннее «Спасибо, мам». Это всего лишь два слова, но ему и не нужно говорить больше, потому что он знает, что Мэри поймёт его так, как никто другой не понимает.       — И, Дин, меня беспокоит кое-что. У тебя там есть кто-нибудь рядом? Мне кажется, что тебе тяжело одному, особенно вдали от дома и брата.       — Мам…       — Дин, мой милый. Я давно замечаю, как ты грустишь. Но с тобой всё в порядке, милый. С тобой уже всё в порядке, что бы и кто бы тебе ни нравился.       И Дин понял, что слёзы рискуют сорваться уже второй раз за сутки. Он не может беспрекословно верить словам матери, но что-то давящее в груди начинает медленно отпускать.       Ещё раз поблагодарив Мэри за всё и передав «привет» младшему брату, Дин положил телефон подальше от воды, и только в этот момент ему в голову ударило осознание того, что произошло несколько минут назад.       Он дрочил.       В душе.       На своего ахуительно горячего друга, который буквально поймал его с поличным.       Дина охватила паника и стыд, но также внизу живота стало покалывать от воспоминаний о взгляде Кастиэля. Парень буквально изучал его, чтобы запомнить каждый сантиметр.       «И как, простите, это понимать?».       На продолжение Винчестер не решился, поэтому вернулся в комнату, которая оказалась пуста. Наверное, это к лучшему, потому что как смотреть в глаза Каса после этого он просто не представлял.

***

      Следующие два дня Дин чувствует напряжение и отстранение со стороны соседа. Он буквально убегает на учёбу, как только Винчестер просыпается, а вечерами сидит за книгами в наушниках, отвечая на всё максимально отрывисто. Но было и хорошее — за эти выходные Дин поговорил с отцом и тренером, так что сегодняшние соревнования будут для него последними, чему он несказанно рад.       И вот, победив со своей командой, Винчестер намыливал голову в душевой спортивного зала, как вдруг шторка с треском отодвинулась и парень из его команды начал просить у Дина шампунь.       — Блядь, Майкл, закрой и уёбывай. — Выпалил Дин, попутно кинув в лицо тому бутылёк, и резко остолбенел от возникшей идеи.

***

      Придя в комнату, Дин заметил, что сосед отошёл, но лишний раз проверил наличие его халата в шкафу.       «Отлично».       Кастиэль имел много странностей, и одной из них была любовь к необычным гелям для душа, которые он частенько забывал там же. Парень надавил на бутылёк и начал наносить гель на грудь, вспенивая его прямо на себе. Ему очень нравилось, что в общежитии отсутствуют коммунальные платежи, поскольку за его любовь мыться в кипятке постоянно выходили большие счета.       Кас расслабился и продолжал водить руками по скользкому телу, закрыв глаза и откинув голову назад, подставляя её под горячие струи. Но карма — сука. Поэтому в таком положении он лишь слышит движение рядом с кабинкой, но не придаёт ему значения. Ровно до тех пор, пока шторка его душевой не дёргается.       Парень начал быстро смывать пену с глаз, слыша при этом обратное задёргивания шторки и отчётливо ощущая чьё-то присутствие рядом. Сердце пропустило удар, когда на его плечо легла рука, и он наконец смог открыть глаза.       — Дин?! — воскликнул парень, слегка отшатнувшись назад и раскрыв глаза ещё шире от удивления.       Винчестер подошёл чуть ближе и наклонился к уху Каса, уже широко улыбаясь от задуманной фразы:       — Извини, Кас, кажется, твой телефон звонил, и я пришёл сказать тебе об этом, — Дин отодвинулся и, смотря прямо в голубые глаза, начал широко улыбаться, переходя на лёгкий и игривый смех.       Изначально Винчестер затеял это как один из его подколов над Кастиэлем, но не упускал из головы альтернативное развитие событий, в котором голубоглазый просто вытолкает его и не будет больше с ним разговаривать. Однако, о чём Дин не думал, — ну или не хотел признавать, что думал, — так это о том, что уже в следующую секунду выражение лица Каса станет нечитаемым, а в глазах появится блеск.       — Дин, — низким и чрезмерно серьёзным для ситуации тоном начал он, предупреждая, — какую реакцию ты хотел получить от меня, придя сюда?       Дин ожидал ответного смеха, криков, но не абсолютно серьёзного Кастиэля, по выражению лица которого он вообще ничего не мог понять.       — Извини? — не совсем понимая, чего от него хочет темноволосый, сказал он.       — Что-то мне кажется, что ты не очень-то сожалеешь, — парень слегка сократил дистанцию, и на его лице появилась ухмылка. Он мельком опустил взгляд вниз, а затем вернулся им назад, смотря прямо на Дина.       — Я не… Кас, мне, наверное, лучше…       — Дин, — ещё более низким и серьёзным тоном сказал парень, — я собираюсь поцеловать тебя через пятнадцать секунд. Поэтому, если ты не уйдёшь прямо сейчас, я приму это за активное согласие.       Винчестер просто не знал, что и ответить на такое заявление. Но его ноги просто отказались двигаться назад, так что парень так и стоял неподвижно, смотря, как Кас изучающим взглядом снова проходится по его телу, останавливаясь на линии полотенца, обмотанного вокруг бёдер Дина.

***

      От Кастиэля пахло тем самым гелем для душа, который использовал Дин в пятницу и который прямо сейчас размазывался по их груди, создавая ещё большее скольжение. У Винчестера просто свело живот от возбуждения, когда голубоглазый начал раздвигать его губы своим языком, резко кладя руку на поясницу Дина, подвигая его ближе. На что Винчестер, собственно, и не высказал недовольства, а, наоборот, с готовностью прижался пахом, сорвав с губ обоих неожиданный стон.       В ответ на такие действия Кас, не потрудившись полностью отстраниться, переместился к уху Дина.       — Что ты представлял себе, — Кас провёл языком по мочке и слегка прикусил, — в пятницу. Когда так стонал прямо в этой душевой?       Блядь.       Дин понимает, что умрёт прямо здесь.       Кастиэль начал вести кончиками пальцев от поясницы до тазобедренных косточек Винчестера, не отводя при этом взгляда и даже не стараясь скрывать свою уже полную эрекцию.       — Дин, — парень снова придвинулся к его шее, выдыхая в неё, — я должен знать. От это зависит… так много, — добавил он, прикусывая выступающую венку.       К чёрту. Правда.       — Я думал о тебе, Кас, — вспомнив, что у него на бёдрах всё ещё находится уже промокшее полотенце, Винчестер резко скинул его одной трясущейся рукой, переместив другую на шею Кастиэля. — О том, как ты трахаешь меня и кончаешь глубоко внутрь.       В ответ на это голубоглазый прорычал и жадно впился в губы Дина, с каждой секундой делая поцелуй всё более грязным.       Кас обхватил рукой член Дина, на что тот взял его за волосы и впился поцелуем в шею.       Винчестер немного меняет позицию, чтобы теперь самому иметь возможность обхватить сразу два члена вместе.       — Блядь, Дин, ты меня с ума сведёшь, — прорычал Кас куда-то в шею Винчестера. Но парней прервал звук, раздавшийся в паре метров от них. Какой-то парень решил принять душ в самое неподходящее время.       Кастиэль кладёт ладонь Дину на шею и приближается к его уху.       — Дин… — хрипло прошептал Кас. — Сейчас я пойду в комнату и буду ждать тебя через пять минут…       Дин уже было собирался открыть рот и пошло пошутить, как его прервали:       — И я отшлёпаю тебя за то, что ты ворвался ко мне в душ без спроса, — рука на шее Дина начинает сжиматься сильнее, а пальцы давят на артерию. — А потом я собираюсь трахнуть тебя. И каждый толчок будет напоминать тебе о твоей горящей красной заднице от моей ладони.       Срань Господня.       Ну вот и всё. Дин умрёт от перевозбуждения. Голый, мокрый и со стояком.       Кастиэль ослабил хватку на шее Дина и слегка отстранился, смотря тому прямо в глаза, и улыбнулся своей самой коварной улыбкой, прежде чем выйти из кабинки и показать свою отличную задницу, уходящую в сторону шкафчиков.       Дин остался стоять под горячими струями воды, пытаясь не сорваться в ту же секунду за Касом, но, мысленно похвалив себя за выдержку, смог прождать оговорённые пять минут и только после этого направился в комнату.       Дверь была слегка приоткрыта, и, когда Винчестер зашёл и закрыл её за собой, к его шее сбоку сразу же припали чужие губы.       — Кас, — Винчестер наклонил голову, ещё больше открывая изгиб шеи.       — Дин.       Находясь во взаимно опьяневшем от возбуждения состоянии, парни начали двигаться в сторону кровати Дина, подойдя к которой Новак толкнул его вперёд, позаботившись о том, чтобы свет с улицы падал на него.       У Дина в голове крутились мысли только о пухлых и горячих губах, целовавших его несколько секунд назад, и тазовых косточках, выпирающих над боксерами.       Теми самыми боксерами.       — Это…       — Да, — Кастиэль ухмыльнулся, — именно они. Я подумал, что тебе понравилось то, что ты увидел в тот день.       Дин привстал на локти, с жадным блеском оглядывая голубоглазого.       — Чёрт, иди сюда.       Этого приглашения для Каса было достаточно, поэтому уже в следующее мгновение он накрыл тело Винчестера своим, вовлекая того в ещё более развязный, чем ранее, поцелуй.       Господи.       Дин понимает, что с каждым поцелуем Кастиэля удушающая хватка на шее, не покидающая его со школы, ослабевает, а тело становится всё более отзывчивым от напора таких желанных рук.       Но привычное чувство стыда так просто отказывается покидать Винчестера, поэтому Кас, слегка отстраняясь от пьянящих губ, смотрит ему в глаза. И чёрт, это намного интимнее того, что произошло между ними за последние полчаса.       — Дин, — с ноткой тревожности произнёс Кас, кладя ладонь Винчестеру на щёку. — О чём ты думаешь сейчас?       Винчестера охватывает лёгкая паника от риска потерять доступ к уже ставшими необходимыми прикосновениям и губам, поэтому от этого вопроса он начинает слегка дрожать.       — Чёрт, Кас. Прости, всё в порядке. Мне всё очень нравится, правда…       — Винчестер. За что ты извиняешься? — Кастиэль ещё более пристально смотрит в его глаза с нечитаемым выражением лица.       — Я не… Господи, всё это… Я так этого хотел, Кас. Мне голову сносит от одной мысли обо всём этом.       Дин собирается с мыслями и сглатывает, прежде чем озвучить то, о чём и подумать страшно.       — Я просто боюсь, что всё это больше не повториться и ты завтра же захочешь съехать от меня, только бы не находиться рядом с кем-то вроде меня. Особенно сейчас, — Винчестер перевёл взгляд на дверь и зажмурился, — когда ты узнал, о чём я думал всё это время, смотря на тебя.       Кастиэль, всё это время не отводя взгляд, ожидающе и внимательно смотрел на Дина, обдумывая его слова.       — Дин, — Новак садится на бёдра Винчестера, чтобы иметь возможность обхватить его лицо уже двумя ладонями. — Неужели ты всё это время стыдился того, что испытываешь такие чувства? Чёрт, да я сам думал, что тебе нет до меня дела и ты пошлёшь меня, как только я проявлю любой знак внимания, выходящий за гетеросексуальные нормы. Я не хочу сказать, что считаю тебя проявлением стереотипной мужественности, но мне всегда казалось, что тебе не нравятся мужчины. Особенно, что тебе не нравятся такие как я.       Дин, пребывая в лёгком шоке, кладёт руку поверх ладони Кастиэля на своей щеке.       — Ты понимаешь, насколько мы оба всё это время тупили?       Парни улыбаются и легко смеются, а Кастиэль подвигается ближе, чтобы иметь возможность поцеловать Дина в лоб, отчего у того в груди разрастается тёплый трепет.       — Дин, — Новак переходит мелкими поцелуями к уголку губ, — всё это время я думал, что неинтересен тебе. Чёрт. Ты не представляешь, как трудно мне было сдерживать себя после того, как я увидел тебя в душе в пятницу, — ещё один поцелуй, уже в губы, прервал его. — Я не хочу больше сдерживать свои желания, если ты, конечно, позволишь мне это.       Кастиэль поднял глаза, и их взгляды пересеклись. Дин просто не представлял, как он может подумать о том, чтобы отвергнуть Каса сейчас, узнав, насколько хорошо целовать его и отдаваться в сильные руки, поэтому рывком придвинул его ближе и обхватил губы.       — Боже, Кас. Всё что угодно… Всё что хочешь, — не потрудившись разорвать поцелуй, ответил Винчестер, слегка толкаясь бёдрами вверх, из-за чего Новаку окончательно сорвало крышу и он резко привстал, чтобы стянуть полотенце с бёдер Дина.       — Ты тоже, — Винчестер ожидающе посмотрел на боксеры Кастиэля, одной рукой помогая стягивать их. — Блядь. Ты такой красивый. Нужно было давно ворваться к тебе в душ.       — Дин, — прорычал голубоглазый, — кажется, мы не закончили этот разговор, — Кас встал с кровати, демонстрируя полностью вставший член, и с нескрываемым желанием посмотрел на Дина. — Всё что угодно, говоришь?       Дин привстал на локтях и проскользил взглядом от бёдер голубоглазого до его губ.       — Да, Кас. Пожалуйста.       — Встань на колени и положи голову на подушку, — командным тоном сказал Кас, отчего член Винчестера дёрнулся, вновь напоминая о себе, а сам Дин принял нужную позу.       Не успел Винчестер привыкнуть к такому положению, как почувствовал, что матрас сзади него проминается от коленей Кастиэля, который взял другую подушку и пропихнул её под живот Дина, чтобы тот мог на неё опереться.       — Так должно быть удобнее, но ты должен дать мне знать, если почувствуешь себя некомфортно. Хорошо, Дин? — Кас прошёлся поглаживающими движениями сначала по спине Дина, а затем переместил ладонь на поясницу и ягодицы.       — Да, Кас. Всё в порядке.       Дин понимал, что сейчас он действительно в порядке, и это значило намного больше, чем его позиция сейчас. Непривычное чувство, которое постепенно подкрадывалось всё это время, обрело имя — безопасность. Он чувствовал себя нормальным рядом с Кастэлем, который за всё время с их знакомства, каким бы странным он иногда ни был, никогда не давал Дину понять, что с ним хоть что-то может быть не в порядке.       — Чёрт, Дин. Ты не представляешь, насколько красивый сейчас.       Кастиэль совсем мягко, будто на пробу, шлёпнул Дина по заднице и следом погладил кожу в этом месте, ожидая реакции. Винчестер только сильнее прогнулся в спине, и это было лучше любого словесного разрешения продолжить.       Вторая и третья серии шлепков были подряд и имели большую силу, на что Дин лишь одобрительно простонал. Он чувствовал, как Новак боится отпугнуть его или сделать больно, поэтому, не думая, сказал:       — Кас, пожалуйста, ты мне нужен.       В ответ на это голубоглазый прорычал и, увеличив силу, нанёс следующие три серии ударов, чередуя ягодицы и поглаживая те после.       Дин начинал чувствовать лёгкие вспышки боли, отдававшие возбуждением в члене, который и так с каждым ударом тёрся о подушку под ним.       — Дин.       Ему не нужно говорить больше, чтобы Винчестер понял, как много смысла в простом повторении его имени. Он чувствует, как очередная вспышка боли на грани удовольствия растекается по всему телу, а кожа на заднице начинает слегка пульсировать.       Кастиэль наклоняется и оставляет нежный поцелуй на каждой из ягодиц, как будто залечивая кожу своими губами, прежде чем снова пройтись по ней, оставляя розово-красные следы и слегка постанывающего Дина.       Винчестер слышит звук открывающегося тюбика, похожий на бутылек со смазкой, и уже в следующее мгновение ощущает, как на колечко мышц слегка надавливает палец, который, выведя несколько кругов, немного проскальзывает внутрь.       Ощущения странные: нет боли, но Дин и не чувствует ту вспышку удовольствия, какую себе представлял, когда Новак проскользнул пальцем чуть глубже и начал медленные движения.       — Кас, пожалуйста.       Ему не нужно уточнять, о чём именно он просит, поскольку парень понимает его и ударяет ладонью по уже покрасневшим ягодицам, одновременно с тем, как погружает первый палец до конца, отчего Дин снова ощущает накрывающую всё его тело горячую вспышку.       Кастиэль убирает один палец и, нанеся очередной удар, на этот раз немного сильнее, надавливает на колечко мышц уже двумя, отчего Дин выгибается в спине.       — Ммгх, Кас…       — Ты просто до безумия красивый сейчас, Дин, когда выставляешь себя напоказ с красной кожей и выстанываешь моё имя.       Блядь.       Винчестер рискует захлебнуться вспышкой возбуждения от одних только слов Кастиэля, но тот начинает двигать пальцами и ещё раз ударяет свободной рукой по заднице Дина.       — Аннгх, Кас. Ты должен трахнуть меня.       Новак наклоняется, оставляя поцелуи на затылке Винчестера и перемещается к его уху, слегка прикусывая.       — Терпения, Дин. Или мне придется трахнуть тебя прямо сейчас, к чему ты пока не готов, — произносит он полушёпотом, отчего по телу Дина пробегают мурашки, а член дёргается, уже полностью влажный от предсемени.       Спустя несколько минут движений пальцами и успокаивающих поцелуев в спину и шею, Кастиэль, наконец, приставляет третий, резко шлепая Дина по уже саднящей коже на ягодицах, и проникает внутрь, слегка подгибая.       — Агхнн, Блядь, Кас. Сделай так ещё раз.       Новак снова проходится резкими ударами по разгорячённой коже, не переставая двигать пальцами внутри Дина, отчего того накрывает вспышка удовольствия.       Ладно. Окей. Дин понял, что теперь не сможет жить без анального секса.       Спустя некоторое время и вбивающихся в Винчестера пальцев, сопровождаемых его податливыми толчками в их сторону, Кас убирает их. Теперь Дину остаётся только лежать в пьянящем и поглощающем возбуждении, ощущая пульсацию на коже и слыша, как голубоглазый надевает презерватив и выдавливает ещё смазку.       Винчестер чувствует, как Кастиэль, член которого к этому времени уже болезненно набух, сначала слегка надавил на колечко мышц головкой, а затем медленно проник внутрь, плавно погружаясь.       Когда член вошёл на половину, Дин забыл, как дышать.       — Дин, ты в порядке? — встревожился Новак, сгибаясь над спиной Дина и оказываясь возле его шеи.       — Чёрт. Кас, это просто… Мне кажется, что я сейчас просто умру от перевозбуждения, — Новак слегка толкается вперёд, снова задевая простату. — Блядь, Кас, забудь. Если я умру так, на твоём члене, то буду самым счастливым человеком.       Парни тихо засмеялись, из-за чего Дин слегка отвлёкся от опасно близкого оргазма. Однако у Кастиэля были другие планы, поэтому в следующую секунду он начинает набирать темп, на этот раз полностью входя в Винчестера и делая размашистые движения.       Когда голубоглазый начинает трахать Дина в полную силу, каждый раз шлёпая кожей по его и без того раскрасневшимся ягодицам, тот, наконец, понимает, о чём ему говорил Кас.       — Агххн. Дин… Дин, — Кастиэль тяжело дышит и, не прекращая выбивать из лёгких Дина воздух, резко входит в него, каждый раз приходясь по заднице и выполняя своё обещание из душа. — Чёрт, ты такой узкий и горячий.       Новак сжимает волосы Винчестера, поднимая его голову так, чтобы иметь возможность впиться в столь желанные пухлые губы. И Дин чувствует, как его движения становятся рваными, а дыхание учащается, поэтому выдыхает в его рот между поцелуем:       — Хочу видеть твоё лицо, когда ты кончишь.       В ответ на это Кастиэль низко прорычал, резко выходя из Дина и помогая ему перевернуться на спину.       Теперь перед Винчестером открылась просто потрясающая картина, похожая на его фантазии, и одновременно с этим в сотни раз ярче них: до безумия красивый Кастиэль с тёмными взъерошенными волосами и чертовски голубыми глазами, смотрящий на него с нескрываемым обожанием.       — Блядь, иди сюда, — Дин притянул Каса, раздвигая ноги и слегка толкаясь тому навстречу, когда Новак вошёл в него, отчего у обоих с губ сорвался низкий стон.       В следующее мгновение Кастиэль начал ещё яростнее вбиваться в Дина, каждый раз заставляя того распадаться на части, и обхватил его член рукой, надрачивая в том же темпе.       — Аахнгн! Кас…       Дин потерял ощущение пространства. Всё вокруг сузилось до безумия, которое происходило между ними.       — Ахнгн… Блядь!       Винчестер почувствовал, как оргазм накрывает его, а Кастиэль, тем временем, ещё более рвано вбивался в него, не останавливая движения рукой.       — Господи, блядь, Кастиэль. Аанхг! — Дин понимал, что это один из самых сильных оргазмов, когда его сперма начала брызгать на живот и руку Новака, а пальцы на ногах и руках непроизвольно поджались до предела.       Переживая отголоски оргазма, Дин притянул Каса за волосы и прорычал на ухо:       — Давай, Кас. Кончи для меня. Сейчас.       — Аххнг… Дин! — этого было достаточно, чтобы голубоглазый толкнулся в последний раз, издав низкий стон, и, выйдя из чужого нутра, через пару мгновений повалился сбоку от Дина.       Спустя несколько минут, когда парни перевели дыхание и смогли повернуть головы, чтобы посмотреть друг на друга, Дин почувствовал себя в самом уютном месте, находясь рядом с Касом и будучи перепачканным своей спермой. Он придвинулся, чтобы поцеловать самые желанные губы.       Этот поцелуй не был похож на все предыдущие. Он был медленным и не таким нетерпеливым, но всё таким же отчаянным и необходимым обоим, как воздух.       — Дин, ты же понимаешь, что нам придётся когда-нибудь встать, чтобы вытереться, — произнёс Новак с улыбкой, снимая и завязывая презерватив.       — Да к чёрту, хочу умереть здесь. Пусть меня найдут рядом с самым горячим парнем голым и перепачканным своей спермой.       В ответ на это парни рассмеялись, и Дин потянулся к тумбочке.       — Вообще, у меня есть салфетки, так что к чёрту, я не собираюсь больше упускать возможность лишний раз запустить язык в твой рот, — произнёс Дин, попутно вытирая себя и Каса от спермы, и не сразу осознав, какой смысл был у его слов.       — Дин…       — Кас, чёрт. Я не хотел на тебя давить. С чего я вообще подумал, что от одного траха ты захочешь всё это продолжать…       — Дин. Мы уже говорили об этом, помнишь? Давай просто перестанем думать друг за друга и будет наслаждаться тем, что мы имеем. Ведь мы и так потеряли столько времени.       — Да ты романтик, Новак. Чёрт, ладно, я просто скажу это прямо, если захочешь, можешь врезать мне.       Кас пристально посмотрел на Дина, в шутливой форме толкнув того локтём.       — Ты хочешь, чтобы мы были как ну… соседями или друзьями с привилегиями? Ну там знаешь, с совместными провождениями времени и праздников, только без секса с третьими людьми.       — Дин Винчестер, ты предлагаешь мне отношения или дружбу с ну очень большими привилегиями? — парень рассмеялся, и Дин просто расплылся от этой улыбки.       — Чёрт возьми. Да, Кас, я хочу провести с тобой столько времени, сколько получится, и называть тебя своим парнем. Если ты, конечно, не против.       — Не против.       — Что? — Дин шутливо толкнул Каса в бок и сел сверху на его бёдра. — Так значит ты просто «не против»? А где же «Да, Дин, я хочу быть твоим парнем»?       — Дин. Да, я хочу быть твоим парнем. Хочу каждый день целовать твои безумно мягкие губы и трахаться с тобой, как в первый раз. Хочу прожить жизнь вместе и завести собаку. Познакомить тебя со всей своей большой сумасшедшей семьёй и в один день надеть кольцо на твой палец.       Дин неловко молчит, после чего выдает:       — Так, а это я ещё думал, что поспешил с признаниями.       Парни вновь рассмеялись. Дин наклонился, чтобы поцеловать Каса прежде, чем они вместе удобно устроились и их настиг сон.

***

      В 8 утра вторника Кастиэль проснулся, оказавшись среди сцепленных вокруг него рук и ног своего парня.       — Мммг? — подал сонный голос Дин, не потрудившись открыть глаза.       — Спи, ещё рано.       Посмотрев на часы, Кас понял, что хочет дать им обоим отоспаться ещё какое-то время, поэтому протягивает руку к будильнику.       У Винчестера был странный электронный будильник с западающей кнопкой на переключении времени, поэтому Новак обрадовался тому, что уже умеет переводить его, сделав это ранее в утро четверга.