language of love

— Эй, Мо-о-ора-а-акс… Янтарные глаза тут же распахнулись. Моракс не спал, но то, что он видел, больше всего напоминало сон — очень тёплый, нежный и безумно красивый. Именно эти слова первыми приходили на ум, когда он смотрел на лицо нависшей над ним Гуй Чжун в обрамлении листьев песчаного дерева. Она улыбалась… А её белые волосы легко, как перья, спадали с плеч вниз, почти касаясь лица мужчины. Они снова скрывались от мира высоко в туманных горах. Разве что немного поменялись роли: Моракс лежал на коленях союзницы и засыпал, наслаждаясь тем, как аккуратно и ласково она играла с его волосами — прочесывала пальцами, гладила, переплетала между собой в замысловатые косы. А её собственные волосы продолжали падать вниз. Моракс вытянул руку вверх и поймал одну прядь прямо в полёте, прежде чем она упала ему на лоб. — Да? — он легонько сжал белые локоны между пальцев. На коже они ощущались как шёлк. — Знаешь ли ты, что такое любовь? Моракс замер. Шёлковая прядь сама выскользнула из его некрепкой хватки и упала вниз, легонько мазнув по щеке. Он даже не зажмурился — всё его внимание оказалось приковано к умиротворенному лицу Гуй Чжун, а мысли занимал её вопрос. — Знаю, — ответил он спустя долгую минуту молчания, — Но к чему этот вопрос? — О, всего лишь интерес, — Гуй Чжун заметно оживилась, — Тогда… Что же для тебя любовь? В глубине её голубых глаз плескалось любопытство, искорки веселья и что-то ещё, чего Моракс понять не мог. Может, она снова дурачилась? За несколько веков жизни рядом с Гуй Чжун дракон привык относиться ко всем её словам без насмешек, несмотря на то, что веселилась она намного чаще, чем говорила всерьёз. Поэтому он не стал колебаться и секунды: сразу прикрыл глаза, погружаясь в глубокие раздумья. — Я думаю… Любовь это то, что внутри, — он подбирал слова осторожно и говорил медленно. Угольно-черные ладони скользнули от живота к груди, — Вот здесь. Когда Гуй Чжун склонилась над ним чуть ниже, мужчина не стал её останавливать. Её ладонь, лежащая прямо на сердце Моракса, ощущалась на удивление правильно, словно никакого другого — более подходящего — места для неё не существовало. — Любовь это ответственность, — продолжал меж тем Моракс. Его вечно каменное сердце под ладонью союзницы билось ровно и спокойно, — Это забота и… желание отдавать, а не забирать. Даже тогда, когда у тебя ничего нет. — Интересно… — вкрадчиво промурлыкала богиня. Вопрос Гуй Чжун был таким простым и даже невинным, но… Почему-то мужчина чувствовал себя так, словно обнажает собственную душу. Ему было немного неловко, но он совершенно точно не боялся — просто потому что говорил с Гуй Чжун, которой мог доверить абсолютно всё. Моракс нервно встрепенулся, когда тёплая ладонь союзницы вдруг исчезла с его груди. Благо, что успел поймать её вовремя, крепко схватив за запястье. — Я никуда не ухожу, Моракс, — Гуй Чжун улыбнулась и сама приложила пойманную ладонь к его щеке, чтобы успокоить. — Точно? — хмыкнул он. — Точно-точно. Она приняла игру и усмехнулась в ответ. Несмотря на вполне весёлый вид, Моракс явно не слишком доверял её обещанию: он по-прежнему сжимал запястье Гуй Чжун, не желая или, возможно, будучи просто не в силах её отпустить. Хватка Моракса ослабла, когда богиня принялась нежно гладить его щёку, а на открытом лбу, смахнув тёмную челку, оставила несколько коротких, успокаивающих поцелуев. Возможно, этого было мало, чтобы в полной мере умилостивить дракона, но оказалось достаточно, чтобы он хотя бы отпустил руку Гуй Чжун. — Так значит для тебя любовь — это поступки? — спросила она, чуть помедлив. — Думаю, да… — Моракс поднял взгляд, задержавшись на задумчивом лице союзницы, — По-другому я не умею, Гуй Чжун. Никогда не умел. — Понятно… На несколько минут воцарилась тишина. Каждый из Архонтов думал о своём, не решаясь продолжить разговор. Гуй Чжун думала, что ей, наверное, следовало бы догадаться самой. Да, драконы в большинстве своём были разумны, но это вовсе не означало, что они способны обращаться со словами так же легко, как и Архонты Ли Юэ. Даже больше: она вспоминала, что в былые времена Моракс мог молчать дни напролёт, общаясь с ней совсем другим языком — рычанием, взглядами, жестами. А ещё Гуй Чжун по-прежнему не давала покоя её догадка, но если тогда — в жаркий день под огромным древом — она совсем не боялась ошибиться, то сейчас эта храбрость несколько ослабла. Всё-таки ошибиться — это одно, но вот быть непонятой — уже несколько другое. — Гуй Чжун. Она вздрогнула от прилетевшего ей щелчка по носу. Это было не больно и не обидно, просто неожиданно — она ведь пропустила мимо ушей то, что её звали по имени как минимум три раза. Моракс, судя по его самодовольной улыбке, не жалел о своей шалости, но богиню удивило кое-что другое. Необычная для него серьёзность в глубине янтарных глаз. — Ах, прости… Я немного задумалась, — в назидание она всё же щипнула союзника за щёку, — Что такое? — Твоя очередь отвечать, — хитро улыбнулся он, — Что же любовь для тебя? Моракс очень любил смотреть на свою союзницу. Гуй Чжун была прекрасна в любое время и в любом месте, всегда — когда рассказывала ему что-то интересное, подчас захлёбываясь от восторга, когда смеялась, когда чересчур увлекалась своей работой и даже когда спала, доверчиво прижавшись к драконьему боку так, что на её щеке потом оставался этот дурацкий узор из чешуек... Но особенное удовольствие Мораксу доставляло видеть союзницу смущённой, когда румянец окрашивал её белые щёки в цвет розоватого закатного неба. Вот как сейчас! — Хм… — словно желая выиграть время, Гуй Чжун медленно стала заправлять непослушные волосы за ухо, — Я покажу... Сделаешь кое-что для меня? О, а это было неожиданно. Даже нахальная улыбка на лице Моракса куда-то резко подевалась. — Конечно, — мужчина затаил дыхание, а сердце почему-то вздрогнуло. — Закрой глаза, Моракс. Просить дракона закрыть глаза — неслыханная дерзость. Всё равно что сразу попросить показать своё слабое место, куда так легко нанести смертельный удар. Наверное, так бы сделал любой, кому подвернулась возможность оказаться так близко к дракону, но… Только не Гуй Чжун. Ей единственной Моракс готов был без сомнений доверить самое ценное, что у него было, — свою жизнь. Поэтому, поколебавшись лишь секунду, он кивнул и закрыл глаза, всем своим видом показывая — смотри, я верю тебе. От непроглядной темноты перед глазами Моракс чувствовал себя слишком уязвимым… Сознание услужливо рисовало ему образ тысячи опасностей, которые специально собрались вокруг, подгадав момент, когда он лишится самой главной своей защиты — острого зрения. Хотелось тут же ослушаться просьбы, и только невесомый цветочный запах Гуй Чжун на кончике языка и её ладонь на щеке не позволяли разгореться панике. На деле Мораксу было бы куда проще, если бы он хоть примерно представлял себе, что задумала его дорогая подруга, но — увы. Спорить с ней сейчас явно смысла не имело. Тишина не продлилась долго. Сначала послышался негромкий шорох её одежды, щекотное прикосновение белых волос, упавших на грудь, а затем тёплое дыхание Гуй Чжун опалило левое ухо мужчины. — Я люблю тебя, Моракс, — прошептала она. Возможно, Гуй Чжун была не совсем готова к последствиям своих действий. Реакция Моракса на её слова — с виду такие простые и так тихо произнесённые — казалась ей несоизмеримой. Непоколебимый, вечно спокойный мужчина ощутимо вздрогнул, задохнувшись на мгновение собственными эмоциями, и даже дёрнулся вперёд, едва не столкнувшись с Гуй Чжун. Он широко распахнул глаза, глядя прямо на богиню умоляющим, жаждущим, требовательным взглядом. — Прошу… — выдохнул он, — Сделай это ещё раз. Моракс даже не мог понять, что доставляло ему сейчас больше удовольствия — видеть налитые даже не розовым, а алым цветом щёки Гуй Чжун или же чувствовать фантомное прикосновение её губ к своему уху. Зато понимал другое: если она снова вздумает отказать ему, не баловать, как порой делала в наказание за шалости, ему придётся поступиться собственным правилом. Пожалуй, дракона, умоляющего о чем-то простую богиню, Тейват ещё не видел. К счастью, ему не пришлось. Хоть Гуй Чжун была удивлена и, возможно, даже испугана, сострадание в её душе оказалось сильнее. — Как пожелаешь, — улыбнулась она, а затем наклонилась ко второму остроконечному уху и шепнула, — Я люблю тебя, Моракс. — Ещё… — мужчина медленно опустил голову обратно на колени Гуй Чжун. — Я люблю тебя, Моракс… — Ещё... Моракс просил её повторить снова и снова, потому что слишком боялся конца. Потому что не знал, в какой момент Гуй Чжун скажет ему остановиться, а прекращать это неожиданное, ранее неизвестное удовольствие безумно не хотелось. Поэтому он просил — снова и снова, по кругу, от одного уха к другому... Но чем больше Гуй Чжун повторяла эти четыре слова, тем спокойнее становилось на душе у Моракса и тем тише звучал его собственный голос. Медленно, но верно внутри просыпались крупицы разума. Так значит, для Гуй Чжун любовь — это слова? Вполне в её духе, если поразмыслить… — Моракс, — порядок слов нарушился, и отчего-то её голос стал ещё тише, — Ты любишь меня? Ах. Вот оно что. Моракс распахнул глаза. На лице Гуй Чжун, нависшей прямо над ним, страх, любопытство и надежда смешались в одну странную и такую непривычную для него эмоцию. Она дрожала от собственной дерзости, не зная, стоило ли задавать подобный вопрос Мораксу — пусть и своему союзнику, но всё-таки дракону! И кто же в этом был виноват? Только он сам. Так или иначе, за столько лет жизни в союзе с богиней из совсем другого рода Мораксу следовало догадаться, что не все в этом мире способны сразу понять его язык любви. Он даже успел ощутить короткий, но всё же болезненный укол совести, прежде чем протянуть руку вверх и прикоснуться к горячей щеке своей союзницы. Нет. Своей драгоценной подруги. — С самого первого дня, — произнёс он, кончиком пальца рисуя замысловатые узоры на её румяной коже, — И до этого мгновения. Моракс почти что испытал чувство дежавю. То, что он видел, вновь напомнило ему сон, но только теперь он был в десятки, в сотни, в тысячи раз прекраснее прежнего. Его угольные пальцы соскользнули на краешек широкой улыбки Гуй Чжун, отмеченный ямочкой — такой забавной, милой и горячо любимой Мораксом. А потом она засмеялась! И последние крохи самообладания мужчины полетели в Бездну. — Несносный дракон… — фыркнула она сквозь смех, — Не мог сказать об этом так, чтобы я сумела тебя понять? — А ты, Гуй Чжун? — в тон ей ответил Моракс, — Почему не сказала о своих догадках раньше? — Ну-у-у… — богиня принялась накручивать волосы на палец в попытке скрыть своё смущение, — Я просто не думала, что мои догадки верны, вот и всё! — Интересно, где же была вся твоя хваленая мудрость? — продолжал издеваться Моракс. — Ох, молчи! Получив очередной вполне заслуженный щелчок по носу, Моракс отчего-то только засмеялся — так же легко, весело и беззлобно, как всегда смеялась сама Гуй Чжун, наполняя его дни теплом. Эти мысли уже посещали его раньше, но... Именно сейчас — в этот момент, наполненный счастьем, — Мораксу совсем не хотелось думать о том, как сложилась бы его жизнь, пройди он мимо той слабой богини, которая умирала в одной из пещер его запутанного логова. — У меня тоже есть просьба, — вдруг заговорил он, когда затих их смех. — Какая? — Закрой глаза, Гуй Чжун. Она посмотрела на союзника сверху вниз, но в её взгляде не было страха и недоверия. Напротив, яркая голубая радужка сияла любопытством и теплом, ведь даже с учётом всех её страхов этого дракона Гуй Чжун ни капли не боялась. Не зная, что её ждёт впереди, она всё равно доверяла Мораксу. Стоило Гуй Чжун закрыть глаза, как голова союзника с её колен исчезла. Сразу невольно захотелось подняться за ним следом и спросить, куда же он собрался. Но богиня держалась, уважая просьбу Моракса так же, как немногим ранее он уважал её собственную. А Моракс… Моракс на самом деле просто хотел исполнить свою маленькую мечту, которую носил под сердцем с того самого дня, как на берегу Облачного Моря Гуй Чжун предложила ему обернуться человеком. К тому же, это хорошо подходило его языку любви! Действия вместо слов — вот о чём он всегда думал. Если избранница его не понимала, значит оставался только один путь — научить её и вместе с этим научиться самому. С этими мыслями Моракс сел как можно ближе и потянулся вперёд, оставляя на губах союзницы поцелуй. Уже не первый и далеко не последний, но почему-то безумно робкий и осторожный. А его догадки оказались верны… Поцеловать Гуй Чжун в губы оказалось куда более волнительно и интимно, чем в щёку или в лоб. Как минимум трепета моменту добавляло и то, что она могла ответить... И она действительно отвечала. — Я люблю тебя, Гуй Чжун… — шепнул Моракс, пытаясь подражать её словам. Наверняка у него это вышло и вполовину не так чувственно и красиво, как у самой богини, но он готов был учиться. Так же, как когда-то учился обращаться со словами, как учился быть человеком. Так же, как делал это всегда. Гуй Чжун чисто физически не могла покраснеть ещё сильнее, но всё же краснела! В её больших голубых глазах Моракс видел звёзды, и от этого расцеловать каждый сантиметр её лица хотелось ещё сильнее, чем раньше. Но стоило ему потянуться вперёд, как она вдруг прижалась к Мораксу крепче, прикоснулась губами к остроконечному уху и произнесла, едва сдерживая смех: — Скажи это ещё раз, несносный дракон. Ох… Кем он был, чтобы отказать женщине, укравшей его сердце?