23. Неисправимый романтик — modernAU

Утром, позевывая в автобусе до университета, Индржих обратил внимание, что после нескольких треков в приложении с музыкой не включается реклама. Удивившись, полез в настройки — пробный премиум-доступ втихаря подключили? «Оплачена годовая подписка» — горела зеленая надпись. Этому Индржих удивился еще сильнее. Но автобус уж подходил к остановке, а как вышел — из головы напрочь вылетело, ведь там его встретил Ян. — Утро, Индро. Кофе будешь? — и протянул навстречу стаканчик. Как же сложно было не потянуться навстречу по привычке, не поцеловать. Но каникулы кончились, и роли снова были установлены: два университетских товарища. Глубже, для знающих: господин и телохранитель. Только для них двоих: любовники. — Привет, Ян, — благодарно улыбнувшись, Индржих принял стаканчик. Отпил — горько, как ему нравилось, — и протянул обратно: — Спасибо. — Твой кофе, — отмахнулся Птачек и зашагал в сторону университета. — Я свой уж выпил, пока тебя ждал. Не опоздал, как водилось, а приехал раньше? Вот так номер. На парах преподаватели давно уже не обращали на него внимания. Индржих не спрашивал, во сколько обходились его тройки, и не пытался обучаться. Головой все равно не вышел. Раскрыл ноутбук, чтоб хоть для виду притвориться, будто ведет конспект. Но вместо того уложил голову на предплечья и попытался задремать. Не выспался. Единственным, что отвлекало, была левая рука Яна, которая лежала, поглаживая, на колене. Пусть они и сидели на последнем ряду, но… прикосновение пробуждало воспоминания. Как минимум о последней ночи, когда это самое колено подверглось сногсшибательному количеству ласк, а затем они поспорили, можно ли кончить, зажав член между икрой и бедром. Индржих не поверил и так проспорил еще один сладостно-мучительный раунд с наручниками. Словно почувствовав его напряжение, пальцы перебежали к паху. Индржих косо глянул в сторону соседа и поймал кривую, ослепительную ухмылку. — Не в универе же, — шикнул он. Ян отнял руку от паха и протянул ее к клавиатуре. Напечатал в адресной строке: «большая перемена идешь со мной». — А покушать когда? Я на бегу перекусывать не хочу… Птачек дернул плечом и убрал руку. Зарылся в телефон. Остаток пары товарища не трогал. А после нее, не успел Индржих опомниться — исчез. Вернулся к концу перемены с кульком в руке. — Угощайся. — Да уж пара сейчас начнется… — Преподаватель опоздает на полчаса, — пожал плечами Птачек. — Приятного аппетита. Не утерпев, заглянул внутрь кулька. Его любимая вьетнамская кухня: суп фо говяжий и спрингроллы. Запах поднимался умопомрачительный. Индржих сглотнул слюну. Как Ян и предсказывал, преподаватель задержался, и за то время телохранитель все умял. На большой же перемене покорно последовал за Птачеком. У здания была история, и вкупе с историей к университету прилагалось множество помещений, лестниц и дверей. И одна из таких неприметных дверей выводила в небольшую аудиторию. Здесь было пыльно и гулко. — Как ты открыл… — Индржих внимательнее рассмотрел замок. Язычок стерся настолько, что при небольшом усилии дверь легко открывалась. — Здесь редко проводят пары — электрики нет, далеко, неудобно, — объяснил Ян, выходя в центр комнаты. Столы и стулья были сдвинуты к краям. — Так что до того, как тебя ко мне приставили, я приходил сюда отдыхать… или пропускать занятия. — Зачем ты меня сюда привел? — подозрение не отпускало. Индржих прикрыл за собой дверь и поискал взглядом камеры. Как и говорил Ян, электрики не было, камер тоже. — Просто показать, — пожал плечами Птачек и вернулся к двери. Склонился ближе и уткнулся лбом в плечо: — Если захочешь поспать, можешь побыть тут. Никто тебя отсюда не прогонит. Покосился хитро, так, как умел только он. — Ну или если еще чего захочешь, — улыбнулся и, придвинувшись, коротко клюнул губами под ухом. Теплая волна разбежалась по телу. — Только меня зови обязательно. Прежде, чем телохранитель успел возмутиться — напугаться, обрадоваться, поцеловать в ответ, — Ян вышел. Не оставалось ничего иного, кроме как следовать за ним. Дожить до вечера оказалось проще, чем мог предположить Индржих. Насколько же легче было учиться, когда Ян вел себя покладисто: не задерживался на пары, не пытался уйти с них раньше времени, не бегал в кафе напротив университета за баночкой пива. И когда время пришло, они просто вместе вышли из здания. Ян вежливо — и не очень, — отказался от всех приглашений, которые могли привести к веселому вечеру где-нибудь в баре за празднованием первого учебного дня. Краем глаза Индржих видел, как Птачек заглянул в телефон и отметил все сообщения в мессенджере как прочтенные. — Никуда сегодня не пойдешь? — спросил телохранитель, пока они шли на остановку по неширокому тротуару. Гудели, неторопливо проезжая мимо, автомобили, порхали люди и солнце блестело на стекле фасадов. — Хотелось бы, — протянул Ян. — Что скажешь, если я к тебе в гости зайду? — Без проблем. У меня только бардак ужасный, с мая же не убирался… — Давай клининг закажу? — Да брось, деньги тратить… — Тогда с тобой уберусь. — Иисусе, ты ж ничего тяжелее ручки в руках держать не будешь. — Не буду, — невозмутимо подтвердил Птачек. — Ты убираться будешь, а я — командовать. Индржих расхохотался. Они как раз встали на остановке и повернулись в сторону дороги. — Наличие грамотного менеджера повышает эффективность мероприятия, — добавил Ян, но на его губах играла улыбка, пока он смотрел на дорогу. — А менеджера эффективнее меня еще поискать. — Рассказывай, — ухмылялся Индржих. — В своем шкафу порядок навести не можешь. Птачек уязвленно фыркнул. Взмахнул рукой, и автомобиль, кравшийся к остановке, притормозил рядом. — Садись уж. — Подожди, ты такси вызвал?.. Уже внутри, бурча на пана, который так легко выкидывал деньги, Индржих достал телефон. Открыв приложение с музыкой, вспомнил об утреннем открытии. Поделился: — Представляешь, мне по ошибке подписку в плеере оплатили. Думаю, написать в поддержку или, того… — В смысле, по ошибке? — надулся Птачек. — Ты все жаловался, что реклама бесит. Ну я и подумал, оплачу, раз у тебя руки не доходят… Тогда-то Индржих и прозрел. Кажется, в том мире, о котором он давным-давно забыл, это называлось «проявить заботу». Оплатить подписку, вспомнить про любимый кофе, угостить обедом и показать уголок для отдыха. Насколько далеко Ян мог зайти? Что-то подсказывало: стоило только намекнуть, и ему, глазом не моргнув, вручат с утра вместо кофе розовый букет. Или колбасный. Он действительно хотел провести остаток вечера за уборкой? В то время как Птачек смотрел на него, одновременно робко и решительно, своими серебристыми глазами. И хотелось пойти у него на поводу — чтобы насладиться тем странным, чуждым явлением, которое называлось «романтикой». — Знаешь, Ян, — задумчиво проговорил Индржих, — давай все-таки закажем на мой адрес клининг. И поехали к тебе — пора разобраться с беспорядком в шкафе. Будешь командовать.