Глава 26

«Что нужно помнить» [Марк Маса] Я смотрел, как вода капала в чашу, совершенно спокойно. Мне нужно было одно – внутреннее спокойствие. Прошло меньше полгода, но случилось столько всего... То, через что я проходил, было невероятно трудно. Ничего нельзя было вернуть, даже если очень хотелось. Я помолился за него, чтобы он ушёл с миром, и попросил, чтобы со мной всё было лучше как можно скорее. – Пойдём, - повезло мне, что рядом был кто-то, кто поддерживал меня в такие моменты. Очень хорошо, что Ви был рядом. – Я его не видел, а уже скучаю по нему, - сказал я Ви. – Храни его в сердце и живи ради него. Не забывай и помни только хорошее, - сказал Ви. – Я ничего для него не сделал. Что хорошего осталось? - ответил я. – Однажды ты спас ему жизнь. Ты сделал больше, чем достаточно, Марк, - ответил Ви. – Ага... - коротко ответил я. – Ты молодец, большой молодец, - сказал Ви и улыбнулся. Я ответил ему такой же улыбкой. Я больше не злился на Пи Плой или на Пи Тона. Ребёнка было не вернуть, и все должны были нести ответственность, осознавая свою вину перед этим маленьким существом. Я не хотел оставаться в том горе, потому что у меня был тот, кто был рядом. Тот, кто меня успокаивал, когда я плакал. Кто переживал за меня. Кто напоминал, учил и любил. Это не только Ви. Это и мои родители, и его родители, и мои друзья, и его друзья. Все они поддерживали меня. А Ви – тот, кто помогал мне прийти в себя. «Живи настоящим» - так сказал монах. И хотя это было сложно, я понимал, что должен справиться. Я знал, что смогу. Трудно. Но когда Ви сказал: «Оставайся здесь. Оставайся со мной», я почувствовал цель, ради которой стоило жить. Настоящее, о котором говорил монах – это Ви. Мы вышли покормить рыбок, потом купили корм для птиц. Странным могло показаться, что Ви делал такое, но нет... Он идеально вписывался среди серых птиц. Его белая рубашка сияла на солнце в полдень. Как и моя серая футболка, которая становилась светлее, когда я стоял рядом с ним. Щёлк! – Э? - обернулся я на звук. Это мама Ви сделала фотографию нас двоих, когда они подошли к нам. – Получилось очень красиво, сынок, - сказала она и протянула телефон, чтобы я посмотрел. На фото мы были не совсем рядом, между нами было расстояние, птицы стояли между нами. На снимке Ви был в окружении птиц, казалось, он чувствовал себя легко. А мой взгляд, полный покоя, был направлен на него. – Ну и кто красивый? - спросил Ви, подходя посмотреть фото. – Получилось? - спросила мама после того, как Ви заглянул в экран. – Красивое, - ответил Ви и отправил фото себе в телефон. – Ага, птицы красивые, - сказал я, когда Ви закончил. – Ты красивый, - сказал Ви. – Что красивого? Посмотри на моё лицо сначала, - ответил я. Я не был таким красивым, как он говорил. – Да ты и правда красивый. Когда смотришь вот так, невероятно красиво, - сказал Ви, глядя мне прямо в глаза. Я ответил ему тем же взглядом. – Наверное, папа с мамой уже не нужны здесь? - спросила мама. – Мы будем только мешать. Они забыли что наши дети, - сказал папа и подошёл к маме. – Что вы такое говорите? Даже в храме придираетесь ко мне? - недовольно посмотрел на папу Ви. – Не надо? Вы же флиртуете, как влюблённые, - сказал мой папа. – Я не флиртовал! - стал оправдываться Ви. – Флиртовал!! - мы все четверо замерли от слов наших отцов, которые одновременно произнесли их. – Вот так вот, никогда раньше не соглашались, а теперь вот так, - пробурчал Ви, качая головой. Мама рассмеялась, а я улыбнулся. Этот день не был полностью счастливым, но он дал мне много хорошего, что стоило запомнить. – Поехали обратно, дитя моё, - сказала моя мама. – Э-э, Ви отвези родителей в аэропорт, - сказала мама Ви. – Мы можем поехать с вами вместе, - сказала моя мама. – Нет, мне нужно Ви кое-что рассказать. Пожалуйста, возьмите Марка с собой, - сказала мама Ви. – О! Заботишься о моём сыне? - сказал мой папа. – Он и мой тоже, - ответил отец Ви. – А я тогда?! Чей я сын?! - шепнул Ви мне. – Отказник, - ответил я. – Жестоко. – Эй, Ви! – Что, пап? Поеду прямо сейчас! - отошёл от меня Ви. – Только быстро. А то я и правда отрекусь от тебя, - сказал его папа. – Ладно-ладно, еду, пап, - ответил Ви, отходя от меня. Перед тем, как уйти, он слегка коснулся моего пальца. Он с теплотой посмотрел на меня. – Папа, мама – счастливого пути, - сказал я. – Ага, а ты поскорее возвращайся учиться, - сказал отец Ви. – Приезжайте снова в гости, - сказала моя мама. – В следующий раз пусть будет другой повод, - добавила мама Ви. – В следующий раз принесите приданое. – Пап... - обернулся я к своему отцу, не веря своим ушам. Даже Ви оторопел. – Ви, едем домой, - позвал его отец. – Пап, подожди, я ещё не закончил, - начал Ви, собираясь подойти к моему папе, но его отец остановил его за плечо. – Ви, домой. Я продам землю деда, чтобы ты женился. Ви и его папа не собирались делать это на самом деле. Если бы они так поступили, я бы не согласился. Для меня это было слишком рано. Мне не нужна была свадьбы. Я и так был доволен, что все принимали нас, мои и его родители. Не обязательно было устраивать большое торжество или церемонию. ***** Я подумал, что папа шутил. Но, кажется, отец Ви говорил серьёзно. – Тебе лучше? - спросила мама. – Да, большое спасибо, мама и папа. За всё, - поблагодарил я. За помощь с Пи Плой, за поддержку и принятие моего решения. – Это не та ситуация, за которую нужно благодарить, - ответил папа. – Мы же твои родители, сынок. Всегда будем рядом с тобой, - сказала мама и нежно погладила меня по голове. – Мам... – Сейчас всё не так, как мы надеялись, но можно начать заново, - сказал отец, положив свою большую руку мне на спину. – Я больше не хочу этого. – Если захочешь, можно усыновить или что-то в этом роде, - сказал папа. – Дай ему время привыкнуть к этому, пожалуйста, - вступила мама. – Ага... - протянул папа, и я повернулся, чтобы улыбнуться ему. Я никогда не думал, что он может быть таким мягким. Но его рука, которой он гладил мою спину, давала мне невероятное тепло внутри. Тепло другое, не такое, как у Ви, но оно тоже успокаивает. И ласковые прикосновения мамы помогали моей боли немного стихнуть. – А когда ты собираешься вернуться к учёбе? - спросила мама. – Через пару дней, наверное. Уже давно не был, - ответил я. – Не создавай проблем, а если будет трудно – не заставляй себя, - сказал папа. Я снова посмотрел ему в глаза. Я знал, что он был добрым человеком. Раньше не думал, что он мог быть мягким. Ви всегда говорил, что папа любил меня, как самого близкого человека, волновался обо мне, как никто другой. Но я не ожидал, что это чувство было таким сильным. Раньше он не показывал свои чувства. А когда показал, я понял, как мне повезло с такой семьёй. Этого должно было быть достаточно. – Я справлюсь, - сказал я. – Хорошо, если справишься – иди, если нет – не мучай себя, - повторил папа, и я кивнул. – Я очень переживаю. Может, тебе взять перерыв на семестр, дитя моё? - предложила мама. – Это слишком, - сказал папа. – Ты совсем обо мне не переживаешь? - начали они обсуждать меня между собой. – Мам... – Именно потому что я переживаю, я хочу, чтобы он стал сильнее. Я знаю, что он страдает, но он должен научиться жить с этим. Он станет взрослее. Он должен взять ответственность за свой выбор. И тогда он станет настоящим взрослым, - сказал папа, обращаясь ко мне. – Но он ещё ребёнок... - возразила мама. – Какой ребёнок? Он почти женат, - поддел папа. – Пап... – Серьёзно? - насмешливо изогнул он бровь. – Ты опять дразнишь его, - сказала мама. – Хоть бы раз попросил – я бы всё равно не дал согласия. Просто дразню его так, - сказал папа. – Ой... ты серьёзно? Что делать, если он правда решится? – Посмотрим, решится ли он. – Я не хочу этого, честно, - сказал я. – Не хочешь чего? – Не хочу жениться... – Тебе же не обязательно жениться. Пусть официально попросит тебя, - сказал папа, положив руку на мою голову и аккуратно потрепав волосы. – Я уже просил вашего согласия, - сказал Ви, подходя и вставая рядом со мной. Он обнял меня и протянул руку, чтобы обхватить меня за плечи. – Не считается, - сказал папа. – О! – И ты, руки убери, - сказал папа и оттолкнул руку Ви. – Давайте вы пойдёте отдохнёте. Потом спустимся есть, - сказала мама, и я кивнул. – Мам, ты сама будешь готовить или закажешь? – Ты хочешь съесть то, что я приготовила? - спросила она. – Да... – Тогда я сама приготовлю, - сказала мама и снова погладила меня по голове. – Ладно, идите отдыхать. Они в порядке? - папа спросил у Ви. – Да, сейчас уже должны быть в аэропорту, - ответил Ви. – Ты не проводил их до самолёта? – Мне важнее моя половина, - сказал Ви и снова положил руку мне на плечо. – Вивис! – Пойдём... поспим, - сказал Ви, обнимая меня и выводя из комнаты. Папа смотрел нам вслед с недовольным взглядом. Ви и папа всегда были такими: казалось, они не ладят, словно старые враги. Но я знал, что они любили друг друга. Я верил, что папа любил Ви так же, как и меня. Именно Ви помог мне лучше понять папу. Ви сделал нашу семью настоящей семьёй. – Я отвезу тебя в университет, - сказал Ви, когда мы вошли в комнату. – Правда? - спросил я. – Конечно. – А как же работа? - продолжил я. Ви работал несколько месяцев и мог работать удалённо, брать отпуск так часто и надолго – не самое простое решение. – Я уйду. – Ты уйдешь? То есть в отпуске или совсем? – Если ты не против, то я уволюсь. – Ты смешной. – Я сегодня же напишу заявление на увольнение, - сказал Ви и направился к моему компьютеру. – А как же деньги на свадьбу? - нарочно спросил я, и Ви повернулся ко мне с прищуром. – А кто сказал, что ты сбежишь со мной*? - спросил Ви и подошёл ко мне. (П/П: *Фраза «Я сбегу с тобой» часто имеет романтическое значение или означает, что вы будете жить вместе или поженитесь. Она может использоваться в контексте желания вырваться из текущей ситуации или начать новую совместную жизнь.) – Никто... - ответил я и отошёл обратно. – А? - сказал он и шагнул ко мне. – Не подходи! - поднял я руку, останавливая его. – Подойду, - сказал Ви и приблизился ещё. – Пи Ви! – Ну кто? Кто этого не говорил? – А! - обвил он меня руками и притянул к себе. – Кто? – Никто, - пробормотал я, слегка отводя взгляд от его лица. – Говори. – Нет... ммм... Ви поцеловал меня. Я пытался убежать, но безрезультатно. Если это он, то как бы я ни убегал, он находил меня. Как бы я ни прятался – он доставал меня. Не только физически, но и в моём сердце. Я проиграл ему. Но это не была потеря. Это было поражение ради победы. Я сдался Ви, чтобы получить его. – Ммм... - наклонил голову Ви, и я последовал его движению. Он двигал губами, то нежно, то настойчиво, а я не сопротивлялся. Я позволял эмоциям следовать за ним, позволил ему целовать меня, позволил быть собой. – Пи… ха, - ненадолго Ви отпустил меня передохнуть. Но всего на секунду – снова прижался своими губами к моим. Я легонько положил руку ему на грудь, позволяя ему продолжать. Он языком медленно скользнул ко мне в рот, как обычно, и начал обвивать мой язык. Я легко поддавался каждому его прикосновению, каждый раз, когда он нежно касался своим языком моих зубов. – Ммм... - долго целовались мы. Так долго, что я растаял. Сладко, как всегда, но теплее, чем раньше. Теплее, чем все наши поцелуи до этого. – Пи Ви... - тихо позвал я его, отстраняясь. Он приоткрыл глаза, посмотрел на меня, немного задыхаясь. – Что? - сказал Ви, положив руку мне на щеку, и его мягкий взгляд был умоляющим. – Я... - я ещё не был готов к этому, именно это я и хотел ему показать взглядом. И мне повезло, что Ви понял меня без слов. – Люблю тебя, - сказал он и медленно подошёл ближе. Он обнял меня за талию, губами нежно коснулся моего лба. Это было лучшее чувство за все эти месяцы. Оно было лучше, чем когда мы ссорились, а потом мирились. Этот поцелуй в лоб ощущался лучше всех остальных поцелуев вместе взятых. – Я тоже тебя люблю, - ответил я, обнимая его покрепче и пряча лицо у него на плече. Сколько раз я говорил, что он – моя защита? Но это правда. Он – всё для меня. Я любил Ви больше, чем кого-либо ещё. Потому что он помог мне во многом, исцелил меня внутри. Многие могли сказать, что ему повезло, но это не так... повезло мне. Мне, у которого был он, рядом каждый день. – Люби меня сильно. – Конечно, - ответил я и встал на цыпочки, чтобы поцеловать его в кончик подбородка. – Ты не злишься? Что мы не дошли до конца? – Нет, - ответил Ви, положив руку мне на голову. – Мне нравится, когда ты чувствуешь себя комфортно. Поэтому делай то, что тебе удобно. – Получается, ты будешь потакать мне? – Ага, - прошептал он. – Тогда поцелуй меня ещё раз. – Ммм... - снова, Ви прикоснулся своими губами к моим. – Ммм... - двигался я в такт его губам, медленно, но чувственно. Он аккуратно притянул меня ближе, пока мы наслаждались друг к другом. Тук! Тук! Тук! – Маааарк! – Эй! – Папа! – Сначала постучись, потом входи, - сказал Ви, обернувшись к папе, который застыл у двери. – Это вообще подходящее время целоваться с моим сыном?! - спросил папа, и его пронзительный взгляд заставил меня сжать губы. То тепло ещё оставалось на моих губах. – Ну... – Неподходящее время! - сказал папа, когда Ви немного замялся. – Папа... ты хотел что-то сказать? - спросил я. – Хочу, чтобы вы помогли маме с едой, - сказал папа, продолжая сверлить меня взглядом. – Но мама же сказала, чтобы мы отдохнули. – Вы и не отдыхаете! - сразу же ответил папа, и я невольно улыбнулся. – Чего ты улыбаешься? - строго спросил Ви. – Так теперь папа будет меня защищать или Пи? - игриво я посмотрел на обоих. Папа немного опешил, а Ви усмехнулся. – Теперь я не «Пи», я о... – Вивис! - повысил голос папа, и Ви довольно улыбнулся, кивнув. – Ладно, пойдём, поможем маме, - сказал Ви, взяв меня за руку. – Ты что, не можешь пройти на кухню без держания за руки? – Могу, но хочу держать руку... любимого, - сказал Ви, и папа недовольно посмотрел на нас. – Ты становишься слишком надоедливым, - сказал папа и посмотрел на Ви. – Я пошутил, папа, я правда люблю твоего сына, - сказал Ви, глядя прямо в глаза папе. Я не знаю, как именно они переглядывались, но папа вдруг замолчал. Они долго смотрели друг на друга, а я чувствовал, как его хватка на моём запястье становилась крепче. – Хорошо, - коротко сказал папа и отступил, давая нам пройти. Я не знал, о чём они договорились. Папа молчал, Ви тоже. После того как они переглянулись, папа сказал одно слово, а Ви кивнул. Только не говорите мне, что это мужская связь, потому что я тоже мужчина, должен знать, о чём они говорили. Я думал, что это было связано со мной. – Что ты тогда сказал папе? - спросил я Ви, когда мы спускались по лестнице. – Э? Что сказал? – Раньше... – Ты же слышал, нет? - спросил Ви. – Я имею в виду... ваши взгляды... - остановил я его и удержал за руку, прежде чем мы спустились вниз. – Я сказал ему, что буду заботиться о тебе. – Пи Ви... – Он посмотрел на меня. – То есть он попросил тебя беречь меня? – Ага. Он волнуется за тебя. – Серьёзно... - замолчал я, затем аккуратно отпустил руку Ви. Когда я стал таким большим источником тревоги для всех? Я чувствовал себя плохо из-за этого, но одновременно хорошо, что обо мне кто-то беспокоился. Особенно папа. И больше стало хорошо от того, что он доверил меня Ви. Это значило, что он доверял Ви, доверял моему человеку и верил в мой выбор, как и я. – Ага, хотя я не понимаю, зачем нужно было напоминать. Я и так всегда заботился о тебе, - сказал Ви. – Правда? - дерзко спросил я, и Ви нахмурился. – А где тут неправда? – Может, хочешь, чтобы я напомнил, где именно ты не заботился? – Ладно, не надо. – Понял уже? – Нет, я не забуду, - сказал Ви, ведя меня вниз по лестнице. Эти слова – «не забуду» – и его действия заставили меня улыбнуться, идя позади него. Возможно, эти моменты и не стоило запоминать, но, если бы не я, Ви бы их и не запомнил. – Пи Ви... – Что? – Ты точно не забудешь? – Я помню только тот момент, когда ты любил меня больше всего. Вот и всё. Сейчас я помню, как и когда было хорошо. Если не было ничего хорошего, то можно и забыть, - сказал Ви, глядя мне в глаза. И правда... Всё, что он сказал, было правдой. Подумав хорошенько, я понял: в последнее время случилось много хорошего. Хотя бы то, что я почувствовал биение сердца ребёнка, это заставило моё сердце наполниться новым чувством. Оно заставило меня стать лучше. А когда ребёнок ушёл далеко-далеко, он дал мне желание жить ярко, быть живым, светиться и быть любимым многими людьми. Не только ради себя, но и ради него. Ради этого маленького существа, которое научило меня новым чувствам. Пусть его больше не было, но те чувства, которые я испытывал к нему, никуда не исчезли.