Часть 8

Глава 8

Утром, не успев до конца проснуться, Гао услышал противный писк приходящих уведомлений. Его телефон буквально разрывался от шквала сообщений, не оставив и шанса снова уплыть в царство снов. Омега потер глаза и потянулся. Тело двигалось вяло. Гао ощущал небывалую усталость, словно и не спал вовсе. Возможно, идти спать далеко за полночь не было самой лучшей идеей, но он был слишком взволнован и долго не мог сомкнуть глаз, гоняя мысли по кругу. Видимо, это его расплата. Ту нащупал на тумбочке очки, чуть бы не опрокинув стакан с водой, что всегда оставлял для себя, если вдруг ему сильно захочется пить. Он надел очки и сел в постели, беря телефон в руки. На экране омега увидел имя своего отца, который неустанно писал и звонил ему, естественно, не из-за родительских переживания, а по поводу денег. И если раньше, Гао не игнорировал отца и пытался найти к нему подход, одалживая огромные суммы, то теперь, в нем что-то изменилось, появилось раздражение и он словно посмотрел на всю ситуацию со стороны. Отец лишь использовал его, когда ему это было необходимо, даже для виду не интересуясь делами сына или дочери. Они жили, носили название семьи, но были никем на самом деле. И Гао понял, что слишком долго жил в собственных иллюзиях, позволив им погасить здравый голос разума. В нем просто что-то навсегда изменилось. Он больше не мог оставаться равнодушным или услужливым. Теперь, у него есть другие приоритеты. Но правильно ли это? Сомнения одолевали его уже несколько дней, когда руки не были заняты никаким делом, но вспоминая о беременности, он понимал, что прав. Вздохнув, омега решил, что заблокировать отца, как он это сделал с Шэнем, будет лучшим выходом. Пусть те пишут, а его телефон будет хранить молчание. Но одно сообщение заставило его сердце тревожно сжаться. Ему снова писал Хуа Юн. Ничего особенного, лишь отправил приглашение с коротким "Не опаздывайте. Начало в 18. ", но это заставило все те переживания, что он вчера спрятал, вернутся с новой силой. Гао почувствовал, что ещё мгновение и он задохнётся от интенсивности хлынувших эмоций. Сегодня ему предстояло пойти на событие, огорчавшее не меньше знания о том, что отцу безразлична его жизнь. Более того, он всё ещё не понимал, как скрыть тот факт, что он в положении — запах ясно выдавал это. Подавители пить он не мог, а пластыри использовать — тем более. Что же тогда делать? Гао поднялся с постели, заправил кровать и отправился в ванную комнату. Он медленно привел себя в нормальный вид, пытаясь отвлечься от боли в груди и сосредоточился на решении проблемы, но ничего толкового не приходило в голову. Омега заварил себе чай, съел половину вишнёвого пирожного и запил все это молоком. Вымыл посуду, постирал одежду, слегка прибрался в доме. Это успокаивало. Дарило чувство, что он делает что-то, что имеет смысл. В квартире было непривычно тихо. Ранее, по всем помещениям разносилось гудение от посудомоечной машины, но программа вскоре закончилась и он снова столкнулся с тем, что не знает, что делать с чувством одиночества и ... пустоты. На старой квартире, омега часто слышал голоса соседей, ибо стены были слишком тонкие, чтобы заглушить разговоры или шаги. Он никогда не сталкивался с осознанием того, насколько неприятным ощущалось то, что он одинок. В конце концов, Гао присел на стул на кухне. Прохладный воздух из окна, которое он открыл утром, свободно гулял по всей квартире. Бельё, которое он недавно выстирал и развесил на сушку, приятно пахло свежестью и ополаскивателем. Холодильник иногда оживал и слабо гудел. Омега понимал, что находится дома. Ему было приятно побыть одному, и он прекрасно осознавал, что его жизнь менее тяжёлая и сложная, нежели у многих других людей, но дыра, появившаяся в его душе, — разрасталась. Она становилась необъятной, с обугленными, раздражёнными и невидимыми краями. Он то ощущал боль, то терялся в ненависти к самому себе. Это был порочный водоворот чувств, отделявший его от реальности. И лишь скользнув рукой на живот, Гао вспоминал то, ради чего поклялся изменить свою жизнь. Именно это обещание не давало ему провалиться в себя. Ту достал ноутбук из рабочего рюкзака и вбил запрос в поисковик. Надежда, что он может что-то найти, не оставляла его, но она угасала. Средства, что попадались ему или советы сводили его оптимизм к нулю. Все, что помогло бы ему скрыть тот факт, что он беременный омега, было слишком опасно для здоровья. Гао не чурался прочесть несколько статей и даже задать вопрос по этом поводу на форуме омег. И ничего. Абсолютно ничего. Ни одной зацепки, ни одного предложения или совета. Ничего. Он почувствовал, что теряет терпение и занимается не тем, чем должен. Просто потерял несколько часов своей жизни, дабы ещё больше разочароваться в собственном положении. Омега посмотрел на часы, показывающие без десяти четыре и с тревогой понял, что настало время для сбор. Но как он туда пойдет? Что ему делать? Гао неспеша оделся. Простой тёмно-синий костюм с черным галстуком и черной рубашкой. Обычно, он носил белую, но сегодня решил, что не хочет видеть на себе этот цвет. Все таки, белый для тех, ради кого устраивалось празднование. Омега посмотрел на себя в зеркало. Выглядел он обычные некуда. Этот наряд ничем не отличался от той одежды, что он носил на работу или на официальные ужины. В его образе не было ничего, что бы намекало о том, что он идёт на особое событие. Строго. Сдержанно. В духе Гао Ту. Ему не нужно было излишнее внимание, он и так ощущал себя мишенью. Ту обулся, накинул на плечи чёрное пальто и погасил свет. Дёрнул за дверную ручку и замер. На улице уже смеркалось. Из-за приближения зимы, солнце садилось намного раньше и теперь, в такое время, он мог насладиться тишиной в полумраке. Отыскать смелость. Вернуть контроль над эмоциями. Омега вышел из дома. Быстро добрался до автобусной остановки. Не думал ни о чем. Закрыл своей разум от любых мыслей. В груди его ожило противное чувство, что сегодня что-то случится и он никак не сможет этому помешать. А возможно, его необдуманные действия или слова приведут к печальному исходу. Юноша дождался транспорта и на пол пути его захлестнул сильный страх. Правая нога начала непроизвольно дрожать, а ладони в миг вспотели. Он действительно пытался сохранять спокойствие, но потерпел неудачу. Его чувства словно жили своей жизнью, не подавались никаким разумным доводам. Весь оставшийся путь, омега обнимал себя за плечи и смотрел в окно, цепляясь взглядом за фигуры мелькающих людей или зданий. Это не приносило никакого облегчения, но слегка смущало фокус. Паника возникла на окраине сознания, он отбрасывал ее, пока не осознал, что это бесполезно и она со всей силой всплыла в самом центре разума, привлекая тревожные мысли. Он проигрывал самому себе. Повторял про себя, что все в порядке. И сам же не верил в это. В итоге, он не выдержав, вышел на совершенно другой остановке. Четыре квартала разделяло его от отеля Х. Это приблизительно двадцать минут пешком. Погода терпима, лёгкий ветерок, кусающий открытые участники тела и льющийся золотистый свет от фонарей. Он пошел вдоль улицы, проходя мимо закрывающихся магазинов. Казалось бы, омега шел минуту. Путь оказался слишком коротким. Его сердце сделало кульбит, желудок свело судорогой, как только он поднял глаза и увидел через дорогу огромное здание. Машины то приезжали, то уезжали. Возле входа в отель была оживленная очередь, ожидающая проверки приглашений у охранников. Ту посмотрел на наручные часы. Он опаздывал. Уже пол седьмого. Гао вытащил телефон из кармана и удивился, что не получил ни одного сообщения от Хуа Юна. Значит, тот не заметил его отсутствия. И может, если он не пойдет, то ничего не случится? Наверняка, молодые люди будут заняты друг другом. Но с другой стороны, бывший коллега дал ясно понять, что если не увидит его на сегодняшнем вечере, то расскажет его секреты. Проверять говорил ли тот правду... не было разумным? Омега осмотрелся вокруг и наткнулся на вывеску аптеки. Возможно, если он спросит у фармацевта, как скрыть запах, тот сможет помочь ему. Любой, более вменяемой идеи у него все ещё не было и вряд-ли за пару минут, он что-то получше придумает. Гао сжал руки в кулаки и зашагал по направлению к аптеке. Он резко открыл дверь и она с грохотом ударилась об стену, заставив девушку за стойкой подпрыгнуть. Она укоризненно посмотрела на него, но омеге было абсолютно все равно на осуждение незнакомки. - Добрый вечер, помоги мне, пожалуйста, подобрать средство, которое могло бы ненадолго скрыть запах. Без вреда для здоровья. С кратковременным эффектом. Су Нури, прочитал он имя, вышитое на груди у работницы, нахмурились и ничего не ответив, отвернулась и принялась обыскивать стеллажи. Поиск занял у нее не больше минуты, после чего, она поставила перед ним три упаковки с таблетками. - Вот эти, - аккуратно постриженный ноготь указал на первую упаковку. - Самый бюджетный вариант и может лишь снизить интенсивность вашего запаха. Второй же и третий более дорогие варианты, убирающие запах полностью на два часа, но имеющие более сложный и крепкий состав, поэтому часто у беременных омег, - Нури смерила его укоризненным взглядом. - Иногда бывают осложнения в виде усилившийся тошноты или непереносимости лактозы в течении двух недель. Я бы рекомендовала вам первое средство, ибо оно более слабое и осложнений не должно быть никаких, но все индивидуально. Гао спокойно выслушал аптекаршу и прислушался к себе. Он понимал, что ему нужно полностью заглушить собственный запах, но рисковать ребенком он никак не мог и не хотел. Оставалось положиться на удачу и взяв первый вариант, понадеятся, что все подумают, что запах идёт от него лишь из-за того, что его вымышленный омега беременный и они проводят уйму времени вместе. Ту сомневался минуту, в течении которой, фармацевт молчала и лишь глазела на него. Других посетителей не было, в помещении было тепло и совсем тихо, и мысли его медленно успокаивались. Принять решение оказалось проще, когда он понял, что особого выбора у него так и нет. Ему либо повезет либо нет. - Дайте мне пожалуйста... - омега сглотнул, подняв глаза на девушку. - Первые таблетки. - Отличный выбор, - сказала Нури и пробила упаковку, спрятав оставшиеся под стойку, словно боялась, что он передумает. - И правильный, - зачем-то добавила она, когда покупка была оплачена и Гао отказавшись от чека, прятал телефон в карман. Омега промолчал. Он вышел из аптеки и прошел пару метров, завидев крохотный ларёк. Купив маленькую бутылку с водой, юноша принял две таблетки, как говорилось в инструкции, и зашагал к светофору. На противоположной стороне пешеходного перехода, стояла группа людей. Они двинулись к нему, как только появился зелёный свет, но он остался стоять на месте. Ему нужно было переждать двадцать минут и лишь тогда, он мог бы с переменным спокойствием добраться до входа в отель. Люди, проходили мимо него, странно косясь. Гао не кинул взгляд ни на одного из них, погрузившись в собственные мысли. Иногда, в его голове возникали образы Шэнь Вэньлана, он слышал голос альфы и вспоминал, как тот нелепо кривил лицо, когда к нему подходили омеги в университете, в попытках познакомиться или просто что-то спросить. Омега, даже прикрыл ненадолго глаза, упиваясь видениями из прошлого, но в его мутное сознание всплывало жужжащее напоминание, что ему пора. Он снова осмотрелся. Сейчас, казалось бы, огни от зданий и светофора стали намного ярче. Людей стало меньше, лишь редкие прохожие куда-то спешили и не обращали на него внимание. Позади него осталась аптека, которая наверняка скоро будет закрываться для посетителей. Омега поднял лицо к небу и увидел множество звёзд, и одну огромную цельную луну, сверкающую как бриллиант. Небо было на удивление ясным, хоть погода и изменилась. Стало намного холоднее. Ветер стал совсем пронизывающим. Только сейчас Гао пожалел, что не одел более теплое пальто или курточку. Он дёрнул рукой и почувствовал, как на воздухе она стала просто ледяной. В поисках тепла, он засунул ее в карман, а вторую вскинул к лицу, всматриваясь в часы. Уже семь часов вечера. Он опаздывал ровно на один час. Радоваться, что Хао ещё не написал ему? Или огорчаться, ибо это бы означало, что парень уже все рассказал Шэню? Гао Ту решил, что чрезмерные переживания лишь помеха. Надо идти и перестать дрожать от возможности раскрытия его секретов, он ведь не был слабаком и трусом. Выдержать час или более, там, на празднике двух влюбленных, он способен. Он сделал глубокий вдох и дождавшись зелёного цвета, направился к огромному, мелькающему зданию. На входе проверили его приглашение и он без проблем вошёл внутрь. Встретили омегу пару человек, в идеально выглаженной чёрно-белое униформе и фальшивыми, сладкими улыбками. Он с трудом отбился от них, не дав унести пальто. Оно ощущалось, как щит перед всеми этими людьми. Юноша ни за что не снимет его. Гао расстегнул пару пуговиц и в сопровождении немолодой женщины, добрался до главного зала. По всему отелю разносилась музыка, что-то напоминающие джаз, но это точно не было в духе Вэньлана. Не было никаких необычных украшений, дизайн по-прежнему оставался сдержанно-дорогим, в мрачных тонах и с тусклым освещением аж до самих больших, дубовых дверях. Женщина постучалась и поклонилась ему, прежде чем ушла в том направлении, что они пришли. Гао не успел собраться, как двери распахнулись двумя крепкими мужчинами и жутко яркий свет ударил в лицо. Омега часто заморгал, пытаясь привыкнуть к новой обстановке. Он сделал пару шагов и замер, увидев количество приглашенных людей. Более ста, не меньше. Джентльмены в разнообразных костюмах, в строгих тонах и более смелых, некоторые из них сверкали на свету, отчётливо указывая на дорогую вышивку из камней. Дамы, придерживая платья, порхали по залу, бурно сплетничая. Их одеяния были творениями настоящих гениев, умеющих восхвалять женскую красоту и подчёркивать их достоинства. Зал был ужасно оживлённым, не смотря на громкую музыку, гости беззаботно общались с друг другом, сверкая белоснежными улыбками. Красивые декорации в виде двух переплетающихся сердец. Танцоры в народных китайских костюмах. Ленточки, свисающие из потолка в красном и черном цвете, болтались от включенного кондиционера и мешали официантам, порхающими в карнавальных костюмах между столиками. Гао услышал голос мужчины, придерживавшего для него дверь, и поспешил войти — похоже, тот уже устал ждать, когда он придёт в себя от увиденного. Омега вошёл в зал и в его руке сразу же оказался бокал с шампанским. Другой официант подошёл к нему и предложил закуски. Маленькие канапе с икрой, авокадо и голубым сыром и тунцом, не вызывали никакого аппетита. Даже наличие разнообразных десертов, никак не смогло навеять на него чувства голода. Он прошел дальше, оставив бокал с напитком на одном из столиков. Его глаза безуспешно искали Вэньлана и Юна, но Гао натыкался лишь на лица незнакомых людей, с лёгким презрением или холодом бросающие на него взгляды. Это место было скоплением богачей, не знающих, что значит экономия и переживания по поводу неоплаченных больничных счетов родственников. Юноша обошёл весь зал, но никого знакомого так и не встретил. Люди, изредка бросавшие на него любопытные взгляды, морщили носы и тут же отворачивались. Гао, встревожившись, что таблетки не действуют, поймал одного из официантов за локоть и прямо спросил, как он пахнет. Парень, не моргнув глазом, ответил, что от него тянет беременным партнёром, и, поздравив с пополнением в семье, ушёл с недоумённым выражением лица. Омега немного успокоился. Остановившись возле красной ниши, Гао спрятался в её тени и осмотрелся. Две девушки, мило хихикая, пробежали мимо, толкаясь плечами. Справа от него стоял хмурый мужчина, периодически поглядывающий в телефон. Похоже, не только ему было здесь не по себе. Ту опёрся об нишу и посмотрел на часы, показывающие половину восьмого. У него есть буквально полтора часа и ему надо будет уходить, но без того, чтобы показаться на глаза Юну, он не мог просто испариться. Но где найти его? Они с Вэньланом ещё не добрались? Или уже ушли? Гао начинал нервничать. Нога опять задрожала. Пальто начало давить на плечи, и он почувствовал, как жар опалил его спину, поднимаясь до шеи. Омега, оттянул ворот верхней одежды и внезапно встретился взглядом... с ним. Его сердце остановилось на мгновение, замерев, и после, рухнуло вниз. Кажется, полностью выпало из его тела и упало к ногам, иначе, как объяснить тот факт, что он после ощутил острую пустоту внутри. Эти глаза... цвета густого меда на солнечном свету. С острыми шипами внутри, когда он злился. Темнеющие от взрывных эмоций, с лёгким оттенком сирени, когда он был чем-то сильно доволен. Яркие, блестящие... с жалящей силой выбивающие любые мысли из головы. - Гао Ту! Омега еле перевёл взгляд, завидев Хуа Юна, идущего к нему под руку с Шэн Шаою. Юноши в красных костюмах, покрытых мелкими блёстками, остановились перед ним. Альфа выглядел смущённым своим нарядом и смирно следовал за своим избранником. Юн же показательно гордился и широко улыбался. Впервые Гао видел, как лицо бывшего коллеги было настолько открытым и светлым. - Я рад, что вы пришли! Хоть и с небольшим опозданием.. угу... - Хуа подмигнул ему, дав понять, что он за всеми следит и обо всем знает. Ничто не могло ускользнуть от него, и омега это понял слишком отчётливо, как только тот повернулся и начал махать рукой. К ним, прорываясь сквозь толпу, шёл Вэньлан. В коричневом костюме, без рубашки, с небольшой цепью из крупных колец на шее и небрежной укладкой, он выглядел впечатляюще. Костюм делал его фигуру более массивной и мужественной, слегка увеличивая объём. Несколько человек оборачивались, провожая его жадными взглядами. Почему именно сегодня он должен выглядеть настолько хорошо? Он остановился перед ними. Без улыбки. С напряжённым выражением на лице и пронзительными глазами. - Вэньлан, где ты был? Неужели опоздал на столь важное событие? - пропел Хуа Юн, дёргая своего возлюбленного за руку. Он лукаво глянул сначала на друга, а после на смущенного омегу. - Я пришел вовремя, но никак не мог вас найти. Вы, небось уже, где-то зажимались. Не могли потерпеть до конца? - грубо заговорил альфа. Видимо, настроение у него было паршивое. - Заткнись, придурок. - отозвался Шаою, закипая. - Иначе, вылетишь от сюда, как... - Спокойно, спокойно, - Хуа ласково погладил возлюбленного по плечу, и заставил посмотреть на себя. - Это наша помолвка, наш вечер, не стоит его портить за какого-то безмозглого ворчуна. Шэн покорно кивнул. Его тело мигом расслабилось, и Гао заметил, как успокаивающие феромоны Юна обволокли альфу. Они выглядел счастливо вместе. Гармонично. Светились изнутри. Ту моргнул, словно пытаясь заставить реальность проясниться. Как могло такое случиться? Хуа Юн… помолвлен с Шэн Шаою? Всё вдруг стало на свои места — скандалы, ссоры, заверения Вэньлана, что между ними ничего нет. Всё это теперь выглядело иначе. И всё же… Омега перевел взор на Вэньлана, ожидая, что тот разразиться гневной тирадой. Но нет. Он смотрел прямо на него, будто ему было абсолютно все равно на других людей вокруг. Будто ждал, когда Ту обратит на него внимание. В его медовых глазах мелькало столько чувств, однако, Гао не мог ни одному найти ни объяснение, ни название. Шэнь поджал губы, но ничего не сказал. Вокруг танцевали и веселились люди, некоторые, даже подходили к ним, поздравляя пару с помолвкой. Вэньлан и Гао Ту продолжали хранить молчание, словно потерялись в изобилии голосов. - Мистер Гао, - Хуа Юн внезапно подошёл к нему, закрыв от альф. Наклонился к его уху и прошептал: - Так и быть, я сохраню ваш секрет, но прошу вас, обдумать все вновь и принять верное решение. Они посмотрели друг другу в глаза. Омега не смог прочитать в очах Юна ничего, они были пустыми и самыми обыкновенными для него. Ибо лишь Вэньлан мог утянуть его в пучину чувств, эмоций и переживаний. - Поздравляю с помолвкой, - спокойно произнес Гао. Попытался выдавить из себя улыбку, но никак не мог заставить мышцы лица зашевелиться. Мельком, в его голову пришла мысль, что это странно, но он не успел за нее ухватиться. - Спасибо, - парень повернулся к Шаою и взяв его за руку, повел за собой, скрываясь в толпе. Вэньлан остался стоять на том же месте. Его глаза блуждали по телу омеги. Носом он сделал глубокий вдох. - Как противно… — наконец сказал Шэнь. Рот его скривился, брови изогнулись, а взгляд жалил. — Ты не мог нормально помыться, прежде чем сюда прийти? Альфа перекатился с пятки на носок и вдруг подошёл к нему. Между ними было мизерное расстояние, и омега ощутил всю силу негодования, вибрациями исходящую от Вэньлана. Гао сглотнул. Он знал, что умеет держать лицо. Прикидываться спокойным он научился ещё в старшей школе, дабы не давать обидчикам повод для ещё большей радости. Но сейчас контролировать себя было особенно сложно. - Хорошего вечера, мистер Шэнь, — сказал Ту и дернулся в сторону, но его остановила рука альфы, сжимающая запястье. - Поговорить со мной уже не можешь? Неужели, этот долбанный омега забирает столько времени у тебя? Ты забыл все те года, что мы провели вместе? Они ничего для тебя не значат? Омега не поднимал головы, уткнувшись взглядом в пол. Он не мог пошевелиться, не мог уйти и даже сказать хоть слово. Тошнота подступала к горлу, и всё, что ему оставалось — стоять на месте, с переменным успехом вспоминая, как дышать. Вэньлан скользнул по лицу Гао своим тёмнеющим взглядом, опалил им щеки юноши и наблюдал, как их руки соприкасаются. Альфа тяжело задышал. Сделай кто-то из них хоть один шаг — и они оказались бы прижаты друг к другу. Они оба ощущали тепло, исходящее от тел друг друга. Омега испытывал страх неведомой силы от близости и одновременно — желание уткнуться в грудь альфы и позволить ему обнять себя. - Гао… — шепотом позвал Шэнь, второй рукой подцепив его подбородок и заставив смотреть на себя. Их глаза встретились, и кадык альфы зашевелился. Омега ощутил, что руки бывшего начальника стали горячими, почти обжигая кожу. Ему стало нестерпимо жарко. — Поговори со мной… хоть немного. Мы так давно не виделись. Как ты? Как твоё здоровье? Ты ешь? Спишь хорошо? - Я... Альфа посмотрел на его губы, и Гао забыл, как говорить. Сердце, словно вернувшееся к жизни, глухо стучало в ушах. Весь зал, полный гостей, исчез — остались только они вдвоём. Музыка замерла, свет вокруг погас, оставив лишь яркий шар над ними. Не было угнетающей тишины — голос Шэня наполнил весь зал и отдавался эхом от стен. - Гао, я... скучал. Юноша открыл рот. Его горло сдавил ком, а желудок стал тяжёлым. Он мог неправильно услышать. Неправильно понять. Лицо Вэньлана, впервые за много лет, выражало сожаление и раскаяние. Альфа смотрел на него так, будто видел перед собой седьмое чудо небес. Гао не знал, реальность ли это, но в этот момент, он мог поклясться, что между ними завибрировал воздух. Губы парня стали красными и блестящими, и омега не мог отвести взгляда. Они уже целовались в прошлом. Гао помнил это слишком отчётливо, он даже вспоминал намеренно... когда лежал в постели ночью и ему было тоскливо. Шэнь же думает, что между ними никогда не было поцелуев, ибо свой первый раз, он по ошибке отдал другому, "незнакомому " омеге, которым как раз и являлся Ту. Точно. Гао отшатнулся от Вэньлана. Справа от него задрожали бокалы и несколько упало на пол. Звук, разбивающегося стекла, привел его в чувства. Иллюзия их уединения свернулась в тугой комок и больно ударила его в солнечное сплетение, лишив почвы под ногами. Стало трудно дышать. Перед глазами появилась пленка, смазывая очертания людей, украшений и ... Вэньлана. Омега часто заморгал, пытаясь не паниковать. - Гао? - Мне надо идти. Юноша кинулся на выход, толкая гостей. Под аккомпанемент ойканьей, он был добрался до двери, ощущая шквал осуждающих взглядов. Он слышал, как Шэнь зовёт его. Гао был растерян. Напуган силой воспоминаний, обрушившийся на него из-за той ночи, что навсегда изменила его жизнь. Ему хотелось скорее оказаться на улице. Щеки пылали, шея покрылась испариной и звуки разговоров, музыки - усилились в несколько раз, раздражая его пошатнувшиеся сознание. Он выскочил из зала и был тут же перехвачен. - Гао, подожди! Омега отвернул лицо, отказываясь посмотреть в лицо человеку, которого обманул. Врал. Разве мог он жалеть себя в подобный момент? Упиваться внимание Вэньлана, если тот искренне беспокоился о нем и не догадывался о том, что юноша совершил? Как он вообще смог посмотреть ему в лицо и не кинуться к ногам, прося прощение за ложь? - Скажи мне, что случилось! Я помогу тебе! Только скажи мне! Не молчи...прошу тебя...Гао? Вэньлан не выдержав, схватил его за плечи и встряхнул. Ту упорно прятал свои глаза. Он знал, что выглядит нелепо и его поведение вызывает ещё больше вопросов. - Скажи мне... Гао... Альфа соскользнул ладонями по его рукам и осторожно, лишь кончиками пальцев, зацепился за его. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но омега ощущал, как всё его сознание сосредоточилось на тепле кожи Вэньлана. Раньше, они так друг друга не касались. Гао боялся и держал дистанцию, а Шэнь особого желания не проявлял. Тогда, что изменилось? Стоило начать игнорировать его, и тот обратил свое внимание на него? Видимо, он всего лишь задел огромное самомнение альфы, иначе, зачем тому так сильно и страстно искать встречи с ним. Гао сделал шаг назад и Вэньлан тут же потянулся за ним. Их руки одновременно повисли вдоль тел, больше не соприкасаясь. Альфа больше не предпринимал никаких действий, он смотрел. Нет, пожирал его глазами и пытался найти ответы на многочисленные вопросы в том, как омега дышит, как движутся его веки и насколько сильно он дрожит. Дрожит, и вовсе нет холода. - Мне нужно идти, - снова повторил Ту. - Не идите за мной. - Почему Гао? Почему ты отталкиваешь меня? Этот дурацкий омега не может быть дороже меня! Юноша усмехнулся. Ему хотелось смеяться и горько плакать. Он представил, как говорит правду альфе и тот, разозлившись на него, гонит его прочь. Обвиняет в обмане. В предательстве. А потом омегу будут преследовать переживания за жизнь его ребенка. Быть честным… значит быть отважным. Уметь принять последствия. Быть готовым к любому исходу. Но Гао чувствовал, что страх сковал всё его нутро. Он стал лёгкой мишенью в глазах альфы, вынужденный под угрозой зарывать своё признание как можно глубже. Хранить секрет У него была надежда. На будущее, где Вэньлан никогда не узнает правды. Там, они не будут видеться, не заговорят друг с другом, даже если случайно где-то пересекутся. Станут чужими. Альфа вскоре женится и забудет, что Гао когда-то был частью его жизни. И тогда никто и ничто больше не пошатнёт хрупкий мир омеги. Он найдёт покой в серых буднях, воссоздаст новую стабильность, где сможет помочь себе. Будет жить без страха. Но есть и другая надежда. Обратная сторона медали. Он мог бы рассказать правду, открыться. Попросить прощение за многолетнюю ложь и смело взглянуть в глаза Шэня, и возможно, обжечься, но остаться верным их дружбе. И, наверное, спустя некоторое время, альфа достаточно бы успокоился и смог принять ребёнка. Полюбить его так, как уже сильно любил Гао. Стать ребёнку достойным отцом. И даже если обида на Ту никогда не прошла бы у Вэньлана, они всё равно иногда общались бы, обсуждая подарки на день рождения или Рождество, чтобы порадовать своё дитя. Страх оказывается... заставляет людей молчать. - Извини, - мертвым голосом сказал омега и развернулся, чтобы уйти. Он ожидал, что альфа снова схватит его и остановит, возможно, Гао ждал этого с замерением сердца, желает этого больше всего на свете. Это бы стало толчком к признанию, что рвалось и угасало на полпути, но... Вэньлан остался неподвижным. Гао сделал пару шагов и понял, что за ним больше никто гнаться не будет. И это было правильно. Разве не этого он хотел? Часть его души рвалась обратно, а вторая гнала его прочь. Ему казалось, что в голове разрастался водоворот мыслей, засасывая его внутрь собственного сознания. Он не ощущал больше своей тело. Словно... стал бесформенной субстанцией, плывущий по воздуху. Глазами он смотрел на мир, что постепенно окрашивался в чёрно-белый цвет. Больше ничего он не чувствовал в груди. До сознания не доносились ни голоса, ни шум дорог. Он плыл по течению, которое принесло его тело прямо к дому. Омега замер на пороге квартиры и не мог вспомнить, что нужно сделать, чтобы попасть внутрь. Как он оказался в здании, понять не мог. Он даже не подумал об этом. Память отказывалась сотрудничать. Он перестал понимать, что происходит вокруг. Мир потерял свои очертания на мгновение, и Гао вдруг ощутил острую боль внизу живота. Она была настолько оглушающей, что он согнулся пополам и непроизвольно застонал. Перед взором у него появился ковер, разноцветными буквами кричащий " Welcome home". Боль вернула его к реальности, но стала поднимать в душе панику. Он не понимал, что с ним происходит. Почему так ужасно больно. Гао схватился руками за живот и осознал, что не так. По хребту прошёлся липкий ужас. Он услышал шаги, доносящиеся снизу и звук ключей, открывающий дверь. С трудом, юноша обернулся и заметил, что от движения по его внутренней стороне бедер что-то потекло. Вязкое. Теплое. Он посмотрел вниз и увидел, как яркое пятно образуется подле его ног, как в замедленной съёмке. И не успев, ничего сообразить, Гао потерял сознание.