Глава 36. Не только мародеры VS Дамблдор

Питер Петтигрю вошел в зал заседаний МКМ неуверенной, чуть шаркающей походкой. Невысокий, полноватый, с жидкими светлыми волосами, он разительно отличался от красавца Сириуса. В его глазах читались одновременно страх и решимость — словно человек, наконец нашедший в себе силы, готов признаться в чем-то, что мучает его. — Представьтесь, пожалуйста, — произнес Рылов, пристально глядя на него. — Питер Петтигрю, — голос его дрогнул. — Член... бывший член Ордена Феникса, друг Джеймса Поттера и... — он сглотнул, — Хранитель Тайны Поттеров. По залу прокатился шепот. Дамблдор подался вперед, его пальцы крепче сжали подлокотники кресла. — Мистер Петтигрю, — продолжил Рылов, — расскажите нам о вашей роли в этих событиях. Как вы стали Хранителем Тайны? Питер глубоко вздохнул и начал говорить: — Я не хотел быть Хранителем тайны Поттеров, зная, что я не такой стойкий и храбрый, как Сириус и Джеймс. Я всячески отказывался, когда Сириус предложил мою кандидатуру. И после отказа, Блэк вроде бы понял меня, но тут вмешался директор. Питер бросил быстрый взгляд на Дамблдора, но, встретив его холодный взгляд, тут же отвел глаза. — Думаю, что он как-то на меня воздействовал. Я ведь категорически отказался, а потом раз, и уже не возражаю. Так вот и стал Хранителем. Чтобы никого не подвести, я старался как можно меньше бывать в магическом мире. Я живу с матерью в магловском мире, в Эшфолле. Моя мать была очень больна. Я ухаживал за ней. В один из дней было собрание Ордена Феникса. Эта такая организация, которую создал директор Хогвартса, чтобы бороться с темными силами. — Уточните, пожалуйста, как именно бороться? — прервал показания Питера Рылов. — Как, как... Собирать информацию о Неназываемом и его приспешниках, мешать их планам, устраивать рейды против темных магов. — Осужденных тёмных магов, которых разыскивали власти? — поинтересовался представитель Франции. — Нет, — поник Питер. — Никто их не осуждал, но все знали, что они преступники. — Кто «все»? — снова уточнил русский. — Мы, те, кто в Ордене, Дамблдор нам рассказывал... — Снова клевета! — выкрикнул Дамблдор. — Почему клевета? Я могу поклясться, что на собраниях Ордена Феникса Альбус Дамблдор рассказывал нам о тёмных родах, о том, какие страшные кровавые ритуалы они проводят у себя в мэнорах... «Мерлин, вот свяжешься с дураками — потом не отмоешься», — подумал Альбус, закатывая глаза и хмыкая, всем своим видом давая понять, что он думает о словах Петтигрю. — Но я не об этом хотел сказать, — продолжил Питер. — После собрания директор попросил меня задержаться. Мы пили чай, он расспрашивал меня о здоровье матери, обещал помочь, а потом я уснул. Как так вышло, даже не знаю. И вот с этого дня не было мне покоя. Каждый день я думал о том, какие Джеймс и Сириус заносчивые, что им плевать на меня, что я для них что-то вроде слуги. А вот если я примкну к Темному Лорду, вот там меня будут уважать, я расскажу ему Тайну Поттеров, а он наградит меня меткой и вылечит мать. Я уже не знал, куда деваться от этих навязчивых мыслей. Наверное, так и поступил бы, но мне повезло. Питер на миг остановился, собираясь с мыслями и снова продолжил. — Меня нашел русский маг Долохов, он исцелил мою мать в обмен на Тайну Поттеров, но поклялся, что не собирается причинять им вред, а только спасти. И после того, как я поделился с ним адресом коттеджа Джеймса, все навязчивые мысли исчезли. Как рукой сняло. Думаю, что именно то, что я рассказал кому-то о Тайне Фиделиуса Поттеров сняло то колдовство, что побуждало меня отправиться к Неназываемому и предать Джеймса и его семью. Вроде как я выполнил условие и стал свободен. По залу прокатился возмущенный гул. Несколько делегатов вскочили с мест. — Вы обвиняете Председателя МКМ в наложении подвластного заклятия? — спросил представитель Германии. — Я не знаю точно, что именно это было, — ответил Питер. — Но те мысли не были моими. Как только Долохов узнал адрес Поттеров, у меня всё в голове прояснилось. Словно туман рассеялся. — Это возмутительно! — Дамблдор поднялся. — Целый заговор! В чем еще вы меня обвините? Нет никаких доказательств моего воздействия на этого человека. Все, что мы слышим — это слова волшебника, который признался, что собирался предать своих друзей Воландеморту! — Я предполагаю, что в этом и был ваш план, директор Дамблдор, — неожиданно твердым голосом произнес Питер. — Вы хотели, чтобы я выдал Поттеров, но чтобы это выглядело как мое добровольное решение. — Ложь! Я спасал Поттеров! Рылов покачал головой, глядя на Альбуса. — У нас уже есть три свидетеля, дающих показания под магическими клятвами. И все они указывают на ваши манипуляции, господин председатель МКМ. — Это тяжёлые обвинения, — произнесла представительница Магического Конгресса США, немолодая серьезная дама. — Мне кажется, что такое не должно произноситься в адрес Председателя МКМ. — Вот именно! Предлагаю прикрыть этот балаган! — воскликнул Дамблдор. — Я не это имела в виду, — возразила американка. — Репутация Председателя МКМ должна быть безупречна. А то, что мы уже услышали... Если бы это был суд в Америке, то вам грозил бы серьезный приговор. — Профессор Дамблдор, — тихо произнес Питер, поднимая глаза, — вы же всегда утверждали, что всё делаете «для общего блага». Вы использовали меня, вы планировали смерть Джеймса, Лили и Гарри с самого начала, как же так? В зале наступила гробовая тишина. Все взгляды обратились к Дамблдору. — «Для общего блага», — повторил Рылов, словно пробуя фразу на вкус. — Интересно, что именно этот девиз использовал и Гриндевальд в свое время. Совпадение? Глаза Дамблдора сузились, но он не проронил ни слова. — Предлагаю заслушать последнего свидетеля, — проговорил русский. — И кто у вас там? Сам Воландеморт? Если считавшийся мёртвым Поттер пришел, отчего не явиться и Тёмному Лорду? — Наверное, потому, что он мёртв? Я точно знаю об этом. И знаю, кто его победил. Но сейчас мы не планируем слушать ни того, и ни другого. Мой последний свидетель, мастер зелий Северус Снейп.  Питер Петтигрю вышел из зала, двери которого тут же снова открылись, и все взгляды обратились к высокой фигуре, облаченной в строгую черную мантию. Северус Снейп ступал размеренно и бесшумно, его бледное лицо оставалось непроницаемым, а черные глаза казались двумя тоннелями, через которые невозможно заглянуть в душу. Длинные темные волосы обрамляли его узкое лицо. В нем не было той яркости, что отличала Сириуса Блэка, но зато присутствовала особая холодная элегантность и достоинство. Дамблдор заметно напрягся, увидев его. Пальцы старого мага крепче сжали подлокотники кресла. — Представьтесь, пожалуйста, — произнес Рылов стандартную фразу. — Северус Тобиас Снейп, — ответил вошедший глубоким, низким голосом. — Выпускник Хогвартса, мастер зелий, бывший Пожиратель Смерти, но всё еще член Ордена Феникса. — Член Ордена? — удивленно произнесла представительница США. — Вы выступаете против своего лидера? — Давно бы не был им, но не знаю возможностей для выхода, — холодно ответил Снейп. — Я готов принести магическую клятву о том, что говорю правду. Подняв палочку, Северус произнес: — Клянусь своей магией, что всё, что я скажу сегодня в этом зале, является правдой, полной и неискаженной.  Яркий свет вспыхнул на кончике его палочки, подтверждая силу клятвы. — Мистер Снейп, — обратился к нему Рылов, — расскажите, пожалуйста, о том, что вам известно о действиях Альбуса Дамблдора в отношении семьи Поттер. Снейп бросил беглый взгляд на Дамблдора, а затем начал говорить размеренным тоном: — Всё началось зимой 1980 года в Хогсмиде, в пабе «Голова борова». Я в то время... — он на мгновение замолчал, — был сторонником Темного Лорда. И он приказал мне устроиться в Хогвартс. Меня пригласили на собеседование в паб. Мне показалось это странным, но приказ нужно было выполнять. Я пришел чуть раньше назначенного времени, расположился в соседней комнате и отчетливо слышал начало беседы. Дамблдор был вежлив, но разочарован: кандидат, Сивилла Трелони, не произвела на него впечатления. Он уже собирался отпустить её, когда... случилось нечто странное. Голос Трелони изменился, стал глубже, резче. Она начала произносить пророчество. Я услышал следующее: «Грядёт тот, кто сможет победить Темного Лорда... рождённый на исходе седьмого месяца...» В этот момент зашел Аберфорт Дамблдор,  брат директора,  накричал на меня и выгнал, хотя сам туда же ранее и проводил.  Он сделал паузу, сглотнул и продолжил: — Тогда мне не показалось это странным. Только гораздо позднее, пересматривая это воспоминание раз за разом, я понял, что все это фальшивка, или, выражаясь магловским сленгом, настоящая подстава. Снейп сделал еще одну паузу, его лицо исказилось, словно от физической боли: — Но тогда я этого не понимал. И даже предположить не мог, что это, так называемое, пророчество коснется моей подруги детства Лили Эванс и её семьи. Я передал то, что услышал, Темному Лорду, как забавный эпизод. Но Лорд отчего-то не смеялся, а воспринял всерьёз. Он начал выяснять, какие семьи ожидают рождения детей в конце июля, и когда стало известно, что одной из таких семей были Поттеры… Лили Поттер... — его голос дрогнул почти незаметно, — была моей подругой детства. Я не мог допустить, чтобы ей угрожала опасность. — И что вы сделали? — спросил Рылов. — Я обратился к единственному человеку, который, как мне казалось, мог их защитить, к Альбусу Дамблдору. Я рассказал ему всё. О пророчестве, о том, что передал его Темному Лорду, о том, что теперь Поттеры в опасности. Я умолял его спрятать их, защитить, особенно Лили. Снейп достал из кармана мантии небольшой флакон с серебристой жидкостью. — С вашего позволения, я хотел бы представить воспоминание об этом разговоре. Рылов кивнул, и Снейп передал флакон помощнику, который поместил его в Лучезор. Зал снова наполнился мерцающим светом, и перед делегатами развернулась сцена в кабинете директора Хогвартса. Северус Снейп стоит перед столом Дамблдора, его лицо искажено от страха и отчаяния. — Прошу вас... прошу, — шепчет он. — Спрячьте её... их всех... где угодно. Он ищет их. Он узнал о пророчестве. Он думает, что оно о её сыне. Дамблдор смотрит на него поверх очков, его взгляд холоден. — А что взамен? Снейп смотрит на него с недоумением: — Взамен? Я прошу вас спасти невинных людей! — Мне нужна уверенность в вашей лояльности, — спокойно отвечает Дамблдор. — Вы носите Метку Волдеморта. Почему я должен вам верить? — Клянусь чем угодно... сделаю всё, что скажете... — В таком случае, — Дамблдор встает из-за стола и подходит к окну, — я хочу, чтобы вы остались среди Пожирателей смерти и стали моим шпионом. Вы будете сообщать мне обо всех планах Волдеморта. — Шпионом? — выдыхает Снейп. — Но это... меня убьют, если раскроют. — Да, риск велик, — кивает Дамблдор. — Но это единственный способ, которым вы можете доказать свою преданность. Вы вступите в Орден Феникса и будете служить нашему делу. — Орден Феникса? — переспрашивает Снейп. — Я слышал о нем. Это ваша тайная группа? — Не столь тайная, раз вы о ней слышали, — холодно улыбается Дамблдор. — Но да, эта организация противостоит Воландеморту. И вы станете её частью. — А если я откажусь? Дамблдор пожимает плечами: — Тогда я не смогу гарантировать безопасность мисс Эванс... миссис Поттер, прошу прощения. Я предлагаю вам выход. Искупление. Возможность защитить ту, что вам дорога. Разве это не щедрое предложение? Снейп опускает голову: — Я согласен. Я сделаю всё, что вы скажете. Только защитите её. — Их, — поправляет Дамблдор. — Её, её мужа и сына. — Да... их, — тихо повторяет Снейп. — Ваша задача — держать меня в курсе планов Волдеморта. Вы поняли? — отрезает Дамблдор. — Да, — тихо отвечает Снейп. — Я понял. Воспоминание закончилось, и зал погрузился в гробовую тишину. Все взгляды были прикованы к Дамблдору, который сидел абсолютно неподвижно, с каменным выражением лица. Первым нарушил молчание представитель Скандинавского альянса, высокий седовласый маг: — Да вы, господин председатель, и полиция, и армия, и секретная служба в одном лице. Чем занимается британское Министерство Магии, когда вы один закрываете все вопросы? В зале раздались смешки. — На самом деле, ничего веселого в увиденном нет, — произнес представитель Италии, пожилой волшебник с орлиным профилем. — Директор школы создал тайную террористическую организацию и насильно вербует туда волшебников, оказавшихся в сложной ситуации. — Почему вы, мистер Снейп, не обратились к властям? — спросила немолодая темнокожая волшебница. — Не мог, у меня же была темная метка на руке, знак принадлежности к сторонникам Неназываемого, — ответил Снейп. — И что? Лучше бы защитой Поттеров озаботились те, кому это положено, а не директор школы. — Понимаю свою ошибку, — вздохнул Северус. — Но позвольте, — вмешался Дамблдор, и его голос, хотя и тихий, заставил всех повернуться к нему, — Воландеморт был силой, с которой Министерство не могло справиться. Люди исчезали, погибали, распространялся ужас... — И вместо того, чтобы помогать Министерству, усиливать его, вы создали собственную армию? — резко спросил представитель Германии. — Частную военизированную группировку? — Орден Феникса был создан для защиты невинных, — возразил Дамблдор. — У нас этим занимаются представители власти, — холодно заметил представитель Франции. — Вы нарушили столько законов и правил, Альбус. Вы присвоили себе право решать, кто виновен, а кто нет. Кого защищать, а кем пожертвовать. — Вы манипулировали мистером Снейпом, манипулировали мистером Петтигрю, и в результате этих манипуляций Поттеры оказались в смертельной опасности, — добавил Рылов.  Дамблдор медленно поднялся. — Я делал то, что считал необходимым. То, что должен был делать. — Для общего блага? — тихо спросил Снейп, и сарказм в его голосе был настолько горек, что многие поежились. — Отчего же вы сами не пожелали сразить Темного Лорда? У вас был шанс на поединок с ним один на один. Но вы позорно струсили и сбежали с места встречи. Думаете, что остались незамеченным вместе с Фоуксом?  Дамблдор не ответил. Он стоял посреди зала, величественный и одинокий. Тот, кто всегда считал, что знает всё лучше всех.  — Я думаю, мы услышали достаточно, — произнес Рылов, обращаясь к собранию. — Теперь нам предстоит решить, что делать дальше. Представитель Германии, высокий волшебник с аккуратно подстриженной бородой, встал первым. — Господа, — начал он, обводя взглядом зал, — всё, что мы услышали здесь сегодня, безусловно, шокирует. Однако значительная часть этих вопросов относится к внутренним делам Магической Британии и должна рассматриваться их Визенгамотом. По залу прокатился одобрительный гул. — Но, — продолжил он, повысив голос, — мы не можем игнорировать тот факт, что волшебник, занимающий пост Председателя Международной конфедерации магов, не просто оказался в центре скандала, но и продемонстрировал вопиющее пренебрежение к правам и безопасности других магов, превышение полномочий и злоупотребление властью. Дамблдор попытался встать, собираясь возразить, но представитель Германии остановил его жестом: — Мы выслушали вас, господин Дамблдор. Теперь пришло время для Конфедерации принять решение. Я считаю, что маг, действующий подобным образом, недостоин возглавлять наш высший международный орган. Представительница Магического Конгресса США поднялась со своего места. Её строгое лицо выражало глубокое разочарование: — МАКУСА поддерживает позицию коллеги из Германии. Мы основываем наши решения на конкретных фактах. Здесь, под магическими клятвами, нам представили свидетельства манипуляций, превышения полномочий и, что наиболее тревожно, готовности подвергнуть опасности жизни невинных ради собственных целей. — Она обратилась непосредственно к Дамблдору: — Альбус, как давно вы пришли к выводу, что цель оправдывает средства? Представитель Восточно-Европейского союза, высокий худощавый волшебник с аккуратно подстриженными усами, также встал: — В наших странах хорошо помнят, к чему приводят тайные организации, действующие без контроля со стороны законных властей. Создание нелегальных вооруженных формирований, шпионаж, манипуляции — это методы, свойственные тёмным магам. Мы категорически не можем поддерживать наличие на посту Председателя МКМ волшебника, использующего такие методы, вне зависимости от того, какие цели он преследовал. — Франция полностью согласна, — произнес представитель этой страны. — Верховенство закона — принцип, на котором основано наше общество. Когда кто-то один решает, что он выше закона, это начало тирании. Представительница Австралии, до этого хранившая молчание, наконец, взяла слово: — Для нас, в Австралии, особенно непонятен тот факт, что вы, господин Дамблдор, имея репутацию великого волшебника, избегали прямой конфронтации с Воландемортом. Мистер Снейп сообщил, что у вас был шанс встретиться с ним лицом к лицу, но вы уклонились. Вместо этого вы манипулировали другими, подвергая их смертельной опасности, в то время как сами оставались в безопасности за стенами Хогвартса. Представитель Скандинавского альянса, молчавший до этого момента, поднялся со своего места: — В древние времена лидеры скандинавов сами вели своих воинов в бой. Когда вождь требовал от людей рисковать жизнью, он сам шел первым. — Его голубые глаза смотрели прямо на Дамблдора. — Вы же, похоже, предпочитаете жертвовать другими, оставаясь в тени. Это не лидерство.  Представитель Италии, сохранявший задумчивое выражение лица, добавил: — То, что я услышал и увидел сегодня, напомнило мне печально известные тёмные периоды итальянской истории, когда тайные общества и их лидеры подменяли собой законную власть. Такие методы неприемлемы. Италия не может поддерживать на посту Председателя волшебника, чьи действия укладываются в такую парадигму. Рылов поднял руку, призывая к тишине: — Предлагаю поставить вопрос на голосование: остается ли Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор на посту Председателя Международной конфедерации магов? — Прежде чем вы проголосуете, — вмешался Дамблдор, его голос звучал спокойно, но с отчетливыми нотами горечи, — я хочу сказать, что всё сделанное мной было направлено на защиту волшебного мира. Если мои методы кажутся вам спорными, то только потому, что вы не видели полной картины. Не понимали масштаба угрозы. — Полной картины? — повторил Рылов. — То есть, даже сейчас вы считаете, что только вы одни видите эту «полную картину»? Что только вам дано право решать, кому жить, а кому умереть? Кем пожертвовать? О каких фактах сообщать общественности, какие скрывать, а какие просто выдумывать? Я думаю, именно эта позиция и является причиной нашего сегодняшнего голосования. Дамблдор на мгновение закрыл глаза, словно собираясь с мыслями, затем ответил: — В таком случае, я добровольно ухожу в отставку с поста Председателя МКМ. Я вижу, что не смогу убедить вас в правильности моих действий. Зал зашумел, но Рылов поднял руку, призывая к тишине. — Ваша добровольная отставка будет отмечена, — произнес он. — Однако предлагаю всё равно провести голосование, чтобы история зафиксировала позицию Конфедерации по этому вопросу. Голосование было проведено открыто, каждый представитель вставал и четко произносил своё решение. Результат оказался единогласным — все делегаты проголосовали за отставку Дамблдора. — Альбус Дамблдор, решением Международной конфедерации магов вы освобождаетесь от должности Председателя, — официально объявил Рылов. — Это решение вступает в силу немедленно. До проведения внеочередных выборов обязанности председателя Конфедерации будет временно исполнять первый вице-председатель. Дамблдор молча кивнул, по его глазам ничего не возможно было прочесть.  — Что касается прочих обвинений в ваш адрес, — продолжил Рылов, — вся информация будет передана в соответствующие органы Магической Британии для дальнейшего расследования. — Он повернулся к залу. — Я объявляю чрезвычайное заседание МКМ закрытым. Когда большинство делегатов уже покидали зал, к Дамблдору подошел Джеймс Поттер. — Знаете, профессор, — тихо произнес он, — я не мог понять, почему вы отказались от моего предложения сделать вас Хранителем Тайны. Теперь все встало на свои места. Вы заранее знали, что случится. Дамблдор посмотрел на него долгим взглядом, но ничего не ответил. Он просто развернулся и направился к выходу. Сириус, Питер, Северус и Джеймс — бывшие ученики Хогвартса, когда-то смотревшие на него с благоговением — молча наблюдали за его уходом, каждый со своими мыслями, но с одним общим чувством: мир уже никогда не будет прежним. — А кто же всё-таки убил вашего Тёмного Лорда? — звонким молодым голосом спросила довольно юная симпатичная ведьма с пером и блокнотом в руках. — Я Пресс-атташе аппарата МКМ, что мне написать в пресс-релизе для магических СМИ? — Напишите, что это был очень могущественный маг, который пока предпочитает оставаться неизвестным, — ответил ей Сириус и ослепил на прощание своей улыбкой.