Эпилог

Магическая Британия, Чеширский лес, Оакридж-мэнор, 1991 год Летнее солнце щедро освещало просторную гостиную родового поместья Поттеров Оакридж-мэнор, ставшего настоящим домом для Джеймса, Лили и их сына после всех тех драматических событий, что произошли в их жизни десять лет назад. — Гарри! — позвала Лили, поднимаясь по широкой мраморной лестнице. — Письмо из Хогвартса пришло! Одиннадцатилетний мальчик со взъерошенными черными волосами и яркими зелеными глазами выскочил из своей комнаты: — Правда? Покажи! Лили с улыбкой протянула сыну конверт из плотного пергамента со знакомым гербом четырех факультетов. Мальчик с восторгом сломал печать и начал читать. — Я зачислен! — воскликнул он, прыгая по комнате. — А когда мы поедем на Диагон-аллею за учебниками? — Как только у папы будет выходной, — пообещала Лили, с нежностью глядя на сына. — И у Главного аврора должны быть выходные. Тем более, когда есть такой важный повод. Она вздохнула, но без раздражения, скорее с нотками гордости. Джеймс Поттер два года назад занял пост главы Аврората. Некоторые сомневались в его назначении, но после первой же успешно проведенной операции по задержанию группы контрабандистов драконьей крови все споры утихли. — А на следующей неделе Невилл с родителями придут на ужин, вы сможете вместе обсудить подготовку к школе, — добавила Лили, спускаясь обратно на первый этаж, где в её лаборатории томились три котла с экспериментальными зельями. Гарри просиял. Невилл Лонгботтом был его лучшим другом с раннего детства. Это было неудивительно, ведь их родители были неразлучны с тех самых дней, когда вместе противостояли Дамблдору. Лили, войдя в лабораторию, аккуратно помешала зелье в среднем котле. Золотые искры взметнулись вверх — хороший знак. Хотя она и стала мастером зельеварения, ей всё ещё было далеко до Северуса Снейпа, чьи исследования древних славянских снадобий и их адаптации к современности произвели настоящую революцию в магической фармацевтике. Она улыбнулась, вспоминая их последнюю встречу на Международном симпозиуме зельеваров в Праге. Кто бы мог подумать, что её друг детства обретёт счастье далеко за пределами Британии? Это же время, Лондон, Диагон-аллея — И не спорь со мной, Бренда! Ты же знаешь, что я прав, — с шутливым возмущением говорил Сириус Блэк своей жене, когда они выходили из магазина «Все для квиддича» с внушительным пакетом и длинным свёртком. — Ты купил своему крестнику гоночную метлу перед первым курсом, хотя прекрасно знаешь правила Хогвартса, — парировала миловидная ведьма с каштановыми волосами, заплетёнными в косу. — Минерва тебя живьем съест! — Директор Макгонагалл может делать исключения, особенно для талантливых игроков, — подмигнул Сириус. — К тому же это будет маленький сюрприз на Рождество, когда он уже освоится в школе. Бренда Блэк, в девичестве Макдугал, только покачала головой, но ее глаза смеялись. Когда-то она работала в агентстве «Маго-Глобус» и оформляла для Сириуса обучение в Кастелобрушу. Кто бы мог подумать, что этот самоуверенный волшебник, толкнувший дверь ее офиса десять лет назад, станет ее мужем и одним из самых востребованных мастеров-артефакторов Британии? — Давай аппарируем в Хогсмид и поедим у Хвоста? — предложил Сириус, и его супруга с улыбкой кивнула. У входа в «Три метлы», Сириус заметил знакомую фигуру. — Эй, Пит! Питер Петтигрю, выносивший ящики с пустыми бутылками, обернулся и расплылся в улыбке. — Бродяга, Бренда! Не ожидал вас сегодня увидеть! Заходите, Розмерта как раз получила новый эль, а мама приготовила фирменный пирог! Сириус подмигнул Бренде: — Мы и не подозревали, что из нашего Питера выйдет такой домовитый хозяин. История Петтигрю удивила многих. После выздоровления матери и всех событий он неожиданно обнаружил в себе талант к кулинарии. Питер перевез маму в Хогсмид и начал помогать Розмерте в «Трех метлах». А год спустя они поразили всех, объявив о своей свадьбе. Теперь все трое Петтигрю управляли самым популярным заведением Хогсмида. — Может, еще десерт? — поинтересовался Питер в конце обеда четы Блэк. — В другой раз, Пит, — ответил Сириус. — Сейчас мне надо успеть на встречу с Рудольфусом по поводу новых защитных артефактов для Аврората. — Передавай привет нашему министру! — махнул рукой Петтигрю. — И скажи, что я всё ещё жду его на дегустацию нашего нового вишнёвого эля! Бренда взглянула на мужа, когда они продолжили путь: — До сих пор не могу привыкнуть, что министром магии стал Рудольфус Лестрейндж. — О, кто еще смог бы достойно сменить Люциуса на этом посту? Это было лишь вопросом времени, — пожал плечами Сириус. — Он оказался отличным администратором, возглавляя Департамент магического правопорядка. К тому же под его руководством было проведено несколько нашумевших операций. Отдел Тайн, Министерство Магии — Интересно, крайне интересно, — бормотал Август Руквуд, разглядывая мерцающий в защитном поле артефакт. — И вы говорите, это было найдено в подземельях Карфагена? — Именно там, — кивнул очень загорелый Рабастан Лестрейндж. — Под третьим уровнем древних катакомб. Судя по записям, которые мы расшифровали, этот кристалл использовался как накопитель магической энергии, — добавил Барти Крауч-младший, точно с таким же загаром на лице. Глава Отдела Тайн уважительно взглянул на своих давних приятелей. Когда-то Рабастан был просто младшим братом Рудольфуса Лестрейнджа, а Барти — забавным юнцом, но за последнее десятилетие они сделали себе имя как самые успешные магические археологи. Их экспедиции в самые отдаленные и опасные уголки мира неизменно приносили ценные находки и новые знания. — Надеюсь, что мои невыразимцы смогут разобраться в принципе его работы, — задумчиво произнес Руквуд. — Кстати, куда следующая экспедиция? — Амазонка, — широко улыбнулся Басти. — Есть информация о затерянном храме, где, возможно, сохранились артефакты доколумбовой эпохи. Руквуд покачал головой с легкой завистью. Он никогда не решился бы на такие авантюры. Все же он кабинетный ученый. Но, став начальником Отдела Тайн шесть лет назад, он иногда скучал по былым временам. — Загляните в поместье Мальсибера перед отъездом, — сказал он, провожая гостя. — Рей недавно вернулся из Франции с молодой женой. Вы будете смеяться, но она дальняя родственница Малфоев. И теперь он наконец согласился прийти на работу в Министерство. Говорит, что жена убедила его. Барти расхохотался: — Неужели наш вечный холостяк попался? Обязательно заглянем, нужно увидеть женщину, которая смогла укротить Рея! Архипово, родовое имение Долоховых, Магическая Русь Антон Долохов, сидя в своем кабинете, просматривал документы, подготовленные для завтрашнего заседания Магического Собора. За последние годы его влияние в Соборе значительно выросло, и многие пророчили ему место председателя после предстоящих выборов. Дверь тихо открылась, и на пороге появился Северус Снейп. Он был всё такой же высокий и худощавый, но с заметно смягчившимся выражением лица. — Антон, я закончил подготовку отчета о новом зелье, — сказал он, протягивая папку с документами. — Его уже одобрили в Гильдии. Долохов улыбнулся, принимая папку: — Прекрасная работа, Северус. Как всегда, впрочем. Анастасия знает? — Она первой узнала о результатах, — с теплой улыбкой ответил Снейп. — Кстати, близнецы только что уложены в кровати. Алёшка просил тебя зайти пожелать спокойной ночи, а Леночка сказала, что ты обещал им историю. Долохов отложил документы и поднялся: — И правда обещал. Историю о волшебных лесах и древних капищах. Путь Северуса и Анастасии друг к другу не был простым. Закрытость зельевара создавала немало препятствий, но со временем их взаимное уважение переросло в глубокое чувство. Теперь, спустя пять лет брака, у них подрастали близнецы. Маленький Алексей был назван в честь давно погибшего друга Долохова, а Елена получила имя в память о матери Северуса Эйлин. Пройдя по коридору, Антон тихо открыл дверь детской. Две черноволосые головки с одинаковыми личиками повернулись к нему. — Дядя Тоша! — воскликнул Алексей. — Ты помнишь про историю? — Конечно, помню, — улыбнулся волхв, присаживаясь на край кровати. — Сегодня я расскажу вам, как наши предки защищали родную землю с помощью древней магии... Ближе к вечеру, когда дети уже крепко спали, Антон, Северус и Анастасия собрались на веранде. Заходящее солнце окрашивало небо в багровые оттенки, и легкий ветерок приносил аромат цветущих яблонь из сада. — Лили нам написала, — сказала Анастасия, наливая мужчинам и себе по бокалу вина. — Гарри получил письмо из Хогвартса. — Ожидаемо, — заметил Северус. — Интересно, на какой факультет он попадет? — Ставлю на Гриффиндор, — усмехнулся Антон. — Яблоко от яблони, как говорится... — Не всегда, — задумчиво произнес Снейп. — Иногда дети находят свой собственный путь. Они помолчали, наслаждаясь тишиной и покоем летнего вечера. — Кстати, — вспомнил Антон, — было еще письмо от Рудольфуса. Пишет, что первый год на посту министра выдался сложнее, чем он ожидал, но уже есть успехи. И он очень благодарен Люциусу за поддержку и советы. — Малфой всегда умел делать правильные ходы, — кивнул Северус. — Проработав министром пять лет и добившись основных реформ, он ушел, оставив после себя подготовленного преемника. Теперь он может вести свои дела и влиять на политику, не обременяя себя ежедневной рутиной. Анастасия задумчиво покрутила бокал в руке: — Хорошо, когда всё у всех хорошо. Где-то на южном побережье Гренландии Седой старик сидел на скамье перед маленьким домиком и смотрел на беспокойное холодное море. За его спиной располагалась живописная деревушка, где местные маги и простые рыбаки жили в удивительной гармонии. Дверь домика скрипнула, и на пороге появился невысокий коренастый волшебник: — Ты идёшь, Аль? Совет деревни скоро начнется, а ты обещал рассказать о новой системе защиты от зимних штормов. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, теперь известный здесь просто как мастер Аль, поднялся и кивнул: — Уже иду, Инук. Шагая по деревенской улице, он размышлял о странных поворотах судьбы. Десять лет назад он потерял почти всё: власть, репутацию, половину своей магии и право вернуться на родину. Но он неожиданно прижился здесь, в этом суровом краю. Пять лет он просто помогал людям без великих интриг и сложных гамбитов. А когда он получил возможность покинуть Гренландию, то не захотел отсюда уезжать. А куда? В Британию он вернуться не мог. А где еще и кому он был нужен? Иногда, глядя на местных детей, он думал о том мальчике, Гарри Поттере, чьей судьбой он был готов так свободно распорядиться. О том, что стало бы с миром, если бы его, Дамблдора, планы воплотились? Пожалуй, он никогда не узнает ответа на этот вопрос. И, возможно, так даже лучше. Малфой-мэнор, малая гостиная — Итак, — подытожил Люциус Малфой, откидываясь в кресле, — Руквуд подтверждает, что в документах нет ничего подозрительного. Рудольфус провел закон через Визенгамот. Мальсибер наконец согласился присоединиться к нам, а значит, у нас будет на одну умную голову больше. Я бы сказал, отличный результат. Нарцисса, сидящая в кресле напротив, элегантно кивнула: — И Драко получил письмо из Хогвартса. Всё идет своим чередом. — Да, — Люциус на мгновение задумался. — Знаешь, иногда я думаю о том разговоре с Долоховым после пресс-конференции. Тогда многое казалось таким неопределенным... — А теперь? — Теперь я уверен, что мы выбрали правильный путь, — твердо ответил Малфой. — Не могу сказать, что мы построили идеальный мир, но он определенно стал лучше. И, что важнее всего, он принадлежит нам и нашим детям, а не таким манипуляторам, как Дамблдор, или безумцам, как Темный Лорд. Нарцисса подошла к мужу и легко коснулась его плеча: — Драко спрашивал, нельзя ли на следующие каникулы отправиться в Россию, погостить у Долоховых. Он очень хочет увидеть те места, о которых столько слышал от Руди и Басти.

***

Новое поколение юных волшебников уже получило свои письма из Хогвартса. Скоро Гарри, Невилл, Драко и все одиннадцатилетние волшебники Магической Британии сядут в Хогвартс-экспресс, который отвезёт их в школу. И никто из них даже не догадывался, что их мирная, счастливая жизнь была выстрадана, заслужена и построена их родителями, желающими, чтобы их дети могли жить в лучшем мире.