Линия фронта (Рон/Драко)

— Если ты закроешь глаза, Уизли, то всё будет хорошо, — шепчет Драко Рону в ухо, чуть сильнее сжимает его запястье. — На самом деле мы на пятом курсе, лежим у развалин и смотрим на васильки.       Рон знает, что это не так, но всё равно верит и послушно опускает веки. Они недалеко от Хогсмида, лежат в траве и смотрят на солнце. Тёплые лучи ласкают кожу, скользят по волосам и лицу, по небу плывут пухлые кучерявые облака. До Войны ещё два долгих года. — Через полчаса мы пойдём обратно в Хогвартс на ужин, потом ты стащишь у Поттера мантию-невидимку и придёшь на Астрономическую башню. Там будут только звёзды, миллионы звёзд и мы, — голос у Драко прерывается, он хрипло кашляет и шумно сглатывает слюну. — Мы, мы, мы. — Ты всё ещё пахнешь пастилой из «Сладкого королевства», — Рон улыбается, но посмотреть на бледное лицо не решается; боится, что заплачет.       Война идёт уже три года. Хогвартс давно разрушен, тело Гарри похоронено под его обломками вместе с половиной студентов и членами Ордена Феникса. От «Норы» остался лишь пепел, родители печально смотрят с единственной семейной колдографии.       Он не верит в скорое окончание. С каждой секундой Волдеморт становится лишь сильнее, количество его последователей растёт, Пожиратели Смерти экспериментируют с магическим ядром в подземных лабораториях, глубже изучают тёмную магию.       Иногда Рон надеется, что очередное пробуждение вернёт его обратно — в мир до Войны, в мир, где они с Драко скрывают свои отношения, где прячутся по углам, но не боятся, что кто-то из них умрёт. — Когда-нибудь всё закончится, да? — тёплое дыхание задевает нос, пальцы, покрытые ожогами от зелий, пытаются убрать слёзы. — Когда-нибудь, — соглашается Рон и всё же распахивает глаза.       Драко сидит вплотную к нему, вместо травы под ногами сухая земля, на многие мили впереди нет ничего, кроме одиноких пней, ранее бывших лесом. Остатки Ордена Феникса базируются в домике Кингсли Шеклболта, хотя сам он давно уже мёртв. Вдалеке полыхает закат, на небе расцветают первые звёзды, в вечернем воздухе пахнет весной. — Уизел, будь осторожен на операции, ладно? — Драко косится на палочку в кобуре, облизывает вечно сухие губы. — Просто вернись ко мне, что бы ни произошло. — Ладно, ты тоже будь осторожен, — Рон кивает и осторожно целует шрам, пересекающий бледную щёку.       Завтра пройдёт операция, к которой они готовились несколько месяцев. Или Орден, или Пожиратели — другого не дано: на карту поставлено слишком многое.       Последний поцелуй на исходе последнего дня знаменует кончину, завтра никто не вернётся домой.