Глава 6

                    Комната была тиха. Даже слишком.              Модифицированные души сидели сжатыми клубками и впервые молчали. Рукия вцепилась пальцами в ткань платья ведь она была в гигае, опустив взгляд. Чад смотрел в пол, руки сложены на коленях. Иноуэ держала ладони у лица, будто пыталась спрятаться. Урю снял очки и протирал их, в который раз, хотя стекла были идеально чистыми.              Ичиго сидел на краю стола, локти упёрты в колени, лицо закрыто руками. Его реацу колыхалось, будто пламя, которое никак не может загореться. То, что сказал Айзен было шокирующим, что он лишь лабораторный эксперимент сумасшедшего, и то что за силу придётся заплатить Адом. Причем практически для всех. Никто уже не обращал внимание на книгу по Кидо написанную Айзеном, а ведь тот так старался её выводя. Демонстрируя просто великолепное владение каллиграфией.              Только Рейнджи нарушил тишину, глухо       :       — Это ложь. Айзен мастер лжи. Это… это просто ещё одна его игра.              Ичиго вскинул голову, глаза красные от напряжения:              — Тогда иди спроси у Генрюсая. Хочешь проверить? Встретимся в Гнезде Личинок, Рейнджи.              — Чего ты несёшь, дубина? — раздражённо бросил Абарай.              — Да, Айзен — сволочь, да, он умеет манипулировать. Но ты правда веришь, что он сказал это просто ради смеха? Скорее всего то что он сказал правда, все что он сказал правда. И это значит что из-за меня…              Рукия, сжав губы, тихо прошептала:              — Брат… мой брат не может попасть в Ад. Это… это невозможно. У мира просто нет механизма переварить его реацу. Кто-то когда-то решил: «Всех сильных — в Ад». Но это не может быть правдой… не может…              — Может, — резко перебил Урю. — Именно так всё и устроено. Удобно, да? Всех, кто слишком силён — сплавить вниз. И проблема решена. Разве не в этом мифический баланс?              Ичиго подняла голову, голос дрожал:              — Но… но ведь Иноуэ и Чад… они не такие сильные, правда? Иноуэ… Чад… Рукия-чан… может, их это не касается?              Рейнджи сжал кулаки:              — Дубина! Это не так работает! Они уровня лейтенанта и капитана, теперь у них другой класс рейреку, и даже если бы им проткнуть Сокецу и Хокусуй может быть силы у них и не будет но изменения класса рейреку уже да. Именно об этом говорил Айзен, если ты правильно все рассказал, и это конец… Это… Кто еще мог знать?              - Киске точно знал он слишком умен, Генрюсай точно знает. А дальше без понятия. – Указал вспыливший Ичиго. – Наверное еще разную чушь пропагандируют – становитесь капитанами это честь и почет.              - Почему ты так спокоен? Ведь ты отправишься в Ад? – Спросила Иноуэ.              - Мне плевать, я хотел силы чтобы спасти Рукию, я хотел силы ради конкретной цели. Чтобы защищать своих близких… Но из-за моей гордости и высокомерия пострадали, и вы…. Я… Простите…              Снова тишина. Давящая, тяжёлая, как свинец. Каждый сидел в своём уголке отчаяния.              Ичиго чувствовал, что его внутренний мир пуст. Старик Зангецу молчал, словно утонул в сером тумане. Впервые в жизни Ичиго не находил даже искры решимости.              И тут — стук в дверь.              Тихий, вежливый.              Все обернулись. Никто не решался встать.              Стук повторился.              — Простите за беспокойство, господа и дамы, — раздался голос за дверью. Мужской, спокойный, с мягким немецким акцентом. — Но я услышал в вас такое отчаяние, что грех было пройти мимо.              Йошина что не участвовала в разговоре, и вообще присутствовала постольку поскольку, и просто мотала на ус, конечно её силу нельзя сравнить с капитанской, но почему-то она резко передумала умирать. Учитывая, что в Ад отправляют практически просто так, какой шанс что туда может попасть такое существо как она?              Она открыла дверь на базу Ичиго, и там стоял мужчина тридцати лет, с легкой щетиной, вьющимися волосами, и улыбкой на лице. Йошина как достаточно старое существо, поняла, что весь гардероб мужчины подобран так чтобы не вызывать вопросов в современности, но все же с акцентами практически столетней давности. И еще кашемировой шарф.              - Вам помочь?              - Скажите мальчику чтобы не погружал весь район в депрессию с помощью своей реацу, фройлян. – Вежливо ответил мужчина демонстрируя навыки определения реацу. – Иноуэ Орихиме тут находится, я бы хотел с ней переговорить.              - И кто ты? – Йошина была насторожена, детишки и так были в плохом расположении духа, а тут еще какой-то непонятный тип. Они конечно были сильными, но уже один мудак вывели их себя одними словами, второго мудака за день им явно ненужно.              Очень точно и сфокусировано на её плечи опустилась реацу, реацу которая характерна для квинси. Но эта реацу не хотела её подавить, скорее это похоже было на поглаживание по плечам. Мужчина не изменил легкой улыбки на лице.              Йошина пропустила его, и мужчина встретился со всей командой, когда она сидела в дерьмовом расположении духа.              - Фройляйн, фройляйн, фройлянь, фройлянь. – Он по очереди отметил и приветствовал всех женщин в комнате. Иноуэ, Рукию, Йошину и Риррин. Хотя, как квинси отметил что она модифицированная душа. Но вежливость была на первом месте. – Должен извинится за то, что прервал ваше времяпровождение и не согласовал свое прибытие, изначально я хотел встретиться с фройлянь Иноуэ Орихиме, о чем проинформировал её в письме. Но видимо вы еще за сегодня не разобрали свою почту. Потом все эти неприятности с пустыми, из-за чего я был вынужден подслушать ваш разговор с тем… духовным существом. Позвольте принести извинение, просто у меня довольно хороший духовный слух.              - Кто ты? – Напряженно спросил Ичиго. Рейнджи тоже был готов выйти из гигая чтобы начать атаку, Рукия готовила заклинание. Урю же удивленно смотрел на еще одного квинси, который не был бы Ичиго или Рюкеном (или Карен с Юзу).              - О, позвольте представится я Йоганн из Лихтенвальда, но я уже давно Йоганн Вайсманн. Не беспокойтесь по поводу моего присутствия и моих планов, я прибыл в Японию исходя из своей практики как практикующего врача. Дело в том, что фройляйн Орихиме исцелила одного смертельно больного в Токио. Это была довольно редкая болезнь, и местные врачи приписали всю заслугу себе. Я же поверил в эту инсинуацию и приехал учиться, но когда они рассказали свою методику лечения, я понял, что они выдают желаемое за действительное, так же я почувствовал чужеродное реацу рядом с больным. Расширив свои возможности я отправился по следу и обнаружил фройляйн Иноуэ Орихиме. Поняв, что мое любопытство может быть воспринято крайне негативно, я отправился в гостиницу и написал официальное письмо как повод для встречи. Но произошло это вторжение Пустых, так что мне пришлось открыться вам в такой неловкой обстановке.              Йоганн говорил по-японски в довольно старом и архаичном стиле, использовал некоторые немецкие слова, и в целом вел себя как человек что ошибся эпохой. Только Йошина могла определить, что перед ней демонстрируются манеры джентльмена века так 18го.              Потом все посмотрели на Иноуэ.              - Да, я летала в Токио лечила там больных в местной больнице.              - Я прибыл сюда чтобы учиться, могли вы мне показать свои техники, фройляйн? – Спросил Йоганн.              - Он говорит прям как мой брат, он что аристократ? Вроде бы аристократов в Мире Живых давно нет.              - Ты квинси, я думал, что квинси больше не осталось. – Сказала Исида Урю. – Что синигами всех истребили.              - Герр Исида, это называется ловушкой восприятия. Что бы сказать: «В Китае нет золота», нужно знать буквальный атомарный состав каждого камня и каждой пыли в Китае. Что бы сказать: «В Китае есть золото», достаточно увидеть его на ком угодно. И как 15 летний подросток может протестировать на фактор-квинси 6 миллиардов людей? Я есть, но в целом я стараюсь не быть активным квинси, не истреблять пустых, все же рядом со мной не было синигами чтобы их очищать. Максимум что я могу это лишь их отгонять, раз за разом простреливая их конечности, использовать гинтов для их сдерживания, использовать Ретсонгай для сдерживания пустых. Но ничего фатального, я врач, а не убийца невинных душ которым не повезло.              - Ты владеешь Ретсонгаем? – Спросил Урю, это редкая техника, и очень мало кто ей владел.              - Я его изобрел.              - Ему уже сотни лет. – Сказал Урю.              - Что это так неочевидно? Любовь к старомодным вещам, несовременный японский так как он уже считает, что его знает и не утруждает себя учить что-то столь мимилетное как слэнг. Этот человек бессмертен так же как и я. Или же очень долгоживущий. – Сказала Йошина.              - Да, вы ведь связанная? Давно я не видел вас. Судя по некоторым лексическим комбинациям, акценту могу предположить, что вы из Флоренции, примерно 14й век.              - 15й. – Уточнила Йошина.              - Ах, хорошее было время.              - Да не особенно.              - Стоп-стоп, ты бессмертный квинси? Квинси же это люди! Они не могут бессмертными, даже синигами не бессмертные. – Возмутилась Рукия.              - Вряд ли вам известен ритуал Квинси Зарайзен, ритуал, который предполагает выход из концепции перерождения. Например, мое тело отныне гигай, я могу выйти из него стать душой и сражаться как квинси, но в обмен на это я навечно вне цикла перерождения. Я даже не знаю, что со мной будет, когда у умру. – Пояснил Йоганн Вайсманн, внимательно смотря на Рукию, потом все же спросил. – Простите фройлян, мы никогда не встречались с вами? Ваше лицо мне знакомо.              - Вряд ли я выросла в Сообществе Душ.              - А родственницы у вас не было? Сестры?              - У меня была сестра Хисана, но я узнала об этом только недавно. – Рукия не понимала почему стала это говорить незнакомому мужчине, да еще квинси.              - Тогда действительно мы встречались. Сотню лет назад.              - Когда?              - В день смерти вас и вашей сестры, к несчастью я не смог вас спасти. За что прошу прощение.              Ичиго, Урю, Чад и Орихиме моргунли. Даже Рейнджи удивленно на это смотрел. Была концепция что можно найти кого-то из прошлой жизни, Чад нашел Ючио мальчика которого пустой запихнул в попугая. Но вот такая встреча.              - Вы были младенцем, я честно сомневаюсь, что Хисана была вашей сестрой, возможно матерью. Ей тогда было лет 14-15, я не спрашивал о статусе её и вас, просто лечил. Но до изобретения антибиотиков было некоторое время… Примерно 50 лет.              - Так насколько ты стар? – Спросил Ичиго.              - Если бы не дневник, наверное, бы забыл, но я веду дневник, с тех пор как позволил себе купить пергамент. Я родился 26 апреля 801го года. В деревне Лихтенвальд, так что можно говорить, что мне 1200 лет.              Эта фраза упала на благодатную почву, Йоганн был старше большинство капитанов Готей 13. Только два капитана по-настоящему могли составлять ему конкуренцию в плане возраста. Однако не было такого страха как от Ямамото Генрюсая, скорее он был спокойным и улыбчивым человеком, который ничем не демонстрировал свою колоссальную мощь.              - Вам рассказали некоторую правду о этом мире. Скажу так… Я тоже был шокирован, когда узнал, что мои стрелы убивают пустых. Ведь не трудно догадаться – меня готовили как воина. Воина для нашего Короля. Что бы я вечно был его слугой, и в 30 провели ритуал, что бы навечно даровать мне силу на моем пике. Но позже я встретил одного из синигами, который объяснил ошибочность моего пути. Помню я сидел так же как и вы, размышляя над тем куда катиться моя жизнь. И что вся моя жизнь была бессмысленной, меня готовили к миру… В котором мне не должно быть место.              Мягкий голос Йоганна проникал в их сердца.              - И что вы сделали?              - Сказал, что я отныне не буду убивать пустых, максимум сдерживать пока не подойдут синигами. Надо мной начали смеятся, и унижать. Тот, кто не вписывается в социум должен быть изгнан. Родители, братья и сестры отказались от меня. Пришлось в 32 года искать новую профессию, ведь уважаемым «экзорцистом» и воином я быть не мог. Благо были определенные накопления и определенные знания о том, как действуют травы, так я и стал врачом. Делом, которым занимаюсь без малого уже тысячу сто шестьдесят восемь лет.              - Но как это все нам поможет в том плане что я и мои друзья после смерти попадем в Ад потому что слишком сильны? – Спросил Куросаки.              - Герр Куросаки, я отнюдь не был рад осознав, как работает мир что из-за восторженности и преклонение перед Юха Бахом стал бессмертным и не принадлежу вообще никакому из миров. Однако важно, как вы к этому относитесь. Вы прибрели силу ради защиты, ради того, чтобы защищать всех, кто потребует этой защиты. Так же как и ваши друзья, цели ваши изменились? Вам расхотелось защищать других? Бросите ли вы нуждающуюся душу на съедение пустому?              - Нет. – Решительно ответил Ичиго.              Йоганн посмотрел на Чада, Орихиме, Урю, Рукию, и Рейнджи Абараи.              - Нет!! – Ответили они так же решительно.              - Значит ничего для вас не изменилось, вы только узнали финал. Смерть кого-то с силами капитана чрезвычайно редкое событие. Так что у вас будут столетия, если не тысячелетия жизни со способами как обойти любые ограничения этого мира.              - Вам удалось обойти ограничения вашего бессмертия? – Спросил Урю.              - Нет, зато я дожил до антибиотиков. – Указал Йоганн. – А еще узнал, что опиум, ртуть, кровопускание, пиявки, свинцовые пули, нефть плохие лекарства.              Он загибал пальцы, как будто читал лекцию студентам.              — Добавим сюда порошок из мумий, — он поднял бровь, — да-да, настоящих египетских мумий. Люди столетиями ели их как универсальное средство. Мухоморы, сушёные жабы, настойка на мышьяке. Табак считался профилактикой от чумы. А ещё применяли «собачий хлеб» — смесь сажи, паутины и хлебного мякиша. И, разумеется, уринотерапию. О, поверьте, даже короли клялись её целебными свойствами. Не забудем про горячие клизмы из вина и… — Йоганн сделал паузу, сдерживая улыбку, — табачного дыма.              — Вы шутите?! — Ичиго посмотрел на него с ужасом.              — Герр Куросаки, клянусь, это не шутка. Это была официальная медицина. Все мои дипломы по медицине доказывают это. Я всегда был прилежным учеником.              Йоганн чуть вздохнул, и в его голосе мелькнула тень грусти:              — А теперь подумайте, сколько людей я лечил всем этим за тысячу лет. И как часто я ошибался. Каждый новый век давал надежду и отнимал её снова. Важно еще то что объявлялись люди что не обладают моим опытом и переворачивали научный мир вверх дном. Джон Сноу как пример, талантливый и умный был парень, быть его учеником было честью. Моя долгая жизнь научила меня, что если есть проблема сейчас это не означает что она будет всегда. И учитывая ваш уровень реацу, а также рейреку внутри вас, проблема Ада для вас отдаленная перспектива тысяч лет. Проблема возможно будет решена за это время. Ведь и я прибыл в Японию ожидая что была решена проблема над которой я бился сотни лет. Её решила фройляйн Иноуэ, тоже решение. Имей я такие способности тоже их использовал.              - Вас это не задевает? – Урю поправил очки, именно его отец Рюкен посоветовал Иноуэ использовать свои силы именно так.              - Нисколько. Важно только здоровье пациента, вместе с этим будь я высокомерным дураком, то как бы смог учится у людей в 20 раз младше меня? – Иронично заметил Йоганн. – Вместе с этим если фройляйн хочет продолжить лечить людей у меня есть огромная сеть связей по всей планете, чтобы находить для неё пациентов.              - Вы поможете? – Спросила Орихиме напряженно. – Почему? Какой у вас интерес?              — Здоровье пациентов, и только, — Йоганн чуть склонил голову. — Победы над болезнями — вот единственный мой интерес.              Он мягко улыбнулся, и в комнате на мгновение стало чуть легче дышать.              — А насчёт ваших духовных проблем… я могу быть консультантом. Видел достаточно отчаяния, фанатизма и сомнений за свой долгий век. Поверьте, юные герры и фройляйны, вы не уникальны в своей боли.              Ичиго нахмурился, но напряжение в его плечах чуть ослабло. Рейнджи тихо пробормотал:              — Что за странный тип…              Рукия задумчиво посмотрела на Йоганна:              — Консультантом… вы говорите так, словно вы уже были в подобных ситуациях.              — Ах, фройляйн Кучики, — Йоганн чуть развёл руками, — попробуйте прожить тысячу лет, и вы увидите, что даже самые ужасные проблемы могут раствориться в истории. Я верил, что чума — кара небес, потом — что это миазмы, а потом Джон Сноу доказал, что виновата вода. Сегодня вы думаете, что Ад — неизбежен. Завтра, быть может, кто-то из вас найдёт способ отменить саму его природу.              Он взглянул на Иноуэ:              — Ведь и вы уже сделали то, что казалось невозможным. Вместе с этим духовные проблемы всегда одни и те же, в целом кто-то пытается свернуть Сообщество Душ, потому что оно действительно ужасно, проблема в том, что альтернатива еще ужаснее.              Тут телефоны двух синигами зазвонили и те их достали.              - Связанные вторглись в Сообщество Душ!!! – Воскликнули Рукия и Рейнджи.              - Не беспокойтесь пророческого дара у меня нет, просто очень долго живу, и вся атака была похожа на отвлечение внимание. – Указал Йоганн Вайсманн.              

***

             - Мы должны помочь Обществу Душ! – Сказал Ичиго, когда осматривал огромное поместье откуда связанные отправились в путь. В подвале был какой-то специальный механизм, который позволяет преобразовывать киши в духовные частицы.              Йоганн внимательно осматривал это устройство, стоит понять, что прибыли и Сой Фон с Йоруичи та, как раз тогда были на расследовании, когда появились пустые, вместе с этим Джин Кария, использовал какое-то устройство и собрал несколько сотен человеческих душ, и поглотил их став сильнее. Как и все остальные связанные.              - В этом замешан Айзен. – Указал Ичиго. – Он связался со мной через Гарганту, и явно задерживал меня.              - Предатель! – Воскликнула Сой Фон.              - Почему этот ваш Айзен помогает Карии? – Спросила Йошина.              - Потому что связанные слишком слабы для тех сил, что есть тут. – Указал Йоганн, который читал какой-то журнал. – Они хотели использовать тебя, чтобы родить каких-то существ, чтобы те поглотили человеческие души, преобразовав в нектар и их можно поглотить. Видимо оставили, когда поняли, что это не нужно. Связанные в духовно богатой среде должны стать сильнее. Сейчас вас атакует 9 слабых капитанов. До этого они были на уровне 3го офицера, может быть лейтенанта. Сейчас, когда твоя команда Ичиго стала сильнее, то эти связанные были бы для тебя никакой проблемой. Айзен использовал последний шанс, нанести какой-то урон Сообществу Душ. Предполагаю, что они убьют 900-1000 синигами. Может парочку лейтенантов.              - Синигами не так слабы, чтобы погибнуть от каких-то связанных! – Выкрикнула Сой Фон.              Йоганн изящно поднял бровь.              - Связанные все же бессмертные воины, это же не 15 летние дети. Которым вы проиграли.              - Ах ты! – Сой Фон уже хотела бросится на Йоганна. Йоруичи же её остановила, она оценивала стоящего перед ней квинси, его манеры,              - Простите разве вы не капитан Омницукидо… Ой, вы главнокомандующий Омницукидо, вы фройляйн Сой Фон должны видеть мир таким каким он есть, а не таким как его кто-то хочет представить. Объективно говоря 3 капитана проиграли 15 летнем парням. Я бы на вашем месте начал беспокоится о том, что у вас теперь есть 9 капитанов в противостоянии.              - Вряд ли они имеют ранг капитана. – Указала Йоруичи. – Они получат усиление к силе, но связанные максимум боролись с обычными пустыми. На высших уровнях сражения идут по-другому.              - Верно. Я не разу не упомянул что хоть один из капитанов погибнет. Но ведь рядовые, пока еще капитан добежит до связанного тот убьет сотню обычных синигами. Как итог я предполагаю 1000 мертвых синигами, и 2-3 лейтенанта.              - В преддверии битвы с Айзеном мы не можем терять такие ресурсы. – Указала Йоруичи, и обратилась к Ичиго. – Ты поможешь нам?              Мальчик посмотрел на своих друзей, и все кивнули в том числе Йошино Сато.              - Да. – Потом он посмотрел на Йоганна, и не знал, что сказать, они были не особенно дружны, познакомились только сегодня, и вообще не мог говорить за взрослого мужчину. Даже буквально за 1200 летнего бессмертного.              - Я помогу, но я не буду убивать связанных. Я никого не убиваю.              - Пфф, нужна нам помощь такого квинси. – У Сой Фон был один конкретный минус – она не умела заткнуться когда нужно.              Взгляд Йоганна сформировался на капитане 2го отряда, Йоруичи несколько напряглась, обычно такие существа не любят, когда им перечат, или издеваются. Улыбка не покидала бессмертного, никто из подростков с развитым мозгом, ни модифицированные души ничего не увидели. Йоруичи заметила начало движение и готовилась реагировать. Но потом он резко вернулся – на нем было хаори капитана.              Сой Фон немного отступила и некоторое время не понимала, что происходит, потом заметила свое хаори на квинси, и залилась красным от гнева – Йоганн очень тонко продемонстрировал разницу в профильном навыке Второго Отряда и Омницукидо – сюнпо. Он двигался быстрее чем Сой Фон могла осознать, он снял с неё хаори, и вернулся обратно, так что никто ничего не увидел.              - Мне идет? – Спросил Йоганн.              Йоруичи подняла бровь, кажется есть кто-то кто может бросить вызов её титулу – Богиня скорости.              - Тебе оранжевая подкладка не идет.              - Понимаю.              Сой Фон всё ещё кипела от злости, сжимая кулаки.              — Как ты смеешь…              — Герр Куросаки, фройляйн Кучики, — Йоганн словно вообще не слышал её, — если ваши силы действительно сравнимы с тем, что я видел, тогда битва в Сообществе Душ будет не только проверкой вашей стойкости, но и вашей психики. Связанные — это отчаявшиеся души. Они бессмертны, но их разум искажён. Драться с ними — всё равно что драться с безумием.              Он мягко вернул хаори Сой Фон и слегка склонил голову. Да, что там вернул, он одел её в собственное хаори так что та даже не заметил этого. Настоящее мастерство в Херенькяку, хотя на самом деле это лишь японское название техники. У него было много названий в течении истории.              — Простите, фройляйн. Иногда, чтобы быть услышанным, приходится говорить громче привычного.              Йоруичи тихо хмыкнула, прищурившись:              — Давненько я не видела такого… Даже мне пришлось всматриваться, чтобы понять, что ты сделал.              — Ах, фройляйн Шихоин, — Йоганн развёл руками, будто извиняясь, — для вас это был бы пустяк. Я же всего лишь старик, который слишком много раз пользовался одной и той же техникой.              Ичиго наконец нашёл в себе силы заговорить:              — Если ты не будешь убивать… тогда зачем идёшь с нами?              Йоганн посмотрел на него серьёзно, без улыбки.              — Потому что я умею лечить. Потому что я видел, как войны пожирали целые поколения. Потому что даже в аду, который вы описывали, всегда есть место для врача. А еще потому что я смогу сдержать связанного, все же я этим занимался тысячелетиями. Сдерживал пустых.              Урю поправил очки, не сводя с него взгляда:              — Ты говорил, что был предателем среди квинси. И всё равно хочешь помогать нам?              Йоганн кивнул.              — Быть предателем ради жизни куда почётнее, чем быть героем ради смерти. Кроме того, вы просто нуждающиеся в помощи люди, я не отказываю людям в помощи, никогда не отказываю. Вместе с этим лишь те квинси посчитали меня предателем, кем считать меня вы должны решить сами.              Повисла тишина. Даже Сой Фон впервые не нашла слов.              Йоруичи обвела взглядом всех.              — Решено. Мы идём в Сообщество Душ. И если этот квинси действительно врач, — она усмехнулась, — хуже нам от него не будет.              Ичиго крепко сжал кулак.              — Тогда всё ясно. Мы идём спасать тех, кого ещё можно спасти.              - Кстати, как вы так быстро перемещаетесь? С помощью Херенькяку. – Спросил Урю.              — Ах, вы называете это «Хирэнкьяку»? Забавно. В мои времена мы говорили Schleierschritt. Дело в том, что Schleierschritt это чистое ментальное усилие. У синигами все не так, их скоростное перемещение базируется на мощи их души и техники. То есть из-за мощи своей души тот же герр Куросаки очень быстро бегает. Он даже бегает быстрее чем 5-4-й офицер Омницукидо, который использует технику.              - В целом верно. – Согласилась Йоруичи. – Тот же Зараки довольно быстрый, но страдает топографическим кретинизмом.              - Но потом в дело вступает техника, она добавляет скорости. – Пояснял Йоганн Вайсманн. – У техники и мощи души есть естественный предел переступить который практически невозможно. Для квинси это не проблема, скорость лишь ментальное усилие. Но редко кто живет так долго, чтобы иметь мою скорость. Некоторые называются Schleierschritt более изящным навыком чем сюнпо, но это споры детей. Тот, кто вложил в это свое время, усилие, пот и кровь достойны уважения. И не важно какая это техника и раса.              - Действительно. – Согласилась Йоруичи, и они оба посмотрели друг на друга с определенным уважением ведь они и были этими существами – что развивали каждый свое направление.              - Кстати герр Куросаки, не хотите забрать себе это поместье?              - Но оно же принадлежит Карии?              - Вряд ли после всего оно ему понадобится. – Указала Йоганн.              - Но оно же его.              - А у вас модифицированная душа что может менять внешность. Остается только получить доступ к его счетам, но у вас есть его жена.              Йошина указала на то что не знает о счетах Карии.              - Ничего можете потом восстановить.              - А разве это не мошенничество? – Спросил Чад.              - Если быть точным, то это кража личности, но я так понимаю у вас нет собственного дохода, а на продаже золота фройляйн Орихиме далеко не уйти. Кария ваш враг, так что логично взять трофеи. Правда для такого поместья вам понадобится дворецкий и раз в неделю вызывать клиринговую компанию.              - Что знаешь по себе? – Спросила Йоруичи.              - О у меня в штате Вашингтон близ Олимпийских гор есть свое поместье, если что могу вам всем провести экскурсию.              - А что вообще делает дворецкий? – Спросил Ичиго, на него посмотрела Сой Фон, Йоруичи и Йоганн. – Что? У меня никогда не было поместья на 10 тысяч квадратных метров.              Йоганн чуть рассмеялся, но мягко, без издёвки.              — Ах, герр Куросаки, тогда позвольте объяснить. Дворецкий — это вовсе не слуга, а управляющий. Он глава всего дома.              Он загибал пальцы, перечисляя:              — Он руководит кухней, садовниками, прислугой и охраной. Следит, чтобы счета были оплачены, поставки продуктов и вина приходили вовремя, коллекции и библиотеки не приходили в упадок. Даже принимает гостей, если хозяина нет.              — То есть это как заместитель директора? — уточнил Чад.              — Именно, герр Садо. — Йоганн кивнул. — Если у вас есть дворецкий, то вам не нужно думать, чем завтра кормить десяток людей на кухне или кто будет косить газон. Вы просто живёте.              — Хм… — Ичиго нахмурился. — Звучит как роскошь для ленивых.              — Ничуть, — вмешалась Йоруичи, — в таком доме без управляющего ты просто утонешь в заботах. Поверь, Куросаки, если завтра тебе в наследство достанется особняк на десять тысяч квадратных метров — ты через неделю сбежишь обратно в свою квартиру.              — А если дворецкий окажется предателем? — вставила Сой Фон с подозрением.              Йоганн развёл руками.              — Тогда у вас очень большие неприятности. Но, фройляйн, дворецкий обычно служит семье десятилетиями. В моём поместье за двести лет сменилось всего четверо. Для них это честь и профессия, а не прихоть.              — Ого, — протянула Орихиме. — То есть это как старший ангел-хранитель для дома.              — Хм… любопытное сравнение, фройляйн Орихиме. — Йоганн улыбнулся. — Ангел-хранитель, который ещё и проверяет бухгалтерию.              Комната слегка оживилась: после тяжёлых разговоров это объяснение дало им передышку, а Ичиго выглядел так, будто впервые понял, что «жить в особняке» — это не приключение, а работа целого штата людей.              - А я думал дворецкий это тот кто отрывает дверь. - Честно ответил Ичиго.              - Это швейцар. – Одновременно ответили Йоганн, Йошина и Йоруичи, и слегка рассмеялись.              — А дворецкий? — нахмурился Ичиго.              — Дворецкий — это дирижёр, — пояснил Йоганн. — У него под началом обычно целый оркестр из людей.              — Например? — спросил Чад.              — Например, повара. В большом доме это минимум три: один занимается горячим, другой десертами, третий закупками и подготовкой. Дальше идут горничные — уборка, стирка, уход за постельным бельём. Садовники и люди по хозяйству: поддержка парка, теплиц, ремонт мелочей. Ещё шофёры, если есть гараж. И, разумеется, библиотекарь, если у хозяина привычка собирать книги.              — Так это целая армия! — удивилась Иноуэ.              — В каком-то смысле, — кивнул Йоганн. — Но все они подчиняются дворецкому. Его слово — закон в доме, если хозяина нет.              — Получается, он круче самого хозяина? — прищурилась Йошина.              — Если хозяин глуп — да, — спокойно ответил Йоганн. — Но если хозяин мудр, то они становятся одним целым. Дворецкий берёт на себя заботы, чтобы хозяин мог заниматься делами или… как вы, герр Куросаки, — спасать мир.              — У меня от одного списка забот голова кругом, — признался Ичиго. — Нет уж, лучше моя комната над клиникой.              — Вот именно поэтому, — подколола Йоруичи, — тебе и не положено дворецкого. Сначала научись хотя бы кровать застилать.              — Я застилаю! — возмутился Ичиго.              — Ты её коверкаешь, — хмыкнула Рукия.              - У меня идеальные 90 градусов!              Все слегка оживились от смеха, и напряжение последних часов хоть немного рассеялось.              — Ну я кое-что слышал, — нахмурился Ичиго. — В книжках дворецкие всегда такие… которые скрывают скелеты в шкафу семьи. Или… эээ… переходят границы дозволенного. Ну, знаешь, хозяйка и дворецкий.              Рукия фыркнула:              — Ты слишком много слушал романов вполуха.              — Это стандартный троп! — возмутился Ичиго.              — А я, — мечтательно протянула Иноуэ, — помню Альфреда у Бэтмена! Вот это идеальный дворецкий: и заботливый, и умный, и в случае чего может подзатыльник дать.              — Хм, Альфред… — Йоганн слегка усмехнулся. — Честно признаться, у вас в Японии очень странное представление о профессии.              - Альфред изобретение американцев. – Указал Чад, Йоганн отмахнулся.              Он чуть нахмурился и, впервые за разговор, его голос стал сухим:              — Но должен сказать: преданные дворецкие — самые трудные призраки.              Йоруичи приподняла бровь:              — А, да… никак не хотят со своего места уходить. Привязаны к дому, а потом становятся пустыми. И всё становится ещё хуже.              Йоганн кивнул, глядя куда-то в сторону, будто вспоминал.              — А ещё обязательно ненавидят своего сменщика. Мол, «он всё делает не так». Конфликт поколений в чистом виде. Я видел, как два призрака-дворецких грызлись за одну кухню. Представьте себе — сорок лет после смерти они спорили, как правильно подавать суп.              Ичиго с трудом сдержал смешок.              — Суп? Серьёзно?              — Герр Куросаки, — Йоганн вернулся к своей мягкой манере, — поверьте мне, мелочи куда сильнее удерживают людей на этом свете, чем великие страсти.              — Да уж, — протянул Чад. — Получается, быть дворецким — это ещё и опасная профессия.              — Хм, — задумалась Иноуэ. — То есть если я когда-нибудь заведу дворецкого, он точно станет привидением?              — Если вы будете относиться к нему с добротой, фройляйн, — Йоганн склонил голову, — он будет держаться за этот мир ещё крепче.              — Ужас какой, — Рукия скрестила руки. — В итоге пустые у нас получаются не только из-за отчаяния, но и из-за чрезмерного энтузиазма.              — Именно так, — сухо подтвердил Йоганн.              Йоганн на миг прикрыл глаза, словно вспоминая что-то далёкое.              — В Гамбурге, лет двести назад, я лечил старого дворецкого по имени Клаус. Он умер от воспаления лёгких, и все думали, что он наконец обретёт покой.              Он сделал короткую паузу и улыбнулся печально.              — Но он не ушёл. Через неделю его видели на кухне: он проверял, правильно ли накрыт стол. Через месяц — в саду, где он подгонял садовника.              - Там что все были духовно развитыми?              - Скорее он был духовно развитым и умел себя проявлять, но от этого легче никому не становилось.              — Так он стал пустым? — осторожно спросила Иноуэ.              — Не сразу, — покачал головой Йоганн. — Сначала он был просто привидением. Очень строгим привидением. Гонял горничных, делал замечания детям хозяев. Его боялись больше, чем самого господина. Но однажды новый дворецкий, молодой и горячий, сказал ему: «Теперь это мой дом». И в ту же ночь старый Клаус потерял человеческий облик. Его пустота была не в ненависти, а в ревности: он не мог простить, что дом живёт без него.              — Жутко, — пробормотал Чад.              — А чем всё кончилось? — спросила Рукия.              — Я позвал синигами, — спокойно ответил Йоганн. — Его отправили в Сообщество Душ. Но, честно говоря, я до сих пор не уверен… стало ли ему там легче.              Ичиго нахмурился.              — Так вот о чём ты говорил… преданные дворецкие — самые трудные призраки.              — Да, герр Куросаки, — вздохнул Йоганн. — Преданность иногда становится цепью, которая тяжелее любых грехов. Солдаты что отказывались даже после смерти уходить с места своих битв, призраки что продолжали сражение между собой даже когда умерли. Все это было. Все это я видел.              Йоруичи хмыкнула, но в её взгляде мелькнула тень уважения:              — Ты слишком много видел, квинси. Даже для своих лет.              — Слишком, — мягко подтвердил Йоганн. — Потому и стараюсь рассказывать молодым. Пусть они хотя бы учатся на моих ошибках, если уж я сам был обречён повторять их веками.              Ичиго нахмурился, опустив взгляд:              — Страшно подумать, что было бы, будь история Ромео и Джульетты правдой…              — Она и была правдой, — спокойно заметил Йоганн. — Шекспир писал на основе некоторых реальных событий. Только, разумеется, это не было так поэтично.              Йошина вскинула бровь:              — Подождите… это ведь та история, где они через неделю после смерти друг друга терпеть не могли?              — Да, она, — кивнул Йоганн. — Типичная подростковая любовь с кучей проблем.              Ичиго резко поднял голову:              — Стоп. Ты что… знал Шекспира?              — Да, — с улыбкой подтвердил Йоганн. — Упрямый был человек. Не захотел добавить в пьесу настоящий финал. В реальности Ромео и Джульетта переругались уже в форме призраков. Пришёл синигами и отправил их в Сообщество Душ.              Он развёл руками, как будто подытоживал.              — Шекспир сказал, что это слишком депрессивно.              Йоганн качнул головой, и в его голосе впервые прорезалась жёсткая ирония:              — Сказал человек, который написал роман с тринадцатилетней девочкой, убил в пьесе всех кого только можно и оставил Италию в руинах. Но да, конечно, мой вариант был слишком депрессивным.              Иноуэ прыснула со смеху, прикрыв рот рукой.              — Так значит, Шекспир ещё и цензором себе был…              — Самым безжалостным, — усмехнулся Йоганн.              Йоруичи фыркнула:              — Неудивительно, что ты выглядишь таким раздражённым, когда вспоминаешь «великих людей». Жить рядом с ними куда тяжелее, чем читать о них.              — Именно, фройляйн, — вздохнул Йоганн. — Великие люди куда чаще велики только в книгах. В жизни же они такие же дети, как мы все. Просто с громким пером.              - А вы с многими знаменитыми людьми контактировали? – Спросила Иноуэ.              - В целом да, врач только в последние 150 лет стал массовой профессией, а до этого была глубоко научной и специфической. 90-95% всего населения Европы были крестьянами, а знаменитые люди принадлежали к высшему классу, или обслуге высшего класса. Так что легко было если постоянно путешествуя наткнутся на какую-то знаменитость. Даже удивительно что мы не сталкивались с фройляйн Йошино.              - Я не люблю компании.              - А я наоборот люблю.              - И никто никогда не замечал, как вы не стареете? Друзья и любимые? – Спросила Йошина.              - Моя жена умерла 20 лет назад. Мы поженились в 45м, смерть сильно ранила… Но я благодарен Судьбе за то время что было у нас. – Йоганн указал этот момент и всем стало неловко, в том числе и Йошино. – Это каждый раз больно. Очень больно, но важно, как мы провели это время. Как мы были едины в своих действиях и мыслях. Меня любили, и я любил, это определяет, что я жил. Хотя я кое-чему благодарен в своей ситуации бессмертия.              Иноуэ тихо спросила:              — А чему же можно быть благодарным… если это вечность без конца?              Йоганн на миг прикрыл глаза, словно собирая слова.              — Тому, что я не могу иметь детей.              В комнате повисла тишина. Рукия нахмурилась, Чад нахмурил брови, даже Ичиго на миг потерял привычное упрямство. Только Йоруичи, привыкшая к иным масштабам времени, сразу уловила суть.              — Ты имеешь в виду… — начала она, но он сам кивнул.              — Да. Я видел, как мир меняется. Видел, как мои близкие стареют, а я остаюсь. Каждый раз я хороню их, каждый раз учусь заново жить. И пусть это тяжело… — он слегка улыбнулся, но улыбка была усталой, — всё же я благодарен, что не оставлю после себя детей, чтобы увидеть все тоже самое произошедшее и с ними. Мне это кажется очень неприятным. Хоть у квинси хороший иммунитет… Однако без развитой медицины мы подвержены тем же проблемам что и другие – высокая детская смертность. Боюсь я бы стал слишком черствым человеком постоянно хороня своих детей.              Впрочем, Йоганн не хотел заканчивать на печальной ноте, и просто улыбнулся демонстрируя что это его не так сильно волнует, но любой мог понять – еще как волнует.              Проблема, с которой подростки еще не столкнулись, хоть они и обладали огромной силой, даже Йоруичи и Сой Фон не понимали какую боль нес в себе бессмертный.              

***

             Кукаку Шиба, обнаружила что к ней опять с просьбой пришла Йоруичи Шихоин, только в этот раз она привела помимо стандартной компании, что была в прошлый раз, еще три модифицированные души, а еще мужчина… Развитое чувство которой, чувствовала огромную мощь, стоящую за этим мужчиной. Он не пытался подавлять никого, а был довольно улыбчивым. Сами навыки духовного сканирование давало понять Кукаку что тот неприлично силен, и что он квинси. Урю Исида не стоял даже рядом по сравнению с силой этого существа. Еще была женщина, которая ощущалась на уровне лейтенанта или же третьего офицера.              - Это Кукаку Шиба. – Представила этого мужчину Иноуэ. – А это Йоганн Вайсманн.              - Интересно, рад что кто-то может забывать кровь, стоящую между квинси и синигами. – Указал Йоганн.              - О чем это вы? – Спросил Урю Исида.              - Два штернриттера во время вторжения Юха Баха в Сообщество Душ, получили приказ – убить всю семью Шиба. Фамилии этих квинси – Куросаки и Исида. Ваши предки.              Гандзю Шиба, удивленно посмотрел на своих товарищей удивленно, а Кукаку сощурилась. Кукаку всегда могла отличить тех, кто прикрывал слабость показной бравадой, от тех, кто действительно владел силой. В Сообществе Душ таких существ встречалось мало: капитаны старой закалки, отдельные из синигами-аристократов… и вот этот мужчина.              Йоганн Вайсманн. Квинси, который держался так, будто весь мир для него — долгий разговор за чашкой чая. Улыбчивый, вежливый, и до смешного неагрессивный на первый взгляд. Но стоило сосредоточиться на его реяцу — и Кукаку ощутила холодок вдоль позвоночника. Сила в нём была неяркой вспышкой, как у горячих голов вроде Ичиго, и не тёмной тяжестью, как у Айзена, а глубокой, вязкой рекой, которая текла уже больше тысячи лет.              Он выглядел как мужчина лет тридцати — высокий, подтянутый, с лёгкой щетиной и внимательными глазами, которые больше подходили профессору или врачу, чем воину. Одет он был… странно. Всё в его одежде казалось современным, но с лёгким налётом старомодности: кашемировый шарф, идеально сидящий костюм, карманные часы на цепочке, которые он время от времени проверял. Не показная роскошь, а вкус человека, для которого все моды — просто мимолётный ветер.              И ещё его манеры… не японские, не совсем европейские — слишком плавные, изысканные, будто он не из этой эпохи. Говорил с лёгким акцентом, но так уверенно, что даже самые архаичные обороты звучали естественно.              Кукаку прищурилась. Такие, как он, опаснее всех. С виду — джентльмен, врач, добродетель. А внутри — существо, пережившее больше войн, чем она могла вообразить. И если он решил улыбаться — значит, силы у него хватает, чтобы не давить ею на окружающих.              Ведь и тот же Главнокомандующий Ямамото всегда изображает из себя деда с постоянно сощуренными глазами так как будто он спал.              - У них не получилось… Раз госпожа Кукаку жива. – Поправил очки Урю, женщина помогла им, и не хотелось, чтобы между семьями были какие-то проблемы.              - Только дети. – Ответили Кукаку и Йоганн, их взгляды перекрестились.              - Это дерьмово, но зачем королю квинси посылать двух Штернриттеров за семьей Шиба? – Спросил Ичиго.              Йоганн поднял бровь.              - Потому что она одна из 5 благородных семей, ты забыл тебе Айзен это говорил.              - А-а-а…              - Больше нет. – Указала Кукаку.              - Что ж я должен быть вежливым и пожелать мир этому дому. К несчастью я не ожидал что мы отправимся в гости, поэтому не захватил гостинцы. Я отметил отсутствие у вас руки, к счастью среди нас есть человек что может отрицать реальность. Так что думаю вас фройляйнь Шиба, фройляйн Орихиме вылечит.              - Ой, точно, госпожа Кукаку я могу вернуть вам руку. – Указала Орихиме, которая тоже обратила внимание на то что у женщины что им помогает нет руки, а у неё есть способ лечить.              - Это отсутствие руки. – Указала на очевидное Кукаку. Обычно ничто не может вернуть руку, особенно если травма произошла давно.              - Для моей силы нет разницы.              - Если все так, то я отдам тебе Гандзю в рабы.              - Сестрица! – Заныл тот.              - Тебе же нужны рабы? Всем нужны рабы.              - Нет, спасибо мне рабы не нужны. – Указала Иноуэ.              - Могла бы перепродать на вторичном рынке.              Все посмотрели на Йоганна, он слегка закатил глаза.              - Шутка, я не участвовал в трансатлантической работорговле. Я вообще не участвовал ни в какой работорговле… Разве что когда со мной расплачивались рабами, я помогал квакерам переправлять их в штаты где нет рабства.              Учитывая определенный срок, это 150 лет, значит мужчина жил больше 150 лет. Именно это отметила глава клана Шиба.              - А Крестовые Походы? – Спросил Урю.              - Еще вспомни Детский Крестовый Поход. – Проворчал Йоганн, однако понял, что никто не понял отсылки, потому что дети были японцами и вряд ли изучали историю Европы настолько подробно. – Давайте не поднимать тему рабства.              - Хорошо, что теперь его нет. – Наивно отметила Орихиме, Кукаку и Йоганн фыркнули практически одновременно. – Есть?              — Официально — нет, — Йоганн чуть сжал губы, выделив слово. — Но на практике… детский труд, долговая кабала, женщины, которых продают как товар, мигранты, у которых отбирают документы, и даже целые фабрики, где люди работают по шестнадцать часов в день без выходных. Всё это — рабство, просто в другой обёртке.              Он говорил спокойно, как будто перечислял диагнозы.              — Восемьсот лет назад рабов клеймили раскалённым железом. Сегодня их прячут в бухгалтерии и зовут “незащищённые слои населения”. Суть не изменилась.              Команда замолчала. Ичиго, который обычно огрызался на всё, нахмурился.              — Ты… прямо так спокойно об этом говоришь, — пробормотал он.              — Я слишком долго это видел, чтобы кричать, — ответил Йоганн. — Лучше лечить, чем ругаться. Но… — он взглянул на Иноуэ, — ваша наивность, фройляйн, прекрасна. Не теряйте её. Она помогает лечить лучше, чем цинизм.              Кукаку щурилась, оценивая его, словно пыталась решить, кто перед ней: опасный циник или святой дурак. Но что-то подсказывало — он именно тот, кто прожил достаточно долго, чтобы быть и тем, и другим.              — Значит, ты ещё и историю застал, а не только книжки читал, — протянула она, щурясь.              — Фройляйн Шиба, — Йоганн чуть поклонился, — я не просто застал историю. Увы, иногда я в ней участвовал. К несчастью, чаще в роли врача, чем наблюдателя.              — Врача? — переспросил Гандзю, уставившись на него. — С такой-то реяцу? Ты же мог армии возглавлять!              — О, армии я тоже видел, — Йоганн развёл руками. — Но армиям всегда нужен кто-то, кто будет собирать то, что осталось после битвы. И это оказалось моим призванием куда больше, чем командование.              Кукаку прикусила губу. Она ждала от квинси надменности, как от Урю, или фанатизма, как от историй о Юха Бахе. Но этот человек говорил так, словно мир для него давно превратился в длинный список ошибок, которые он пытался исправлять веками. Плюс никакой гордости, или же символов принадлежности к квинси, максимум что она заметила это перстень на среднем пальце правой руки, и браслет с крестом квинси, что был очень развитым. В старых книгах Шибы указывалось что от развитости креста зависит сила. Точнее не так – это показатель силы. Крест изменяется и подстраивается под силу человека практически так же как зампакто синигами. Но разумеется он не является зампакто.              — Ты слишком вежлив, — резко бросила она. — Мне это не нравится. Вежливые обычно опаснее хамов.              Йоганн чуть усмехнулся и склонил голову:              — Верно, фройляйн. Но я всего лишь врач. А врачи редко бывают удобными собеседниками. Мы слишком часто говорим правду. Мне 1200 лет, так будет практичнее я не склонен чтобы вы гадали обо мне слишком долго. Сейчас нам нужно начать искать связанных, у нас есть 3 детектора. У вас есть карта местных селений фройляйн, мы разделимся и их просканируем.       - Да, она есть. Я её дам.              - Благодарю фройляйн Шиба. Иноуэ когда вылечишь руку владелице этого прекрасного дома, мне нужно будет с вами поговорить.              - Прекрасного? Я думал, что у тебя безупречный вкус, а это дом из фасада которого растут каменые руки, и натянут тент «Здесь живет Кукаку Шиба»! – Возмутился Ичиго.              Женщина стала покрываться доспехом реацу.              - У тебя какие-то претензии к моему дому???              - Нет, мэм! – Выкрикнул тут же Ичиго.              - Я толерантен. – Указывает Йоганн спасая жизнь Ичиго, или во всяком случае от травмирования. – Она это сделала со своим домом, а не с моим, так что все в порядке.              Кукаку фыркнула, но её реацу-«доспех» начал рассеивается.              — Ладно. С тобой, по крайней мере, приятно спорить, квинси.              Йоганн слегка улыбнулся и поправил шарф.              — Поверьте, фройляйн Шиба, после того, что я видел в семидесятых, ваш дом меня не удивит.              — Что там такого было в семидесятых? — не удержался Чад.              — Клёш, — серьёзно сказал Йоганн и чуть понизил голос. — Клёш. Я многое готов стерпеть, но если кто-то когда-нибудь предложит мне надеть их ещё раз — я выберу пустых.              Модифицированные души прыснули от смеха, а даже Ичиго прыснул сквозь зубы.              — А я думал, квинси все такие холодные, правильные и серьёзные, — заметил он.              — Мы разные, герр Куросаки, — Йоганн пожал плечами. — Некоторые идут за приказами. Некоторые — за модой. Я выбрал идти за здравым смыслом. И иногда это значит — никогда больше не надевать клёш.              Кукаку прищурилась, будто проверяя, не издевается ли над ней этот улыбчивый квинси.              — Ты серьёзно считаешь мой дом… прекрасным? — недоверчиво спросила она.              — Разумеется, — ответил Йоганн тоном врача, объявляющего диагноз. — Я видел дома, крытые соломой, где дым из очага заполнял комнату и заставлял всех кашлять. Видел дворцы, где воняло хуже, чем на бойне, потому что канализацию ещё не придумали. Видел особняки с такими ужасными колоннами, что архитектора хотелось воскресить и снова казнить.              Он сделал паузу и развёл руками.              — На фоне всего этого ваш фасад с каменными руками и тентом — это очень даже… уютно. У дома есть характер. А характер, фройляйн Шиба, куда важнее фасада.              Кукаку не удержалась и коротко усмехнулась, но тут же прикрыла улыбку ладонью.              — Уютно, значит? Никогда не думала, что услышу это от квинси.              — Я бессмертный, фройляйн, — мягко сказал Йоганн. — Со временем всё, что необычно, становится уютным.              — Даже клёш? — хмыкнул Ичиго.              Йоганн чуть прищурился, глядя поверх очков.              — …Кроме клёша.