36. Ν (νῦ) — XXXVI

«Красивые изящные вещи, дорогие чьему-то сердцу, одновременно источник страданий. Рождаются из горя и пепла». «Дорога» Кормак Маккарти

***

Уже ночью, по очереди сходив в душ, оба лежали в кровати на боку, лицом друг к другу. Молча. Они ни о чём не говорили, ничего не обсуждали. Впечатлений на целый день было достаточно. Обе их руки лежали полусогнутыми возле лиц, и в какой-то момент Илон начал поглаживать Тео своей рукой поверх его руки. Потом они просто взялись за руки. Потом уже рука Тео оказалась поверх руки Илона. Но Тео по-прежнему беспокоило, что Илон бросил работу почти на целый день, при этом не демонстрируя Тео абсолютно никакого беспокойства по этому поводу. Илон периодически проверял телефон, но больше никому не звонил: только отвечал текстом, снова поставив телефон на беззвучный режим. Тео чувствовал, что засыпает, но противился этому. Он хотел полностью насладиться этим моментом, когда Илон всё бросил ради него. Потому что такого больше никогда не будет. Он чувствовал вину за то, что Илон сейчас здесь, с ним, но в то же время это было очень приятно. Ощущение, что сейчас только он на первом месте у Илона, ему льстило. Илон, видя, что Тео засыпает, прошептал, чтобы не разрушать магию, которую он тоже чувствовал: — Спи. Тео ответил так же, шёпотом: — Я боюсь, что ты исчезнешь. Илон переместил свою руку поверх руки Тео: — Я буду здесь. Отдохни. И Тео, как ни противился, уснул через несколько минут. А Илон не мог спать. Ночник освещал лицо Тео, но тот спал крепко. Илон вспомнил, как Тео спал, сидя на полу у его кровати, пытаясь отогнать от Илона кошмары, чтобы тот смог поспать. Тео тогда пытался скрыть, как ему неловко, что он уснул со своей рукой поверх руки Илона. Теперь Илону казалось, будто они поменялись местами, хотя Тео и не снился кошмар, а Илон вообще не хотел спать. Он рассматривал лицо Тео и не мог отвести от него взгляд. С тех пор как Илон увидел абсолютно спокойное лицо Тео сегодня, после окончательного принятия своих чувств, он вообще не мог отвести от Тео взгляд. Он не понимал, что же изменилось в Тео. Что-то поменялось именно в его лице. Но что? Ничего не поменялось — и в то же время поменялось будто бы всё. Может быть, сам Илон поменялся? Всего лишь. Тео слегка дёрнулся, пребывая в первой стадии медленного сна, и Илону захотелось погладить его по волосам. Он еле сдержался: это могло бы разбудить Тео, хотя тот всегда спал крепко, в отличие от Илона. Он не знал, сколько времени рассматривал Тео. В какой-то момент Тео перевернулся на другой бок, к нему спиной, — Илон еле успел поспешно убрать руку от его руки. Илон ещё раз проверил телефон, отвечая на сообщения и листая Твиттер. Наконец он почувствовал лёгкую сонливость и думал попробовать подремать, но почему-то ему пришла в голову мысль укутать Тео одеялом посильнее. На данный момент оно укрывало их обоих по пояс. Илон придвинулся к Тео чуть ближе, уже опуская руку, чтобы просто подтянуть одеяло выше… как вдруг что-то случилось. Он уловил запах Тео. Такой же, как на его куртке. От волнения сердце Илона пропустило удар. Он придвинулся почти вплотную к Тео, вдыхая запах, и понял, что он исходит от шеи. Тео, наверное, нанёс духи именно туда после душа. Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться, но было уже поздно. Илон накрыл Тео одеялом, как и хотел, а сам приблизился так, чтобы его нос оказался на уровне шеи Тео. Он лежал с закрытыми глазами, просто вдыхая этот запах. Этого хватило, чтобы его сердце забилось как сумасшедшее, а внизу живота приятно стянуло — так же, как когда он понюхал куртку Тео, пробудившую в нём желание… сделать что-то странное под влиянием аромата этих ужасных духов. Илон вспомнил, как одно время ему почти каждую ночь снились пошлые сны с Тео — в том числе когда тот спал. Чего только Илон не вытворял с ним там. Но не будет же он на самом деле приставать к спящему. Так он себя убеждал… А через пару секунд аккуратно положил руку на талию Тео под одеялом. Тот не проснулся. Тогда Илон настолько близко, насколько мог, придвинулся носом к его шее — и чуть ли не заскулил от того, что запах там ощущался сильнее всего. Он тут же отстранился оттуда, поднимаясь носом чуть выше, но тут его ждала подстава. Тео побрызгал этим волосы. «Чёрт ... » Илон случайно чуть сильнее сжал Тео за талию, и тот пошевелился, ложась поудобнее, но не меняя своего положения. И не просыпаясь. Илон слегка погрузился носом в растрёпанные волосы Тео, стараясь так же несильно втянуть запах. Комбо было нереальным: волосы Тео, их запах, рука Илона на его талии — и они оба так близко. Оказывается, Илон очень по нему скучал. Он решился ещё немного полапать Тео таким образом, надеясь, что тот не проснётся и никогда об этом не узнает. Илон обнял его так, что его рука оказалась на груди Тео, а вторая лежала где-то над их головами, почти прямая. Это было неудобно, но деть её куда-то ещё так, чтобы Тео не проснулся, было невозможно. Сердце Илона чуть не выпрыгнуло из груди, когда он, со всё ещё закрытыми глазами, снова так легко, как мог, зарылся носом Тео в затылок. Дыхание сразу норовило сбиться. Он уже дышал быстро, но тихо, а сейчас он чуть сильнее втянул воздух, давя стон. Он продолжал лежать так, не предпринимая больше никаких действий. Но Тео немного двинулся, поворачиваясь назад, собираясь снова развернуться на спину или на другой бок — лицом к Илону. Сквозь сон, почувствовав, что его обнимают, он так и остановился на полпути, вжавшись в Илона вплотную. Илон снова рассматривал его спокойное и странно красивое лицо в тусклом свете ночника. А потом наклонился поцеловать его. Илон легко прикоснулся к его губам своими, сразу отстраняясь и снова смотря на него. «Почему ты такой красивый?» Илон снова легко поцеловал его в губы, и Тео начал что-то ощущать сквозь сон, немного хмурясь и шевелясь. Потом Илон снова так легко, как мог, вдохнул запах в районе его виска, едва касаясь его носом и вжимаясь в Тео сильнее, всем телом, тихо выдыхая. В этот момент Тео всё-таки проснулся и заторможенно промычал, ещё не открыв глаза, но чувствуя физическое давление и немного ускоренное дыхание рядом с ухом. Тео открыл глаза и увидел лицо Илона — да, кто бы ещё это мог быть — который отстранился от его виска и теперь смотрел на него с желанием в глазах. Илон тихо произнёс свои мысли вслух: — Почему ты такой красивый? Тео, ещё не до конца проснувшись, несильно потянулся всем телом, немного выгибаясь. Илон закрыл глаза, выдыхая: — Прости, я сейчас отстранюсь. Просто запах ... Я не удержался. Ты против? Тео, чувствуя, что Илон возбуждён и видя это ранее в его глазах, спросонья прохрипел: — Нет. Не отстраняйся. Тео посмотрел в лицо Илона, раз уж тот на него уставился, — и вынес вердикт тому, что видел: — Ты выглядишь ужасно. — Ты выглядишь мило. * Тео непонимающе смотрел на Илона. Он последний человек, которого можно было бы назвать милым — даже Илон иногда был в чём-то по-своему милее, чем Тео. Ему не нравилось такое сравнение. — Да что с тобой такое? Я же вроде бы не бил тебя по голове. — Я пошутил. Правда. Илон снова приник носом к его шее: в этот раз ниже и уже не со спины, а сбоку, почти в районе ключиц. Илон провёл носом вверх по всей шее, вдыхая запах, а потом шумно выдохнул. Тео сразу же возбудился от этого, тоже выдохнув, но тихо, чувствуя, как Илон сжимает его тело рукой. Тео спросил: — Ты вообще спал? — Нет. Тео обеспокоенно нахмурился, пока Илон целовал его шею. — Опять проблемы со сном? Илон слегка прикусил его за шею и тут же скривился, почувствовав горький привкус его дешёвых духов. Он отшутился: — Чувствую привкус нищеты. Но он всё равно не отстранился. Тео немного откинул голову назад, подставляясь, но не забывая свой вопрос: — Илон. Ответь мне. Илон нехотя оторвался от его шеи: — Они и не прекращались. Просто, когда появился ты, они ... взяли «паузу». А потом и я взял «паузу» от тебя. И ... стало совсем плохо. Тео продолжал хмуриться: — Я надеялся, что хотя бы сегодня ты сможешь поспать. Мне жаль, что не получается. — Зато я перебрал в голове несколько вариантов логотипов для нашего чат-бота. Мне нравится идея монограммы из буквы G. * Тео улыбнулся: — Если бессонница рождает у тебя прекрасные произведения — это прекрасная бессонница. * Илон молча рассматривал его лицо, и когда Тео смущённо отвёл взгляд — почему Илон снова так странно на него смотрит? — то спросил скорее риторически: — Как я мог оставить тебя? Ты замечательный. Тео фыркнул, так и не смотря на него: — Ты идиот. Илон на это усмехнулся и чмокнул его в щёку. В этот момент за окном вспыхнула особенно яркая вспышка света, и спустя несколько секунд они услышали раскат грома. Тео усмехнулся, вспоминая кое-что: — Вспомнил, как был на Сицилии на экскурсии в древнегреческом театре и попал в непогоду. Все туристы разбежались, а я остался стоять там. Я промок и замёрз, но продолжал смотреть в небо, стоя там совершенно один. Я забыл обо всём, даже о времени. Остался только я. Илон усмехнулся. И кто из них идиот? Илон знал о его любви к грозам и дождю, но чтобы настолько. — Высматривал Зевса? Или Нептуна? А может быть, Днепр? * Тео даже не пытался шутить, задумчиво переводя взгляд в окно, будто вспоминая тот момент, о котором он говорил. — Я хотел увидеть молнии. Услышать раскаты грома. Узнать эту стихию вживую. Посмотреть ей в лицо. Я видел их так близко… Тео продолжал смотреть в окно, видя в нём блики света от молний, будто снова желая оказаться в той ситуации. Илон, видя, что тот серьёзен, тоже больше не пытался шутить. — Ты не боялся, что в тебя ударит молния? Тео уверенно посмотрел на Илона: — Меня не пугает опасность. Как и тебя. У Илона мурашки пошли по коже от того, что Тео слово в слово повторил то, что сам Илон говорил своему другу, когда тот советовал ему перестать «играть». Тео продолжил свою мысль: — Если бы она испепелила меня в тот момент, я был бы счастлив. Я хотел, чтобы это произошло. Чтобы она что-то изменила во мне. Изменила самого меня. Чтобы я… почувствовал себя живым, как никогда. Тео добавил уже не так серьёзно, переключаясь на свою обычную манеру поведения: — Молния как пуля. Пуля многое меняет в голове, даже если попадает в задницу. * — И когда ты был в том месте? — Когда ты женился во второй раз. Илон замер, фоном слыша отдалённый раскат грома. Но ему казалось, что это что-то взорвалось в его сердце. Илон тогда даже понятия не имел о существовании Тео, а тот его уже знал. Знал ещё с тех пор, как Илон основал Zip2. И Тео всё это время его любил. Илону было плохо только последние несколько месяцев, причём из-за последствий своего же решения. А Тео было больно постоянно. Все эти годы Илон делал ему больно, даже не зная о его существовании. А уже узнав о его существовании и дав Тео надежду на то, что его чувства взаимны, Илон решил убить его уже намеренно. Пытаясь взять «паузу», хотя на самом деле не хотел этого делать. Илон убил его дважды. И Илона не покидало ощущение, что он сегодня от чего-то спас их обоих. А может быть, спас целый мир. Что если бы он не приехал сегодня к Тео и хитростью не заставил его признать, что тот всё ещё его любит, то их обоих испепелило бы дотла той самой молнией, которую Тео так ждал. И крошечная квартира Тео, в которой они сейчас спрятались от всего мира так, будто время для них двоих остановилось, не смогла бы их спасти. Буря смела бы их обоих. Огненный смерч снёс и испепелил бы всё дотла. Но стихия бушевала за окном и была им обоим совсем не страшна. Она больше ничем им не грозила, потому что Илон всё о них понял и принял. Он понял замысел и правда больше не собирается делать глупостей. Ещё и Тео улыбнулся ему, цитируя финальные строчки из стихотворения Роберта Фроста «A Line-storm Song», потому что они сейчас казались ему уместными: — Oh, come forth into the storm and rout And be my love in the rain. * Тео разоткровенничался перед Илоном, но теперь уже пытался отшучиваться, потому что он и так нагнал серьёзности: — Ты не первый, кто лежит рядом со мной на этой кровати, так что ты правда не такой уж особенный. Только вот я никогда не думал, что ты будешь швырять меня на неё с целью поколотить. Илон не знал, что сказать на всё это, но шутить после услышанного он точно не хотел. Поэтому он попытался прокомментировать это полушутливо-полунейтрально: — Наверное, она многое повидала. — Есть такое. Когда я учился в колледже, то приводил сюда девушек, одну за одной. Уже даже и не помню всех. Илон впечатлённо закивал головой: — И почему же ты перестал? Или ты не перестал? — Кэсс. Она быстро догадалась, что я таким образом пытаюсь убежать от чувств к кому-то другому. А когда поняла, к кому, то надавила на то, что уже весь факультет знает, что я бабник. И если я не возьму себя в руки, то она перестанет со мной общаться и я опущусь на самое дно, а оттуда никакой космос мне не светит. Не сразу, но я взялся за ум и выбрался из этого самообмана. Если бы не Кэсс, я не знаю, где бы я вообще был сейчас. Она спасла меня. И меньшее, что я могу сделать, — это выделить на неё свой отпуск. — Может, она была влюблена в тебя? — Нет, мы дружили. Я же говорю: она рептилоид, поэтому не купилась на мой шарм. А когда она узнала о том, как я использовал девушек, то я стал ей противен. Не думаю, что она хотела бы стать очередной моей подругой на одну ночь. Параллельно со мной у неё появился парень, но она находила время отчитывать меня в память о первых месяцах нашей дружбы. А потом, когда я в очередной раз рассказывал про SpaceX и шкалу Кардашёва, она просто спросила о тебе, и я попался. Вот так тупо, прямо как с тобой. — Но я всё равно не понимаю. Если тебе нравился я, почему ты не встречался с парнями? — Потому что мне не нравятся парни. — ... Why are you gay? — Who says I’m gay? * У Илона на лице читалась «ошибка 404». Он не понимал, как такое может быть. Тео чуть не рассмеялся, видя такое его лицо, и объяснил: — Я никогда не хотел встречаться с парнями и тем более заниматься с ними сексом. Я встречался и занимался сексом только с девушками. Было классно, но… я не любил ни одну из них так, как тебя. Пару раз я думал о том, что, может, и правда нужно попробовать с парнем, хоть я и не хотел. Ко мне подкатывали несколько геев, но мне никто из них не нравился, а пересиливать себя я тоже не собирался. Мне всегда нравились девушки. Я и сейчас обращаю внимание на девушек, но люблю-то я другого человека. Благодаря Кэсс я это понял. Тео как-то особенно серьёзно посмотрел на Илона своим странно красивым лицом, из-за чего у Илона в очередной раз что-то сжалось в груди, и продолжил: — Для меня это больше не вопрос ориентации или пола, девушка это или нет. Это вопрос: Ахиллес или нет? Если не ты, тогда никто. Тео резко отвернул лицо в сторону. Его щёки горели, будто эти слова смущали его больше, чем всё, что он когда-либо говорил Илону. И для Илона это признание тоже звучало слишком лично. Тео не откровенничал с ним о таких вещах раньше и Илон снова узнал о нём что-то новое. Оба молчали, смущённые, с колотящимися сердцами, под раскаты грома за окном. Илон наконец собрался с мыслями и пробормотал: — Патроклу было легче. Тео повернул к Илону своё красное лицо, обнаруживая, что Илон такой же красный, как и он — это было видно даже в свете ночника. Илон продолжил: — Он умер первым. Ему не пришлось жить без Ахиллеса. Сильнейший воин вдруг стал уязвимым. Весь его мир рухнул со смертью Патрокла — и он выбирает сгореть в ярости, чем жить без того, кто смог стать частью его самого. Без того, кто буквально стал им в своём последнем бою. Единственным, кто мог бы. Без того, кем стал он сам, когда преследовал Гектора — совсем как Патрокл ранее, когда он ещё был жив. Голос Илона дрогнул, когда он повторял слова, которые уже сегодня говорил: — Я ... я не хочу, чтобы ты погибал. Тео положил руку ему на щеку: — Я здесь. Они смотрели друг на друга, тяжело дыша. Не из-за возбуждения, а из-за чувств в груди, которые переполняли их обоих. Они так часто отзеркаливали друг друга словами и действиями, что в этот момент уже не знали точно, кто из них Илон, а кто Тео. Кто Ахиллес, а кто Патрокл. Они стали друг другом.