Глава 2

Клаудия была права. Моё «может быть» превратилось в «да». Но вот-вот перерастёт в «почти», а затем в «нет». Я сижу в машине, припаркованной на улице перед домом Клаудии и Финнеаса, оттягивая неизбежное. Интересно, будет ли Финнеас внутри? Я видела его всего пару раз, но он кажется приятным. Интересно, кто ещё будет внутри. И тут я вспоминаю Криса. Я стону, вылезая из машины и перекидывая сумочку через плечо. На каждом шагу по пути к входной двери мне приходится убеждать себя не давать задний ход. Когда я наконец добралась до маленькой синей двери, она оказалась распахнутой. Изнутри доносился смех, а по всему дому тихо играла музыка. По смеху я не могла определить, сколько людей внутри, но, думаю, отступать уже поздно. Это чувство становится ещё более правдивым, когда Рики проходит через весь вестибюль и замечает меня, неловко стоящую прямо у входа. — Мёрфи? — он замер и посмотрел на меня. — О, это ты! Кажется, он этому рад. Это хороший знак. Я наконец-то захожу в дом и улыбаюсь. — Рэт! — я притворяюсь, что рада быть здесь. Притворяйся, пока не получится. — Эй, чувак. — Боже, Мак, я тебя целую вечность не видел. Все в гостиной. Я просто перезаряжаю тарелки, — он издаёт звук, похожий на звук взвода курка, используя чашу для чипсов как реквизит. Рики всегда был немного чудаковатым. Я всегда любила его за это. Я киваю, когда он продолжает идти на кухню и осторожно поворачивает направо, в сторону гостиной. Мы с Клаудией чаще всего проводили время в её старой квартире или где-нибудь на людях. В этом доме, который она купила с Финнеасом, я была всего пару раз. — Мёрфи, о боже, ты пришла! — Клаудия тут же вскакивает с пола. Её собака, Пичес, подпрыгивает вместе с ней и бежит к входу, чтобы поприветствовать меня. Я переступаю через узкую собачью ограду и приседаю, чтобы почесать её. Может быть, мне действительно нужен питомец, думаю я. — Пичес, не будь такой распутной, — смеётся Финнеас с дивана. Остальные в комнате тоже покатываются со смеху. — Простите, — раздаётся голос с лестницы. — Вы сказали Мёрфи? — я понимаю, что это Крис, ещё до того, как вижу его. Он спускается по лестнице во весь опор, словно не верит моему присутствию, пока сам не увидит. — Как Мёрфи, мать его, Макинтайр? — Единственная и неповторимая, — смеюсь я, вставая. Прежде чем я успеваю как следует сориентироваться, Крис поднимает меня и довольно эффектно кружит. — Отпусти меня, Клеменс, — смеюсь я, прижимаясь к нему. — Боже, — он опускает меня на пол и обхватывает моё лицо руками. — Я так соскучился по твоему глупому, ясному лицу, — он выглядит озадаченным своим подбором слов, словно это только что пришло ему в голову, и добавляет. — Чёрт, Мёрф. Твоя кожа просто огонь, — с этими словами он возвращается на своё место на диване, как будто ничего не произошло. — Я тоже рада тебя видеть, — бормочу я, вызывая смешки в комнате. — Присаживайся, — улыбается мне Клаудия. — Мы просто общались. Догоняю. Мне совсем не хочется их догонять. Крис слегка поёрзал, похлопав по месту рядом с собой, а я бросила сумку на журнальный столик и присоединилась к компании. Рэт вернулся в комнату и сел по другую сторону журнального столика рядом с двумя незнакомыми мне людьми. Сразу за Рэтом в дверях что-то происходит, и все оборачиваются, чтобы посмотреть, кто это. Финнеас лучше всех видит входную дверь и первым приветствует нового гостя. — О, Билл! Ты пришла! — он улыбается, но не встаёт, чтобы поприветствовать её. — Мне нечего было делать, — отвечает таинственный человек. — Вот это да, как лестно, — невозмутимо говорит Финнеас. Пичес начинает сходить с ума у собачьей ограды, чтобы добраться до нашей новой гостьи. Как только она переступает порог вольера, я, конечно же, понимаю, кто она. Билли Айлиш только что пришла на встречу, которую я решила посетить в последнюю минуту. Музыкантка тратит секунду на приветствие Пичес, а затем тут же сбрасывает кроссовки и удобно устраивается на большом кресле в другом конце комнаты. Она, кажется, впервые окидывает взглядом комнату, проводя рукой по красным корням волос. Её взгляд почти сразу же падает на меня, и мы смотрим друг другу в глаза, что кажется слишком долгим для такой небольшой группы людей. Я пытаюсь понять её мысли, но безуспешно. Понятия не имею, о чём она думает. Она лениво смотрит на меня, а её пальцы прикасаются к нижней губе, ёрзая и кривя её, словно она думает о чём-то. — О! — Клаудия, кажется, понимает, что мы не знакомы. Она начинает представлять всех, кто мне не знаком, начиная с двух девочек рядом с Рики. — Мёрфи, это Лулу и Ава, — она указывает на них, представляя. Лулу выглядит немного знакомо, кончики её волос розовые, и я определённо видела Аву в соцсетях Клаудии. Я знаю, что она так же дружит с Финнеасом и Рэтом. — И, конечно же, Билли. Билли всё ещё смотрит на меня, когда мой взгляд падает на неё. Она тихонько смеётся и передразнивает «конечно» Клаудии. — Ребята, это Мёрфи. Ну, знаете, как Мёрфи Мак. Девочки кивают, но я не вижу в их глазах узнавания. Я решаю не переводить взгляд на Билли. У неё такая сильная энергетика, и я не хочу сейчас на ней зацикливаться. — Я просто ютубер, — поясняю я. — Пользовалась поддержкой этих двоих и набрала лишь малую долю подписчиков, — указываю на Клаудию и Криса. Когда сомневаюсь, прибегаю к самоиронии. — Боже мой, заткнись, — Крис закатывает глаза. — У неё целая армия поклонников. Буквально больше, чем у меня, я могу даже чеки посмотреть, — обращается он к девушкам. — Она запатентовала весь это «Закон Мёрфи». — Закон Мёрфи существовал задолго до меня, Крис, — говорю я с каменным лицом. Раздаётся небольшой смешок. Он усмехается и поясняет: — Сюжет временной серии «Закон Мёрфи». — Она похожа на смесь Таны Монжо и Эммы Чемберлен, — вставляет Клаудия. Я тут же запрокидывая голову и хихикаю. — Спасибо, что сравнили меня с двумя моими настоящими кумирами, но нет, я не кумир. — Нет, это хорошее описание, — добавляет глубокий голос. Мой взгляд метнулся к Билли – почему я не смотрела на неё? Она улыбается мне. — Ты видела моё дерьмо? — спрашиваю я, не веря своим ушам. — Я слежу, — она слегка ухмыляется. Я прищуриваюсь, словно всё ещё не верю ей, но мы идём дальше. — Ава как раз собиралась рассказать нам о своём свидании в пятницу, — вмешивается Рэт, наклоняясь вперёд и подпирая голову рукой, словно школьница, которая вот-вот услышит сплетню. — Нет, я определённо не собиралась, — Ава качает головой, глядя на Рэта. — Хм, я бы мог поклясться, что это так, — добавляет Финнеас. — Вы двое – черти, — Ава поднимает к ним пальцы, изображающие крест, и мы все умирает со смеху. Крис наклоняется и шепчет мне на ухо, что нам стоит поспорить, удастся ли им вытянуть из неё подробности свидания до конца вечера. Этот парень – заядлый игрок. Я сразу же принимаю его предложение. *** Слёзы наворачиваются на глаза. И впервые за долгое время они не от грусти, а от смеха. Я сижу боком на диване, прижавшись к Крису, с телефоном в руке, дрожащими руками записываю. Финнеас начал играть на пианино – Клаудия заявила, что это неизбежно, когда они собираются вместе. Но это не самое смешное. На самом деле, он играет довольно красиво. Минут пять назад Пичес начала ныть, что хочет в туалет, и Рэт вскочил и предложил свою помощь. В этом не было необходимости, учитывая, что у них есть забор, но мужчина всё равно взял Питбуля на поводок, чтобы вывести её. Теперь мы все могли видеть, как он изо всех сил пытается удержать её в узде, через небольшое окно прямо за импровизированным выступлением Финнеаса. Конечно, Финнеас этого не видит, поэтому мы изо всех сил стараемся сдержать смех, боясь показаться невежливыми. Вот и слёзы. Чувствую, как Крис трясётся за моей спиной от сдержанного смеха, что только усугубляет моё состояние. Отрываясь от телефона и уморительной сцены невнимательности Финнеаса и потери самообладания Рэта, я тут же нахожу взглядом Билли. Я делала это весь вечер. Билли быстро почувствовала мой взгляд и тут же повернула голову. Она прикрыла рот рукой, пытаясь скрыть смех, но, увидев, как по моим щекам текут слёзы, окончательно потеряла самообладание. Её хихиканье разнеслось по всей комнате, отчего пианино резко замерло, и мы все тоже покатились со смеху. Финнеас лишь поднял взгляд от клавиш с растерянным выражением лица. Он увидел, как мы все смеёмся и смотрим мимо него, поэтому обернулся и наконец увидел, какое веселье творится у него во дворе. В этот момент Рики почти лежит на земле, пытаясь оттащить Пичес от куста, где прячется белка. Когда Финнеас тоже перестаёт смеяться (что занимает некоторое время), он встаёт и выходит на улицу, чтобы помочь бедняге. Мы снова теряем самообладание, когда Рики возвращается, входя в комнату с растерянным лицом и грязными руками. — Сегодня меня предал мой лучший друг, — говорит Рики, заставляя нас смеяться ещё громче. Когда мы все немного успокоились, я поняла, что уже поздно, и решила уйти. Встала и взяла несколько пустых мисок и стаканов с журнального столика. — О, Мёрф, тебе необязательно это делать, — говорит Клаудия. Я отмахиваюсь от её слов, настаивая. — Я помогу, — добавляет Билли, вставая и собирая оставшуюся посуду. Я чувствую, как она идёт за мной, пока иду на кухню. Не могу понять, почему моё сердце начинает биться чаще, а ладони потеют. Мы моем посуду вместе, даже не обсуждая это. Мне вдруг становится не по себе, и я мечтаю, чтобы Билли перестала меня замечать. На мне просто джинсы с низкой талией и футболка с какой-то странной группой, но сейчас это кажется глупостью. Звон посуды, звук льющейся воды и голоса, доносящиеся из гостиной, – вот и всё, что я слышу. Я пытаюсь придумать, что сказать – что угодно, – но всё кажется мне достаточно хладнокровным. Обычно я не нервный и не стеснительный человек. Мне не нравится это чувство. — Ты правда думала, что я не знаю, кто ты? — вместо этого Билли нарушает молчание. Я резко поворачиваю голову, чтобы взглянуть на неё. Она всё ещё смотрит на тарелки, и я изучаю её профиль. — В смысле, я тебе верю, — говорю я, возвращаясь к своему делу, чтобы не привлекать к себе внимание. — Но это немного удивительно, да. — Почему? Я усмехнулась в ответ на её вопрос, хватая полотенце, чтобы вытереть руки, поскольку я закончила загружать посуду в посудомойку. — Наверное, я знаю, что у меня довольно много подписчиков в интернете, но мне всегда было сложно перевести цифры с экрана на реальных людей, — объясняю я, поворачиваясь к ней лицом. Билли кивает, словно понимает. Она тоже закончила мыть посуду. — И особенно странно думать, что кто-то настолько известный знает обо мне. — Хмм, — Билли поджимает губы и прищуривается, глядя на меня. Я даю ей полотенце, чтобы она вытерла руки. — То, что я знаменита, не значит, что я не сижу в интернете постоянно. — Туше, — я запрокидываю голову и смеюсь. Билли просто улыбается мне, а я пытаюсь что-то ещё сказать. Я не хочу, чтобы разговор заканчивался. — Мы, наверное, уже были в одной комнате. Вернее, вполне вероятно. Я знаю Клаудию много лет и встречалась с твоим братом как минимум несколько раз. Не говоря уже о всех наших общих друзьях. Билли лишь качает головой, не отводя взгляда. Мне это нравится. Я люблю кокетничать, но нечасто встречаю людей, которые подстраиваются под эту игру в кошки-мышки. Пока что она подстраивается. — Нет, я бы тебя запомнила, — говорит Билли. Этот комментарий заставляет меня замереть. Я бы так сказала, чтобы незаметно подкатить к кому-нибудь. Надеюсь, она именно это и делает. Когда я не нахожу ответа, Билли просто скользит взглядом по моему телу. Каждый мускул напрягается от её взгляда, пока она снова смотрит мне в глаза. — Мне нравится твой септум, — говорит она. Она пробует варианты. — Мне нравятся твои волосы, — возражаю я. На её губах играет лёгкая ухмылка, словно она рада, что я ей подыгрываю. — Мне нравится твоё имя, — на этот раз в её голосе звучат восторженные нотки. — Мне нравится твоё имя, — я чувствую, как улыбка тоже растягивает мои губы. — Мне нравятся твои видео, — говорит Билли. Её улыбка становится ещё шире. Она думает, что на этот раз поймала меня. Но это не так. — Мне нравится твоя музыка. Она поджимает губы, её глаза прищуриваются, когда я смотрю на неё, как будто она хочет увидеть, как я произношу эти слова. — Я думаю, мне бы хотелось... Я ловлю каждое её слово, всё моё тело напряжено, когда Клаудия прерывает нас. — Вам, ребята, действительно не стоило этого делать. Спасибо ещё раз, — улыбается она, входя на кухню. Мы с Билли, должно быть, одновременно осознаём, как близко мы стояли, потому что обе отступаем на шаг. — Спасибо, что пригласила, — улыбаюсь я хозяйке, быстро приходя в себя. Я обхожу остров, быстро обнимая Клаудию. — Серьёзно, я отлично провела время. — Конечно, девочка! Я скучала по тебе. Нам нужно чаще видеться. Я беру сумку из гостиной, вежливо прощаюсь со всеми. Крис предлагает проводить меня – явно это уловка, замаскированная под вежливый жест, чтобы поговорить со мной наедине. Выходя, я оглядываюсь на кухню, где Билли всё ещё стоит, прислонившись к стойке. Мне не нужно ждать её внимания, она уже смотрит на меня. Я посылаю ей лёгкую улыбку с ноткой кокетства, прежде чем закрыть за собой и Крисом дверь. Я поворачиваюсь к лучшему другу, ожидая услышать лекцию о том, как я его этим летом бросила, но вместо этого он обнимает меня. Это застаёт меня врасплох, поэтому я не сразу отвечаю ему тем же. Когда я это делаю, я чувствую, как напряжение покидает его тело. — Я скучал по тебе, — говорит он. Для нас это редкий момент искренности. Нас всегда объединяло чувство юмора и возможность быть совершенно нелепыми. — Я знаю, я тоже скучала по тебе. Мне жаль. — Эй, нет, — Крис отстраняется настолько, чтобы посмотреть на меня. — Не извиняйся. Ты сделала то, что должна была сделать. И теперь ты вернулась. Так что всё, разговор окончен. Я улыбаюсь ему, глаза у меня немного слезятся. — Боже, — стону я. — Я знала, что ты будешь таким, блять, понимающим, и мне станет ещё хуже. — Пожалуйста, — Крис смеётся и достаёт телефон. — Что ты делаешь? — спрашиваю я, глядя на телефон, на котором он что-то печатает. — PayPal обращается к вам. Ава рассказала о своём свидании, — говорит он совершенно серьёзно. Я смеялась всю дорогу до машины. Думаю, я поступила правильно, придя сюда сегодня вечером. Мне нужно снова влюбиться в Лос-Анджелес. Мне нужно увидеться с друзьями, посмеяться и пофлиртовать. Эта мысль возвращает меня к Билли. Скорее всего, всё закончится ничем. На самом деле, если бы мы так долго не встречались, находясь в одной компании, я бы, скорее всего, больше никогда её не увидела. Поэтому я отбросила мысли, которые она мне сегодня внушила. Да, было безумное напряжение. Да, секс, наверное, был бы потрясающим. Но нет, я не собираюсь этого делать.