Глава 54. Подлинная история Ремуса Люпина

Schloss Wolfssen, Шварцвальд, Баден-Вюртемберг, Германия Сидя в кресле у камина в своем кабинете, Герберт Вольфссеген читал письмо, которое пришло для его сына на старый адрес в Магической Британии, где давно была установлена сигналка на такой случай. Почти четыре года ничего – и вдруг письмо от Дамблдора. Это было странно, а особенно настораживало содержание письма. Глава клана призвал одного из хайнцелей¹ и сказал: – Поищите Вальдемара. Скорее всего, он будет где-то у водопадов. Хайнцель Йорг, который знал сына главы клана с самого его рождения и догадывался, где его искать, отправился к нижнему каскаду, где, ожидаемо, сидел с книгой Вальдемар. На вид ему было лет двадцать-двадцать пять, высокий, атлетического сложения, с серебристо-серыми волосами до плеч и такого же цвета глазами на красивом лице с аристократическим профилем. Одет Вальдемар был как магловский художник или поэт: растянутый свитер, потертые джинсы, шарф, обмотанный вокруг шеи. Несмотря на август, в чаще Чёрнолесья было прохладно, а у водопада даже холодно. – Хозяин Вальд! Отец просит вас срочно вернуться. Пришла какая-то почта для вас. – Почта для меня? – удивился Вальдемар. – Мне никогда никто не пишет. Ты не ошибся, Йорг? Хайнцель, который был ростом около полуметра, поправил свою зеленую курточку, пониже надвинул красный колпак на свою рыжую шевелюру и сказал: – Йорг не ошибся, письмо есть. Это письмо от плохого человека, но хозяину Вальду оно поможет изменить жизнь к лучшему. Я так вижу. – Хорошо, я верю тебе, Йорг, – ответил Вальдемар, закрывая книгу и протягивая руку хайнцелю, – перенеси меня к отцу.

***

Герберт Вольфссеген внимательно посмотрел на своего бледного и апатичного сына, указал ему приглашающим жестом на кресло подле того, в котором сидел он сам. – Неважно выглядишь, – произнес Герберт. – Отец, не начинай снова. Ты сам всё знаешь, я не могу иначе, – вяло ответил Вальдемар. – Йорг сказал, для меня есть письмо – от кого оно? – От Дамблдора, приглашает тебя к себе поговорить. – Брось его в камин, я больше не играю в его игры. – Он пишет, что хочет поговорить о Джеймсе Поттере, что у него есть какие-то важные новости, – осторожно проговорил Герберт. – Какие могут быть новости. Он погиб, скоро вот уже четыре года, – с холодной отрешенностью заявил Вальдемар. – Сын! Не ты ли убеждал меня тогда, что не чувствуешь его смерти? Он маг. С магами случается всё, что угодно. Сходи, поговори. Времени это займет немного, зато узнаешь, что хотел от тебя этот Schurke.² – Дай мне письмо, – попросил сын. – Я прочту и решу, идти мне или нет. Минут пять Вальдемар читал, еще четверть часа думал, потом сказал: – Хорошо, я напишу ему, чтобы сегодня вечером ждал меня в своем коттедже. В Хогвартс я категорически отказываюсь идти. – Это правильное решение, сын. Вот твой порт-ключ в английский домик. Кольцо личины и одежда – всё там. Возьми еще сквозное зеркало и экстренный порт-ключ домой – кто знает, что задумал Дамблдор. – Спасибо, отец. Я буду очень осторожен, – ответил Вальдемар, выходя из кабинета.

***

В юго-западной части Германии, в Баден-Вюртемберге, расположен знаменитый Шварцвальд или «Чёрнолесье». История этого места уходит в совсем стародавние времена, еще до Исхода. Маглы всегда боялись заходить в леса Шварцвальда, считая, что они населены духами, и были правы. Там можно было встретить бельвизов и их жен роггенмеме, зелиген и фенке.³ На дне озера Муммельзее в стеклянном замке в окружении водяных лилий жили русалки. Правил Чёрнолесьем испокон веков клан истинных вервольфов Церингенов. Вервольфы следили, чтобы духи леса не причиняли вреда простым людям, усмиряли великанов, отражали нашествия вампиров из Тюрингии, по призыву Хранителей всегда выходили на бой против всякой нечисти, а после Исхода, еще и поддерживали завесу над Шварцвальдом. Сейчас центром магловского Шварцвальда был Фрайбург, а магического – Кирхцартен. Раньше люди с уважением относились к вервольфам, одним из древнейших волшебных существ, населявших землю. Кланов истинных вервольфов было несколько. Церингены относились именно к ним. Они никогда специально не конфликтовали с людьми или волшебниками, не нападали на них и не обращали, наоборот – защищали. Но это не значит, что они были мягкосердечны. Все вервольфы – беспощадные воины, только людей они не рассматривали как врагов. Когда повсеместно стало распространятся христианство, вервольфов церковники поставили на один уровень с ликанами, которые произошли от потомков царя Ликаона, пораженного «проклятьем Зевса». Ликане, нападавшие на людей и домашний скот, и были виновны в том, что в новых представлениях людей вервольфы превратились в стаи людоволков, возглавляемых самим дьяволом, которые по ночам совершали набеги и уничтожали все живое на своем пути. Инквизиция объявила, что оборачиваться в волков могут только те, кто заключил договор с дьяволом, а само оборотничество из-за соглашения с нечистым было признано колдовством. Фигура человека-волка стала основной темой «Молота ведьм» и прочих наставлений инквизиции, которые популяризировали эту идею по всей Европе. За сто лет до этого, бывший тогда главой клана дальновидный Вальтер Церинген почувствовал, что начавшаяся в Европе «охота на ведьм» придет и к границам Шварцвальда. Он принял решение, что клану нужно «прийти в упадок», династии «вымереть», а замок Schloss Wolfssen должен «разрушиться». Слухи постепенно были запущены в человеческий мир, на замок наложены чары ненаходимости, род Церингенов был объявлен прервавшимся, а потомки получили новое родовое имя Wolfssegen и в мир людей предпочитали не выходить, оставаясь в своем глухом Чёрнолесье. Тем временем в Европе сжигали на костре ликан, а вместе с ними гибли и истинные вервольфы. В 1521 году в городе Безансон были сожжены заживо «оборотни» Пьер Бурго, Мишель Вердан и Филиберт Монтота. В 1541 «оборотню» Риогаццио Минтиони из итальянского города Павия магистрат приказал отрубить руки и ноги, отчего он и умер. В 1580 году в Женеве был казнен Йонас Фромм, который якобы при помощи «чёрной магии» превратился в волка, а затем убил 16 детей. В 1589 году в немецком городе Бедбурге под Кёльном был задержан Петер Штуббе, после пыток он признался в оборотничестве: он якобы использовал для этого дарованный дьяволом пояс. Также Петер сознался в серийных убийствах, изнасилованиях и каннибализме, после чего был колесован, а его жена и дочь сожжены как его сообщники вместе с его телом. В 1598 году в Бургундии в оборотничестве были обвинены четыре человека из семьи Гандийон, мать была забита разъярённой толпой, а трое детей сожжены заживо властями. В том же году в способности превращаться в волков и волчиц «признались» на судах обвиняемые в колдовстве и впоследствии сожжённые заживо Тьевенна Паже, Клод Исан Прост, Клод Исан Гийом, Исан Рокэ, Жак Боке, Клод Гайяр, Иа Мишолет, Франсуа Сикретен. Всего на территории современной Франции прошло около 50 судов над «оборотнями», а по всей Европе – до пятисот. «Охота на ведьм» принесла кланам вервольфов большие потери. Они восстанавливались медленно, только за счет рождающихся детей, но, благо их жизнь была долгой, до двухсот лет. Они выстояли. Ликане же быстро восстановили свою численность за счет обращенных, и продолжили свои бесчинства, поддерживая свою кровавую репутацию у маглов. Что действительно странно, маги вслед за маглами также объединили истинных вервольфов и ликан в единый образ. Английский волшебник Ньют Скамандер в своем труде «Фантастические твари и места их обитания» от 1918 года, написал следующее: «Оборотни встречаются во всем мире… Люди превращаются в оборотней, только будучи укушены ими… Оборотень – чуть ли не единственный из всех видов магических созданий, кто активно ищет людей, предпочитая их любой другой добыче… Отношение к оборотням в обществе волшебников довольно жестокое, и зараженные должны быть париями в волшебном мире». Истинные вервольфы были оскорблены тем, что маги приравняли их к ликанам, отнесли к опасным тварям, повсеместно принимая законы, ограничивающие их права. Герберт Вольфссеген, недавно возглавивший клан, искал способы исправить ситуацию. Когда начала всходить звезда Геллерта Гриндевальда, он подумывал о том, чтобы поставить отряд своих воинов под его знамёна, но затем резко передумал. Причин было несколько. Во-первых, создавая Нурменгард, Гриндевальд использовал особый тёмный ритуал, сделавший на время Грань физически осязаемой, что привело к многочисленным прорывам тварей Хаоса. Это принесло вервольфам много проблем. А во-вторых, оказалось, что хотя герр Гриндевальд охотно использовал магических существ в боевых действиях, он не считал другие магические расы достойными хоть каких-нибудь прав. В-третьих – запредельная жестокость гриндевальдовцев. Отряды магов – сторонников Геллерта совместно с великанами и ликанами 31 октября 1940 года устроили бойню на юге Франции, полностью уничтожив несколько магических поселений. Погибло много мирных людей и волшебников, многие были захвачены в плен. Магов содержали в отдельных от людей корпусах, так называемых, «лагерей смерти». Там Гриндевальд и его сторонники проводили жестокие опыты над ними, и представителями разумных волшебных рас под лозунгом «Чистота крови – чистота духа». Волшебников подвергали воздействию разработанных Гриндевальдом тёмных заклинаний, и проклятий, проверяя их эффективность и дорабатывая до совершенства. Они становились материалом для проведения некромантических ритуалов с последующим поднятием их как инфери. Волшебниц, с помощью разработанного Гриндевальдом, противного всем законам Магии обряда, осеменяли спермой магических зверей с целью изучения возможностей получения магами их способностей. Обо всём этом поведал чудом вернувшийся живым разведчик клана с полубезумными глазами и абсолютно седой головой. Герберт Вольфссеген решительно отказался от идеи встать на сторону Гриндевальда. Он даже помог магам в их борьбе. 10 марта 1945 года произошло одно из крупнейших сражений в истории той магической войны на холме Мург вблизи Чёрнолесья. Столкнулись два батальона волшебников, состоявших из англичан и французов, и батальон сильнейших магов Гриндевальда. Сражение продолжалось несколько суток, и гриндевальдовцы практически уже выиграли его, когда на помощь волшебникам пришли вервольфы, полностью уничтожившие всех из противников, и спасшие чуть больше сотни волшебников, которые к тому времени были ещё живы и в здравом рассудке. Взявший на себя командование выжившими французский волшебник Жан-Люк Бушар был искренне благодарен Вольфссегенам, которые не только их спасли, но и разместили в своем замке после битвы, дав раненым помощь и отдых остальным. Но, видимо, более высокое командование не оценило спасение магов «оборотнями», и история эта никогда нигде не упоминалась, да и неинтересна она им была, так как вскоре Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор «победил» на дуэли Геллерта Гриндевальда, и весь магический мир был увлечен этой новостью. Для восстановления репутации вервольфов снова следовало искать другие пути. Зигель Вольфссеген, двоюродный дядя главы клана и историк магического мира, написал книгу «Истинные оборотни и ликане: историческая правда и выдуманная ложь». В этой книге были подробно описаны история истинных вервольфов и ликан, ситуация, возникшая во времена «охоты на ведьм», и распространившиеся затем повсеместно заблуждения. С трудом удалось напечатать небольшой тираж в нейтральной Швейцарии, но магазины по всему Магическому миру отказались ставить книгу на свои полки, сославшись на то, что им «не рекомендовано продавать продукцию этой тематики». Отклонили предложение бесплатно прислать им экземпляры книги и магические библиотеки. Это было сделано так дружно, что наводило на мысли о том, что кто-то очень не заинтересован в раскрытии правды. Первая мысль, которая пришла в голову Герберту Вольфссегену, что это могла бы быть инквизиция, если бы она до сих пор существовала. Проверить наличие тайной организации данного толка в Ватикане у вервольфов возможности не было, но собрать существовавшие слухи и проанализировать их они могли. Результатом стал предположительный вывод о том, что есть возможность существования тайной инквизиции, так как был ряд признаков, указывающих на это. Пока Вольфссегены искали своих врагов в Ватикане, в Британии набирали силу идеи достижения «всеобщего блага», автором которых был Альбус Дамблдор. Лозунг был слишком похож на девиз Гриндевальда, но суть всеобщего равенства Герберта Вольфссегена заинтересовала. Было решено внедрить своего агента, который бы смог войти в круг доверенных лиц Дамблдора, а поскольку тот был крайне осторожен, решили идти длинным путем: начать процесс с поступления в Хогвартс. Рисковать чужими детьми Герберт посчитал себя не вправе, потому на роль «шпиона с детства» он выбрал собственного сына Вальдемара. Мальчик же, увлеченный идеей отца о восстановлении репутации и статуса вервольфов, согласился с воодушевлением. Была выбрана ничем не примечательная семья магов Люпин, у которой был при смерти сын Ремус. Лекари вервольфов излечили мальчика, но в ответ потребовали услугу: они отправят Ремуса учиться в Ильвермони, а в Хогвартс под его именем поедет другой мальчик, который был «спасен от смерти ценой обращения в оборотня жестоким ликаном Фенриром Сивым». Было написано трогательное письмо Дамблдору, после которого, в виде исключения, оборотень Люпин был зачислен в Хогвартс. В Книге душ действительно значился Ремус Люпин, поэтому проблем не возникло. Вальдемар, чью характерную внешность «подправили» с помощью кольца-личины, в поезде сразу познакомился с Джеймсом Поттером, Сириусом Блэком и Питером Петтигрю. Вместе с ними он, как и было запланировано, поступил на Гриффиндор – кузницу кадров Дамблдора. Вальдемар вел себя примерно, учился отлично, по полнолуниям исправно изображал преображение в ликана, а каждые каникулы возвращался в Чёрнолесье, где отчитывался, что происходит в школе, в Британии и как ведет себя Дамблдор. На втором курсе его друзья «раскрыли тайну» Ремуса и решили стать анимагами, чтобы помогать ему в дни обращений. Это очень растрогало Вальдемара. Как истинный вервольф, он всегда отличал ложь от правды, а его друзья действительно чистосердечно жалели его и хотели помочь. От года к году в Магической Британии накалялась обстановка и усиливалась промывка мозгов гриффиндорцев идеями Дамблдора. К четвертому курсу стало ясно, что директор не станет хорошим союзником вервольфам, так как он был неискренен, полон каких-то своих планов, которые прятал за красивыми обертками обещаний и лозунгов. Герберт Вольфссеген решил отозвать сына, но не вышло. Оказалось, что у Вальдемара произошло запечатление на Джеймсе Поттере. Он стал для него самым близким другом, ближе, чем кровным братом. Это был неожиданный и неприятный сюрприз. Запечатление у вервольфов происходило крайне редко, в кругу оборотней, в истинных парах. Видимо, Поттер до пары не дотянул, но стал очень близким сердечным другом. Сам Джеймс уделял Вальдемару ровно столько внимания, сколько и Петтигрю, считая своим лучшим другом Блэка. А на последнем курсе завел серьезный роман с волшебницей по имени Лили Эванс, на фоне которого вся дружба с остальными мародерами для него несколько потускнела. Для того чтобы хотя бы быть рядом с Джеймсом, Вальдемар проучился в Хогвартсе до самого конца, а потом вступил в директорский «Орден Феникса», созданный им для борьбы с Темным Лордом. Отец не мог повлиять на сына, но предупреждал его, что вся эта история противостояния в Британии кажется ему странной. Закончился весь этот театр абсурда весьма печально. Поттеры погибли вместе с Тёмным Лордом, а Герберт забрал из Британии сына, обнаружив его на могиле Джеймса и Лили. При этом Вальдемар утверждал, что Поттер не умер, что он продолжает его чувствовать живым. В замке сначала Вальдемар просто лежал у себя в комнате и смотрел в потолок, затем понемногу ему стало лучше, и он начал выходить из комнаты, а потом и выбираться в лес, но всегда прятался ото всех. Сын стал тих, апатичен и равнодушен ко всему, кроме книг. Потому Герберт и рассказал Вальдемару о письме, надеясь, что хоть что-то поможет его встряхнуть. Коттедж «Сирень», Годрикова Впадина, Глостершир Альбус был рад, что Люпин ответил на его письмо, и подготовился к разговору с ним очень тщательно. Ремус явился вовремя, был одет в поношенную, штопаную-перештопаную мантию. Вид у него был болезненный и изможденный. Светло-каштановые волосы небрежно уложены, а на лице появились небольшие усы. – Здравствуйте, директор, – сказал Вальдемар. – У меня не очень много времени, потому я хотел бы, чтобы вы сразу рассказали мне, какие именно у вас есть новости о Джеймсе. Альбус не ожидал от обычно тихого и слабохарактерного оборотня такой постановки вопроса и собирался сначала разузнать у того, чем он сам занимается и как живет, но сразу переменил план и решил ошеломить его новостью: – Здравствуй, Ремус. Хорошо, сразу к главному: Джеймс не умер в ту ночь, но сошел с ума. Почти четыре года я надеялся, что его разум успокоится и он вернется к нам, но, увы, ему стало только хуже. «Половина – правда, половина – ложь» – определил вервольф, и спросил: – Почему никто об этом не знает? – Я посчитал, что так будет лучше для самого Джеймса, – нагло врал Дамблдор. – Зачем вы сейчас меня вызвали и рассказали об этом? – продолжил «допрос» Вальдемар. – Я хочу, чтобы ты как его старый друг помог ему, – опять соврал Альбус. – Я вижу единственный для него выход: начать жизнь с чистого листа. Есть специальный ритуал, который поможет в этом. «Опять половина – правда, половина – ложь». – В чем суть ритуала? – Ритуал «Vitae forte». Магу дают выпить специальное зелье, произносят заклинание, после чего рассказывают ему базовые знания о его новой жизни: когда родился, кто родители, где жил, где учился. Подробности не нужны, мозг сам додумывает остальное, – рассказал Альбус абсолютно правдиво. «Тут он полностью правдив». – И какую личность вы хотите дать Джеймсу? – поинтересовался вервольф. – Вот я тут набросал небольшую биографию, схожую с его настоящей, но главное – его будущие планы по изучению колдовства австралийских туземцев и новозеландских шаманов. Пусть поездит по миру, наберется впечатлений. Может быть, встретит кого-то, – сказал Альбус. «Здесь больше лжи, чем правды». – Что требуется от меня? – уточнил Вальдемар. – Я дам тебе всё для ритуала. Ты отправишься на Джерси, в дом, где находится Джеймс. Он в последнее время впал в буйство, поэтому он обездвижен и накрыт стазисом. Снимешь с него чары и проведешь ритуал. Джеймс, конечно, будет уже совсем другим человеком, зато с работающими мозгами и шансом прожить нормальную жизнь. Он заслужил это, как никто другой! – патетически закончил Дамблдор. «Снова полуправда». – Почему вы не сделаете этого сами? – уточнил Люпин. – Увы, я сейчас не могу отлучаться из Хогвартса. В другое время я бы все сделал сам и не стал бы тебя тревожить, – соврал Альбус. «Стопроцентная ложь». – Я согласен, – коротко сказал Ремус. – Отлично, мой мальчик. Вот порт-ключ на виллу, зелье, описание ритуала и новая биография, – еле сдерживая радость, проговорил Дамблдор. Люпин все забрал, встал и сказал: – Я все сделаю для того, чтобы Джеймс смог дальше жить нормально, можете не волноваться, Альбус, – и, не дожидаясь ответа Дамблдора, аппарировал из его коттеджа. «Какой-то Люпин странный сегодня был, – подумал директор. – Хотя я его не видел почти четыре года, все люди меняются. Главное, что он согласился провести ритуал, и я, наконец, избавлюсь от Джеймса, который стал определенно опасен для меня». Вилла Ле Гранд Морьер, о. Джерси, Великобритания/Франция К дому Поттеров на Джерси Вальдемар перенесся в своем истинном виде. Он быстро нашел спальню, где в кровати лежал Джеймс. Тот сильно изменился не в лучшую сторону, но это был он, и он был жив. Сердце молодого Вольфссегена радостно забилось, но тут он разглядел на нем призрачную печать предателя крови. Он связался по сквозному зеркалу с отцом и подробно описал ему и разговор с директором, и суть ритуала, который тот предлагал ему провести над Джеймсом, а также то, что он увидел на нём. – Сын, – сказал Герберт, – не снимай с него чары, используй аварийный порт-ключ в замок, будем думать тут вместе. Schloss Wolfssen, Шварцвальд, Баден-Вюртемберг, Германия Через пять минут он Герберт занимался диагностикой Поттера. – То, что задумал Альбус, – это отсроченное убийство. Как можно изучать шаманов-каннибалов и остаться в живых? Никак. Снять печать предателя крови тоже просто так невозможно. Я предлагаю в качестве хорошего выхода обращение. Мы редко делаем это, но всегда есть исключительные случаи. Обращение снимет с него все его преступления перед Магией, он как бы станет новорожденным вервольфом с новым именем и новой судьбой. Вот только, память… Он её лишится тоже. Ты готов к тому, что он тебя забудет? – Пусть. Я помогу ему найти себя в его новой жизни, а дружба между двумя вервольфами естественна, – кивнул Вальдемар. – Тогда отнесём его в ритуальный зал и испросим у Магии дозволение на такие действия.

***

В ритуальном зале отец и сын раздели Джеймса и положили на алтарь, а сами обратились к Матери Магии за благословлением ритуала обращения. И Магия ответила. У Герберта было видение. Мать Магия разрешила ритуал обращения в обмен на виру – помощь Великому Дракону в его планах, что в итоге пойдет и на пользу клану, так как тот, в свою очередь, поможет вервольфам вернуть свой статус. Дав сигнал сыну, что обряд одобрен, глава клана начал читать недлинный катрен на старонемецком, по окончании которого Вальдемар вскрыл свою вену на запястье и набрал половину чаши крови. Глава клана стал выписывать цепочки рун прямо по телу Поттера. Закончив это, он сказал: – Нарекаю тебя Майером Вольфссегеном и принимаю в наш клан полноправным членом. Прими нашу кровь и суть. – Герберт споил оставшуюся кровь Джеймсу и произнес: – Всё, сын, обряд закончен. Теперь он несколько дней пробудет во сне трансформации. Мы оставим пока его здесь, а сами должны выяснить, как найти Великого Дракона. Примечания ¹ Хайнцель - немецкий вид брауни. Хайнцели служат магам, выполняют всю домашнюю работу. Кроме того, они могут предсказывать будущее и давать магические советы. ​​​‌​​​‌Рост от одного до трех футов, рыжие волосы и бороды, носят зеленые куртки и красные шапки. ² Schurke – нем. мерзавец, негодяй, подлец. ³ Бельвизы – злобные древесные духи, живущие внутри дерева, и имеющие на больших пальцах левых ног серпы вместо ногтей. Роггенмеме – злобные женские духи, супруги бельвизов, которые ходят нагишом, показывая свои чёрные груди, из которых сочится ядовитое молоко. Зелигены – женские лесные духи, прекрасные длинноволосые блондинки. Фенке – лесные великаны. ​​​