Глава 27

      Ньюгейт наблюдал за своим маленьким подопечным, Санни, который носился туда-сюда. День выдался спокойный, особых дел не было, так что паршивец быстро заскучал и начал суетиться.       Наблюдать за ним было забавно. Он подбегал к каждой группе, слоняющейся по палубе, с любопытством разглядывал, чем они заняты, а затем, потеряв интерес, бежал к следующей группе. Приятно было, когда вокруг появлялась такая новая энергия, это оживляло атмосферу.       В конце концов он устроился рядом с его креслом, чтобы полежать со Стефаном… Который тут же перекатился на него, придавив — привычка, которую они, похоже, подхватили и которой наслаждались.       — Вот, Отец. — один из его сыновей подошёл к нему. — Газета и обновлённые награды за головы.       — Спасибо.       Газета была маленькой в его огромных руках, но зрение было по-прежнему острым, и он читал мелкий шрифт. Большая часть была довольно скучными мировыми новостями. Правительство сделало то, Мировые Дворяне сделали это. Политика, политика, политика. Бла-бла-бла. Что за чушь.       Ньюгейт перевернул страницы туда, где обычно размещалась информация о дозорных и пиратах, если ничего не прорывалось на первые полосы.       Новички были не слишком интересны, пока они не пробивались к концу Рая и в Новый Свет. Только когда они начинали держаться самостоятельно, они заслуживали внимания. Время от времени один-два привлекали его взгляд.       На этот раз был один конкретный новичок, который привлёк его внимание. Безжалостный, дерзкий, прокладывающий свой путь через весь Рай и теперь, по-видимому, через Новый Свет. Но больше всего его внимание привлекло то, что он выглядел невероятно знакомо, и Ньюгейт ухмыльнулся, глядя на новый плакат с наградой — он бы узнал эту усмешку где угодно.       Значит, у этого ублюдка всё-таки был ребёнок…       Маленький вес перевалился через его плечо.       Кстати о знакомых лицах… Санни вызывал у него такое же чувство, хотя ему было трудно понять, с кем он связан, ничего не бросалось в глаза. И он точно запомнил бы встречу с таким ребёнком раньше, так что он знал, что они никогда не встречались.       — Хочешь посмотреть на новые награды со мной? — Капитан ухмыльнулся мальчику, который теперь висел, как мокрый макарон, через его плечо. — Поможешь старику почитать?       Санни фыркнул на него, но всё равно посмотрел через плечо, потому что заняться ему было нечем.       — Держи, можешь подержать их для меня. — Ньюгейт передал ему большую стопку плакатов. — Мои пальцы слишком большие, чтобы их хорошо удерживать.       Паршивец взял стопку и без особого интереса начал их перебирать. Стоило спросить Марко, знает ли он, что ребёнок умеет читать, поскольку старый капитан видел, как его глаза скользили по именам внизу, а сам он тихо посмеивался над некоторыми более нелепыми.       Ньюгейт снова взялся за газету. Между строк чувствовалось что-то странное. Революционная Армия, судя по всему, начала отступать от охоты на работорговые суда, теперь снова сосредоточившись на крупномасштабных операциях, хотя по-прежнему атаковала случайные корабли, которые попадались на их пути. Выглядело нормально, но Ньюгейт мог сказать, что их фокус снова сместился… но почему? Что изменилось на этот раз? Что-то крупное попало бы в новости, “Большие Новости” Морганс ведь ничего не упускает…       И, похоже, Сенгоку наконец устал от Гарпа, так как в последнее время о нём не было никаких новостей.       Рыжеволосый, однако, всё ещё был на первых полосах, поскольку мир всё ещё обсуждал его недавнее возвышение до “Императора Морей” и то, как это повлияет на баланс сил в мире. Ньюгейт просто закатил глаза — очередная политика. Рыжеволосый паршивец был ничего, он мог бы представить себе и худших кандидатов на место Императора.       … Но навсегда останется для него паршивцем, это уже не изменится.       По крайней мере, он нёс ответственность и защищал свою новую территорию от таких, как Линлин и Кайдо.       Ньюгейт почувствовал, как Санни внезапно замер на его плече, и старик остановился в чтении, чтобы взглянуть на него краем глаза.       Санни уставился в одну точку на одном из плакатов… он не мог видеть, на каком именно, с того угла, под которым ребёнок их держал, но он сделал вид, что не заметил, как тот быстро и тихо сунул его себе в штаны.       На этот раз, с большим вниманием, Санни снова просмотрел плакаты, пряча ещё один, пока его глаза более внимательно сканировали каждый.       Интересно… он знает других пиратов?       Но теперь он знал, почему этот малыш был ему знаком. Он видел это лицо раньше, и он признавал, что был расстроен тем, что ублюдок никогда не говорил ему, что у него есть ребёнок… не говоря уже о внуке.       — Паршивец. — Ньюгейт вывел его из сосредоточенности, встретившись с интенсивным взглядом. — Ты же Монки, верно?       Санни моргнул на него, затем ухмыльнулся ему, заставив его рассмеяться. Теперь было так очевидно, когда он знал, с кем сравнивать.       — Я прослежу, чтобы хорошенько врезать этому ублюдку. — сказал он ребёнку, вызвав у того странный взгляд. — Раз — за то, что не сказал мне о своей семье, и два — за то, что позволил тебе оказаться в твоей ситуации.       Санни взглянул на него с недоумением.       — Неважно, ты под моей защитой, даже если в будущем ты станешь дозорным, который будет за нами охотиться.       Выражение пренебрежения, которое он получил на это, заставило его разразиться хохотом, у него даже лёгкие немного заболели.       — Не хочешь идти по стопам своей семьи, да? — спросил Ньюгейт, наполовину любопытствуя, не является ли его отец тоже морпехом. — Значит, не выбираешь путь дозорного?       В ответ он получил показанный язык.       — И ты уверен, что не хочешь присоединиться к моей команде?       Снова язык и пренебрежительный поворот головы.       — Ладно-ладно, больше не буду спрашивать. — сдался он, зная, когда дело безнадёжно. — У тебя есть свой путь где-то там. Я знаю, как упрям бывает ваш род.       Это вызвало ещё одну ухмылку, и они оба снова посмотрели на газету.       — Что бы старик подумал, если бы узнал, что ты тусуешься с пиратами?       Это вызвало драматический стон раздражения, и Санни снова перевалился через его плечо, почти так, будто он уже имел такой опыт раньше. Через мгновение Ньюгейт заметил, как Санни спрятал ещё один-два плаката с наградами, прежде чем всех позвали на ужин.       Было очень любопытно, как, чёрт возьми, внук Гарпа оказался здесь, но теперь, когда он подумал об этом… Возможно, это было связано с Рыжеволосым паршивцем, этот человек охотился за ним большую часть двух последних лет… Но они действовали вместе… или друг против друга?       Судя по тому, что он знал о них обоих… скорее всего, они тайно сотрудничают. Ему нужно будет перечитать некоторые старые газеты, чтобы получить более ясную картину, теперь, когда он знает, на что обращать внимание.       Наверное, стоило бы сказать Марко, чтобы тот тоже был начеку… но где в этом веселье?