Глава 2

Зои успела как раз вовремя: ровно до того момента, как у Бобби наступило состояние, близкое к панической атаке. С момента присуждения премии и всех событий, произошедших в этот день, охотницы договорились лишний раз не нервировать своего менеджера, и вообще-то он тоже должен был быть в отпуске, но, что сказать, очень вовремя доследил за косяком макнэ. Бедняга, наверное, у него и личной жизни нет, пока Бобби суетится над ними, словно наседка над птенцами. И теперь вот снова подвела, мимолётно подумала Зои, выдавливая из себя неловкую улыбку: – Бобби, я уже здесь! – Ох, очень хорошо, я уверен, пара минут бы погоды не сделали, они бы дождались, – плотно сложенный организатор с улыбкой всплеснул руками, – Как-то ты запыхалась, всё хорошо? – Всё нормально, не стоит беспокоиться, так, с девочками на отдыхе заглянули в одно... – Зои замешкалась, а затем проговорила, – Любопытное место. – А... Понимаю, в отпусках... С друзьями такое бывает, наверное, – момент был максимально неловкий, а потому Бобби, махнув в воздухе смартфоном, поспешно добавил, – Что ж, в таком случае не мешаю тебе, ты знаешь, я, если что, буду рядом с папарацци, следить, чтобы соблюдались ваши права и прочее. – Спасибо тебе, Бобби, ты лучший, – искренне поблагодарила его Зои, отправляясь в «Лапки и хвостики» – приют, разместившийся всего в квартале от их совместной квартиры. Среди небоскрёбов это место казалось воистину уголком уюта, стилизованное под старину, такой уютный домик, где каждый желающий может взять себе или кошку, или собаку. Зои тут же пообещала себе держаться и не испытывать соблазна взять кого-нибудь, и дело было вовсе не в том, что у кого-то из Huntrix была аллергия. Просто, если подумать, на одном макнэ может не остановиться, а ведь это ответственность, они вечно в разъездах, а щеночек или котёночек будет скучать... Всё, взять себя в руки, и эта встреча пройдёт как по маслу! – А сейчас поприветствуем нашу прекрасную солистку Huntrix! – воскликнула директриса приюта, и толпа взорвалась радостными хлопками. Надлежало играть роль, позволять с собой фотографироваться, но сначала – речь. – Спасибо всем собравшимся, это очень важно не только для меня, ведь вы – лучшие фанаты, о которых только может мечтать певица, – заговорила Зои, и, подождав, пока стихнут счастливые улюлюканья, продолжила, – Но и для всех тех хвостиков, которые обретут здесь уютный дом… разумеется, не настолько уютный, который они могут обрести у вас в качестве владельцев. Прошу вас, подумайте, если у вас есть силы и возможности, быть может, сегодня лучший день – подарить кому-то свою любовь и заботу? – Давайте с нами! – Раздалось из толпы, и Зои широко улыбнулась, помахивая ладошкой: – Такое решение в одиночку не принимается, но я обещаю, что подумаю. Ленточка разрезалась легко, раздались рукоплескания, теперь главное пробежаться по вольерам мельком, сделать пару фотографий с фанатами, постановочные фото по просьбе Бобби – и мчать обратно, в конце концов, у неё ещё задание от бабушки Самсин, хотя сама Зои мало представляла себе, как будет справляться с этой миссией. Первой мыслью было кинуть клич в соцсетях, но это нужно с какого-то левого аккаунта делать, потому что просьба воистину из ряда вон, и наверняка придётся отфильтровать очень и очень много и фейков, и приколов. С другой стороны, всё ещё было стыдно за тот случай с доктором, который продал Руми поддельный сок для голоса, о, нет, не вспоминать, а то потеть начнёт на публике! Что Зои знала точно, так это то, что не должна подвести Руми и Миру – а всё тут. Один раз облажалась – ну что ж, в этот раз точно всё обойдётся! Что там Руми говорила? Погладить за них собачек и кошечек? Это она мигом! Ну до чего же все прелестные! И без подсказки Бобби зная, куда нужно идти, Зои сфотографировалась с одним мальчиком, нашедшим для себя котёнка, поумилялась над стеной из ладошек и лапок, где новые владельцы оставляли свои следы на долгую память приюту, поглядела, как специальный аппарат выбивает имя на жетоне питомца, и уже собиралась уходить, когда краем уха услышала: «Какой же он странный». – Он не странный, он особенный, – одна из волонтёров, работавших в приюте, хотела было отнести свой незамысловатый груз в сторону, будто боясь, что его признают, и Зои, движимая то ли чутьём, то ли своеобразной эмпатией, подошла к месту действия поближе: – А кто у вас тут? – Тут у нас... Он, – волонтёр с неловкой улыбкой отодвинула тряпицу, и наружу высунулась бежевая мордочка с белой нашлёпкой на носу, совсем крошечная, но взгляд у этого мелкаша был такой серьёзный, что впору было давать величественное имя. – Он такой славный, не нужно его никуда уносить, вдруг найдётся хозяин? – Видите ли… – глаза работницы приюта забегали, и она откинула одеялко ещё раз, показывая тельце щенка Зои, – Мы не знаем, почему он такой, быть может, результат близкородственного скрещивания, но за ним нужно следить, хоть он здоров, знаете, регулярно показывать ветеринару, и... Этот был тот самый момент, когда решение принимается наверняка, и Зои, решительно выдохнув, протянула навстречу щенку обе руки: – Я его беру. Замелькали вспышки фотоаппаратов, отражавших подлинное изумление волонтёра, но Зои делала это не для пиара, а потому, что ей очень уж понравился этот серьёзный парнишка, который и правда оказался особенным. – …Послала так послала, – тем временем ворчала Мира, созерцая место, которое было заброшено уже не первый десяток лет. Возможно, бессмертные вроде Самсин воспринимали течение времени иначе, но чтобы настолько ошибиться – да ладно, здесь трава прямо как в пампасах, где они с девочками однажды были в турне! Реально, прямо по шею! Храм едва видно, изваяния покрыты мхом, что она вообще тут забыла? Отыскивая тропинку, хотя бы ведущую к воротам, Мира поправила сумку, и резной коровий рог упёрся ей в бедро. Треклятая маска, теперь как напоминание о провале. Не такой уж и большой провал, конечно, но ведь взрослая же уже, могла не хватать вещи так опрометчиво, и это в магической земляной обители! Во рту отозвался привкус редьки, и танцовщица шумно засопела носом, преодолевая привычку, оставшуюся в далёком подростковом возрасте – смачно сплюнуть, так, чтобы у окружающих перекосило лица. Нет уж, теперь она икона стиля. И даже если здесь никого нет, это ещё не значит, что нужно вести себя не подобающе. Тропинка, наконец-то. Только что она там найдёт? Но так уж и быть, сделает круг, осмотрит всё, вдруг там где-нибудь листочек висит с информацией, куда они переехали и по какому адресу теперь доступны. А могла ли Самсин таким образом её проучить? Нет, едва ли, Мира полагала, что вздумай старуха её наказать, сделала бы это гораздо более прямыми путями. И пусть жизнь научила танцовщицу относиться к людям с настороженностью, ей всё же импонировало это бережное отношение к Руми, которая точно заслужила, особенно после всех этих событий, после многолетнего прессинга Селин – как только Селин могла так поступить? Ответов не предвиделось, в траве заливались сверчки, и Мира, чертыхаясь, пробиралась вперёд. Если уж когда-то это и было намоленным местом, то, видно, молились здесь за растения, вон их сколько кругом наросло. Злаковые метёлки проходили по лицу острыми коготками, и девушка в тщетных попытках с ними расправиться отвлеклась от дороги и пребольно споткнулась о торчащий и земли черенок. Вот уж тут не выдержала, пнула едва видимую преграду изо всех сил и вдруг услышала хлопок, вроде как обрез ткани упал, и возмущённый оклик «Эй!». Чужая голова появилась над зарослями настолько внезапно, что Мира едва не подпрыгнула на месте. Это был юноша примерно её возраста, каштановые волосы падали на плечи, а серые глаза оказались весьма раздражёнными: – Я, конечно, понимаю, что Вы споткнулись, но вот рушить мою палатку было вообще не обязательно! – О, я не знала, что тут кто-то есть, прошу прощения, – поняв, что в бешенстве сбила колышек, и именно это привело к катастрофе, Мира даже не сразу нашлась, что сказать, ведь незнакомец имел полное право высказывать ей своё негодование, – Позвольте я это... Вину заглажу. Хотите автограф? Он как-то замысловато протиснулся боком через заросли и в итоге встал прямо перед нею, разглядывал пару секунд, а затем выдал то, чего танцовщица точно не ждала: – А Вы, собственно, кто? – Простите? – опешила Мира. – Я имею в виду, что ни разу Вас не видел. Так что не могу взять в толк, зачем бы мне понадобился Ваш автограф, – незнакомец зарыл руки в карман тёмно-синего анорака, поглядывая на девушку исподлобья. На секунду Мира почувствовала себя ущемлённой, потом решила, что, видно, дело в эффекте неожиданности, а потому осмелилась пояснить: – Ну как же... Даю подсказку: музыка. Ну знаете, K-pop. – А, это. Смазливые мальчики и танцульки, – в вышколенном тоне иностранца послышалось столько презрения, что Мира почувствовала, как кровь бросается прямо к ушам, – Спасибо, мне это неинтересно. – Ну и ладно, забыли, – пустив в голос побольше льда, Мира уже было обернулась, как вдруг прозвучал совершенно неожиданный вопрос: – А что певица могла забыть в этом заброшенном храме? Заблудились, что ли? Если да, то вон там дорога, прямо за деревьями. – В этом храме якобы собирали информацию о квемулях, но, как я вижу, ничего уже не осталось. Ещё раз извините за палатку, – оглянулась через плечо она, и тут в поначалу настороженных серых глазах мелькнул интерес: – Вы ищете информацию о квемулях? Неужели поп-культура решила обратиться к традициям? Мне казалось, достаточно просто прыгать, будто мышкующая лисица, и выкрикивать банальности про дружбу и любовь. – А позвольте поинтересоваться, – терпеть это было решительно невозможно, так что круто развернувшись на каблуках, девушка подошла к нему вплотную, едва ли не сталкиваясь лбами, – Чем же по жизни занимается такой гений? – Я собираю предания о духах и чудовищах этой земли, чтобы в дальнейшем защитить диссертацию по культурологии. Я знал, что этот храм заброшен, но здесь такое тихое и приятное место, и никто не мешает, так что я разбил здесь палатку и работал ровно до того момента, пока Вы её не обрушили. Молчание Миры стало звенящим, и юноша, почесав несколько заросший подбородок, наконец пошёл на попятную: – Мне не хотелось оскорблять Вашу профессию, всего лишь сказал, что думаю. – Ещё раз, – замахала в воздухе рукой Мира, – Вы – специалист по квемулям? – Я не стал бы называть себя так громко, во всяком случае, мне не сравниться с авторами древности, которые занимались классификацией… – Какой зверь у Вас любимый? – спросила в лоб Мира, и вдруг увидела на этом заострённом лице улыбку: – На самом деле, мне больше всех нравится мамёнджо, она упоминается в «Малых речениях Сонхо» и описывается как ласточка с маленьким телом и длинным хвостом, хрупкая, словно цветок гардении. – Вы нам подходите, – без обиняков схватив его за руку, Мира потянула добычу в нужном направлении, – Я Вас нанимаю, сколько бы Вы там ни хотели за свои услуги. – Какие ещё услуги? – как ни странно, он послушно шёл следом, – Я Вас даже не знаю! – Меня зовут Мира, – наконец-то преодолев траву и оказавшись в более-менее облагороженном равнинном пространстве, даже выдохнула танцовщица, – А Вас? – Найджел, – лицо у него было такое озадаченное, что девушке стоило большого труда сдержать смешок: – Ну вот и познакомились, Найджел. Я познакомлю Вас с подругами, мы сейчас страсть как заинтересовались квемулями. – Неужели? А мне казалось, нынешняя молодёжь совершенно равнодушна к традициям и больше уважает всяких там японских ёкаев вроде кицуне. – «Молодёжь»? Да мы с Вами примерно одного возраста! Найджел замешкался, отводя взгляд, и тут Мира поняла, что они в чём-то похожи: так же, как она, новый знакомый говорил что-то напрямую, но вовсе не желая обидеть. Он защищался в непонятной ситуации, и, пожалуй, сказывалась социальная неловкость. Вполне можно было записать его во фрики. Сухопарый и угловатый, под глазами тёмные круги, общалась ли Мира хоть когда-то с такими, как он? Нет, наверное, нет. С дебютом, что ли?.. – Послушайте, Найджел, – смягчив тон насколько это было возможно и удостоверившись, что новый знакомый никуда не уходит, снова заговорила Мира, – Я Вам лучше... Покажу, с чем мы имеем дело. Полагаю, Ваша работа над диссертацией пойдёт быстрее, если кто-то будет помогать Вам добывать информацию, верно? А Вы уж поверьте, перемещаться быстрее, чем знаменитая k-pop группа, у Вас на своих двоих вряд ли получится. – Итак, знаменитая поп-группа интересуется квемулями, – спустя некоторое время произнёс он, всё ещё глядя на девушку с подозрением. – Именно так. – И вы мне всё покажете и расскажете. – Даю слово. – Тогда, – Найджел вздохнул, а затем махнул головой в сторону палатки, – Дайте хотя бы вещи прихватить, и посмотрим, чем мы сможем быть друг другу полезны.