День 27. Onion — Лук

Тропа грешников — место не слишком чистоплотное, тухлое и насквозь проржавевшее. Столько отталкивающих ароматов, как здесь, Хорнет не встречала ни в Халлоунесте, ни в иных уголках Фарлума. Её передёргивает от одного вида склизких опарышей, копошащихся в мутной грязи; она почти жалеет, что согласилась собрать тараканьи потроха для Скрула и Бенджи, потому что нутро этих тварей жёсткое и настолько же отталкивающее, как и внешний вид; она избегает шипов, в изобилии разбросанных по всей тропе, всерьёз опасаясь не просто пораниться, но и подхватить заражение от ржавчины и засохшей на них крови. Кухня изгнанного повара — апофеоз местного дурного колорита. От обилия запахов — по большей части отвратительных и резких — слезятся глаза. Пол и разделочные доски заляпаны прогорклым маслом, подвешенные разделанные туши источают гниловатый душок. Хорнет брезгливо, двумя пальцами поднимает с пола маринованную личинку, жирную и липкую. Даже не принюхиваясь, чувствует запах луково-уксусного соуса, которым она пропитана. Плотно заворачивает в лист и кладёт к другим ингредиентам, которые необходимы для приготовления изысканного блюда, впитавшего в себя все вкусы Фарлума. Если бы кто спросил саму Хорнет, она заявила бы, что не всё, что хотя бы отдалённо напоминает пищу, следует совать в рот — однако не ей, что от природы не нуждается в еде, судить о тонкостях кулинарии. Ей остаётся лишь смириться, что этот вонючий и склизкий кусок полуразложившейся личинки — один из редчайших деликатесов, что можно достать в королевстве. Пожалуй, вернувшись в Мрачную топь, она попросит у Крейга чего-нибудь покрепче, чтобы перебить витавший в воздухе и осевший на задней стенке горла привкус гнилого лука. Уже направляясь к выходу, краем глаза Хорнет замечает, как мушки-поварята, вооружившись внушительного размера ножами, волокут грузное тело поверженной Луголи куда-то в сторону разделочного цеха. И она не хочет думать о том, какая судьба ждёт эту груду остывающего мяса.