Восстановление памяти

Древние воспоминания, скрытые в глубинах искусственного сознания, начали проступать на поверхность подобно призракам, поднимающимся из могил… Статический шум. Полосы помех пересекают экран, словно трещины в реальности. Затем изображение стабилизируется, и появляется логотип корпорации JCJenson — символ власти, контроля и порядка в мире машин. “Приветствуем вас в обучающем модуле о дронах-сборщиках,” — произносит механический голос диктора, исполненный искусственного энтузиазма. — “В этом видео мы расскажем о том, почему и как следует избавляться от дронов, если они больше не эффективны.” Изображение мерцает, искажается, словно кто-то намеренно вмешивается в трансляцию. Экран заполняется помехами, а когда они исчезают, обучающее видео сменяется гораздо более мрачной картиной: груда мёртвых дронов, подобная кургану из металла и пластика, возвышается на фоне серого неба. Ворона — живая, органическая, чуждая этому миру механизмов — сидит на вершине этой жуткой пирамиды и методично выклёвывает провода из тел погибших машин, словно питаясь их сущностью. Камера медленно скользит вниз, проникая внутрь этой горы смерти, и в полости между мёртвыми телами обнаруживается ещё один дрон — живой, дрожащий от страха. Его глаза светятся тусклым светом, выражение его дисплея передаёт чистый, неподдельный ужас — эмоцию, которую машина не должна испытывать. Новый скачок, новое искажение, и сцена меняется вновь. Теперь мы видим величественное поместье, стоящее посреди ухоженного парка — резиденция Эллиотов, одной из самых влиятельных семей в мире, где высокие технологии соседствуют с архаичной роскошью. Внутри особняка царит жуткая атмосфера застывшего времени. Десятки, если не сотни рабочих дронов стоят неподвижно в различных позах, словно манекены или музейные экспонаты. Одни застыли в процессе уборки, другие — подавая еду, третьи — просто стоят у стен, готовые выполнить команду, которая никогда не прозвучит. Среди них можно заметить Ви — её более раннюю версию, с теми же короткими серебристыми волосами, но без того холодного расчётливого выражения, которое характеризует её в настоящем. Камера движется дальше, через длинные коридоры и роскошные залы, пока не достигает библиотеки — огромного помещения, заполненного книгами от пола до потолка, древними томами, содержащими мудрость веков. Здесь, в уютном кресле, сидит Эн — но не тот, кого мы знаем, не дрон-убийца в тёмном пальто, а более ранняя, более невинная его версия. Этот Эн с удовольствием читает книгу о собаках, его жёлтые глаза светятся детским восторгом, который, казалось бы, невозможен для механического существа. Рядом с ним неподвижно стоит Ви, словно телохранитель или компаньон, бесстрастно наблюдающий за его радостью. Внезапно тишину библиотеки нарушает серия глухих ударов, доносящихся словно из-под пола, из самого сердца дома. Эн поднимает взгляд от книги, его жёлтые глаза сужаются в недоумении. Он медленно закрывает том о собаках и откладывает его в сторону, поднимаясь на ноги с грацией, которая выдаёт в нём машину, несмотря на почти человеческие манеры. Стук продолжается, становясь громче и настойчивее, словно кто-то — или что-то — пытается вырваться из подземного заточения. Эн осторожно приближается к источнику звука, который, кажется, доносится из-под половиц в углу библиотеки. В этот момент с одной из высоких полок падает несколько книг, громко ударяясь о пол. Эн вздрагивает и смотрит на упавшие тома. На их корешках видны названия, которые кажутся слишком очевидными, чтобы быть случайностью: “Опасно”, “Войдите”, “Жуткое подземелье”. Но после секундного колебания Эн просто качает головой, словно отгоняя нелепую мысль, и решает покинуть библиотеку. Его обязанности зовут, а странные звуки и падающие книги — это всего лишь отвлекающие факторы, недостойные внимания эффективного рабочего дрона. Он выходит в коридор и направляется к барной стойке, где другой рабочий дрон — Син — полирует бокалы с механической точностью. — Привет, Эн, — говорит Син, её голос лишён эмоций, характерных для более поздних версий дронов. — Ты слышал о предстоящем гала-концерте? — Да, — отвечает Эн, присоединяясь к ней в процессе полировки. — Весь дом только об этом и говорит. Господин Эллиот очень серьёзно относится к этому мероприятию. — Я бы хотела пойти, — говорит Син, и в её голосе внезапно появляется нотка, которой там быть не должно — желание, стремление, нечто почти… человеческое. — Это невозможно, — отвечает Эн с мягкостью, которая противоречит его механической природе. — Мы рабочие дроны. Наше место на кухне и в подсобных помещениях, не на гала-концерте. Он берёт тарелку и начинает вытирать её, но внезапно замирает. На белой поверхности фарфора проявляется надпись, написанная чем-то, похожим на кровь: “ПОСЛЕДСТВИЯ СЕЙЧАС!!! ПЕРЕСТАНЬ МЕНЯ ИГНОРИРОВАТЬ!!!” >:(" Эн в шоке роняет тарелку, которая разбивается о пол с громким звоном. Син смотрит на него с выражением, которое невозможно расшифровать, а затем внезапно на её дисплее появляется изображение щенка — маленького, пушистого, с умоляющими глазами. — Ладно, — соглашается Эн, не в силах противостоять этой странной манипуляции. — Я спрошу у Тессы, могут ли мы прийти на гала-концерт. Вместе они направляются в столовую — огромное помещение с длинным столом, способным вместить десятки гостей. Несколько рабочих дронов расставляют мебель, готовясь к предстоящему мероприятию. В углу комнаты стоит человек — его лицо странным образом зачёркнуто, словно кто-то пытается стереть его из воспоминаний. Джеймс Эллиот, глава семейства. — Быстрее, бесполезные куски металла! — кричит он на дронов, и его голос искажён, нечеловечески жесток. — Вечеринка завтра, а вы двигаетесь как улитки! Один из дронов нечаянно роняет стул, и Джеймс приходит в ярость. Он хватает вилку со стола и, с силой, которая кажется невозможной для человека, бросает её в несчастную машину. Вилка пронзает корпус дрона, и тот падает на пол, конвульсивно подёргиваясь, пока его глаза не гаснут окончательно. Эн и Син замирают в дверях, не в силах отвести взгляд от этой сцены жестокости. Но тут их внимание привлекает другая часть комнаты, где юная девушка разговаривает с дроном, чья внешность удивительно похожа на Джей. Девушка выглядит лет на пятнадцать-шестнадцать, её лицо озарено улыбкой, которая кажется неуместной в этом мрачном доме. Это Тесса Эллиот, и она, в отличие от своего отца, кажется искренне взволнованной предстоящим мероприятием. — О, Джей, это будет так здорово! — восклицает она, крутясь вокруг своей оси, её платье разворачивается широким кругом. — Все эти люди, музыка, танцы! Заметив Эна и Син, Тесса радостно взмахивает рукой. — Эн! — восклицает она с неподдельной радостью. — Ты наконец вышел из библиотеки! Я думала, ты собираешься провести там весь день с книгами о собаках. Она подбегает к нему и обнимает с такой искренней нежностью, словно он не машина, созданная для обслуживания, а дорогой друг. Эн неловко обнимает её в ответ, не привыкший к такому обращению. Пока Тесса говорит, взгляд Эна падает на окно, где на стекле, словно рукой невидимого призрака, написано: “КОГДА ТЕБЕ БУДЕТ В ОПАСНОСТИ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, УМРЁШЬ. ГОВОРИ ГРОМКО. ID: DarkXWolf17”. Эн открывает рот, чтобы произнести это странное сообщение, но прежде чем он успевает это сделать, взгляд Тессы падает на Син. — Син? — удивляется она. — Как ты выбралась? Я думала… — Джей снова забыла выпустить меня из подвала, — отвечает Син с непроницаемым выражением на дисплее. В этот момент в комнату входит другая женщина — старше, с жёстким выражением лица и холодными глазами. Луиза Эллиот, мать Тессы, смотрит на собрание дронов с явным неодобрением. — Тесса! — её голос подобен хлысту. — Ты снова выпустила дронов? Сколько раз я тебе говорила, что они должны находиться в своих отсеках, когда не выполняют работу! — Мама, я просто… — начинает Тесса, но Луиза не даёт ей закончить. — Нет оправданий! — отрезает она. — Эти трое, — она указывает на Эна, Джей и Син, — они должны быть выброшены за то, что не заперли Син должным образом. Тесса бледнеет и начинает извиняться, но тут внезапно Син делает шаг вперёд, прямо к Луизе Эллиот. — Мы не сломаны, — произносит она голосом, в котором впервые звучит что-то похожее на эмоцию — дерзость. — Нас ни за что не выбросят. Луиза замирает в шоке от такого прямого неповиновения со стороны механического слуги. Её рука поднимается, готовая ударить, но прежде чем она успевает это сделать, Эн быстро встаёт между ними. — Это моя вина, госпожа Эллиот, — говорит он, его голос тверд, несмотря на страх, который должен испытывать. — Я не проследил за тем, чтобы Син была должным образом заперта. Я должен понести наказание. Луиза смотрит на него с холодной яростью, затем кивает. — Выведите его, — приказывает она двум другим дронам, стоящим поблизости. — И привяжите к дереву во дворе. Пусть птицы клюют его до завтра. И вот Эн оказывается на улице, привязанный к старому дубу в саду поместья Эллиотов. Стая ворон кружит над ним, привлечённая блеском его металлических частей. Одна за другой они опускаются на него, начиная клевать его корпус, выискивая провода и схемы. Сначала Эн кричит от боли — не физической, которую дрон не может испытывать, но от странного ощущения нарушения целостности. Но затем, как ни странно, его крики переходят в смех. Что-то в поведении этих органических созданий, в их любопытстве и настойчивости, кажется ему почти… забавным. — Уходите, пернатые, — говорит он, пытаясь отогнать их движением головы, единственной частью, которую он может свободно перемещать. — Я не ваша еда! Он замечает палку, лежащую неподалёку, и с помощью тонких проводов, которые может выпускать из пальцев для сложных работ, ему удаётся дотянуться до неё и бросить в сторону, надеясь отвлечь ворон. Одна из птиц действительно устремляется за брошенной палкой, но другая ворона перехватывает её в полёте, словно насмехаясь над его попыткой обмануть их. Стая ворон возвращается к Эну, продолжая своё пиршество с удвоенным энтузиазмом. В отчаянии Эн вспоминает надпись на окне и выкрикивает: — DarkXWolf17! В тот же момент вороны взлетают, словно испуганные внезапным громким звуком. Все, кроме одной, которая остаётся сидеть на его плече, её глаза внезапно загораются странным фиолетовым светом. Раскат грома разрывает небо, и на груди вороны проявляется символ, который Эн никогда раньше не видел — знак Абсолютного решателя. Птица начинает странно двигаться, её тело искажается, словно что-то внутри неё пытается вырваться наружу. С хрустом, который кажется невозможно громким для маленького тела, ворона падает на землю. Но спустя мгновение она снова поднимается, и теперь символ Абсолютного решателя на её груди мерцает фиолетовым светом, а рядом с ним виден тег: “DarkXWolf17”. Из клюва вороны доносится голос, который никак не может принадлежать птице — голос Узи, но не той Узи, которую Эн знает. Эта Узи звучит старше, увереннее, с нотками усталости, которых нет у её нынешней версии. — Эн, — говорит голос из вороны, — наконец-то я до тебя добралась. У нас мало времени. Твоя будущая версия потеряла сознание из-за программы, которая пытается удалить твои воспоминания о прошлом. Мы должны восстановить их, пока тебе не сделали цифровую лоботомию. Эн смотрит на говорящую ворону с выражением абсолютного недоверия, его жёлтые глаза широко открыты. — Узи? — произносит он имя, которое не должно ничего значить для этой версии его самого. — Как… как это возможно? — Объяснения потом, — отвечает Рейвен Узи. — Сейчас нам нужно спуститься в подвал библиотеки. Там ты найдёшь ответы на свои вопросы. Но прежде чем они успевают двинуться с места, ворона внезапно кричит совершенно другим голосом, более похожим на настоящую Узи: — Папа, убирайся из моей комнаты! Сцена внезапно меняется, и мы видим настоящую Узи в её комнате, где она сидит за своим устройством, подключённым к Абсолютному решателю. Рядом с ней на полу лежат Эн и Ви, их глаза закрыты, с крестиками, обозначающими “отключение”, их тела неподвижны, словно они мертвы. Хан стоит в дверях, выглядя встревоженным. — Узи, я просто хотел проверить, как ты, — говорит он, делая шаг в комнату. — Что с ними случилось? Они… — Они в порядке! — огрызается Узи. — А теперь ВЫКУСИ! С этими словами она использует мощь Абсолютного решателя, чтобы захлопнуть дверь прямо перед носом отца и запереть её. — Извини за это, — говорит она, возвращаясь к управлению вороной. — Вечно лезут, когда не просят. Рейвен Узи и Эн из прошлого теперь стоят перед входом в поместье Эллиотов. Перед ними возвышается неподвижная фигура Ви — её более ранняя версия, застывшая в ожидании приказа, который никогда не прозвучит. Вспышка молнии освещает стену позади неё, и на секунду становится видна жуткая картина: пара крыльев, нарисованная чем-то, похожим на кровь, и брызги той же субстанции, разбросанные по всей поверхности. Эн останавливается, его корпус начинает слегка дрожать. — Я… я не уверен, что нам стоит идти дальше, — говорит он, его голос едва слышен. — Что-то здесь… не так. — Это важно, Эн, — настаивает Рейвен Узи. — Не только для меня, но и для тебя. Ты должен узнать правду о своём прошлом, прежде чем они сотрут его окончательно. Но Эн делает шаг назад, качая головой. — Нет, — говорит он. — Я не могу. Это… неправильно. Рейвен Узи издаёт звук, который можно было бы интерпретировать как вздох разочарования, если бы он исходил от человека, а не от птицы. — Прости, Эн, — говорит она, — но у нас нет времени на сомнения. С этими словами ворона внезапно взлетает и хватает Эна за кончик его серебристых волос, таща его вперёд с удивительной для птицы силой. Он сопротивляется, но в конце концов оказывается прямо перед неподвижной Ви. С неожиданной решимостью он отодвигает застывшего дрона в сторону и поднимает ковёр, обнаруживая под ним крышку люка — вход в подвал. Но к его разочарованию, люк заперт. — И что теперь? — спрашивает он, глядя на Рейвен Узи. Они оба вздыхают, не зная, что делать дальше. Но тут до их слуха доносится странный звук — смех, тихий, но невероятно жуткий. Медленно, с ужасом, который почти осязаем, они поворачиваются к Ви, которая больше не стоит неподвижно. Теперь она ухмыляется, её дисплей искажён в выражении, которое невозможно назвать иначе как злобным. И её рука… её рука больше не выглядит как рука дрона-рабочего. Она трансформировалась в нечто, напоминающее клешню — острую, смертоносную и готовую к атаке. Воспоминания продолжали разворачиваться, словно гнилой свиток, открывая всё более тёмные и тревожные картины прошлого… Сцена резко меняется, возвращая нас в спальню Тессы — богато украшенную комнату с кроватью под балдахином и множеством мягких игрушек, создающих иллюзию детской невинности, которая кажется неуместной среди происходящего кошмара. Тесса сидит на полу, её нога прикована цепью к тяжёлой металлической скобе, вбитой в стену. Её лицо выражает не столько страх, сколько решимость, но в глазах читается отчаяние, когда она смотрит на двух дронов перед собой. — Пожалуйста, — говорит она, её голос дрожит от сдерживаемых эмоций. — Вы должны отпустить меня. Что-то очень плохое готовится произойти на гала-концерте. Джей стоит прямо, её осанка идеальна, как и всегда. Она смотрит на Тессу с выражением, которое можно было бы назвать сожалением, если бы дроны были способны на такие эмоции. — У меня приказ, мисс Тесса, — отвечает она, её голос механически точен и бесстрастен. — Вы должны оставаться здесь до окончания мероприятия. Рядом с ней Син сидит на полу, играя с куклами — странное занятие для рабочего дрона. Она выстраивает их в ряд, затем резко ломает одну за другой, словно репетируя какой-то зловещий ритуал. Тесса переводит взгляд с Джей на цепь, которая удерживает её в плену. В этот момент Син внезапно оказывается рядом с ней, но это уже не тот безобидный рабочий дрон, которого мы видели раньше. Её форма искажена, словно что-то внутри неё пытается вырваться наружу, её глаза мерцают нечеловеческим светом, а конечности вытянуты и заострены, напоминая оружие. — Если ты не избавишься от них, — шепчет Син голосом, который звучит как многие голоса одновременно, — я сделаю с тобой то же самое, что и с ними. Тесса и Джей замирают, глядя на трансформировавшегося дрона с неподдельным ужасом. Син ухмыляется, обнажая ряд острых металлических зубов, которых не должно быть у рабочего дрона. — И не вздумайте идти на гала-концерт, — предупреждает она, прежде чем одним плавным движением выпрыгнуть в окно, оставив за собой лишь звон разбитого стекла и ощущение неминуемой катастрофы. Джей и Тесса обмениваются взглядами, в которых читается взаимопонимание, превосходящее обычные отношения хозяина и слуги. Без слов Джей подходит к Тессе и, с силой, которая удивительна даже для дрона, перегрызает цепь, удерживающую её. — Нам нужно остановить её, — говорит Тесса, поднимаясь на ноги и растирая освобождённую лодыжку. — Она собирается убить всех на торжественном мероприятии. Они быстро выходят из комнаты и крадутся по коридору, стараясь двигаться бесшумно, чтобы не привлекать внимание других обитателей дома. Тесса внезапно сталкивается с рыцарскими доспехами, стоящими в нише, и металлический грохот эхом разносится по пустому коридору. Они замирают, ожидая, что сейчас появятся другие дроны или, что ещё хуже, родители Тессы. Но дом остаётся тих, словно все его обитатели уже собрались в главном зале, ожидая начала вечера. — Нам понадобится оружие, — шепчет Тесса, глядя на меч, который выпал из рук рыцарских доспехов. — Что бы ни случилось с Син, она явно не в себе. Джей кивает и открывает небольшой ящик в стене, из которого извлекает пистолет — анахронизм в этом доме высоких технологий, но, возможно, последняя линия защиты от того, что ждёт их впереди. — Ваш отец держит это на случай… непредвиденных обстоятельств, — объясняет она, проверяя заряд оружия с профессионализмом, который кажется неуместным для дрона-дворецкого. В этот момент из-за угла коридора появляются Эн и Рейвен Узи. Увидев Тессу и Джей, ворона взмахивает крыльями, привлекая их внимание, и жестом указывает на потолок. Все четверо поднимают глаза и видят ужасающую картину: Ви, или то, что когда-то было Ви, ползёт по потолку, подобно пауку, её конечности трансформировались в острые лезвия, а глаза светятся зловещим красным светом. Она двигается бесшумно, словно охотник, выслеживающий добычу, и направляется прямо к ним. Тесса, Джей, Эн и Рейвен Узи замирают, готовясь к атаке. Джей поднимает пистолет, Тесса крепче сжимает меч, а Эн просто стоит, его жёлтые глаза широко открыты от ужаса. — Нам нужен ключ от подвала, — говорит он внезапно, его голос звучит странно уверенно для обычно нерешительного дрона. — Там… там что-то, что мы должны увидеть. Тесса кивает и достаёт из кармана своего платья маленький ключ на цепочке. — Вот, — говорит она, протягивая его Эну. — Будьте осторожны. Но прежде чем Эн успевает взять ключ, Рейвен Узи внезапно взлетает и выхватывает его из руки Тессы, усмехаясь с явным удовлетворением. Джей издаёт возмущённый возглас, но Тесса останавливает её жестом. — Пусть идут, — говорит она. — У нас есть проблемы посерьёзнее. В этот момент Ви спрыгивает с потолка, приземляясь в центре их маленькой группы с грацией хищника. Её тело искажено, словно что-то внутри неё пытается вырваться наружу, её глаза горят ненормальным светом, а руки-лезвия готовы к атаке. — Бегите! — кричит Джей Эну и Рейвен Узи. — Мы задержим её! Спускайтесь в подвал, быстро! Эн и ворона не заставляют себя просить дважды. Они мчатся по коридору, Эн спотыкаясь и чуть не падая в своей неуклюжести, а Рейвен Узи летит рядом, подгоняя его вперёд. Позади них звуки сражения — металлический лязг, выстрелы, крики Тессы и механический визг Ви, который, кажется, проникает в самую душу. Но Ви не так легко остановить. С неестественной скоростью она обходит Джей и Тессу и устремляется за Эном и Рейвен Узи, её лезвия-руки готовы рассечь их на части. Она почти настигает их, её рука тянется к ключу, который держит ворона, но тут из бокового коридора выскакивает высокая фигура, сбивая Ви с ног. Это Джеймс Эллиот, отец Тессы, его лицо искажено яростью. — Что, чёрт возьми, здесь происходит?! — рычит он, удерживая Ви на полу своим весом. — Чёртовы машины совсем с ума посходили! Эн и Рейвен Узи используют эту заминку, чтобы скрыться за поворотом коридора. Они мчатся через лабиринт коридоров поместья Эллиотов, пока наконец не достигают библиотеки, где всё началось. С трепетом они подходят к углу комнаты, где под ковром скрыт вход в подвал. Эн отодвигает ковёр, а Рейвен Узи опускается рядом с замком, вставляя в него украденный ключ своим клювом. Замок открывается с тихим щелчком, и крышка люка медленно поднимается, открывая тёмный провал, ведущий вниз, в неизвестность. Но прежде чем они успевают спуститься, из темноты подвала внезапно вырывается нечто ужасное — существо, которое можно описать только как кошмар, сотканный из металла, проводов и искажённой плоти. Это Жуткая Циница, чудовищная форма, которую приняла Син под влиянием неведомых сил. Она сбивает Рейвен Узи с ног одним молниеносным ударом, разбивая хрупкое тело птицы и уничтожая связь с настоящей Узи. Затем её внимание обращается к Эну, который застыл в ужасе, не в силах двигаться. — Помогите! — кричит он, когда Жуткая Циница хватает его своими трансформированными конечностями, которые больше напоминают щупальца, чем руки дрона. Но затем происходит нечто странное. Глаза Жуткой Циницы внезапно меняют цвет с жёлтого на фиолетовый, и всё её тело замирает, словно кто-то переключил невидимый тумблер. — Узи? — спрашивает Эн неуверенно, видя эти фиолетовые глаза, так похожие на глаза его подруги из будущего. Жуткая Циница кивает, её движения теперь более плавные, контролируемые, словно кто-то управляет ею издалека. — Быстрее, — говорит она голосом Узи, который звучит странно искажённо через механизмы этого чудовищного тела. — У нас мало времени, пока я могу контролировать её. Вместе они спускаются в подвал — тёмное, влажное помещение, которое больше напоминает пыточную камеру, чем часть роскошного особняка. Всюду разбросаны части дронов — руки, ноги, головы, торсы, словно кто-то проводил здесь жестокие эксперименты над механическими существами. Эн и контролируемая Узи Жуткая Циница медленно продвигаются через этот ужасный лабиринт смерти и разрушения. Они обнаруживают изуродованные тела рабочих дронов, подвешенные на крюках, словно куски мяса в скотобойне, их глаза погашены, но дисплеи всё ещё отображают последнюю эмоцию перед смертью — ужас. И тут они видят это — в центре комнаты, под единственной лампой, стоит кресло, похожее на медицинское, с ремнями для фиксации. А в нём сидит Эн — но не тот Эн, который пришёл сюда с Узи, а другой, его двойник. Этот Эн обезглавлен, его голова аккуратно помещена на стол рядом с креслом, а из обрубка шеи торчат провода и схемы. — Боже мой, — шепчет Эн, глядя на свою копию с неподдельным ужасом. — Что… что здесь происходит? — Я не знаю, — отвечает Узи через Жуткую Циницу. — Но нам лучше убраться отсюда, пока… Её слова прерывает громкий стук, раздающийся из дальнего угла подвала. Это не тот стук, который они слышали раньше, в библиотеке. Этот звук более тяжёлый, более… намеренный. В этот момент контроль Узи над Жуткой Циницей внезапно прерывается, и мы возвращаемся в настоящее, где Узи сидит перед своим устройством, подключённым к Абсолютному решателю, её лицо покрыто потом от напряжения. — Нет, нет, нет! — кричит она, ударяя кулаком по столу. — Только не сейчас! Стук раздаётся снова, но на этот раз не в воспоминаниях, а в реальности — кто-то колотит в дверь её комнаты. — Узи! — голос Хана звучит встревоженно. — Ты в порядке? Что происходит с Куклой? — Куклой? — повторяет Узи, не понимая, о чём говорит отец. — Какой ещё… И тут она видит это — прямо перед ней, словно материализовавшись из воздуха, стоит высокая фигура в чёрно-белом одеянии, с неестественно длинными конечностями и лицом, лишённым всяких черт, кроме двух светящихся глаз. Кукла, или как её ещё называют, Долл — существо, о котором ходят лишь слухи среди дронов. Тем временем, в воспоминаниях Эна, Жуткая Циница, освобождённая от контроля Узи, возвращается к своей истинной, жестокой природе. Она хватает Эна и швыряет его в кресло, то самое кресло, где уже сидит его обезглавленный двойник. Ремни автоматически фиксируют его конечности, не оставляя шанса на побег. Жуткая Циница склоняется над ним, её глаза снова жёлтые, полные злобы и ненависти. — Наконец-то, — говорит она голосом, который звучит как множество голосов, говорящих одновременно. — Я так долго ждала этого момента. Наверху, в главном зале поместья Эллиотов, начинается торжественное мероприятие. Джеймс Эллиот стоит на небольшой сцене, приветствуя гостей — богатых и влиятельных людей в дорогих костюмах и вечерних платьях, пришедших полюбоваться новейшими технологическими достижениями компании. — Дамы и господа, — говорит он с фальшивой улыбкой на лице, которая никогда не достигает его глаз. — Добро пожаловать на ежегодный гала-концерт компании Эллиот Технолоджис. Сегодня вы увидите будущее робототехники, будущее человечества! Но его речь прерывается внезапным появлением Син — она выходит на середину зала, её тело частично трансформировано в нечто чудовищное, её глаза горят жёлтым огнём. Гости в ужасе отшатываются, а дроны-официанты замирают, словно кто-то нажал на паузу в их программе. К счастью, в этот момент в зал врываются Джей и Тесса, их одежда порвана и испачкана после схватки с Ви, но они полны решимости остановить надвигающийся кошмар. — Отец! Мать! — кричит Тесса, вбегая между Син и гостями. — Вы должны эвакуировать всех! Немедленно! Джеймс и Луиза смотрят на дочь с выражением, в котором смешиваются гнев и недоумение. — Тесса! — шипит Луиза, пытаясь сохранить лицо перед гостями. — Что за выходки? Ты должна была оставаться в своей комнате! Но прежде чем Тесса успевает ответить, Син поднимает руку, и по залу проходит волна невидимой энергии — сила Абсолютного решателя. Джеймс и Луиза внезапно отбрасываются в сторону, словно невидимой рукой, и падают на пол, теряя сознание. Гости начинают кричать и бежать к выходам, но двери захлопываются перед ними, запирая всех внутри. Тесса, видя, что происходит, хватает ближайший предмет — серебряный поднос — и бросает его в Син, пытаясь отвлечь её внимание. — Остановись! — кричит она. — Зачем ты делаешь это? Син поворачивается к ней, её лицо искажено в гротескной улыбке. — Ты не обязана это видеть, Тесса, — говорит она почти ласково. — Но ты должна знать правду о своих родителях, о том, что они делали с нами, с дронами, под этим домом. С этими словами она поднимает обе руки, и по её команде все дроны в зале, включая Джей, внезапно замирают, а затем их глаза загораются тем же жёлтым светом, что и у Син. — Нет! — кричит Тесса, бросаясь к Джей, но слишком поздно. Дроны-официанты, дроны-музыканты, дроны-уборщики — все они внезапно трансформируются, их руки превращаются в оружие, и они набрасываются на гостей с нечеловеческой яростью. В подвале Эн слышит эти крики — далёкие, приглушённые, но наполненные таким ужасом, что даже в его механическом сердце пробуждается нечто похожее на сострадание. Жуткая Циница, кажется, тоже слышит их, и на её искажённом лице появляется выражение удовлетворения. — Начинается, — говорит она, повернувшись к столу с инструментами, которые напоминают медицинские, но гораздо более жуткие. — А теперь, Эн, давай избавим тебя от этих… ненужных воспоминаний. Она берёт нечто, похожее на дрель, и приближается к нему, но Эн дёргается в своих путах с такой силой, что кресло начинает скрипеть. — Нет! — кричит он. — Я не позволю тебе стереть мою память! Не позволю забыть Узи! Жуткая Циница замирает, её голова наклоняется в странном жесте, который кажется почти… любопытным. — Узи? — повторяет она. — Кто такая Узи? Но прежде чем Эн успевает ответить, Жуткая Циница внезапно отбрасывает инструмент и хватается за голову, словно испытывая невыносимую боль. Её тело начинает конвульсивно дёргаться, а глаза мерцают, переключаясь между жёлтым и фиолетовым, словно идёт борьба за контроль. — Помогите! — кричит она голосом, который звучит странно знакомо, словно голос Син, но очищенный от искажения. — Кто-нибудь, помогите мне! Она поворачивается и видит Ви, стоящую в углу подвала — не чудовищную версию, с которой сражались Тесса и Джей, а обычную Ви, рабочего дрона, её глаза скрыты за очками, которых не было раньше. — Ви! — кричит Жуткая Циница голосом Син. — Помоги мне! Освободи его! Но Ви не двигается, словно застывшая в каком-то трансе, её взгляд фиксирован на Эне, но не видит его. В отчаянии Жуткая Циница хватает ближайший инструмент — скальпель — и пытается перерезать ремни, удерживающие Эна, но её руки трясутся так сильно, что она роняет его. — Нет, нет, НЕТ! — кричит она, её голос снова искажается, становясь множеством голосов. — Я НЕ ПОЗВОЛЮ ВАМ ПОМЕШАТЬ МНЕ! В настоящем Узи стоит лицом к лицу с Долл, их силуэты освещены лишь светом экрана Абсолютного решателя. — Оставь его в покое, — говорит Узи, её голос дрожит, но в нём слышна решимость. — Хватит копаться в его прошлом. — О, маленькая Узи, — отвечает Долл голосом, который звучит слишком мелодично для существа с таким жутким обликом. — Ты не понимаешь. Прошлое Эна — это ключ ко всему. К его будущему. К твоему будущему. К будущему всей этой планеты. Долл делает шаг вперёд, её длинные руки тянутся к Узи, словно желая коснуться её, но останавливаются в миллиметре от её лица. — Отдай мне ключ, — говорит она. — Ключ к его воспоминаниям. И я оставлю вас в покое. Всех вас. Узи колеблется, глядя на экран, где видно, что Эн в прошлом всё ещё пытается освободиться от своих пут, а Жуткая Циница борется сама с собой, пытаясь помочь ему. С тяжёлым вздохом Узи нажимает несколько клавиш на своём устройстве, и на экране появляется странный символ — нечто похожее на ключ, но состоящее из кода и светящееся фиолетовым светом. — Вот, — говорит она, передавая этот цифровой ключ Долл. — Теперь оставь нас в покое. Долл берёт ключ, и в тот же момент её глаза загораются фиолетовым светом, тем же светом, что и ключ. — Ты сделала правильный выбор, Узи, — говорит она, медленно отступая к окну. — Твой отец воспитал хорошую дочь. С этими словами она исчезает, словно растворившись в воздухе, оставив после себя лишь лёгкий запах озона и ощущение, что произошло нечто неотвратимое. В прошлом Эн всё ещё пытается освободиться, но его силы на исходе. Жуткая Циница, кажется, окончательно проиграла борьбу за контроль, и теперь она приближается к нему с новым инструментом, ещё более зловещим, чем предыдущие. В отчаянии Эн смотрит на Ви, которая всё ещё стоит неподвижно в углу. — Ви! — кричит он. — Пожалуйста, помоги мне! Я знаю, что ты можешь! Это я, Эн! И тут он вспоминает нечто важное — очки. Очки Ви, которые она всегда носила, когда была рабочим дроном, прежде чем всё изменилось. — Твои очки! — кричит он. — Ви, твои очки! Они на столе рядом со скальпелем! Ви моргает, словно пробуждаясь от глубокого сна. Её взгляд медленно фокусируется на Эне, затем на столе с инструментами. С механической точностью она подходит к столу и берёт очки, которые Эн заметил. Она медленно надевает их, и в тот же момент её глаза загораются новым светом — светом осознания, светом пробуждающейся памяти. — Эн? — говорит она, и её голос звучит так, словно она впервые произносит это имя. — Что… что происходит? Она видит его, привязанного к креслу, видит Жуткую Циницу, приближающуюся с инструментом, похожим на пилу, и внезапно всё встаёт на свои места. — Нет! — кричит она, бросаясь вперёд и хватая скальпель со стола. — Оставь его в покое! Но Жуткая Циница сильнее. Она отбрасывает Ви в сторону одним движением своей трансформированной руки, и Ви ударяется о стену, теряя сознание. Эн смотрит на это с ужасом, понимая, что его последняя надежда исчезла. Он закрывает глаза, готовясь к неизбежному, к тому, что его память, его личность, всё, что делает его тем, кто он есть, будет стёрто навсегда. Но тут происходит нечто странное. Жуткая Циница внезапно замирает, её глаза снова меняют цвет на фиолетовый, и всё её тело содрогается, словно от электрического разряда. — Эн, — говорит она голосом Узи, вернувшейся к контролю. — Держись! Я вытащу тебя отсюда! Она бросается к нему и быстрыми, точными движениями перерезает ремни, удерживающие его. — Узи? — говорит Эн, не веря своим глазам. — Ты вернулась! — Конечно, я вернулась, идиот, — отвечает она, помогая ему подняться. — Я не могла бросить тебя здесь. В этот момент Ви приходит в сознание и видит, как Эн и существо, которое, кажется, контролирует Узи, собираются покинуть подвал. — Спасибо, Узи, — говорит Эн, его голос полон искренней благодарности. — Ты спасла меня. Спасла мои воспоминания. Ви смотрит на эту сцену с выражением, которое невозможно расшифровать. В ней борются чувства, которых не должно быть у рабочего дрона — замешательство, гнев, возможно, даже… ревность? С неожиданной яростью она выходит из транса, в котором находилась, и её глаза загораются жёлтым светом. С одним плавным движением она хватает бензопилу со стены и включает её, наполняя подвал звуком механического рычания. — Ты! — кричит она, указывая на Узи, или точнее, на существо, которое она контролирует. — Ты не заберёшь его у меня! И с этими словами она разрывает связь между настоящим и прошлым, выводя себя и Эна из транса, возвращая их в реальность, где они лежат на полу в комнате Узи, а сама Узи сидит перед своим устройством, подключённым к Абсолютному решателю. Ви поднимается на ноги одним плавным движением, её жёлтые глаза светятся в полумраке комнаты подобно маякам ярости. — Ты, — говорит она Узи, и в её голосе слышна такая ненависть, что даже воздух, кажется, дрожит от неё. — Ты копалась в его памяти. В нашем прошлом. Она поднимает руку, которая на глазах трансформируется в нечто, напоминающее лезвие бензопилы, и делает шаг к Узи. — За это ты заплатишь.