Эпилог. Попытка 1501

Сентябрьское утро пахло влажной землёй и осенней прелью. Солнце только поднялось над башнями Невермора, и его лучи, пробиваясь сквозь голые ветви дубов, рисовали на каменных стенах длинные золотые полосы. Агата стояла у входа в теплицу и не могла заставить себя войти. Голова гудела как колокол после ночи. Ей опять снился астрал и тиканье часов. Вечером она попросит Мортишу растолковать сон - кто знает, может, отец заставит её всё-таки работать в Некрополисе? Но это будет потом. Всё потом. Она толкнула дверь. Внутри было тепло и влажно. Бегонии тянули к свету широкие багряные листья, и в их прожилках пульсировал слабый свет. Агата провела пальцем по краю самого крупного листа и прислушалась. Не к звукам - к тишине. На удивление, цветы сегодня были спокойны. - Агата! Дорогуша! Ты тут! Гомес Адамс, её кузен, возник из-за зарослей плотоядной росянки, сияя, как летучая мышь, случайно залетевшая на солнечный свет. Его рубашка была расстёгнута почти до середины, галстук болтался, а в глазах плясали огоньки какого-то нового, сумасшедшего замысла. - Если ты снова принёс им жертвенного хомяка, Гомес, я прикормлю твоим галстуком ту лиану, - безразлично заметила Агата, указывая на растение с длинными, похожими на щупальца, побегами. В висках начинало пульсировать. - Что? Нет! - Гомес отшатнулся от лианы, хватая свой галстук. - Хотя идея неплохая... Нет! Мы просто проходили мимо и решили заглянуть. И как раз я хотел представить тебе кое-кого! Моего лучшего друга! Ты же помнишь его? Мы как-то собирались на летних каникулах пару лет назад. Единственного человека в этом скучном учебном заведении, чей ум способен оценить гениальность моих шалостей! Агата подняла взгляд и тонко улыбнулась. - Моргните два раза, если мой кузен держит вас в заложниках. Юноша, стоявший за плечом Гомеса, чуть склонил голову. Он был высок, тощ, бледен - и смотрел на неё с холодным, изучающим прищуром. В его груди что-то тикало. Мерно, ритмично, как часы в ее сне. Агата на секунду задержала на нём взгляд. - Боюсь, в этом нет необходимости, - произнёс он. - Ваш кузен не держит меня в заложниках. Он просто очень настойчив. - Это мягко сказано, - хмыкнула Агата. - Я Айзек Найт, - сказал он. - Гомес настаивал, чтобы я увидел ваши бегонии. Он утверждает, что они производят неизгладимое впечатление. - Производят, - согласилась она. - Особенно на тех, кого они пытаются съесть. - Сомневаюсь, что я съедобен. - Это они решают. Гомес, который всё это время переводил взгляд с одного на другого, вдруг хлопнул себя по лбу. - О, чуть не забыл! Мортиша просила помочь с какими-то травами для зелий. Я побежал! Айзек, не скучай. Агата, не укуси его. Бегониями. Он исчез прежде, чем Агата успела возразить. Дверь хлопнула. В теплице стало тихо - только тик-так, тик-так, тик-так. Агата растерянно посмотрела на закрытую дверь, потом на Айзека. Тот стоял неподвижно, явно не зная, что делать дальше. Повисла неловкая пауза. Агата вздохнула. Гомес, как всегда, создал проблему и убежал. - Раз уж вы здесь, - сказала она без особого энтузиазма, - можете посмотреть бегонии. Только не трогайте листья - они этого не любят. - Я помню, - сказал он. - Помните? - Она приподняла бровь. - Гомес рассказывал. - Гомес много чего рассказывает. Она провела его между стеллажами скорее из вежливости, чем из интереса. Он шёл следом, держась на расстоянии, и молча разглядывал растения. Агата машинально проверила систему полива - и нахмурилась. Трубка на третьем стеллаже опять отошла, и вода капала на пол, размывая грунт. Она потянулась поправить её, но крепление сидело слишком туго. - Да чтоб тебя, - пробормотала она. - Позвольте, - сказал Айзек. Он подошёл, опустился на корточки и осмотрел трубку. Его пальцы двигались быстро, точно - она не успела ничего сказать, как он уже поправил крепление. - Там прокладка износилась, - сказал он, выпрямляясь. - Если хотите, я могу заменить. У меня есть инструменты. Агата посмотрела на него. На его перепачканные землёй пальцы. На серьёзное лицо. На то, как он ждал ответа - без навязчивости, без желания произвести впечатление. Просто предложил помощь, потому что мог. - Ладно, - сказала она. - Заменяйте. Если вам нечем заняться. - Мне есть чем заняться, - ответил он. - Но система полива важнее. - Почему? - Потому что без неё бегонии погибнут. А вы, кажется, их любите. Агата не нашлась что ответить. Она стояла и смотрела, как он возится с трубкой, и чувствовала что-то странное. Не благодарность. Скорее удивление. Этот тощий бледный юноша с тикающим сердцем, которого она видела второй раз в жизни, только что починил её систему полива и даже не ждал спасибо. Когда он закончил, она сказала: - Спасибо. - Пожалуйста, - ответил он, вытирая руки о платок. - Я зайду на следующей неделе проверить, как держится. - Я вас не приглашала. - Я знаю. Но прокладка может снова отойти. Он развернулся и вышел. Дверь закрылась. Тик-так стихло. Агата осталась одна среди цветов. Она смотрела на исправленную трубку и думала о том, что этот странный юноша только что сделал для неё больше, чем кто-либо за последние месяцы. Не потому что она попросила. Не потому что ему было что-то нужно. Просто потому что заметил неполадку и решил помочь. Она не знала, почему ей вдруг захотелось, чтобы он действительно зашёл на следующей неделе. Она посмотрела на закрытую дверь и улыбнулась, сама не зная почему, и вернулась к бегониям. Он был не таким уж и отталкивающим, как мог показаться на первый взгляд. И да, все же он был симпатичным. А вдалеке где-то слышалось удаляющееся тиканье. Тик-так, тик-так, тик-так. Ровно. Спокойно. Как всегда.