Вернутся к фанфику
Часть 15
19 ноября 2025, 22:35На следующий день.
Большая перемена.
Двор Невермора.
Двор академии бурлил жизнью, словно осенний муравейник, полный гомоном студенческих голосов. Несмотря на прохладу, каждый стремился вдохнуть глоток свежего воздуха, упиваясь последними теплыми деньками. В этой пестрой толпе, поглощенной беседами и сплетнями, лишь немногие замечали притягательную тайну, скрытую в укромном уголке двора, где, подобно теням, собралась небольшая компания.
Айзек, Тайлер, Даника, Агнес, Энид и Уэнсдей, словно агенты под прикрытием, возобновили вчерашнюю дискуссию, окутанную флером секретности.
— Вчера я прошерстила библиотеку, — нарушила тишину ДеМилль. — и наткнулась на нечто… весьма интригующее. Но я не уверена, насколько это правда… Легенда о Ключе Безвременья – артефакте, способном распахнуть врата в иное измерение. В книге говорится, что нефилимы использовали его, чтобы избежать неминуемой участи. Тебе что-нибудь известно об этом?
— Да… — в ее фиолетовых глазах мелькнула тень беспокойства, когда Даника на мгновение отвела взгляд. — Но меня терзает вопрос, как эта информация просочилась в библиотеку обычной академии. Ей не место здесь… Впрочем, что сделано, то сделано… Такой ключ действительно существует, но мне никогда не доводилось видеть его воочию. С его помощью действительно можно открыть портал… вот только я сомневаюсь, что кто-либо из моих сородичей успел спастись… Даже если Орден и нашел этот ключ и попытался отыскать выживших, их попытки, скорее всего, были тщетны. Замок устроен таким образом, что при попытке открыть его кем-либо, не принадлежащим к роду нефилимов, он моментально блокируется, и открыть его вновь сможет лишь кровь потомка падшего ангела. А именно – дитя самого Люцифера. И нужна я им не только из-за моей сущности нефилима – моя кровь сама по себе ключ к порталу.
— Вот почему ты так остро реагировал на наши вопросы. — догадалась Агнес, пристально глядя на Айзека. — Ты защищаешь Данику. И, вероятно, с самого начала знал о ее происхождении и о том, кто ее отец.
Айзек молчал, не отрывая взгляда от Даники. В глубине его глаз бушевал целый океан чувств: вина, жгучая решимость и непоколебимая преданность. Он стоял, словно каменный страж, готовый принять на себя любой удар, лишь бы оградить ее от опасности.
— Все гораздо сложнее, чем кажется. — наконец, эхом прокатился его голос, разрывая тишину. — Я защищаю Данику не только из чувства долга. Я обязан ей жизнью… и чем-то гораздо большим… С того самого дня я поклялся, что буду рядом, чего бы мне это ни стоило.
Уэнсдей нахмурилась, ее взгляд стал острее лезвия.
— Ты знал о ее происхождении? Знал, что она дочь Люцифера?
— Да. — тихо выдохнул Айзек, словно признаваясь в тяжком грехе. — Я знал все. И сознательно скрывал это от вас, лишь бы сохранить ее в безопасности. Это знание – клеймо, делающее ее уязвимой, превращающее в мишень…
Даника глубоко вздохнула, в ее голосе звучала усталость.
— Хватит, Айзек. Больше нет смысла скрывать правду. Все уже раскрыто. Теперь нам нужно решить, что делать дальше. Мы должны быть готовы к худшему.
— Может, пойдем к мисс Капри? Расскажем ей все. — неожиданно предложил Тайлер. — Знаю, идея сомнительная… Но она помогла мне, может, поможет и в этот раз. В любом случае, если Орден здесь и знает, что и ты здесь, Даника, они явятся в школу. Все должны быть наготове, предупреждены.
Айзек бросил взгляд на Тайлера, в глубине взгляда плескалась тихая благодарность. Идея граничила с безумием, но в ее рискованности мерцала спасительная логика. Мисс Капри, теперь властная и влиятельная благодая новому директорскому статусу, могла стать тем якорем, что удержит их в надвигающемся шторме. И запирать ее в неведении, когда опасность дышит в затылок, было бы непростительной близорукостью.
Уэнсдей, погруженная в раздумья, нервно прикусила губу. Одиночество было ее стихией, ее крепостью, где единственным оружием был острый ум. Но сейчас ставки были слишком высоки. Бросить вызов Ордену в одиночку – равносильно подписать себе смертный приговор.
— Хорошо, — наконец выдохнула она. — но прежде чем мы откроемся мисс Капри, мы должны быть уверены в ее преданности. Тайлер, ты знаешь ее лучше других. Что скажешь?
Тайлер кивнул, тень сомнения омрачила его лицо.
— Я верю ей. Она рисковала собой ради меня, когда я был на грани. Но я не могу поручиться, что она забудет о собственных интересах. Но я уверен, мисс Капри всегда танцует под собственную дудку.
Даника, приблизившись к Айзеку, коснулась его руки словно ища ободрения.
— Что бы мы ни решили, мы сделаем это вместе. Мы — команда. И мы будем сражаться за тех, кто нам дорог.
— Мы делаем это не только ради защиты Даники и остальных нефилимов… если они вообще уцелели, но и ради каждого в этой комнате, ради наших близких, ради самого Невермора. Орден не остановится ни перед чем, чтобы достичь своей цели. — Найт говорил с твердой убежденностью. — И мы встретим их во всеоружии… — мимолетный взгляд скользнул по лицу Даники. Он был полон решимости, как никогда прежде. Он был готов на все, чтобы защитить ее. Он не мог позволить себе потерять еще одного близкого человека. — Я использую свои знания о потайных ходах и подземных лабиринтах академии и превращу их в смертельные ловушки.
— Мы тоже поможем. — Энид, до этого момента внимательно слушавшая, наконец подала голос. В нем звучала непоколебимая вера и заразительный энтузиазм. — Мы не останемся в стороне. Я поговорю со стаей и с "Беладонной".
— А я могу за ними следить. Раз они объявились в Джерико, и мы часто там бываем, это не составит особого труда. — Агнес искренне хотела помочь Данике. К тому же, вся эта круговерть тайн, интриг и смертельной опасности вызывала в ней неподдельный восторг.
Айзек слегка сжал руку Даники в ответ, его взгляд потеплел. В ее словах звучала та непоколебимая сила, которая поддерживала его на протяжении долгих лет. Он знал, что они справятся. Вместе. Нужно лишь найти верный путь.
Уэнсдей окинула взглядом собравшихся. В этой разношерстной компании, объединенной общей целью, крылась их сила. Каждый был готов внести свой вклад, пожертвовать собой ради общего дела. Ее взгляд задержался на Найте. В его глазах плескалась такая решимость, такая отчаянная любовь к Данике, что она невольно позавидовала им.
— Хорошо. — произнесла Уэнсдей. — Тайлер, переговори с мисс Капри. Представь ей ситуацию в общих чертах, но не раскрывай всех карт. Узнай, на чьей она стороне. Энид, действуй через стаю и "Беладонну". Агнес, будь осторожна. Мы не знаем, насколько сильны наши враги и кто им помогает. Найт, подготовь Невермор к обороне. Каждый из нас должен быть готов к худшему.
Она замолчала, собираясь с мыслями. Знала, что надвигается буря. Знала, что их ждет жестокая битва. Но, глядя на лица своих товарищей, она чувствовала, что они способны выстоять.
— И помните. — добавила она. — мы не просто защищаем себя. Мы защищаем Невермор, мы защищаем будущее.
Тишина обволакивала их, густая и тревожная, словно затаившаяся буря, готовая разразиться в любой момент. Каждый, погруженный в лабиринт собственных мыслей, сплетал нити стратегии, прокручивая в голове калейдоскоп вероятных сценариев. Уэнсдей ощущала, как хрупкое равновесие успеха держится на нитях слаженности, на невидимой связи доверия, сотканной из пепла сомнений и страхов. Ответственность, тяжелым грузом давившая на плечи, лишь подчеркивала глубину их общей решимости, отражавшейся в стальных отблесках в глазах товарищей.
Энид, словно дикая волчица, окинула их взглядом, и в ее глазах вспыхнул хищный огонь. Ее связь со стаей и сетью "Белладонны" была их секретным оружием, нитью, ведущей к самым сокрытым тайнам. Агнес, обычно тихая тень, в час нужды превращалась в смертоносный инструмент, оттачивая грани своего зловещего дара.
Айзек, воплощение силы и преданности, служил несокрушимой опорой. Невермор в его руках превращался в неприступную крепость, готовую обрушиться на любого, кто осмелится нарушить их покой. Уэнсдей знала, что он отдаст все, и даже больше, движимый пламенем любви к Данике, той самой любовью, что давала ему невероятную силу, делая практически непобедимым.
Уэнсдей вновь провела взглядом по лицам друзей. В их глазах, несмотря на немой страх, таилась непоколебимая уверенность. Они выстоят. Вместе. Они защитят Невермор, отстоят право на будущее. И она сделает все, чтобы никто не пострадал.
— Что ж. — промолвила Даника, и легкая дрожь пробежала по ее телу от пронзительного порыва ветра. — Будем держать друг друга в курсе, сообщать о каждом шаге, каждом действии. Если что-то пойдет не так… немедленно говорите. Никто не должен… — голос ее дрогнул, словно хрустальный колокольчик, задетый порывом ветра. — Спасибо вам всем. За вашу дружбу, преданность, за готовность помочь мне… всем нам… — в фиолетовых омутах ее глаз плескалась искренняя благодарность и тепло. — А теперь, думаю, нам пора возвращаться. Перемена скоро закончится.
Тайлер молча кивнул и направился к главному входу в академию. Он осознавал деликатность ситуации с мисс Капри. Ее лояльность оставалась под вопросом, и любое неосторожное слово могло разрушить их зыбкие надежды. Ему предстояло быть убедительным, но осторожным, словно канатоходцу, балансирующему над пропастью, чтобы узнать правду и не выдать их замыслов.
Тяжелое молчание повисло в воздухе после слов Даники. Уэнсдей почувствовала, как волна тепла накрывает ее изнутри – редкое, почти болезненное ощущение. Она понимала, что для Даники это значило больше, чем просто защита школы. Это было защитой дома, семьи, той самой хрупкой надежды на нормальность, которую они все так отчаянно лелеяли. В этот момент Уэнсдей ощутила острую, почти физическую боль за Данику, за ее уязвимость, за тяжесть, которую та несла на своих плечах.
Они разошлись, каждый погруженный в свои мысли, неся в сердце груз предстоящих событий. Уэнсдей чувствовала, как внутри нее нарастает решимость. Она не позволит тьме поглотить их свет. Не позволит никому причинить боль ее друзьям. Она станет их щитом, их оружием, их последней надеждой. Впервые за долгое время, холодный расчет словно отступил, уступая место жгучему желанию защитить тех, кто стал для нее семьей.
Шаги Тайлера эхом отдавались в пустых коридорах академии. Он чувствовал на себе груз ответственности за Данику, за всех них. Ему предстояло сыграть роль, возможно, самую важную в его жизни. Ему нужно было докопаться до правды, вытащить на свет все спрятанные секреты, даже если это означало столкнуться с собственными демонами. В его сердце горел огонь преданности, поддерживаемый любовью к Данике, свет, который помогал ему не сбиться с пути.
Он знал, что их ждет непростое испытание. Но он также знал, что они справятся. Вместе. Потому что их связала не только дружба, но и нечто большее – общая боль, общая надежда, общая вера в то, что даже в самой темной ночи можно найти свет. И Тайлер сделает все, чтобы этот свет не погас...
Минуло несколько дней.
Несколько часов до отбоя.
В комнате Даники.
В комнате еще клубился дух недавней, исступленной страсти. Скомканные простыни и одеяло хранили отпечатки тел, сплетенных в объятиях. Ароматические свечи, догорая, источали последний вздох восточной неги. На мягком ковре, словно оброненные лепестки, покоились предметы женского туалета. У тумбочки, словно безмолвные свидетели, стояли пустая бутылка из-под красного вина и два бокала, наполовину осушенных в порыве чувств. Темные шторы, поддавшись легкому дыханию ветерка из приоткрытого окна, трепетали, словно крылья бабочки, готовой упорхнуть. Но все это великолепие – лишь оболочка, ведь комната казалась пустой без…
Айзек спешил в свое мужское крыло общежития, охваченный неутолимым желанием – поделиться своим новым творением. Планшет, способный контролировать все камеры и ловушки, расставленные в запутанных лабиринтах Невермора, должен был стать подарком, знаком его безграничной любви и заботы о Данике. Ему не терпелось увидеть ее восхищенные глаза, разделить с ней радость открытия.
Даника в это время нежилась под горячими струями душа. Влажный пар, словно пелена, окутывал ее обнаженное тело, растворяя все тревоги и заботы. Шум воды заглушал мир, погружая ее в кокон тишины и покоя.
Именно в этот миг, словно зловещий шепот, тихо скрипнула оконная рама. Распахнутое окно впустило в комнату непрошенного гостя – темную, массивную фигуру. Облаченный во все черное, незнакомец, словно тень из ночного кошмара, скрывал свое лицо за маской. Лишь пронизывающий взгляд темно-серых глаз жадно изучал каждый уголок комнаты. Услышав плеск воды, доносящийся из ванной, он, бесшумно ступая, словно хищник, крадущийся к добыче, двинулся к источнику звука.
И вдруг – тишина. Вода перестала литься. Даника, укутанная в мокрый халат и с полотенцем на голове, вышла из душевой кабины, окутанная ароматом мыла и цветов. И увидела его. Чужака, непрошеного гостя, чье присутствие обжигало страхом. В одно мгновение она поняла – это посланник ордена. Холод ужаса сковал ее тело, лишая возможности двигаться, кричать.
Незнакомец ринулся к ней, словно хищник, готовый растерзать свою жертву. Еще секунда, и он бы схватил ее в свои грязные объятья, но… Дверь распахнулась, и в комнату, словно вихрь ярости, ворвался Айзек.
Увидев, как над его Даникой нависла смертельная угроза, он не раздумывал ни мгновения. Подняв руку, он силой своей воли швырнул нападавшего в воздух, а затем, обрушив на пол, словно мешок с костями, заставил его замолчать навсегда. Раздался жуткий, неестественный хруст.
Айзек, словно одержимый, подбежал к поверженному врагу. Под головой незнакомца расползалось багровое пятно крови. В голове Айзека помутилось сознание, вспыхнула неутолимая жажда, древний, животный голод. Он больше не принадлежал себе. Не владея собой, он схватил тело, навис над ним и, сорвав черную маску, вонзил свои неестественно расширившиеся челюсти, превратившиеся в орудия смерти, в его череп. Звук ломающихся костей, словно эхо ада, потряс комнату и вернул Данику к реальности.
Вскрикнув от ужаса, она бросилась к Айзеку, пытаясь достучаться до его разума.
– Айзек… – шептала она, дрожащим голосом. – Пожалуйста… остановись…
Он услышал ее, но с трудом. Утолив свою ужасную потребность, выпив до капли мозг своей жертвы, он оторвался от тела и посмотрел на Данику. В его карих глазах, словно в зеркале, отразился ужас содеянного, осознание потери контроля. Безумие постепенно сменялось виной и раскаянием.
Даника, не обращая внимания на кровь и остатки мозга на лице любимого, бросилась к нему, ища в нем защиты и опоры. Она не винила его, понимая, что он действовал во имя ее спасения. Пусть даже в нем вновь пробудилась его темная, зомби сущность. Любовь ее была сильнее страха.
Айзек заключил Данику в объятия, прижимая к себе с отчаянной силой, будто боялся, что она растает в воздухе, исчезнет навсегда. Он чувствовал ее трепет, пульсирующую дрожь ее сердца, которая эхом отдавалась в его собственной, израненной груди. Горячие, как раскаленное железо, слезы обжигали его щеки, смешиваясь с багряными потеками крови поверженного врага. Он понимал – он совершил непоправимое, что-то такое, что навсегда оставит шрам на их душах.
– Прости меня, Даника. – прошептал он, голос его дрожал и ломался от душивших его рыданий. – Я не хотел… Оно… Оно вырвалось наружу, взяло надо мной верх.
Даника молчала, лишь крепче прижимаясь к нему, пытаясь своим теплом изгнать холод охватившего его кошмара. Она чувствовала борьбу, что терзала его изнутри – любящего, нежного Айзека, которого она знала и боготворила, и темную, голодную сущность, что таилась в глубинах его истерзанной души. И она любила его целиком, без остатка, принимая обе стороны его сложной, измученной натуры.
– Все хорошо, любимый. – прошептала она, нежно гладя его по спутанным волосам. – Я знаю, ты сделал это… ради меня. Я знаю, ты никогда, никогда бы не причинил мне вреда.
В этот момент в комнату ворвались Тайлер, Уэнсдей, Энид и Агнес. Их встревоженные взгляды молниеносно скользнули по безжизненному телу на полу, затем задержались на испачканном кровью лице Айзека.
– Что здесь произошло? – не церемонясь, спросила Аддамс. – Этот человек… Он из ордена?
– Да… – пролепетала Даника, все еще дрожа от пережитого ужаса. – Если бы не Айзек… он бы убил меня… Надеюсь, никто больше не слышал шума…
– Нет. – ровным, бесстрастным тоном ответила Уэнсдей. – Этаж практически пуст. А мы услышали… потому что были неподалеку.
Тайлер словно обернулся в камень, не в силах отвести взгляд от разверзнувшейся перед ним кошмарной бездны. Энид, задохнувшись от ужаса, прикрыла рот ладонью и бросила на Айзека взгляд, полный нескрываемого отвращения и паники. Казалось, еще секунда – и ее вывернет наизнанку от вида раскроенного черепа несостоявшегося убийцы Даники и окровавленного лица Айзека. Но она не могла осуждать его. В конце концов, он защитил ту, что ему дороже жизни.
Лишь Агнес сохраняла невозмутимое спокойствие, в ее взгляде читалось сочувствие и какое-то странное понимание. Она шагнула вперед, протягивая руку к Данике.
– Идем, тебе нужен отдых. – прозвучал ее тихий, успокаивающий голос. – Ты пережила немыслимое… Позволь мне проводить тебя в комнату к девочкам.
Даника, словно марионетка, безвольно позволила Агнес вывести себя из комнаты. Она чувствовала себя пустой, выпотрошенной, лишенной всякой жизненной энергии. В голове навязчиво пульсировала лишь одна мысль: Айзек… что его ждет?
Уэнсдей приблизилась к Айзеку. Ее взгляд, обычно острый и бесстрастный, неожиданно смягчился, наполнившись непривычной для нее теплотой. Она видела в нем не чудовище, а сломленного человека, тонущего в омуте отчаяния.
"С каких это пор я стала такой мягкой?" – промелькнуло в ее голове. Что изменило ее, ту, что всегда гордилась своим ледяным самообладанием? Новые чувства к Тайлеру, или близость Даники, или осознание собственной сущности?
– Ты сделал то, что должен был. – тихо сказала она, словно боясь спугнуть тишину. – Не дай этому сломить тебя. Сейчас главное – не терять голову. – Ее взгляд скользнул к Тайлеру. – Ты говорил с Капри? Объяснил ей ситуацию?
Тайлер лишь молча кивнул.
– Отлично. Тогда иди к ней немедленно и приведи ее сюда. Она должна увидеть это своими глазами. Необходимо обезопасить школу. Этот… мертвец… проник сюда, минуя подземные ходы. Как? – Уэнсдей вновь повернулась к Айзеку. – Как ты смог среагировать так быстро?
– Я установил камеру в этой комнате, а когда пошел к себе за… вот этим, – Найт кивнул на планшет, валявшийся у двери, – увидел, что происходит. Видимо, выронил его, когда побежал сюда. Хорошо хоть, корпус прочный.
– И он записывает архив?
– Конечно. – усмехнулся Да Винчи. – Я предусмотрел и это. Все данные сливаются в облачное хранилище.
– Прекрасно. Сейчас умойся. Незачем демонстрировать директрисе окровавленное лицо – это лишь укрепит ее подозрения в твоей причастности к произошедшему. Иди к Данике, успокой ее. Она нам нужна в здравом уме. Тайлер приведет мисс Капри, и мы решим, что делать с телом, а затем присоединимся к вам.
Айзек, понурившись, безмолвно выполнил указание Уэнсдей. Его словно выжали до последней капли, оставив лишь горечь и усталость, но слова Уэнсдей, как ни странно, прозвучали подобием ободряющего напутствия. Он знал, что должен оставаться крепостью ради Даники.
Тайлер растворился в сумраке, словно призрачная тень. Уэнсдей застыла посреди комнаты, подобно изваянию из мертвого мрамора, вперив невидящий взгляд в бездыханное тело у своих ног. Давящая тишина резала слух, нарушаемая лишь тихими, дрожащими всхлипами Энид. "Наивная дурочка," – промелькнуло в голове Уэнсдей, но вслух она не произнесла ни слова. Каждый прятался от ужаса в своем собственном коконе.
Вскоре возвратился Тайлер, словно вестник неминуемой беды, сопровождая мисс Капри. Директриса, обычно излучавшая непоколебимую уверенность и властную силу, казалось, отброшена в смятение и страх. Заметив окровавленное тело, она едва сдержала рвущийся из груди крик.
– Что… что здесь произошло? – прошептала она, не отрывая взгляда от Уэнсдей.
– Случилось то, что должно было случиться. Мы оградили школу от угрозы. – бесстрастно ответила Уэнсдей. – Но это лишь начало. Необходимо узнать, каким образом этот человек сумел проникнуть в Академию. Иначе подобное непременно повторится. Его явно послал орден.
-Я так понимаю это дело рук мистера Найта. - догадалась женщина.
-Да, это я его убил. - выходя из ванной комнаты, не стал отрицать правду Айзек. - Не стану лукавить. Я защищал Данику. Этот человек пытался ее убить.
В доказательство своих слов Найт предоставил директрисе запись того, как этот человек проник в комнату и предпринял попытку нападения на Стар.
-Что ж. - тяжело выдохнула Айседора, нервно перебирая четки жемчужных бус, обвивавших ее шею. – Вы совершили смелый… пусть и весьма жестокий поступок. Неизвестно, к каким последствиям привело бы исполнение его замысла. Могли пострадать другие ученики. Тайлер обрисовал мне всю суть произошедшего ещё во время предыдущего разговора, и я готова оказать вам поддержку… Неважно, что происходило в прошлом, теперь вы – часть Невермора. И мои студенты. И я не допущу, чтобы вас обижали… А сейчас… – на мгновение взгляд директрисы скользнул по застывшему телу. – Сейчас мы запечатаем эту комнату. Ночью вернемся и избавимся от этой… помехи. Отнесем его Отто. Он давно не лакомился свежим мясом… А пока что давайте отправимся к мисс Стар и вместе решим, как нам следует действовать дальше.
Заперев комнату на ключ, мисс Капри повела своих подопечных в убежище Аддамс и Синклер. Стар, свернувшись калачиком под цветастым плюшевым пледом на кровати Энид, казалось, утонула в бездонном омуте собственных мыслей. Агнес, неподвижной статуей, застыла в кресле-мешке. Даника не отреагировала на их появление, словно погрузившись в непроницаемый кокон.
Айзек, не обращая внимания на смущенные взгляды, опустился рядом с возлюбленной. Она лежала спиной к нему, и парню пришлось наклониться, заглядывая в ее лицо.
— Дани, — прошептал он, касаясь ее щеки. — посмотри на меня.
Словно усилием воли, Стар повернула голову. В глубине ее фиолетовых глаз бушевал вихрь противоречивых эмоций, словно осколки разбитого зеркала.
— Нам нужно решать, что делать дальше. — продолжал Найт, нежно очерчивая пальцами контур ее скул. — Детка, мы защитим тебя, но и тебе необходимо взять себя в руки. Ты больше не одна.
— Ты прав. — неожиданно спокойно отозвалась беловолосая. — Сопли можно размазывать бесконечно, но пора действовать, пока они не перешли к более радикальным мерам.
Наконец поднявшись с чужой постели, словно с поля битвы, Айзек и Даника приблизились к прибывшим. Мисс Капри одарила их теплой, понимающей улыбкой.
– Итак, – директриса взяла инициативу в свои руки. – проблему с телом мы решили. Ночная тень поглотит его. А пока, мисс Стар, вы проведете эту ночь в комнате мистера Найта и мистера Галпина. Завтра я созову экстренный совет с преподавателями, раскрою им завесу тайны. Вышестоящие инстанции останутся в блаженном неведении – их вмешательство может обернуться против нас. Далее… нам предстоит решить, где вы найдете убежище. Ваше присутствие в академии – это хождение по лезвию ножа, опасность, нависшая не только над вами, но и над остальными студентами. Никто не должен стать заложником этой тьмы. – Мисс Капри перевела взгляд на Айзека. – Ваши ловушки останутся на своих постах, словно невидимая стража. Необходимо укрепить периметр камерами и установить некую защиту на вратах, что-то, что сможет зазвонить набат при приближении чужака. Способны ли вы создать такой щит?
Найт, погруженный в свои мысли, лишь молчаливо кивнул.
– Превосходно. – Затем женщина обратилась к Энид. – Дорогая, ты говорила со стаей и Белладонной?
– Да. Они поклялись встать на защиту академии и Даники, если понадобится. Их клыки и когти готовы встретить врага.
– Я переговорил с ребятами из клуба хайдов. – подключился к разговору Тайлер. – Они тоже готовы поддержать нас. Их звериная ярость станет нашим оружием.
– Хорошо. С безопасностью Невермора мы практически решили деликатный вопрос. А теперь вернемся к вопросу вашего временного пристанища. – Айседора устремила свой серьезный, пронзительный взгляд на Данику и Айзека, чьи руки сплелись в немом обещании. – Пока Орден не растворится в небытии, мы все в плену опасности. И каждое ваше мгновение в стенах Невермора – это риск. Есть ли у вас место, где вы могли бы переждать грозу?
– А что если старый бункер под домом моих родителей? – Тайлер выпалил эту идею с отчаянной надеждой. – Там нас точно никто не найдет. Это словно забытая могила для врагов.
– Мысль, достойная восхищения. – неожиданно одобрительно кивнула Уэнсдей, в ее глазах заплясали искры предвкушения. – В эти выходные мы могли бы отправиться в Иерихон. Начать охоту на Орден, как я поняла, они подобны воронам, гнездящимся на виду.
– Прекрасная мысль, мисс Аддамс. – одобрительно улыбнулась директриса. – Вы отправитесь в город, но только со мной и под моим чутким присмотром. Я не могу допустить, чтобы вы, словно мотыльки, летели на пламя, подвергая свои жизни ненужному риску. Мы проведем разведку вместе.
– А если другие начнут терзать вопросами? – проговорила Агнесс, ее голос дрожал от волнения. – Многие заметят, что что-то не так.
– Завтрашние переговоры рассеют туман неизвестности. – промолвила мисс Капри. – И, вероятнее всего, вам, мисс Стар, придется раскрыть свою истинную сущность перед студентами и преподавателями Невермора. Готовы ли вы к этому?
– Да. – решительно ответила Даника. – Я готова. Хватит прятаться в тени.
– Хорошо. А пока на сегодня достаточно. Возвращайтесь в свои комнаты. А вы, молодые люди, – женщина посмотрела на парней. – не забудьте о ночной миссии… Тьма ждет.
В воздухе повисла густая тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием камина. Каждый обдумывал услышанное, переваривая надвигающуюся бурю. Даника чувствовала на себе взгляды, полные тревоги и одновременно надежды. Айзек крепко сжал ее руку, передавая уверенность. Он знал, что они справятся. Вместе. Завтрашний день станет переломным, днем откровений и новых союзов. Он надеялся, что студенты и преподаватели Невермора окажутся готовы к правде, к тому, что в их стенах скрывается нечто большее, чем просто академия для изгоев.
Энид подошла к Данике и обняла ее.
– Мы с тобой, – прошептала она. – что бы ни случилось. Мы все будем рядом.
Тайлер кивнул в знак согласия, его каменное выражение лица смягчилось. Он знал, что бункер под домом – это неплохой вариант, но охота на Орден – это то, что им действительно нужно.
Мисс Капри еще раз окинула всех взглядом, словно желая запомнить каждую деталь. – Идите, – тихо сказала она, – отдохните. Наберитесь сил. Завтра нас ждет тяжелый день. Но помните, вместе мы – сила. И мы выстоим.
С этими словами группа начала расходиться, погружаясь в полумрак коридоров Невермора. Впереди – ночь, полная предвкушения и тревоги. И утро, которое изменит все.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!