Плоскогубцы

      Когда Яррик пришел в себя, первое, что он почувствовал, это ноющую боль по всей спине. Голова трещала и, кажется, где-то на затылке была внушительных размеров шишка. Норд не шибко понимал, что происходит. Он помнил крики, звон оружия, чей-то рёв. Помнил, как схватив секиру, вылетел из обустроенной под личную комнату часть пещеры, чтобы в тот же момент мир покрылся мраком. Он даже не успел ничего разглядеть или услышать. Разве что…       Яррик проморгался и тряхнул головой, правда тут же скривился от тупой боли в затылке. Хотел было протянуть руку и ощупать место удара, но руки не двинулись. Только сейчас до него дошло, что он был накрепко привязан цепями к металлическому стулу.       По спине прошел холодок. Яррик знал, что это за стул. Он сам к нему приковывал людей. В этой самой комнате.       Только сейчас до ушей норда донеслось чьё-то негромкое напевание под нос и он поднял голову, пытаясь в полумраке рассмотреть того, с кем находился в одном помещении.       У большого стола с самыми различными инструментами, спиной к Яррику, стоял ящер. Огромный, он был выше норда на добрую голову, облаченный в черные доспехи, но шлема, при этом, на его голове не было. Тот лежал неподалёку, на этом самом столе, смотря прямо на норда пустыми глазницами, заставляя Яррика невольно сглотнуть. Шлем был в виде самой настоящей драконьей головы и между его металлических клыков все еще можно было увидеть части чьего-то скальпа. Огонь, исходящий из растопленной жаровни, иногда отбрасывал блики на чёрный металл, добротно покрытый кровью.       Пение какой-то совершенно идиотской песенки прервалось довольным смешком и Яррик увидел, как огромный ящер пристально осматривает при свете огня небольшой кинжал. Довольно кивнув, тот начал ковыряться им в зубах, сосредоточенно щурясь и, когда явно что-то нашел в утыканной острыми зубищами пасти, с победным коротким хохотом достал застрявший между клыками кусок мяса с частью кожи. Проведя продолговатым и слегка зауженным языком по зубам, ящер задумчиво прищурился, пару раз причмокнув пастью, а потом довольно кивнул и одними глазами посмотрел на наблюдавшего за всем этим норда. Ящер вновь прищурился и расплылся в улыбке, в то время как внутри Яррика все замерло. Он заметил на стене за ящером прибитые головы своих товарищей. Многие из них были изуродованы до неузнаваемости ударом чего-то тяжёлого, несколько было обуглено до черноты, а пара из них была словно сдавленна огромной силой. Только пара тройка голов была хоть насколько то целой.       Яррику пришлось постараться, чтобы его не вывернуло наизнанку от увиденного. Несмотря на то, что он и сам не грешил пытками вместе с убийствами, подобное было даже для него черезчур. Запах крови, паленой плоти, привкус металла во рту, вид изуродованных голов с открытыми ранами, свисающими глазными яблоками, языками, открытым мозгом в черепной коробке, или полного месива, держащегося на позвонках только каким-то чудом. Все это давило на разум и желудок.       — О, ты смотри, очнулся все-таки. — голос у ящера был бодрый и он полностью развернулся к собеседнику. Яррик узнал его. Именно этого ящера им нужно было убить. Его и всю его семью.       Серебристая морда была вся в разводах засохшей крови, но аргонианина это явно не волновало. Он улыбался, смотря на норда и щуря ярко голубые глаза.       — Долго же ты спал, скажу я тебе. Я уж успел заскучать. Даже вон, всех твоих товарищей пригласил за тобой приглядеть. — сложив руки на груди, аргонианин с улыбкой кивнул в сторону окровавленной стены. — Им, видишь ли, тоже очень интересно, как ты будешь выкручиваться из ситуации.       — Ты… Больной ублюдок… — прохрипел норд и сплюнул на каменный пол. — Что ты… За тварь такая?       — Кто? Я? — ящер несколько раз моргнул, указав на себя и неожиданно громогласно расхохотался. — Нет, приятель. Ты что-то перепутал, тварь тут совершено не я. — он отложил небольшой кинжал обратно на стол и повернулся к норду спиной, начав тщательно осматривать выложенные перед ним инструменты для пыток. — Как по мне, тварь не тот, кто наказывает совершивших преступление, а тот, кто крадет чужую семью и наносит им физический ущерб под Хист знает каким предлогом. Тебе не кажется что это как-то… — аргонианин взял тяжелые стальные плоскогубцы и демонстративно их осмотрел. — Логичней?       — Катись к скамповой матери с такой логикой. — рыкнул Яррик и попытался дернуть руками, но те были были накрепко прикованы к стулу. Реакция норда ящера, кажется, позабавила, и тот вновь хохотнул.       — Не вырвешься, и не пытайся. Уж об этом я позаботился, можешь мне поверить. — аргонианин повернулся мордой к пленному главарю банды и медленно к нему подошёл, садясь на корточки и смотря прямо в глаза. — А теперь, давай поговорим начистоту. Ты будешь хорошим нордом и честно ответишь на мои вопросы, а я буду честным аргонианином и пообещаю тебя убить быстро и безболезненно, идет?       — И что же со мной будет, если я откажусь быть хорошим нордом? — Яррик прищурился, а ящер улыбнулся шире. Толстый хвост в явном удовольствии махнул по каменному полу.       — Тогда ты узнаешь на своей шкуре, что такое злой аргонианин довакин.       Яррик хмыкнул и выровнялся, насколько это было возможно. В следующую секунду он, без зазрения совести, плюнул в перепачканную кровью морду.       Аргонианин не шелохнулся. Лишь прищурился сильней, не прекращая улыбаться.       — Что ж, это твой выбор. — ящер выровнялся и смахнул с морды слюну. — Так даже лучше.       В следующую секунду вся левая сторона лица Яррика вспыхнула огнем неистовой боли, а во рту отчётливо различался металлический привкус собственной крови. Аргониан хорошо заехал ему по роже. Настолько, что у норда потемнело в глазах.       Цепкие пальцы резко схватили Яррика за волосы и подняли голову, заставляя смотреть прямо в горящие голубым огнем ненависти глаза, с тонким вертикальным зрачком.       — Ты мне расскажешь всё. — низкий, неожиданно холодный и чёткий, потерявший всякую насмешку и добродушность голос, заставил сердце Яррика уйти в пятки, а волосы на затылке встать дыбом. — Все имена, всех заказчиков, кто и сколько вам за это заплатил и кто вам все выдал.       — Пошел… Нахуй. — норд оскалился, несмотря на дрожь в теле от впивающегося в самую душу взгляда, вместе с совершенно не нормальной улыбкой аргонианина, которая медленно перешла в такой же оскал.       Ящер думал недолго. Свободной рукой он со всей силы впился когтями в плечо пленного, вгоняя их в мышцы и вырывая из глотки норда ласкающий уши крик боли, при этом продолжая крепко держать Яррика за волосы, заставляя смотреть себе в глаза.       — Я вырву все твои ногти, переломаю кости одну за другой, и буду делать это медленно. Так медленно, что ты будешь молить о скорой смерти всех известных тебе богов, но поверь мне, ни один из них тебя не услышит. Ни аэдра, ни даэдра. Здесь есть только ты и я.       Аргонианин резко отстранился, отпуская волосы и вырывая когти из плеча норда, заставляя того издать еще один, полный боли крик. Подобрав с пола отброшенные в порыве гнева плоскогубцы, ящер подошёл к жаровне и засунул их в угли.       — У тебя есть время передумать. — спокойно и холодно произнёс он, смотря на пляску огня вокруг металла. — Как только я снова повернусь, тебе лучше уже дать мне ответ на то, что я хочу знать.       — И ты думаешь… Что я так просто… Выдам тебе своих… Информаторов? — Яррик хрипло рассмеялся и сплюнул кровь.       Ящер медленно достал из огня нагревшиеся плоскогубцы и также медленно повернулся к норду. Аргониан улыбался широко, скалясь и показывая ряд острых зубов, при этом явно довольно щурясь. От этого выражения на морде, вся спесь из Яррика вылетела мгновенно, по телу прошла дрожь, а разум затрубил тревогу. Еще никогда он не видел такого безумного выражения лица, полного ярости и хищного предвкушения.       — Выдашь. — довольно пророкотал аргонианин, пристально смотря в серые глаза норда немигающим взглядом. — Ещё как выдашь.       Раскаленные плоскогубцы опалили жаром кожу. Только сейчас Яррик окончательно осознал, что ящер ни секунды не блефовал. Он не собирался его щадить. Как не пощадил никого из его людей, что пустыми взглядами наблюдали за тем, как аргонианин медленно, с особым удовольствием вырывает ноготь за ногтем, как наслаждается криками пленного и как с хрустом ломает каждую кость даже после того, как Яррик выдал ему все имена.       Арго не собирался останавливаться. Пока плоскогубцы были ещё горячи, он сломает этого норда, что решился тронуть его семью. А потом точно также пойдёт по души всех остальных.