Нить

      Ниша пыталась сидеть тихо и не издавать ни звука, до боли сжав челюсть и скалясь так, что усы дрожали, но выходило это с трудом. Треклятый драугр военачальник все-таки умудрился задеть её секирой и теперь каджитка сидела где-то в тёмном углу подземелия, пытаясь зашить рану. Остатков зелья лечения не хватило на то, чтобы полностью восстановиться, так что приходилось отдуваться своими силами. И это хорошо, что рядом не было Карджо, иначе лекции об осторожности ей было бы не избежать. Но с другой стороны, если бы рядом был её верный каджит, то вряд ли Ниша сейчас скуля зализывала раны.       Каджитка ненавидела накладывать себе швы и все равно таскала с собой иглу и нить на крайний случай. Такой, как сейчас.       Как только игла вышла из кожи, Ниша резко выдохнула и попыталась отдышаться. Каждый раз ей давалось это с трудом, но иного выхода не было. Нет, она не боялась иглы. Это просто было невыносимо тяжело морально, самой себе приносить боль, чтобы потом этой самой боли не было. В душе, Ниша прокляла себя за то, что решила взять только одну склянку зелья лечения и то, среднюю. Надо было брать две. Когда Карджо увидит свежий шрам, ей обязательно влетит.       Каджитка издала тихий, нервный смешок. Казалось бы, она, нынешняя глава Тёмного Братства, мастер-ассасин, с которой считаются абсолютно все, а получает нравоучения от каджита-воина. В голове Ниши уже всплыла картина недовольной морды Карджо, как только он увидит этот шрам. Его поджатые губы опущенные вибрисы, слегка поджатые к голове уши и прищуренный в недовольстве взгляд, вместе с резко махающим за спиной хвостом. И он обязательно скажет, что говорил ей о том, что надо было брать больше зелий, что зря она пошла одна на задание и что надо было быть осторожней.       Хвост за спиной нервно махнул в предчувствии наложения нового шва. Ниша уже справилась с половиной раны, но оставалось ещё столько же.       Завязав узел и обрезав нить кинжалом, Ниша сделала глубокий вдох, а после — выдох. Ещё немного потерпеть и можно было выдохнуть окончательно, обождать немного и выдвигаться дальше.       Сжав челюсть до боли, каджитка выдохнула через нос и медленно ввела иглу в край раны. Хвост за спиной резко махнул, а из глотки вырвался тихий рык. Ниша утешила себя лишь тем, что осталось всего ничего. Ещё три шва и это закончится. Всего три шва…