Часть 10

— Так вы японцы, — проговорил участковый, открывая дверь своего кабинета. — По виду так сразу и не скажешь. Вроде внешность у вас европейская. По-русски говорите довольно хорошо. Совсем без акцента. — По-русски говорю только я, — ответил Осаму. Тихонов кивнул ему на стул, который стоял возле стола, а остальным — на диван. — Присаживайтесь, — сказал он. — Так что вас к нам привело? — Ёсида Иори — старший инспектор по борьбе с внутренним и международным терроризмом АОБ, — представился Дазай. — Вас должны были предупредить о нашем визите. Дазай протянул участковому своё удостоверение. Тот внимательно на него посмотрел, разглядывая фотографию и видимо пытаясь прочесть часть текста, написанного по-английски. — У нас тут со связью не всё так просто, но я обязательно сделаю запрос. Как называется ваша структура? — Тихонов взял ручку и принялся писать что-то в блокноте, вероятно, имя и фамилию Дазая. — Агентство общественной безопасности — аналог вашего ФСБ. — Вот даже как? — протянул полицейский. — А это ваши коллеги? — он кивнул на Чую, Акутагаву и Ацуши. — Верно. Ямагути Акайо — старший инспектор по борьбе с внутренним и международным терроризмом АОБ, — Дазай указал на Чую. — Агенты Кимура Коджи и Хаяси Минора. Обратившись к «коллегам» по-японски, Осаму сказал им предъявить свои удостоверения. Они молча подошли к столу, за которым сидел участковый, и показали ему документы. Тот что-то записал в блокнот и сделал фотографии удостоверений, спросив перед этим, не против ли Дазай. — Конечно, делайте всё, что вам необходимо. — Так с какой целью в наш посёлок прибыли четверо иностранных спецагентов? — У нас это называется немного иначе. — Не суть. — Участковый закончил с фотографиями и вернул документы «агентам». Те отправились обратно на диван. Полицейский вопросительно посмотрел на Дазая. — Мы разыскиваем группу террористов, объявленных в международный розыск. Нам достоверно известны имена и фамилии двоих из них, но их может быть больше. — А почему вы разыскиваете их в России, да ещё и в нашем забытом богом посёлке? — По нашим сведениям террористы, скрываясь от спецслужб, бежали из Японии в Россию по поддельным документам. Их перемещения удалось отследить, и у нас есть все основания полагать, что они могут скрываться именно здесь. — Дазай протянул участковому две фотографии. Указав на фото брюнета, он сказал: — Фёдор Достоевский, а светловолосый — Николай Гололь. — Так они русские? — удивился Тихонов. — Да. Но иммигрировали в Японию много лет назад. В Россию приехали по поддельным документам. Достоевский, якобы гражданин США Майкл Мейсен, а Гололь — гражданин США Джон Джексон. Вы их не видели? — Нет, — задумчиво проговорил участковый. — У нас маленький посёлок. О появлении чужаков мне сразу бы доложили. Думаю, вы зря приехали, хотя… — Что-то вспомнили? — тут же зацепился за слова полицейского Осаму. — Да нет, — ответил Тихонов. — Просто подумал о странном совпадении. — Каком совпадении? — Некоторое время назад в посёлке стали бесследно исчезать дети. Возможно, пропажа детей как-то связана с вашими террористами? — Очень может быть. Эти двое на всё способны. — Но где же они могут скрываться, если никто из жителей посёлка их не видел? В лесу что ли? Но в лесу сейчас очень холодно. Вряд ли бы они могли там выживать столько времени, — вслух размышлял участковый. — Эти способны выживать и не в таких условиях. — Допустим. А когда, по-вашему, преступники могли приехать в наш посёлок? — Дня два назад. — Тогда исчезновение детей точно не может быть связано с ними. Дети начали пропадать около трёх недель назад. — А как именно пропадали дети? В каких местах? В какое время? По одному или по несколько человек сразу? Сколько всего пропало детей? — засыпал иностранного «коллегу» вопросами Дазай. Его заинтересовал факт исчезновения детей в небольшом таёжном посёлке, где все друг друга знают и уверены, что чужаки в их районе не появлялись. — Первые двое детей пропали ночью из своих домов. Следов взлома нет. Входные двери — открыты. Верхняя одежда и обувь ребят пропала вместе с ними. Складывается впечатление, что они просто встали среди ночи со своих кроватей, оделись и ушли погулять. Больше их никто не видел. Потом пропал ещё один мальчик. Он исчез днём. Просто не вернулся из школы. Ещё одна девочка пропала так же, как и первые двое ребят. Последний мальчик исчез вечером в лесу. Они с друзьями играли в прятки. Друзья говорят, что не нашли его после того, как он спрятался. Долго искали, но решили, что он ушёл домой. С тех пор мальчика этого тоже никто не видел. — Интересно, — проговорил Осаму. — А следы? — Следы? — На снегу ведь должны были остаться следы: дети сами покинули свои дома, они ведь как-то из них вышли. Если же их похитили — тоже должны остаться следы похитителей. — Когда исчезли дети, на улице была метель. У нас тут такое явление случается часто. Следы замело. — Мне нужны все данные этих детей. Я попытаюсь помочь вам в расследовании. — Не думаю, что это хорошая идея, — сказал Тихонов и нахмурился. — Иностранная разведка будет искать пропавших детей в глухой таёжной деревне? Это дело не связано с вашим. Мы сами разберёмся. А вы лучше занимайтесь поиском своих террористов. — И всё же я считаю, что исчезновение детей в вашем посёлке может оказаться связано с нашим делом. Мы подозреваем, что у Достоевского и Гоголя есть сообщники в России, как и в ряде других стран. Они могли поселиться здесь давно — в вашем посёлке, например, или в лесу. Достоевский до недавнего времени сидел в тюрьме, но ему помогли бежать. Если он направился в Россию, да ещё и в такую глушь, то это не просто так. Побег готовился давно, а значит, и место, где террористы будут скрываться, тоже могло быть подготовлено заранее. Сообщники Фёдора Достоевского и Николая Гоголя могут быть причастны к пропаже детей. У вас в посёлке не появлялись посторонние за последние несколько месяцев? Может быть, кто-нибудь переехал не так давно? — То-очно, — протянул Тихонов и стукнул себя по лбу. — А ведь действительно кое-кто переехал в наш посёлок недавно. Это обычная с виду семья из четырёх человек. Мама, папа и двое детей. Они не похожи на террористов. Сложно представить, что мать или отец семейства похищают детей. Но, если подумать, за время своей службы, я повидал и не такую дикость. Я сам перевёлся в посёлок пару лет назад, до этого жил и работал в городе. Нужно допросить эту семейку. Участковый поднялся со стула и нахлобучил на голову фуражку, которая висела на вешалке возле двери. — Постойте, — остановил его Дазай. — Если вы правы в своих подозрениях, то вам ни в коем случае нельзя показывать этой семье, что вы о чём-то догадываетесь. Если они скрывают у себя Достоевского и Гоголя — вы их вспугнёте. А эти двое, как я уже говорил, — очень опасные преступники и способны на всё. На счету Достоевского сотни жертв, если не тысячи. Ему всё равно, кого убивать. Он не человек, а просто демон из ада. Именно поэтому правительство Японии отправило за ним нас четверых. У нас огромный опыт в поимке подобных преступников. Тихонов нахмурился. Окинул взглядом Дазая и его «коллег», затем произнёс, с нотками недоверия в голосе: — Огромный опыт? Но вы все так молоды… — Это правда, — не стал спорить Дазай. — Мы работаем на АОБ с детства и прошли длительное обучение прежде, чем нас стали задействовать в серьёзных операциях. — В принципе, Дазай почти не соврал. Он, Чуя и Акутагава прошли ту ещё школу, под руководством босса Портовой Мафии, в подростковом возрасте. Правда она не была связана с работой на правительство, но приобиетённым в ней навыкам, легко мог позавидовать любой спецагент. — Неужели вы думаете, что в такую организацию принимают всех подряд? — Нет, но… — полицейский замялся. — Доверьтесь нам, — сказал Дазай, глядя на него пронзительным взглядом карих глаз, будто рентгеном просвечивал. — Мы знаем, что делать в таких ситуациях. Поверьте, мы раскрутим это дело и поймаем террористов. Тихонов повесил фуражку на место, затем спросил: — И что вам нужно для этого? — Для начала отдохнуть с дороги. А вы тем временем подготовьте информацию о пропавших детях и оповестите жителей о том, что для расследования исчезновения детей в посёлок прибыли полицейские из Москвы. Не стоит говорить жителям о том, кто мы на самом деле. Они станут гораздо охотнее отвечать на вопросы, если будут считать, что мы русские. — Но ваши коллеги не говорят по-русски, — усомнился Тихонов. — Допросы буду вести я. А мои коллеги станут наблюдать и отмечать детали, такие как мимика человека при ответах на определённые вопросы, взгляд и так далее. Я научу их парочке дежурных фраз. Никто ни о чём не догадается. — Ну хорошо, — наконец решил Тихонов. — Может, и правда ваша помощь не будет лишней в этом деле. У нас в деревне пустует несколько домов. Я поселю вас в одном из них на время вашего здесь пребывания. Дазай кивнул «коллегам», подавая им знак, чтобы они следовали за ним. Тихонов отвёл гостей в двухэтажный дом приличного вида. Сказал, что хозяева переехали в город, а жильё выставили на продажу, но пока не нашлось желающих его купить. — Ключи они оставили мне на всякий случай, — говорил участковый, открывая ворота, а затем и дверь дома. — Мало ли что? Да и за домом нужен присмотр, а то вынесут все ценности… Мужчина прошёл внутрь первым. Включил свет. Обвёл жилище рукой. — Располагайтесь, — сказал он, выходя за дверь. — Завтра я принесу вам всё, что вы просили. Кстати, местный магазин работает до семи, мы его проходили. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — ответил Осаму, затем обратился к своим: — Ну что? Неплохо для российской глубинки, да? — Ничего, — произнёс Ацуши, проходя в гостиную и осматриваясь вокруг. — Хоть я и привык к минимализму, тут совсем неплохо. Камин! Настоящий! — воскликнул эспер. В его голосе звучал восторг. — Давайте разожжём его, а то что-то я замёрз. В камине лежали сухие поленья, а сверху на нём — длинные спички и жидкость для розжига. Чуя молча подошёл к камину и развёл огонь. Ацуши уселся возле очага, глядя на огонь. — Красота, — протянул он. — Ага, сплошная романтика, — буркнул Накахара. — Только прекрасной дамы не хватает, — усмехнулся Осаму. Чуя фыркнул и подошёл к окну, пытаясь разглядеть что-то на улице. Дазай прошёлся по дому, заглядывая в каждую комнату. В ванной оказался водонагреватель. Осаму решил им воспользоваться и принять водные процедуры. После он присоединился к остальным. Эсперы всё ещё сидели в гостиной возле камина. — О чём вы говорили? — спросил его Чуя. Дазай бросил взгляд на часы — 18.00 — Нужно бы в магазин сходить, а то скоро закроется, — не отвечая на вопрос Чуи, сказал он. — Жрать охота. — Я с тобой, — вызвался Накахара. — По пути все обсудим. Дазай кивнул и направился в прихожую. Чуя последовал за ним. По дороге Осаму вкратце пересказал Чуе свой разговор с участковым, и тот спросил: — Ты реально думаешь, что какая-то семья сюда переехала заранее, чтобы скрывать потом у себя Достоевского? — Нет, не думаю. Вряд ли он знал, что придётся бежать в Россию. Хотя мог продумать разные пути к отступлению. Нельзя исключать даже самый глупый и нелепый вариант. Насчёт того, что я сказал полиции… Так нужно было сказать. Нам необходима свобода действий и передвижений по посёлку. Достоевский мог направиться только сюда. Если Фёдор не в посёлке, значит, в лесу. — Зачем тебе расследовать исчезновение детей? Мы не за этим сюда притащились. Нужно искать в лесу, значит, давай искать в лесу. — Причина всё та же. Я тебе уже говорил. — Чуя посмотрел на Осаму. Лицо того было достаточно серьёзным, а взгляд пронизывал насквозь, будто он пытался заглянуть в самую душу. Для Чуи это было не ново — его напарник всегда брал след, как гончая собака; а если находил жертву — вцеплялся ей в горло, как настоящий бульдог. Чуя решил, что не стоит с ним спорить. Если уж он что-то учуял — найдёт. И хотя Накахара недолюбливал Дазая, как професионалу, всегда доверял. Он задумчиво сверлил Осаму азглядом, а тот продолжал: — Необходимо опросить жителей посёлка. С чего-то надо начать поиск, а дети — так, может, попутно что-то узнаем. Неспроста ведь они исчезают.