Часть 11

Утром участковый передал Дазаю тетрадь, в которой были записаны даты рождения, имена, фамилии, адреса и даты исчезновения пропавших детей. Отдельной записью шли данные о недавно переехавшей в посёлок семье. В 10.00 Осаму куда-то ушёл. Вернулся он через пятнадцать минут и включил ноутбук. Подозвал Ацуши с Акутагавой и указал им на экран. — Следите за домом Петровых и не высовывайтесь на улицу. А мы вместе с Чуей пройдёмся по этим адресам. — Дазай положил рядом с ноутбуком тетрадь, полученную от Тихонова. — Мобильная связь здесь не ловит, как и интернет. — Да, я заметил, — сказал Ацуши. — Если увидите что-то странное, звоните на спутниковый телефон, — с этими словами Дазай открыл дорожную сумку и протянул Акутагаве телефон. Затем записал что-то в тетрадь. — У меня второй телефон, — произнёс он. — Правила набора на международную sim карту: +8816, далее номер телефона. Я записал его здесь, — Осаму ткнул пальцем в одну из страниц. — Как ты видео транслируешь с участка Петровых без интернета? — спросил Чуя, кивнув на ноутбук. — Ну почему «без»? У меня есть интернет. Специальное оборудование, — ответил Дазай. — Помните, мы в Москве заезжали по одному адресу? Анго договорился кое с кем по поводу оборудования. Накахара кивнул, а Дазай вышел из комнаты. Чуя последовал за ним. Изначально Осаму хотел взять с собой Ацуши, но «дежурные фразы», которым эспер научил своих «коллег», Накаджима выговаривал с ужасным акцентом. У Чуи дела с этим обстояли лучше, чем у других, поэтому выбор Дазая пал на бывшего напарника. Хотя Накахара вчера и психовал, когда Дазай снова и снова заставлял его повторять: «Здравствуйте», «Спасибо», «Да», «Нет», «Не стоит», «Пожалуйста», «До свидания». Дазай направился к полицейскому участку. Они договорились с Тихоновым, что будут проводить допросы вместе. Это позволило бы избежать предъявления документов и лишних вопросов. Первыми, кого они опросили, стала семья Пухлиных. Родители пропавшего мальчика не прояснили ситуацию по поводу исчезновения своего сына. Мать всё время причитала и плакала, но ни она, ни отец мальчика не знали, как это произошло, и даже примерного времени исчезновения ребёнка не назвали. Сказали, что это случилось ночью. Они спали и ничего не слышали. Утром женщина пошла в комнату сына, чтобы разбудить его в школу, но Вовы не оказалось в кровати. На вопрос Дазая о том, не появлялся ли в посёлке кто-то посторонний, родители мальчика ответили, что никого не видели. Семья исчезнувшей девочки, та пропала второй, говорила примерно то же самое, как и семья ещё одной девочки, исчезнувшей четвёртой. Бабушка некоего Семёна Бабурина, который не вернулся из школы домой, сказала, что её внук дружил с Ромой Пятифановым и Игорем Будаевым. Обычно они после школы гуляли несколько часов, но Игорь и Рома утверждали, что в тот день Семён ушёл домой. — Ну что? — спросил участковый, когда они с Дазаем и Чуей вышли за калитку дома Бабуриных. — Опрос этих людей навёл вас на какие-то мысли? — Рано об этом пока говорить, — ответил Дазай. — Да и строить какие-то предположения. Игорь Будаев пропал последним в лесу, когда играл в прятки с Ромой Пятифановым и Антоном Петровым. Нужно опросить Рому и Антона. — Я уже опрашивал. Ничего особенного они не сказали. — И всё же, мне бы хотелось лично опросить этих мальчиков. Но в дом к Петровым мы пока не пойдём. Наверное, стоит сходить в понедельник в школу и поговорить с ребятами там. Осталась последняя семья. Пойдёмте к Будаевым. Полицейский кивнул и направился к дому мальчика, пропавшего последним. Мать Игоря рассказала Дазаю всё то же самое, что уже говорил ему полицейский. Игорь, Рома и Антон играли в лесу в прятки. Водил Антон, по словам Антона и Ромы. Рома и Игорь прятались. Антон нашёл Рому, а Игоря — нет. Потом они вместе с Пятифановым искали Игоря, но не нашли и решили, что он пошёл домой. Мальчика искали в лесу всю ночь. Утром продолжили поиски. Теперь Игоря искали практически всем селом, но не нашли даже его следов. Поиски продолжались и на следующий день. Закончились они вечером. Это был вечер пятницы. Местные жители прочесали фактически каждый сантиметр леса и уже не надеялись найти ребёнка ни живым, ни мёртвым. — Значит, поиски были прекращены в тот день, когда мы приехали, — задумчиво проговорил Осаму. — Да, — ответил участковый. — Я тоже участвовал в поисках и как раз возвращался в участок, когда встретил вас. — Что ж, — сказал Дазай. — Здесь мы закончили. До свидания, — попрощался он с родителями Игоря и направился к выходу. — Вы бы Антона этого и Ромку допросили, — сказала заплаканная мать Игоря. — Чувствую, знают они что-то, но молчат. — Женщина всхлипнула и шмыгнула носом. — Это ж какими бессердечными надо быть, чтобы не пойти к Игорю домой и не удостовериться в том, что он вернулся. Петров этот рядом с нами живёт. Он спокойно отправился домой и даже не подумал о том, чтобы сказать нам, что Игорёша заблудился в лесу. — Мы обязательно опросим этих ребят, — пообещал Дазай. — До свидания, — снова повторил он. — До свидания, — сказал Чуя, который ровным счётом ничего не понимал и задавал себе только один вопрос: «Зачем Дазай вообще таскает меня с собой? Ходил бы вместе с этим полицейским сам». Накахара не стал ничего говорить Осаму по этому поводу. Тихонов ушёл. Они с Дазаем некоторое время стояли возле дома Будаевых. Дазай закурил, а Накахара спросил: — Есть что-то интересное? — Ничего нового, — ответил Дазай. — Всё, что сказали родственники пропавших детей, я уже слышал от участкового и рассказал тебе вчера. Хотя кое-что меня смущает в этом деле. — Что именно? — Бабушка Семёна Бабурина, это тот мальчик, который не вернулся из школы домой, сказала, что её внук дружил с некими Ромой Пятифановым и Игорем Будаевым. Будаев тоже пропал. Мы только что разговаривали с его родителями. Так вот, по словам бабушки Бабурина, её внук обычно после школы гулял со своими друзьями несколько часов, но Игорь и Рома утверждали, что в тот день Семён ушёл домой. Мать Будаева считает, что Рома Пятифанов и Антон Петров не говорят всей правды. И у неё есть основания так полагать. Петров и Пятифанов утверждают, что играли втроём в лесу в прятки. Прятались Пятифанов и Будаев, а Петров их искал. Он нашёл Пятифанова, но не нашёл Будаева. Потом Петров и Пятифанов, якобы искали Будаева вдвоём, но не нашли. — «Якобы»? — переспросил Чуя. — Думаешь, что пацаны врут? — Мать пропавшего Будаева сказала, что эти двое, не найдя её сына, просто спокойно разошлись по домам и не сообщили ей о том, что мальчик потерялся в лесу. Его искали три дня, но не нашли. Нужно допросить обоих. Но я не хочу пока соваться в дом к Петровым. Вдруг Достоевский всё-таки там. Вряд ли он нас мог видеть, ведь и сам не высовывает носа на улицу. — Если здесь каждая собака друг друга знает, он очень скоро будет знать о нас. Петровы расскажут. — Никто ведь в посёлке не знает, кто мы на самом деле, даже участковому известна далеко не вся правда. Для всех мы — полицейские из Москвы. Прибыли расследовать дело об исчезновении детей. Фёдор ни о чём не узнает, пока не увидит нас лично или пока ему не покажут наши фотки. Понаблюдаем несколько дней за домом Петровых, если Достоевский там, нам об этом скоро станет известно. — И куда теперь? — спросил Чуя, закуривая сигарету. — Домой, — с этими словами Осаму направился в сторону их временного жилища. Чуя сделал несколько затяжек. Выбросил окурок в снег и поспешил за Дазаем. Едва эсперы зашли во двор и постучали в дверь, как им тут же открыл Ацуши. Он выглядел взволнованным, и Дазай спросил: — Что случилось? — Видео, — ответил Накаджима. — Камеры засняли кое-что непонятное. — Достоевский? — Нет. Лучше иди, сам посмотри. — Почему не позвонили? — Акутагава как раз набирал твой номер, когда я увидел вас с Чуей из окна. Дазай быстро снял с себя верхнюю одежду и обувь и прошёл в комнату, где был ноутбук. Перед экраном сидел Акутагава. Подняв взгляд на Дазая, он несколько раз клацнул мышкой и произнёс: — Смотри. Осаму подошёл к ноутбуку и уставился на экран. Камера, которую он приткнул сегодня утром между досками забора Петровых, охватывала часть двора и дверь дома. Некоторое время на экране ничего не происходило, затем скрипнула калитка. Её видно не было, но звук, с которым она открылась, невозможно было перепутать с чем-то другим. Во двор вошёл светловолосый мальчик. Его движения были странными. Он двигался, будто робот, а на его куртке были следы от множественных ножевых ранений, ткань оказалась полностью пропитана кровью. Однако мальчик не походил на тяжелораненого или умирающего. Его осанка была прямой. Шаги — уверенные, слишком жёсткие и напряжённые. В одной руке он держал странную маску зайца, во второй — очки. Мальчик остановился и обернулся назад. Его лицо попало в объектив камеры и его хорошо было видно. Взгляд мальчика казался рассеянным, каким-то стеклянным. Он куда-то смотрел, но будто ничего не видел перед собой. Ребёнок отвернулся, подошёл к двери, открыл замок ключом и скрылся в доме. — Странно, — проговорил Дазай. — Что происходит в этом посёлке? — Не знаю, — сказал Акутагава. — Но мальчик выглядит так, словно находится под гипнозом. А что с его курткой? Его же явно ударили ножом ни один раз, но он жив. — Эспер? — предположил Чуя. — Может быть, — буркнул Осаму. — Или находится под влиянием способности эспера. Здесь явно происходит что-то сверхъестественное. Чуя, сейчас согреемся и прогуляемся в лес. А вы с Ацуши следите за камерой, — обратился он к Акутагаве. — Что делать, если появится Достоевский? Вдруг он попытается сбежать? — Вряд ли такое произойдёт. Но, если что, звоните. Если попробует бежать, задержите его на какое-то время. Акутагава кивнул, а Ацуши спросил: — Вам чаю сделать? Замёрзли, наверное. — Да, — обронил Чуя. — А мне кофе, — сказал Дазай. — Хорошо. Сейчас сделаю. — Ацуши прошёл на кухню. Вернулся он минут через пять с двумя дымящимися чашками. Поставил их на стол. — Спасибо, — поблагодарил Чуя и взял в руки свою. — По-русски, — потребовал Дазай. — Чего? — протянул Накахара, с недовольством посмотрев на Дазая. — Ты вчера меня заебал этими своими словечками: «спасибо», «пожалуйста», «до свидания». — Зато сегодня тебе это пригодилось. Нужна практика, Чу-уя. — Да пошёл ты, — фыркнул эспер и отвернулся от Осаму, но тот отставать не собирался и ущипнул Чую за плечо. От неожиданности парень дёрнулся, чуть не пролив чай на себя. — Эй, ты совсем ебанулся? — Накахара развернулся к Дазаю и впился в него гневным взглядом. — Не-а, — с улыбкгой ответил тот и произнёс с расстановкой по-русски: — Спа-си-бо. Ты же знаешь меня, Чу-уя. Я не отстану. — Спасибо, — зло бросил Накахара, будто выплюнул. — Не мне, а ему, — Осаму кивнул на Ацуши. — Спасибо, — повторил Чуя, обернувшись к Накаджиме. — Молодец, хороший мальчик. — Дазай, лучше не выводи меня из себя. А то ты не пойдёшь в лес, а полетишь. — Какой ты скучный, — вздохнул Дазай. — Ведёте себя, как дети, — буркнул себе под нос Акутагава.