Алекса включи песню Under Our Spell из mlp Equestria Girls

— Итак, как дела у Эри? Кёка оторвала взгляд от того места, где она сидела, уставившись в землю, погружённая в свои мысли. Её глаза нашли Мину, которая сидела перед ней на полу в гостиной общежития, вопросительно подняв брови. — Лак для ногтей. — Вместо этого Кёка сказала, бросив взгляд на кисточку для лака, которую Мина держала перед собой, и красный лак вот-вот должен был капнуть на пол. Мина вскрикнула от удивления и быстро схватила Кёку за руку, чтобы та закончила наносить краску, которую она делала, прежде чем та отвлеклась на свой собственный вопрос. — Упс! — Мина рассмеялась. — В любом случае, ты не ответила на мой вопрос? Как дела у Эри? С момента спасения Эри прошло почти два дня. Новость о случившемся быстро распространилась по школе, и на следующее утро после рейда одноклассники начали расспрашивать всех участников о подробностях. Урарака, Киришима и Цую без колебаний поделились подробностями своих боев, но Мидория и Кёка оказались гораздо менее откровенными в своих собственных. В частности, о драке с Оверхаулом. К счастью, все достаточно быстро смирились с отсутствием подробностей о драке с Оверхаулом, не желая давить слишком сильно. Вместо этого, теперь их беспокоило благополучие Эри. Кёка, Мидория и Мирио несколько раз навещали Эри за последние два дня, проводя с ней долгие часы, составляя ей компанию. Всем троим было неловко оставлять её одну в больнице, поэтому они быстро решили навещать её как можно чаще. Эри, казалось, испытывала облегчение при каждой встрече с ними, что только поощряло их визиты. Однако в данный момент Кёка находилась на вынужденном отдыхе, вызванном Миной и Аоямой, которые каким-то образом вбили себе в голову, что у Кёки «стресс из-за миссии» и ей нужна помощь, чтобы «расслабиться». — Тебе нужна ночь отдыха! — провозгласил Аояма. «Не волнуйся, mon ami, Мина, я и остальные наши одноклассники позаботимся о том, чтобы у тебя была возможность отдохнуть сегодня вечером! Ты заслужила это, после того как спасла Эри! Кёка яростно протестовала, потому что не хотела расслабляться, да у неё и не было в этом необходимости, но никто не обратил на это внимания, вместо этого её потащили в гостиную, где Мина быстро усадила её и достала лак для ногтей. Многие из их одноклассников присоединились к ним, включив фильм на заднем плане, в то время как Бакуго хозяйничал на кухне, силой выгоняя любого, кто пытался помешать ему готовить то, что он там готовил. Столкнувшись со всеми требованиями своих одноклассников, Кёка в конце концов сдалась и просто позволила им делать всё, что они хотели, чем Аояма и Мина быстро воспользовались в полной мере. — Я думаю, у Эри дела идут лучше. — Сказала Кёка, наконец-то отвечая на вопрос Мины. — Брэм завтра приведет Аю познакомиться с ней. — О, один из сотрудников Агентства, верно, mon ami? Ая — это… его дочь? — Спросил Аояма, сидя позади неё и заплетая её волосы в сложную французскую косу. С его стороны потребовалось некоторое время, чтобы Кёка позволила ему распустить её косички, но в конце концов она согласилась, после того как он пригрозил, что расплачется. — Да, — сказала Кёка. В любом случае, то, что Ая была дочерью Брэма, было достаточно близко к истине. — Ацуши и остальные сотрудники Агентства считают, что, поскольку Ае и Эри сейчас не помешали бы друзья, они поладят. — Ты согласна с ними? — Спросила Мина, перекладывая руку Кёки, чтобы та могла накрасить следующий ноготь. — Да, — Кёка слегка кивнула, но Аояма тут же отругал её за то, что она пошевелилась, когда он укладывал ей волосы. Она закатила глаза. — У Аи нет друзей её возраста, как и у Эри. Ая немного старше, но они достаточно близки по возрасту, чтобы поладить. — Это так мило. — проворковала Мина. — Я уверена, что Эри по-настоящему оценит подругу своего возраста. — Я согласен! — сказал Аояма. — Я уверен, что это будут великолепные отношения! — Разве Кёке не полагается отдыхать? — Серо слегка пожурил её, входя в гостиную. — Не думаю, что разговор об Эри поможет ей расслабиться. — Ах, да, — Глаза Мины расширились. — Извини! Я забыла! Кто-нибудь, быстро смените тему! Кёка снова закатила глаза, когда её одноклассники принялись искать новую тему для разговора. В конце концов, Джиро удалось найти её. — Скоро школьный фестиваль! — воскликнула Джиро. — Мы должны начать готовиться к нему! Знаете, решите, что мы будем делать для этого всем классом! — Это хорошая идея, Джиро. — Сказала Яойорозу, входя в комнату с подносом в руках. На подносе стояли причудливого вида пурпурно-белый чайник и несколько чайных чашек. Яойорозу медленно опустила поднос на кофейный столик в центре гостиной, рядом с тем местом, где на полу сидели Мина, Аояма и Кёка. — Травяной чай с лавандой, — Сказала Яойорозу, беря чайник и наливая Кёке в чашку. — Это поможет тебе расслабиться. — Яомомо, она не сможет это пить, пока я не закончу с её ногтями! — Мина рассмеялась, а Яойорозу покраснела от смущения. — Ах, прошу прощения, я не подумала об этом! — Заикаясь, произнесла Яойорозу. — Тогда можешь выпить чашечку после того, как Мина закончит с твоими ногтями! — Яойорозу быстро встала и повернулась к дивану, на котором сидели Урарака и Цую и смотрели фильм. — Тогда вы двое можете выпить по первой чашке! — Это было бы здорово, спасибо, Яомомо! — Урарака быстро протянула руку и взяла чашку. Её ногти были ярко-розовыми, их недавно покрасила Мина, прежде чем Кёку потащили красить её собственные. Ногти Цую были ярко-зелёного цвета, который выделялся на фоне фиолетовой чашки, которую ей вручили. — У тебя есть какие-нибудь идеи, что нам сделать для школьного фестиваля, Джиро? — Спросил Мидория, прислонившись к краю дивана рядом с Тодороки. Они оба взяли у Яойорозу по чашке чая и, оторвавшись от просмотра фильма, повернулись к Джиро. Кёка с трудом удержалась от смеха, взглянув на Мидорию. Он выглядел нелепо, завёрнутый в несколько пушистых одеял. Но в тот момент, когда он пожаловался на то, что от холода у него болят руки из-за множества сломанных костей, которые он перенёс в прошлом, Иида и Киришима практически набросились на него с кучей одеял, а Тодороки был прикован к его боку, его половина тела всегда была обращена к Мидории, чтобы он мог отдохнуть. чтобы согреть его. Судя по тому, как вспотел Мидория, ему было жарко, но он был слишком мил, чтобы снять одеяла, которые ему дали. — О, о, у меня есть идея! — Киришима вмешался в разговор, оторвавшись от игры на Нинтендо свитч, Каминари перегнулся через его плечо, чтобы посмотреть, в какую игру он играет. Серо пересел к ним на второй диван, с любопытством поглядывая на игру. — Мы должны устроить соревнование по армрестлингу! Это было бы очень по-мужски! Джиро нахмурилась, сидя на подлокотнике дивана Урараки и Цую. — Мы ни в коем случае не будем этого делать. — О, нам нужно сделать что-нибудь, что включало бы танцы! — Мина просияла, угрожающе размахивая кисточкой с лаком для ногтей. Кёка быстро схватила её за руку, прежде чем она успела разлить лак по ковру. Бакуго, помешанный на чистоте, каковым он, по-видимому, и был, убил бы их, если бы это случилось. — Ой, ой, извини. — Мина смущённо рассмеялась, глядя на Кёку. — Но в любом случае, нам нужно создать танцевальную группу или что-то в этом роде! Это было бы так весело! — Но я не умею танцевать. — Мидория покраснел от смущения, услышав это признание. А может, он покраснел от теплового удара. Кёка не могла сказать наверняка. — Всё в порядке! — Мина усмехнулась. — Я просто научу тебя! — Эй! — Иида внезапно появился в комнате, как будто его вызвали, чтобы он сделал что-то, чего не должен был делать. — Мы должны были обсудить это всем классом! Айзава-сэнсэй ещё даже не поднимал тему школьного фестиваля на уроке, так что нам пока не стоит об этом говорить! Мы должны решить, что наш класс хочет сделать для фестиваля, в классной комнате, под его руководством! — Скучно! — Мина показала язык. — Мы уже говорим об этом! Если ты действительно хочешь, чтобы это было обсуждение в классе, позови всех, кто не хотел присоединиться к вечеру релаксации! — Очень хорошо, я так и сделаю. — Иида сдержанно кивнул, прежде чем быстро выйти из комнаты. — …Он действительно собирается позвать сюда всех остальных? — Мина задумалась. — Ты думала, Иида не воспримет это всерьёз и не превратит это в классное собрание, Керо? — Цую подняла брови. — Я не хотела превращать это в классное собрание! — Джиро закрыла лицо руками. — Я просто пыталась сменить тему! — Уже слишком поздно, — вздохнула Мина, прежде чем вернуться к ногтям Кёки. — Как ты относишься к наклейкам? Кажется, у меня есть несколько наклеек с маленькими зайчиками! Глаза Кёки загорелись от волнения, и она быстро кивнула. Мина просияла и начала рыться в своей сумочке с лаком для ногтей. Через пару минут Иида вернулся, приведя с собой их пропавших одноклассников, которые расселись по комнате в разных местах. Как только все расселись, Иида привлёк их внимание, машинально взмахнув рукой вверх-вниз. — Я, Тенья Иида, президент класса А, буду вести это обсуждение! Давайте работать вместе, чтобы сделать этот процесс как можно более плавным! — Иида, успокойся, парень! — воскликнул Каминари. — Это несерьёзная дискуссия! Тебе не нужно ничего делегировать! — Это очень серьёзно! — Иида покачал головой. — От этого зависит, что наш класс будет делать на школьном фестивале, который является мероприятием, открытым для публики! Это выставит нас на всеобщее обозрение и может изменить восприятие нас публикой! — Иида, я не думаю, что это так серьёзно… — Сказала Урарака с нежным раздражением. — Всё в порядке, ребята. — Мягко сказала Яойорозу. — Давайте просто начнём с предложений. Мина уже предложила какой-нибудь танец, а Киришима — армрестлинг. Есть ещё какие-нибудь предложения? — Мы должны устроить кафе с горничными! — Каминари тут же воскликнул, но тут же получил пощёчину от Джиро. — Ой! — Киоск с моти! — предложила Урарака. — О, о, дом с привидениями! — Хагакурэ запрыгала на месте. — Киоск с блинчиками! — Сато ухмыльнулся. — Детский зоопарк… — прошептал Кода. — Банкет для учеников тьмы. — Сказал Токоями. Все посмотрели на него в замешательстве. — Моё собственное блестящее шоу! — Сказал Аояма, позируя одной рукой. Это было не очень эффективно, потому что другой рукой он держал Кёку за волосы, наполовину заплетённые в косу. Когда все начали спорить, какая идея была лучшей, Кёка взглянула на Джиро, которая нервно кусала губу. — У неё, должно быть, есть идея для школьного фестиваля, раз она сама заговорила об этом, но она ничего не сказала. — Кёка нахмурилась. Повернувшись к Ииде, она жестом попросила его привлечь внимание класса. Иида тут же кивнул и быстро свистнул, чтобы все замолчали. — Все, остановитесь на секунду! Кёка хочет что-то сказать! — Воскликнул Иида. Кёка повернулась к Джиро. — У Джиро есть идея, — Она сказала: — Иначе она не стала бы поднимать тему школьного фестиваля. В чём дело? Джиро густо покраснела, когда все повернулись и уставились на неё. Она нервно сжалась в комок, стиснув руки. — А, ну, я тут подумала… Может, что-нибудь связанное с музыкой? — Тихо сказала она. — Что-то вроде концерта? — Это хорошая идея. — Тодороки, как никто другой, согласился, удивив всех. — Таким образом, мы могли бы организовать мероприятие, которое понравилось бы всем. — Ого, Тодороки, я и не думал, что ты согласишься! — Пошутил Каминари. — Это отличная идея, Джиро! — Воскликнула Мина. — Мы можем станцевать для концерта! — Я не знаю… — Сказал Серо, нахмурив брови. — Вы приглашаете сюда выступать любителей! Разве это не было бы стрессом? — Всё в порядке! — сказала Мина. — Я могу научить всех! — И мы можем устроить живое выступление с твоими инструментами, Джиро! — Хагакурэ взвизгнула. — Это отличная идея! Джиро выглядела так, словно сожалела о том, что заговорила. — Подожди секунду! — Она запротестовала. — Почему бы и нет?! — Спросила Хагакурэ. — У тебя потрясающе получается учить людей игре, Джиро! Я имею в виду, ты же научила меня играть на гитаре, не так ли?! К тому же, у тебя всегда улыбка на лице, когда дело доходит до создания музыки! Вот почему ты в первую очередь предложила концерт, верно? — Но… — Джиро прикусила губу и потянулась к разъёмам для наушников. — Все ваши увлечения так или иначе связаны с вашими способностями героя… Но моё, если серьёзно, всего лишь хобби. На самом деле, это не то, чем я могу гордиться… Каминари внезапно вскочил с корточек, подбежал к Джиро и схватил её за руки. — Но это так чертовски здорово, что ты такая музыкальная! — С жаром воскликнул он, приблизившись к её лицу. Джиро тут же покраснела. Кёка покачала головой и отвернулась от сцены, в то время как Мина и Аояма хихикали рядом с ней. — О, ла-ла, новый роман? — Прошептал Аояма Мине, перегибаясь через Кёку, чтобы дотянуться до неё. — Я так думаю! — Мина взволнованно прошептала в ответ. — Прекратите. — Проворчала Кека, подталкивая Аояму плечом. — Посплетничаем позже. Закончи причёску. — А, ладно, ладно, mon ami, я почти закончил. — Аояма рассмеялся, прежде чем отклониться назад, чтобы закончить причёску Кёки. Тем временем Джиро отодвинулась от Каминари, убрав свои руки из его. — Я думаю… когда ты так об этом говоришь… — Пробормотала Джиро. — Думаю, я должна согласиться. Хорошо! Я научу всех играть на каком-нибудь инструменте, и мы сможем собрать группу или что-то в этом роде для концерта. — Тогда это официально! — Мина обрадовалась. — На школьном фестивале 1-А класс выступит с концертом! Когда одноклассники Кёки начали возбуждённо сплетничать, уже обдумывая идеи песен и танцев, а также кто именно что будет играть, а кто просто танцевать (по общему мнению, петь, к её большому смущению, будет Джиро), Кёка подавила желание застонать. — Теперь мне придётся выступать на концерте?! — подумала Кёка. — Я не умею танцевать! Судя по тому, как Мина искоса поглядывала на неё, розовокожая девушка каким-то образом поняла этот факт. По мере того, как на лице Мины расползалась злобная ухмылка, Кёка начала бояться предстоящих уроков танцев. — Я думала, что эта ночь должна была помочь мне расслабиться! — раздраженно подумала Кёка. — Всё наоборот!

***

Пережив ночь расслабления, Кёка проснулась рано утром следующего дня. Заплетя волосы во французскую косу, которую Аояма тщательно заплёл, и в которой она только что решила спать и которая каким-то образом всё ещё оставалась нетронутой, Кёка быстро оделась и спустилась вниз, чтобы встретиться с Мидорией и Мирио, которые ждали на лужайке перед общежитием. Коротко поприветствовав друг друга, они все направились по дорожке к железнодорожной станции. — Итак, Брэм и Ая собираются встретиться с нами в больнице, верно? — Спросил Мирио, подпрыгивая на каблуках, пока они шли. — Я так рад с ними познакомиться! О, я надеюсь, Ая и Эри поладят! — Я так рад снова увидеть Брэма и Аю. — Мидория кивнул. — Мне не удалось толком поговорить с ними, когда мы впервые встретились, так что будет приятно познакомиться с ними поближе! — Будет приятно снова увидеть их обоих, — согласилась Кёка. Было бы неплохо проведать Аю, о которой она почти ничего не слышала с тех пор, как они спасли её из рук Фёдора. Ацуши держал её в курсе событий в Агентстве, с которым он переписывался каждый день, но они получали не так уж много новостей об Ае и Брэме, кроме общего «у них всё хорошо». Кёка подозревала, что Ая и Брэм уединились в одной из комнат общежития Агентства и нечасто посещали главный офис. Остаток пути пешком и поездку на поезде до больницы они провели в тихой болтовне. Мидория и Мирио разговаривали. Кёка в основном молчала, тихо прислушиваясь к их разговору. Когда они прибыли в больницу, то обнаружили, что Брэм и Ая ждут их прямо у входа. — Кёка! — Ая сразу же закричала, как только заметила троицу, и, оставив Брэма, направилась к ним. — Ребята, что-то вы долго! Мы ждем здесь целую вечность, а тут чертовски холодно! Брэм поднял взгляд и кивнул Кёке, прежде чем снова повернуться к телефону Аи, который он осторожно держал в руках, как будто боялся, что сломает его, если сожмет слишком сильно. Из заостренных ушей Брэма торчали наушники, подключенные к телефону, и Брэм смотрел на устройство с сияющими глазами, как будто не мог поверить, что слушает музыку через него. — Привет, Ая. — поздоровался Мидория, и Ая бросила на него хмурый взгляд. — О, точно, тот парень-куст с той ночи, — Ая скрестила руки на груди. — Ты один из одноклассников Кёки, верно? Ми… миди? Я не помню. — Мидория. — подсказала Кёка, когда Мидория не ответил, слишком удивлённый тем, что Ая назвала его «парнем-кустом». — А ты кто такой? — Ая сердито посмотрела на Мирио. — Я Мирио! — Мирио просиял, прежде чем взглянуть на Брэма, а затем снова на Аю. — Похоже, твой отец действительно любит музыку, да? Ая тут же густо покраснела. — Он не мой отец, заткнись! — Закричала она, смущённо надув щеки. — Ах, ладно, извини! — Мирио тихо рассмеялся, поднимая руки в знак капитуляции. Ая тихо фыркнула, прежде чем ответить на вопрос Мирио. — Да, Брэм-Брэм действительно любит музыку. Это действительно странно. Не знаю почему, но каждый раз, когда я даю ему свой телефон, чтобы он что-то послушал, он становится таким странным и одержимым этим. — Поразительно, что вы, смертные, это создали. — Сказал Брэм в ответ, с благоговением глядя на телефон Аи. Мирио в замешательстве взглянул на Кёку. Кёка покачала головой. — Пойдём внутрь. — Сказала она, быстро меняя тему, и направилась к дверям больницы. Когда Ая забрала свой телефон у Брэма, который, казалось, был подавлен потерей своей музыки, Мидория и Мирио поспешили за Кёкой. — На самом деле я не похож на куст, не так ли? — спросил Мидория, когда Кёка кивнула одной из сменных медсестер, которая кивнула в ответ и жестом пригласила их вернуться в палату Эри. Они втроём достаточно часто навещали Эри в больнице, чтобы медсестра, работавшая на ресепшене, смогла их узнать. — Конечно, нет! — Мирио нервно рассмеялся и отвёл взгляд, когда они подошли к лестнице, которая вела в комнату Эри на втором этаже. — Не лги ему, — невозмутимо произнесла Кёка. Мидория тут же поник, эмоционально опустошенный осознанием того, что он выглядит как куст. Мирио похлопал его по спине в знак утешения. — Итак… Эри, — сказала Ая, догоняя Кёку, Брэм тихо следовал за ней. — Сколько ей лет? — Ей шесть. — ответила Кёка. — Хм, — Ая нахмурилась. — Я думала, ты говорила, что мы близки по возрасту. Я на четыре года старше её! — Ну, ты ближе к ней по возрасту, чем все мы, — сказал Мирио. Ая прищурилась, глядя на него. — Я не понимаю, — пожаловалась она, когда они остановились в коридоре, прямо перед комнатой Эри. — Почему я вообще здесь? Почему меня должна волновать какая-то случайная девочка, которую похитили? Кёка, Мидория и Мирио обменялись быстрыми взглядами. Брэм стоически стоял позади Аи. Кёка, Мидория, Мирио, Агентство и Айзава — все они активно обсуждали возможность того, чтобы Ая навестила Эри, с тех пор как Кенджи предложил эту идею остальным сотрудникам Агентства. Кёка смутно упоминала, что у Аи был похожий опыт с Эри, но в гораздо меньшей степени и без каких-либо экспериментов. Все согласились, что наличие кого-то похожего по возрасту, чей опыт был бы схожим, было бы полезно для обеих девочек. Однако ни у кого не хватило смелости сказать Ае в лицо, что ей не помешал бы друг её возраста, который помог бы справиться с травмой, полученной от времени, проведенного с Фёдором. — Тебе бы не помешал друг твоего возраста. — Наконец Брэм произнёс это, и Кёка, Мидория и Мирио подавили желание вздохнуть с облегчением. — Что не так с моими друзьями? — Ая тут же сплюнула. — Сотрудники Агентства намного старше тебя. Я тоже. — Сказал Брэм. — Это не значит, что я не могу с ними дружить! Я в порядке! — Ая запротестовала. — Тебе будет полезно подружиться с этой девушкой. — Брэм неохотно признал это. — У вас с ней был похожий опыт. Благодаря этому ваша связь будет крепкой. Ая замерла и молча уставилась на них, устремив взгляд вдаль, погруженная в воспоминания. — …Это не то же самое. — Пробормотала Ая после минутного молчания. — Я слышала, что с ней случилось… что этот человек сделал с ней. Все в Агентстве говорили об этом. То, что случилось со мной, было совсем не похоже на это! Так почему я здесь?! — Это было не то же самое, — согласился Мирио, присаживаясь на корточки перед Аей. — Я не знаю точно, через что тебе пришлось пройти, но я уверен, что с Эри случилось не совсем то же самое. Но, несмотря ни на что, Эри сейчас очень пригодился бы друг, который помог бы ей справиться с трудностями. И я верю, что ты могла бы стать для неё таким другом. — Это твоя первая миссия в Агентстве. — Сказала Кека, пытаясь сменить тему, поскольку Аю, похоже, слова Мирио не убедили. — Помочь Эри. Это твоя первая миссия. Твоя работа как сотрудника Агентства — спасать людей. Итак, твоя первая миссия — подружиться с Эри и спасти её. Ая повернулась и посмотрела на Кёку, глаза её загорелись. — Правда?! — Воскликнула она. — Куникида продолжает твердить, что я слишком молода, чтобы работать в Агентстве… ты хочешь сказать, что я действительно могу?! Это моя первая миссия?! Кёка твёрдо кивнула, а Ая решительно улыбнулась. — Хорошо! — Сказала она, потрясая кулаком в воздухе. — Тогда я, Ая, Воин справедливости, выполню своё первое задание для Агентства и стану лучшей подругой Эри! С этой целью Ая повернулась к двери и распахнула её, прежде чем кто-либо успел её остановить. Эри тут же вскрикнула от удивления, вскочив со своей кровати и в шоке уставившись на дверь. Она крепко сжала простыни в руках и отпрянула, слегка дрожа. — Прости, Эри! — Быстро сказал Мидория. — Мы не хотели тебя напугать! Не обращая внимания на всех, кто стоял позади неё, Ая прошла вперед и встала прямо перед Эри. Эри уставилась на девушку перед собой, явно поражённая. Она посмотрела на Кёку, Мидорию и Мирио в замешательстве, нервничая и настороженно, но не боясь благодаря их присутствию. Брэм задержался за дверью в коридоре, вне поля зрения, полагая, что, будучи Повелителем Тьмы, он будет слишком страшен для шестилетнего ребёнка. — Меня зовут Ая, — сказала Ая, протягивая руку для рукопожатия. — А тебя как зовут? — …Эри. — тихо произнесла Эри, её взгляд метнулся к руке Аи, а затем быстро вернулся к её лицу, практически излучая недоумение. — …Это рукопожатие. — Сказала Ая после минутного неловкого молчания. — Ты не знаешь, что это такое? Эри тихо покачала головой. Ая разочарованно фыркнула, прежде чем покачать головой. — Всё в порядке! — Воскликнула она. — Я просто должна научить тебя. Протяни руку! Эри нерешительно протянула руку, оглядываясь на Кёку, Мидорию и Мирио в поисках поддержки. Мирио поднял вверх два больших пальца, Мидория ободряюще улыбнулся, а Кёка тихо кивнула. Как только Эри протянула руку, Ая с жадностью сжала её в своей. Эри слегка вздрогнула, но позволила Ае пожать их руки вверх и вниз. — Это приветствие! — Объяснила Ая, отпуская руку Эри. — Это вежливость и всё такое. Теперь ты знаешь! — О… спасибо. — неуверенно сказала Эри. — Не за что. — Ая гордо выпятила грудь. — С этого момента я буду учить тебя всему, поняла? Это будет моя работа в качестве твоего нового лучшего друга! Брови Эри нахмурились. — Лучший друг? — Эхом отозвалась она. Ая слегка запнулась, но решительно двинулась вперёд. — Это то, чем мы являемся сейчас! — Она сказала: — Это значит, что мы очень близки! Что мы рассказываем друг другу всё! Так что я научу тебя всему, что знаю! Эри выглядела растерянной. — Но… почему? — Тихо спросила она. — Почему я… Почему ты хочешь стать моей лучшей подругой? Ая нахмурилась, и Эри отпрянула, увидев недовольное лицо Аи. — Потому что, очевидно, ни у кого из нас нет друзей нашего возраста! — пожаловалась Ая, поворачиваясь, чтобы посмотреть на подростков, стоящих в дверном проёме, прежде чем снова повернуться к Эри. — Итак, поскольку ни у кого из нас нет друзей… мы можем быть друзьями друг с другом. Тогда мы не будем… — Ая колебалась, голос её слегка дрогнул. — Тогда мы больше не будем одни. Поняла? Глаза Эри наполнились слезами. — …Поняла, — сказала она. Она снова медленно протянула руку, показывая мизинец. — Обещаешь на мизинце? — Нерешительно спросила она. Ая улыбнулась, и её лицо снова просветлело. — Обещаю на мизинце. — Она кивнула и протянула руку, чтобы взять Эри за мизинец. Кёка услышала сопение рядом с собой и, обернувшись, увидела, что у Мирио и Мидории заплаканные глаза. Она закатила глаза. — Серьёзно? — Она сказала. — Они такие милые! — Прошептал Мидория, быстро вытирая слёзы с глаз. — Посмотри на них! — О, я так горжусь тобой. — Мирио проворковал. — Посмотрите на них двоих! Они очаровательны! — Эй, прекратите! — Ая резко обернулась и снова посмотрела на них. — Я не очаровательна! Я Воин справедливости! — Воин справедливости? — Эри повторила за ней. — Ты герой? — Это очевидно! — Сказала Ая, уперев руки в бока. — Я работаю в Вооружённом Детективном Агентстве, понимаешь? Эри выглядела ещё более растерянной. Ая нахмурилась, и Эри снова вздрогнула. Ая тут же перестала хмуриться и покачала головой. — Это что-то вроде… эквивалента Комиссии по Безопасности Героев в Йокогаме, я полагаю. Или что-то в этом роде. — О, — глаза Эри слегка заблестели. — Это круто. — Она на мгновение заколебалась. — А ты разве нет… но ты слишком молода, чтобы стать героем? Ая покачала головой, скрестив руки на груди. — Конечно, нет! Кроме того, я уже однажды помогла спасти Йокогаму, так что это не имеет значения! Эри наклонилась вперёд, теперь она выглядела заинтересованной. — В самом деле? Ты действительно помогала спасать людей? — Да! — Ая сделала шаг вперёд и, когда Эри не двинулась с места, вскочила и села на кровать рядом с ней, чтобы рассказать ей историю о том, как она спасла мир, вызволив Брэма. — …Это неправда, верно? — Нервно спросил Мирио, пока они слушали драматический рассказ Аи. Эри выглядела очарованной, её глаза расширились от благоговения, когда Ая заговорила. — … — Кёка отвела взгляд и ничего не ответила. — Кёка, ты не можешь просто не отвечать?! — Нервно спросил Мидория. — Ая действительно спрыгнула со здания, чтобы вытащить меч из тела человека?! Как такое вообще возможно?! С медицинской точки зрения это должно быть невозможно, если только это не часть причуды… или способности… — Мидория начал что-то неразборчиво бормотать, пытаясь понять, как человек может жить, будучи пронзённым мечом. Кёка подумала, что он представляла себе не то же самое, что она, а именно так Брэм выглядел на самом деле: без ног и рук, с мечом, торчащим из его груди, как будто он был какой-то хреновой палочкой от эскимо. — Нет… — солгала Кёка. — Это неправда. Мирио вздохнул с облегчением. — О, это хорошо! Это было бы слишком сложно для ребёнка, понимаешь? Ух ты, у Аи такое богатое воображение! — Мммм. — неопределенно промычала Кека, и Мидория бросил на неё подозрительный взгляд, который говорил о том, что он не совсем поверил ей, но пока собирался оставить это в покое. — И что же произошло после этого? — Эри как раз начала взволнованно расспрашивать Аю, теперь уже увлечённую рассказом. — Ты победила плохих парней? Ая открыла рот, чтобы ответить, но внезапно закрыла его и побледнела. Эри слегка нахмурилась из-за внезапной перемены в поведении. Кёка замерла, когда поняла, на чем остановилась Ая в своей истории. Когда они думали, что победили Распад Ангелов… до того, как всё пошло не так и Ая была похищена. Почувствовав беспокойство Кёки и Аи, Мирио и Мидория тоже напряглись, обмениваясь нервными взглядами. — Мне очень жаль… — Прошептала Эри. — Я что-то не так сказала? — Что?! — воскликнула Ая. — Нет! Это просто… хорошо… ух… это сложно. Потому что мы выиграли… но… в то же время мы и не выиграли. — Как ты можешь выиграть и в то же время проиграть? — Эри смутилась. — Ну… — Ая замолчала. — Мы победили большинство плохих парней, но… один из плохих парней… он действительно причинил боль Брэму-Брэму. А потом… а потом он забрал меня. Глаза Эри расширились, а у Аи на глаза навернулись слёзы. — Он забрал тебя? — Прошептала Эри, и Ая кивнула. — Это было действительно страшно… но я была спасена! — Энергично кивнув, Ая придала своему голосу немного оптимизма, вызвав на лице широкую улыбку. — Видишь? Теперь, когда я увижу этого парня в следующий раз, я рассмеюсь ему в лицо и покажу, что он не смог причинить мне вреда! Я его совсем не боюсь! Мирио просиял, подойдя к Ае и погладив её по голове, что явно удивило её. — Это действительно храбро с твоей стороны, Ая. — сказал он, прежде чем повернуться к Эри. — Вот почему мы спасли тебя, понимаешь, Эри? Чтобы увидеть улыбку на твоём лице, как у Аи. Вот почему мы, герои, продолжаем сражаться! Ая кивнула в знак согласия, отмахиваясь от руки Мирио. — Вот почему я Воин справедливости! — заявила Ая. — Чтобы я могла видеть, как люди улыбаются! Эри слегка нахмурилась, прежде чем потянуться к щекам, пытаясь изобразить на губах подобие улыбки. Все в замешательстве смотрели, как она пыталась это сделать минуту или две, прежде чем, в конце концов, сдалась с печальным вздохом, полным слёз. — Извините… — Она тихо сказала. — Я не очень хорошо умею улыбаться… Кёка почувствовала, как её сердце сжалось, и она печально закрыла глаза. Мидория всхлипнул рядом с ней, выглядя потрясённым. Мирио выглядел почти так же, как и раньше, словно его только что ударили ножом в сердце. Ая поколебалась, выглядя подавленной, затем покачала головой и яростно схватила Эри за руки. Эри испуганно вскрикнула от напряжения, исходившего от Аи. — Всё в порядке! — объявила Ая. — Это ещё одна вещь, которой я должна научить тебя, как твой лучший друг, хорошо? Губы Эри слегка изогнулись, но это всё равно не было полноценной улыбкой. Несколько слезинок скатились по её щекам, когда она кивнула. — Хорошо… — Сказала она слегка дрогнувшим голосом. — У меня есть идея! — Мидория внезапно воскликнул, заставив всех подпрыгнуть. — Эри должна прийти на школьный фестиваль! Мы ведь выступаем, верно? Она могла бы прийти посмотреть! — О, это хорошая идея, — Кёка кивнула. — Нам всё же придется попросить разрешения у Айзавы-сэнсэя привести её. — О, да. — Мидория слегка нахмурился, прежде чем радостно повернуться к Эри. — Ну, я уверен, он бы согласился! — Фестиваль?.. — Эри спросила в замешательстве. — О, это отличная идея! — Мирио просиял, потрясая кулаками в воздухе. — Эри, у нас это называется школьный фестиваль! Это большое событие, которое мы проводим в школе! Это супер-веселое времяпрепровождение для учеников, организованное самими учениками. Там выставки, представления, еда… Ах! — Глаза Мирио загорелись. — Яблоки! Держу пари, у них будут яблоки в карамели! В первый же день после поступления Эри в больницу они узнали, что она любит яблоки, благодаря корзинке с фруктами, которую для неё приготовил класс 1-А. Не было сомнений, что ей тоже понравятся яблоки в карамели. — В карамели? — Спросила Эри. — Ты думаешь, что теперь тебе нравятся яблоки? Ну, они становятся ещё слаще, когда их запекают в духовке! — Мирио с энтузиазмом кивнул. — Ого… ещё слаще… — Глаза Эри расширились от восхищения. Глаза Кёки тоже загорелись при упоминании о еде, и она вопросительно повернулась к Мирио. — Как ты думаешь, у них тоже будут блинчики? — Спросила она, практически пуская слюни. — Возможно! — Мирио рассмеялся. — Ну, что ты об этом думаешь, Эри? — Спросил Мидория. — … — Эри на мгновение замолчала, её речь стала запинающейся, когда она начала говорить. — …Я думала… о вас, ребята… и о том, как вы спасли меня… О вас троих… и обо всех остальных… Я хочу быть вашим другом. Так что… я хочу прийти и посмотреть на вас, ребята. Мирио и Мидория выглядели так, будто вот-вот расплачутся. Кёка чувствовала то же самое, но на её лице не отразилось ни одной эмоции. — Мы будем такими замечательными друзьями, что ты устанешь от нас! — Заявил Мирио. — И я буду доставать директора до тех пор, пока у него не останется другого выбора, кроме как позволить тебе пойти! — Но мы не можем быть лучшими друзьями! — Воскликнула Эри, прежде чем съёжиться от собственной громкости. — Э-э… Я имею в виду… Мне очень жаль, но… Ая уже сказала, что она моя лучшая подруга, так что мы не можем быть лучшими подругами. — Ха, точно! — самодовольно произнесла Ая, прежде чем посмотреть на Мирио и Мидорию. — И, эй! Где моё приглашение на школьный фестиваль?! Я тоже хочу пойти! Не оставляйте меня в стороне! Глаза Эри загорелись. — Да, а Ая тоже может пойти? — Конечно! — сказал Мирио. — И я думаю, мне просто придётся работать усерднее, чтобы стать лучшей подругой Эри, понимаешь! Берегись, Ая, я претендую на то, чтобы стать лучшим другом Эри! — У тебя нет ни единого шанса! — Огрызнулась Ая. — Эри не захочет дружить с таким ничтожеством, как ты! Мирио драматично прижал руку к сердцу, притворяясь, что падает в обморок. — Твои слова причиняют боль, понимаешь?! — Он притворно всхлипнул, прикрыв глаза другой рукой. — Бедный Мирио, — Кёка сохраняла невозмутимый вид, в то время как Эри хихикала на заднем плане. — Но тебе, наконец, пора взглянуть правде в глаза. — Правде?! — Мирио воскликнул, обманутый. — Мидория, я действительно такой отстой?! Мидория отвернулся, пряча свой смех за ладонями. — Прости, Мирио! Когда Ая начала громко хихикать, а Эри прикрыла лицо руками, Кёка улыбнулась. С ними всё будет в порядке.

***

— Айзава-сэнсэй, я совершенно справедливо в ужасе, — Мина вздохнула. — Как вы вообще могли заставить бедную Эри надеть это?! Айзава нахмурился. — Это мило. Аояма покачал головой. — Это оскорбление для моих глаз, преступление против моды во всём мире! — Да, это довольно ужасно, сэнсэй. — Кёка вздохнула. — Вы же не собирались заставлять Эри надевать это на фестиваль, не так ли? Айзава скрестил руки на груди и сурово посмотрел на трёх учеников, стоявших перед ним. — Что именно в этом не так? Одежда, о которой шла речь, была ярко-розовой, украшенной несколькими кошачьими мордочками и надписью «Нэко!» по всей длине. На ней был свитер с ярко-розовой юбкой в тон и леггинсы, украшенные множеством кошачьих мордочек. Всё это было вычурно и абсолютно отвратительно. Когда Айдзава подошёл к Мине, Аояме и Кёке, которые сидели на диване в гостиной, Аояма причёсывал Кёку, готовясь к их выступлению позже в тот же день, а Мина слушала песню, которую они выбрали для концерта в последний раз (все они совершенно не подозревали, о чём они говорили вот-вот будет показано), Мину чуть не стошнило от этого зрелища. На дальнейшие расспросы о том, почему Айзава разгуливает в таком наряде, Айзава ответил, что собирался забрать Эри из больницы, чтобы отвезти её на школьный фестиваль. Наконец-то наступил день школьного фестиваля, и весь класс гудел от возбуждения. Даже Кёка почувствовала, что её охватывает волнение, она была рада увидеть Ацуши позже в тот же день, так как он обещал прийти посмотреть представление. Она также была рада увидеть Аю и Эри, которых Айзава собирался привести на фестиваль. Ая решила за Брэма, что ему нельзя приходить, по нескольким причинам. Первая причина заключалась в том, что фестиваль был бы слишком современным, чтобы Брэм мог его даже представить, а вторая причина заключалась в том, что он, вероятно, был бы счастливее в Агентстве, когда спал, чем когда прогуливался по фестивалю. Брэм был полностью согласен с этой оценкой. Недели, предшествовавшие школьному фестивалю, были, мягко говоря, сумбурными, но после долгих споров и репетиций весь класс почувствовал, что готов к выступлению. Было нетрудно решить, что Джиро будет солисткой, но было невероятно трудно убедить её сделать это. После этого появилась остальная часть группы, состоящая из Бакуго на барабанах (удивив всех тем, что он умеет играть), Яойорозу на клавишных (основываясь на её прошлом опыте игры на классическом фортепиано), а также Каминари и Токоями на гитарах (то, что Токоями умел играть на гитаре, всех озадачило). Все остальные были направлены на танцы или работу за кулисами. Кёка была включена в категорию танцоров. Её выносливость и грациозность, приобретенные благодаря опыту убийства, стали отличной основой для обучения танцам, но это не означало, что остальные одноклассники знали, как это делается с самого начала. Кёка вздрогнула при одной мысли о первых уроках танцев. Кёка не сказала бы, что ей очень нравилось танцевать, и уж точно она не была в восторге от выступления перед толпой, но оно того стоило, если это могло вызвать улыбку на лицах Эри и Аи. К тому же, она знала, что Ацуши был невероятно взволнован, наблюдая за её выступлением, и он практически расплакался, когда она лично пригласила его на шоу. — Вы серьёзно спрашиваете, что в этом плохого? — сухо спросила Мина, возвращая Кёку к реальности, когда она стала размахивать руками в сторону одежды. — Только посмотрите на это! Айзава посмотрел на это. Он не выглядел впечатлённым. — Выглядит отлично. — Он проворчал. — Ах, это действительно пародия». Аояма драматично покачал головой, приложив руку ко лбу, как будто собирался упасть в обморок. — Я не могу поверить, что Айзава-сэнсэй когда-либо заставит Эри носить такую вещь! Comme c’est terrible! — Если вас это так волнует, подыщите ей другой наряд. — Айзава мрачно нахмурился, выглядя оскорблённым тем, что никому из них не понравился наряд, который он выбрал для Эри. — О, mersi. Аояма вздохнул с облегчением. — О, отлично! — Мина хлопнула в ладоши. — Подождите, я пойду спрошу у Цую, есть ли у неё что-нибудь такого же размера, как у Эри! Когда Мина побежала в сторону комнаты Цую, Кёка бросила на Аояму непонимающий взгляд. Видя её замешательство, Аояма погладил её по голове и расплел одну из двух косичек, которыми он украшал волосы Кёки. — У Цую много младших братьев и сестер, и она хранит кое-что из их одежды в своей комнате в общежитии на случай, если они придут в гости и им понадобится сменная одежда. Я уверен, у неё найдется что-нибудь симпатичное по размеру Эри! — Ой, — Кёка слегка кивнула. — В этом есть смысл. Я уверена, что то, что она подарит Мине, будет лучше, чем то, во что Айзава-сэнсэй собирался одеть Эри. — Да! — Согласился Аояма. — Наверняка! — Я здесь, понимаете? — Сухо сказал Айзава. — Я слышу всё, что вы говорите. — Извините, Айзава-сэнсэй. — Кёка и Аояма хором произнесли это без всякого сожаления в голосе. Айзава вздохнул, потирая переносицу между бровями. — Чёртовы проблемные дети. — Пробормотал он себе под нос. Пока Мина и Цую выбирали новый наряд для Эри, Аояма быстро заплетал Кёке вторую косу и удовлетворенно откинулся на спинку стула, завершив работу. Обе косички были заплетены в сложные рыбьи хвостики, и Кёка одобрительно кивнула, когда он показал её в камеру своего телефона. — Это хорошо, — Сказала Кёка, улыбаясь. — Мне это нравится. — Tres beau! — воскликнул Аояма, выглядя довольным. Он обернулся на звук шагов, быстро бегущих по коридору, и просиял. — Ах, Мина, ты как раз вовремя! Правда, у Кёки великолепные волосы? — О, они выглядят так мило! — Воскликнула Мина, входя в комнату с одеждой, перекинутой через руку. — Ты так хорошо поработал! — Конечно, конечно! — Аояма прихорашивался. — Ты взяла одежду для Эри? — Спросила Кёка. — Ага! — Сказала Мина, с гордостью демонстрируя одежду, которую ей вручили: рубашку с оборками, длинными рукавами и белым воротничком и красное платье-комбинезон. — Это восхитительно. — проворковал Аояма. — Эри будет в этом так мило смотреться! — Я знаю, правда? — Мина усмехнулась. — Она будет такой милой! — Хорошо, хорошо -. Айзава вздохнул и подошёл, чтобы забрать одежду у Мины. — Вы трое, заканчивайте собираться. Я уже опаздываю, забираю Эри и Аю, мне пора. — Пока, Айзава-сэнсэй! — Сказала Мина, быстро махая рукой, когда Айзава вышел через парадную дверь, игнорируя её восторженное прощание. Как только он ушел, Мина повернулась к Аояме и Кёке, всё ещё сидящим на диване. — Хорошо! — Заявила она, решительно уперев руки в бока. — Пора заканчивать собираться! Давайте пошевеливаться, народ! Когда часы пробили 7:00 утра, а их выступление было назначено на 10:00, все начали суетиться, переодеваясь в подходящие жёлтые наряды, которые они выбрали, и в последнюю минуту внося коррективы во всё, что требовало корректировки. Весь кампус кипел жизнью, каждый ученик сновал туда-сюда, готовясь устроить самый лучший школьный фестиваль, на который только был способен. В 8:45 весь класс собрался за кулисами одного из многочисленных спортивных залов кампуса, где была установлена временная сцена. Мина носилась по залу как сумасшедшая, следя за тем, чтобы всё было готово к выступлению, которое должно было состояться чуть более чем через час, а Джиро потела в своём наряде и, казалось, вот-вот упадет в обморок от волнения. — Будь безмятежен, как водная гладь, Каминари! — Яойорозу отругала светловолосого парня, стоявшего неподалеку и нервно теребившего гитару. Каминари напрягся, нервно рассмеявшись, и убрал пальцы со струн, чтобы не сломать их. — У нас всё получится! — Давай, Бакуго! — Сказал Серо, подталкивая друга локтем. — Мы специально сшили эти футболки, так что ты должен надеть свою! — Ни за что на свете я не надену это! — Бакуго зарычал, уставившись на ярко-жёлтую футболку с логотипом школы спереди. — Разве ты не хочешь быть таким же, Бакуго? — поддразнила его Мина, подпрыгивая на месте, очевидно, довольная тем, что она бегала вокруг, чтобы проверить. Она развернулась, демонстрируя свой жёлтый жакет и подходящую к нему жёлтую юбку, отчего чёрный галстук на её шее развевался. — Разве мы не выглядим так мило? Танцевальные наряды получились идеальными! Кёка нахмурилась, глядя на свой танцевальный наряд, который был такого же цвета, как и у Мины. Она чувствовала себя нелепо в ярко-жёлтом и изначально хотела протестовать, как это сейчас делал Бакуго. К сожалению, Мина и Аояма умоляли так сильно, что она в конце концов уступила, просто чтобы заставить их заткнуться. — Мидории здесь нет. — Прокомментировал Тодороки, проходя мимо с коробкой реквизита для представления. — Вчера вечером было обнаружено, что один из канатов на сцене порвался, поэтому Мидория пошёл купить нам новый! Как мило с его стороны, не так ли? — Сказал Аояма. Тодороки нахмурился. — Что-то он долго тянет, не так ли? Я думал, он ушёл пораньше, чтобы захватить верёвку. — Действительно, — Сказал Аояма, задумчиво склонив голову набок. — Comme c’est étrange. Кёка тоже нахмурилась. Это, конечно, было странно. Судя по всему, Мидория уже должен был вернуться, если он просто пошёл за верёвкой. Она мысленно вздохнула. Зная Мидорию, он, вероятно, каким-то образом попал в беду. Однако она знала, что лучше не сомневаться в его способностях, и верила, что он сможет справиться с любой проблемой, с которой столкнется, и сможет вернуться вовремя к выступлению. В конце концов, если бы он ввязался во что-то серьёзное, это было бы в новостях, и, конечно, кто-нибудь из её одноклассников пронюхал бы об этом. — Эй, да ладно вам! — Внезапно крикнула Мина, привлекая внимание Аоямы, Кёки и Тодороки. — Давайте повторим всё в последний раз! Когда Кёка последовала за Тодороки и Аоямой, чтобы отрепетировать финал их выступления, где Аояма, используя свою причуду, превращался в человека-диско-шар, а Тодороки делал лёд для Киришимы, чтобы тот побрил его и создал снег, который осыпал бы зрителей дождем, в последний раз, она не смогла удержаться и покачала головой. — Тебе лучше вернуться вовремя, Мидория, — Подумала она. — Эри была бы разочарована, если бы не смогла увидеть тебя в шоу. И Ая бы тебя ударила. Часы продолжали тикать. Уже начали собираться зрители, готовясь к шоу. Школьный фестиваль был в самом разгаре, вся территория кампуса была заполнена людьми, смех наполнял воздух, когда люди проходили мимо спортзала к другим кабинкам. Когда часы пробили 9:45, в классе началась настоящая паника. — Где же, чёрт возьми, Мидория?! — Обеспокоенно воскликнул Иида, взмахнув рукой вверх-вниз. — Он определённо должен быть здесь к этому времени! Что могло его задержать?! — Лучше бы ему появиться! — Сказала Мина. — Это нарушило бы порядок танца! К тому же, именно он должен поддерживать Аояму в финале! Стрелки часов продолжали двигаться вперед. Мидория всё ещё не появлялся. Половина класса, казалось, была близка к полномасштабному психическому срыву, не зная, что им делать, если они пропустили ключевого участника представления, но также переживая за безопасность своего друга. — Где он?! — Урарака волновалась, нервно заламывая руки, когда выглянула из-за занавеса, где собралась большая толпа, ожидающая начала представления. Словно услышав её слова, Мидория внезапно бросился за кулисы, тяжело дыша, а по его лицу стекал пот. Он был одет в свой танцевальный костюм, и на его подбородке только начинал проступать синяк, незаметный, если не знать, на что обращать внимание. — Мидория, ты здесь! — Радостно воскликнул Иида. — О, mersi! — Аояма хлопнул в ладоши. — Мы так волновались! — Немного переборщил, да, ботаник? — Бакуго закатил глаза. — Уже, блядь, 9:56! Чуть не опоздал! — Извини… Каччан… извините… все… — Выдохнул Мидория, всё ещё хватая ртом воздух. Очевидно, ему пришлось бежать, чтобы успеть на представление. — С кем ты вообще подрался? — Спросила ошеломлённая Кёка, указывая на синяк, появляющийся на лице Мидории. — Ты с кем-то подрался?! — Иида взвизгнул, выглядя невероятно обеспокоенным. — Ты в порядке?! Тодороки тяжело вздохнул, испытывая облегчение от того, что Мидория выжил. Мина раздражённо покачала головой. — Только Мидория мог покинуть кампус только для того, чтобы взять верёвку и ввязаться в драку. — Я в порядке, не волнуйтесь! — Сказал Мидория, нервно рассмеявшись. — Э-э-э… нам, наверное, пора готовиться к выходу на сцену! — О, и после этого ты расскажешь нам, с кем именно ты подрался! — Воскликнула Мина, прежде чем поспешить на сцену. Все быстро заняли свои места в ожидании поднятия занавеса. Когда занавес медленно поднялся, из динамиков зазвучала музыка, и её одноклассники начали играть, Кёка, прищурившись, посмотрела на сцену, на толпу. Толпа выжидающе смотрела на неё, возбуждённо гудя. Кёка едва могла разглядеть Мирио и Ацуши, стоящих посреди ожидающей публики, Эри сидела на плечах Мирио, а Ая — на плечах Ацуши. Айзава стоял позади них, безуспешно пытаясь скрыть восхищение, наблюдая, как его класс выходит на сцену. Мирио широко улыбнулась, когда заиграла музыка, а Ацуши подпрыгивал от возбуждения, к вящему гневу Аи, если судить по тому, как она ударила его по лбу. Эри смотрела на сцену широко раскрытыми, ослепительными глазами, широко раскрыв рот от благоговения. Джиро начала петь, её голос был чётким и ясным, вызывая одобрительные возгласы зрителей, когда она выкрикивала слова песни. Кёка последовала примеру Мины, и они исполнили танец, над которым так усердно работали, в воздухе парили ленты и маленькие кусочки льда, когда Тодороки, Яойорозу и Киришима работали вместе, чтобы создать потрясающий эффект в финале. Когда Мидория поспешил поднять Аояму в воздух, Аояма закружился, как балерина, когда его причуда активировалась, превратившись в человеческий диско-шар, толпа взорвалась аплодисментами и восторгом. В центре толпы Кёка ещё раз мельком увидела лицо Эри, и на этот раз она широко улыбалась. Кёка почувствовала, как у неё потеплело в груди, когда Эри появилась на сцене, сияя от счастья. Мирио, стоявший внизу, смахнул слезу с глаз, Ацуши откровенно плакал, а Ая громко смеялась над ним. Кёка никогда не чувствовала себя так тепло и свободно, стоя под огнями сцены и выступая со своими одноклассниками. Используя свои навыки убийцы в танце, используя грацию и самообладание, которым она научилась в среде Портовой Мафии, чтобы заставить маленькую девочку улыбнуться, а толпу людей развеселиться… На сердце у Кёки было так легко, что ей казалось, она может улететь, как воздушный шарик. Когда занавес начал медленно опускаться, Кёка почувствовала, что её мысли уносятся в прошлое, погружая её в воспоминания, о которых она до сих пор не вспоминала. — Папа, папа, смотри! Мама научила меня танцевать! Маленькая Кёка перепрыгнула через дверной косяк комнаты, в которой сидел её отец, а её мать тихо следовала за ней с нежной улыбкой на лице. — Неужели? — Её отец рассмеялся. — Ну, тогда давай! Давай посмотрим! Кёка начала кружиться, наугад повторяя танцевальные движения, которым её научила мать. Рассмеявшись, мать взяла её за руку и мягко повела в танце. — Медленнее, дорогая. Помнишь, что я говорила, когда учила тебя? — Мама Кёки, помогая ей танцевать, сказала: — Контролируй свои движения. Когда ты танцуешь, позволь своим движениям течь плавно, как рыбе, плывущей по течению. Танец — это часть тебя, но ты не можешь просто протянуть руку и схватить его, точно так же, как ты не можешь вытащить из реки скользкую рыбу. Ты должна следовать за музыкой и позволить танцу увлечь тебя по течению. Ты понимаешь? Кёка надула щёки, даже когда мать закружила её. — Нет! — Она пожаловалась. — Я ничего не понимаю! Её мать запрокинула голову и рассмеялась. — Всё в порядке, дорогая. Важно помнить не о том, как танцевать, а о том, почему ты вообще танцуешь. — Хм? — Кёка склонила голову набок. — Тогда зачем мы танцуем? Мать Кёки остановила танец и осторожно повернула голову Кёки в сторону, чтобы она могла посмотреть на своего улыбающегося отца, на его нежное и любящее лицо. — Вот почему мы танцуем. Ты понимаешь это? — Спросила её мать. — Мы танцуем для папы? — Спросила Кёка. Её мать рассмеялась. — Не совсем так, но близко к тому. Однажды ты поймёшь это. Когда представление подошло к концу и свет на сцене начал гаснуть, Кёка закрыла глаза. — Теперь я понимаю, мама, — подумала Кёка, и одинокая слезинка скатилась по её щеке, незаметная в мерцании гаснущих огней сцены. — Всё, что ты сказала тогда…… Теперь я понимаю.

***

— Кёка! — Ацуши всхлипнул, бросаясь вперед и заключая Кёку в свои объятия, крепко прижимая её к себе. — Это было потрясающе! Ты проделала такую хорошую работу! Ая драматично застонала позади него, слегка подпрыгивая, чтобы не отстать. — Боже мой! — воскликнула она. — Перестань плакать! Выступление было хорошим, но не настолько, чтобы тебе стоило продолжать плакать! — Эй! — Ацуши перевёл взгляд на Аю. — Разве я не могу гордиться Кёкой за то, что она выступила впервые в жизни?! — Я не говорила, что ты не можешь гордиться, я сказала, перестань плакать! Знаешь, неловко, когда тебя видят рядом с рыдающим взрослым человеком?! — парировала Ая. — Это не смущает! — Сказал Ацуши, отстраняясь от объятий. Кёка весело фыркнула, когда он покраснел от смущения. — Нет ничего плохого в том, чтобы плакать! — Ты смущаешь. — Повторила Ая. — Я больше не хочу, чтобы меня видели с тобой. — Эй, это неуместно! — Ацуши нахмурился, скрестив руки на груди. — Я не смущаю тебя! Верно, Кёка? Кёка пожала плечами. — Прости, Ацуши. — Она сказала. — О, чувак… — Ацуши тут же поник, вытирая слёзы. Как только выступление закончилось, Кёка выбежала из спортзала, где была оборудована площадка, чтобы увидеть Ацуши, Аю, Эри и Мирио. Потребовалось несколько минут, чтобы небольшая группа выбралась из толпы, но в конце концов Ацуши выбежал из неё, А Ая побежала за ним, направляясь к их месту в данный момент. Мирио и Эри как раз выходили из толпы, медленно следуя за Ацуши и Аей, Мидория уже был рядом с ними. — Кека! — Воскликнула Эри, как только заметила девочку, и легонько погладила Мирио по голове, показывая, что хочет слезть. Мирио, который нёс Эри на плечах, опустился на колени, чтобы она могла слезть. Как только Эри снова оказалась на земле, она бросилась вперёд и врезалась в Кёку, крепко обняв её за талию. — Привет, Эри, — сказала Кёка с легкой улыбкой. Она опустилась на колени, чтобы Эри могла обнять её за шею и по-настоящему прижать к себе. — Тебе понравилось шоу? — Да! — Радостно воскликнула Эри. — Это было потрясающе! Мне понравилось! — Я рада. — Сказала Кёка, отстраняясь от объятий, чтобы видеть лицо Эри. Эри сияла, её улыбка была широкой и яркой, она улыбалась во все свои зубы. Это было одно из лучших зрелищ, которые Кёка когда-либо видела. — Это было так потрясающе! Ты так хорошо танцевала! — Эри продолжала восторгаться. — И Мидория тоже! А потом, когда твой друг сделал красивые гирлянды, а другой твой друг слепил снег! Это было так круто! И голос у другого твоего друга был такой красивый! Я хочу ещё раз услышать, как она поет! Мидория рассмеялся, но его глаза были немного влажными, и Кёка поняла, что он изо всех сил старается не разрыдаться. Судя по тому, что его глаза были слегка налиты кровью, ему это не совсем удалось, когда он впервые увидел улыбку Эри. — Я уверен, что Джиро была бы очень рада это услышать, Эри! — Сказал Мидория. — Может быть, мы сможем найти её позже, и ты сама расскажешь ей об этом! Я уверен, она с удовольствием споёт для тебя снова. Эри засияла. — Правда?! — Ахнула она. — Да! Ая скрестила руки на груди. — Да, да, представление было великолепным! — Пожаловалась она. — Я умираю с голоду! Я хочу чего-нибудь поесть! Эри посмотрела на Мирио и Мидорию широко раскрытыми умоляющими глазами. — Сладкие яблоки? — Она спросила. Мидория выглядел так, словно вот-вот растечётся лужицей на земле, встретившись взглядом со щенячьими глазами Эри. Мирио выглядел опустошённым, словно не мог поверить, что ему придётся отказать Эри. Сжалившись над ними, Кёка встала и погладила Эри по голове. — Сначала пообедаем. — Она сказала: — Ещё слишком рано для сладких яблок. Позже. — Ты обещаешь? — Осторожно спросила Эри, протягивая мизинец. Кёка твёрдо кивнула с абсолютно серьёзным лицом, обхватив мизинцем палец Эри. — Обещаю на мизинце. — Она согласилась. — Ты можешь съесть сладкое яблоко позже. — Хорошо. — Эри легко согласилась, казалось, удовлетворённая обещанием. — Теперь, Кёка взглянула на Ацуши. — Можно нам блинчики? — Разве ты только что не говорила, что для сахара ещё слишком рано? — Тут же возмутился Ацуши, скорбно уставившись на свой карман, где, предположительно, лежал его бумажник. — Блинчики — это, по сути, блюдо для завтрака. — Кёка указала на это, направляясь к выходу. Толпа начала расходиться, их одноклассники пообещали своим учителям навести порядок после фестиваля, чтобы они могли осмотреть другие павильоны со своими друзьями и семьями. Кёка видела впереди Мину и Киришиму, которые над чем-то громко смеялись. Вдалеке Хадо проталкивала Амаджики сквозь толпу, торопясь подготовиться к конкурсу красоты, который должен был состояться позже в тот же день. Токоями направлялся прямиком к дому с привидениями. Монома громко жаловался Кендо, что выступление класса 1-Б будет намного лучше, чем выступление класса 1-А, хотя она и все остальные вокруг, казалось, не обращали на него внимания. Урарака тащила Цую сквозь толпу к киоску с едой. Аояма, казалось, пытался убедить Сато попробовать кусочек редкого сыра в другом киоске. Бакуго гнался за Каминари и Серо сквозь толпу, и оба они кричали от ужаса. Джиро стояла со своими родителями и Яойорозу, сияя от счастья. Тодороки заметил их в толпе и направился к ним, схватив Мидорию за руку, когда тот поравнялся с ними. Остальные одноклассники были разбросаны по округе, каждый по-своему наслаждался фестивалем. Ацуши вздохнул и сокрушенно опустил голову, когда Мирио повел их группу по фестивалю к ближайшему киоску с блинчиками. Ая оживлённо рассказывала Эри какую-то историю, которая повергла девушку в благоговейный трепет, в то время как Мидория взволнованно рассказывал Тодороки о том, как Эри провела время на фестивале. — Ладно, значит блинчики, — сказал Ацуши. Несмотря на свои раздражённые слова, он улыбался. — Да, блинчики. — Согласилась Кёка. Она тоже улыбалась.