Эпилог

— Кёка! Вот и ты, mon ami! Я скучал по тебе! — Аояма! — удивлённо вскрикнула Кёка, когда её друг бросился к ней, заключил в крепкие объятия и закружил по комнате. — Ах, не трогай её! -Закричала Мина, подбегая к ним и дико размахивая руками. — Я тоже хочу, чтобы Кёка обняла меня! Аояма рассмеялся и отпустил Кёку, позволив Мине быстро занять его место. Кёка вздохнула, когда Мина крепко сжала её в объятиях, смирившись со своей участью быть зажатой в объятиях до смерти. — Ты чертовски вовремя появилась, Косички, — Рявкнул Бакуго, направляясь в их сторону. — Я думал, ты не придёшь. — Согласен! — Сказал Иида, сурово взмахнув рукой. — Ты чуть не опоздала на урок, Кёка! Я знаю, что мы не были в школе почти два месяца, но это не оправдание! — Ладно, ладно, все заткнитесь, — проворчал Айзава с переднего ряда класса. — Займите свои места. Кёка не смогла сдержать улыбку, которая появилась на её губах, когда она заняла свое место в окружении одноклассников. Оглядывая всех, Кёка невольно мысленно вернулась на два месяца назад, когда война, наконец, закончилась. Вскоре после ареста Ному появился Айзава. С ним были все одноклассники, которых они оставили дома, избитые и измученные, но в остальном невредимые. К тому времени все члены Портовой Мафии уже исчезли, Коё покинула Кёку с гордой улыбкой и кивком, прежде чем исчезнуть из её поля зрения. Хироцу и Хигучи унесли Чую. Перед уходом Акутугава вызвал Ацуши на поединок, но Гин утащила его прочь, пока он попутно жаловался на «глупого и жалкого тигра-оборотня, который всё время отказывался драться с ним». Кёка, которая только что вырвалась из крепких объятий друзей, вытирала слёзы с лица, напрягшись при звуке быстро приближающихся шагов. Она резко обернулась, снова подняв пистолет и направив его в начало переулка. Все, кто все еще был с ней в переулке: Мидория, Бакуго, Аояма, Эри, Ацуши, Кенджи, Танидзаки, Ранпо и Дазай, тоже напряглись, поворачиваясь лицом к переулку. После недолгого раздумья и Ранпо, и Дазай расслабились. — А вот и Йосано. — Ранпо закатил глаза. — Как раз вовремя. — Хм? — вслух удивился Кенджи, прежде чем группа людей выскочила из-за угла. Айзава был первым, кого увидела Кёка, его широко раскрытые от ужаса глаза метались по переулку в отчаянных поисках его учеников. Она увидела, как его плечи опустились от облегчения, когда он заметил их, глаза закрылись, и он слегка поднял голову к небу, как будто благодарил высшие существа за то, что с ними всё в порядке. Директор Незу тоже был там, он сидел на плече у Айзавы, такой же напряжённый. Он немного расслабился, когда увидел, что ученики в основном целы. — Ранпо! — Йосано быстро привлекла к себе внимание Кёки, когда та бросилась к сотрудникам Агентства, всё ещё находившимся поблизости. — Что, чёрт возьми, произошло?! Я что-то слышала о бомбе?! Это правда?! — Какое облегчение, — Директор Незу вздохнул. — Мне сообщили, что взрыв бомбы был остановлен, но приятно видеть, что город всё ещё стоит на месте, своими глазами. — С детьми все в порядке, — Айзава вздохнул в унисон с директором Незу. — Слава богу. — Ребята! Вы в порядке! — взвизгнула Мина, появляясь за спиной Айзавы. Она пронеслась мимо них, практически схватив Мидорию, Бакуго, Аояму, Кёку и Эри в объятия, прижимая их к себе. — Отстань от меня, Енотовидные глазки! — Бакуго зарычал, пытаясь вырваться. Но девушка крепко держала его, отказываясь отпускать. — Я так волновалась! — Урарака всхлипнула, быстро присоединяясь к объятиям. — Я так рада, что с вами, ребята, всё в порядке! — Это правда! — добавила Тога. — Очако была в сильном стрессе! Я тоже! Я была уверена, что все умрут! Я рада, что они не умерли… Хотя я почти уверена, что Шигараки и остальные прямо сейчас отправляются в тюрьму. Кёка моргнула, прежде чем моргнуть снова, когда Тога не исчезла. — Э-э-э… — нервно произнёс Мидория, глядя на Тогу, которая, казалось, отказывалась отходить от Урараки. — Это Тога? — Какого хрена эта злодейка здесь делает?! — Огрызнулся Бакуго. — Долгая история. — Йосано застонала. — Мы всё ещё решаем, что с ней делать! — Весело сказал директор Незу. — Урарака на самом деле предложила программу искупления злодеев, от которой я в восторге! — Урарака…? — Нерешительно спросил Мидория, взглянув на неё. Смех Урараки был слабым, но счастливым. — Йосано права, это долгая история. Но суть в том, что мы с Тогой всё обсудили, и она больше не хочет быть злодейкой! Так что мы будем работать над этим, верно, Тога? — Верно! — Воскликнула Тога, сияя. Кёка насторожённо посмотрела на неё, прежде чем перевести взгляд на Йосано. Йосано ободряюще улыбнулась ей, и Кёка кивнула через секунду, соглашаясь с присутствием Тоги. Пока она не пыталась присоединиться к объятиям, а просто стояла рядом с Ураракой, Кёка оставит её в покое. После этого к ним быстро подошли остальные одноклассники. Все были в сильных синяках, и Тодороки, и Иида были покрыты волдырями от ожогов, но, казалось, никого из них на самом деле не волновали их травмы, когда весь класс присоединился к объятиям. На долгое мгновение воцарилась тишина, поскольку все снова наслаждались присутствием друг друга, наконец-то расслабившись теперь, когда все были в безопасности. В то время как класс 1-А и Эри, наконец, воссоединились, Айзава и директор Незу направились к Дазаю, Ранпо, Кенджи, Танидзаки, Ацуши и Йосано, которые наблюдали за происходящим неподалеку. — Привет, мистер Крысолюд! — весело сказал Кенджи, помахав директору Незу, когда они приблизились. — И тебе тоже, Соня! — Привет. — Директор Незу улыбнулся, а Айзава громко застонал. — Незу. — поприветствовал его Дазай, слегка кивнув. — Я вижу, с ситуацией разобрались? — Спросил директор Незу. — Фёдор сбежал, — признался Ранпо. — Но все члены Лиги были арестованы. Без Тоги, я полагаю. Вы действительно планируете создать программу по исправлению злодеев? — Я думаю, это отличная идея! — сказала Йосано. — Я думаю, что Тога могла бы принести много пользы. Для этого ей просто нужна любовь и мотивация. Всю свою жизнь её ненавидели, пока она не встретила Лигу. Когда злодеи были единственными, кто принимал её, она стала злодейкой. Но Урарака… эта девушка посмотрела на Тогу и увидела в ней что-то, что стоило принять, и сделала это без колебаний, хотя они почти не общались. И… это вдохновило Тогу на то, чтобы стать достойной этой любви и признания, став лучше ради Урараки. — О, боже, это прекрасно. — Танидзаки фыркнул, вытирая слезу с глаза. Дазай долго смотрел на Тогу, прежде чем кивнуть. — Я думаю, программа исправления злодеев — отличная идея. — Медленно произнёс он. — На самом деле, я думаю, было бы здорово, если бы это распространилось и на других злодеев, не только на Тогу. Твайс, например, очень помог во время финальной схватки с Фёдором. Даже Шигараки, я думаю, мог бы творить добрые дела, если бы хоть раз подумал о чем-то другом, кроме слов своего Учителя. — И Даби тоже. — Айзава хмыкнул. — Да, Тойя Тодороки стал бы отличным дополнением к программе, не так ли? — Задумчиво произнёс Незу. — Я запомню это на будущее. — Незу повернулся и долго смотрел на класс 1-А. — Вы верите, что Кёка захочет остаться в UA после этого? По крайней мере, до тех пор, пока не выпустится? Я уверен, что после окончания школы она присоединится к Агентству на постоянной основе, как любой студент-герой присоединяется к агентству-герою. Но до тех пор… с её прошлым и жизненным опытом… Я думаю, она бы очень помогла в программе «Искупление злодея». Глаза Ацуши расширились. — Ты бы хотел, чтобы она помогла с этим? — Почему нет? — Незу улыбнулся. — Она уже помогла Аояме отойти от злодейства. Я хочу дать ей возможность помогать большему количеству людей подобным образом. Похоже, ей бы это понравилось, не так ли? Дазай задумчиво смягчился, как будто подумал о ком-то из прошлого. — Спасая кого-то, — сказал он, положив руку на голову Ацуши. — Это даёт им шанс спасти других в будущем. — О, я понимаю. — Ацуши кивнул, гордо улыбаясь. — Ты спас меня, Дазай! А потом я спас Кёку! И теперь Кёка спасла Аояму, и она может спасти ещё больше людей! — Да. — согласился Дазай, нежно взъерошивая волосы Ацуши. — Вот именно. — Превосходно! — Незу хлопнул в ладоши. — Хорошо, мы можем обсудить это позже. Я могу с уверенностью предположить, что никто не заполучил эту Книгу? Все сотрудники Агентства застыли, в то время как Айзава выглядел смущённым. — Что за Книга? — Спросил он вслух. — Местонахождение Книги всё ещё неизвестно. — сказал Ранпо. — Хорошо. — Незу кивнул. — Поскольку у меня печальные новости, Геройская Комиссия, скорее всего, была осведомлена о её присутствии здесь, в Йокогаме. Вероятно, именно это давление и поощрение Фёдор использовал против Геройской Комиссии, чтобы заставить их отправить бомбу. Они рассматривали Книгу как большую награду, чем потери, которые они понесли бы, взорвав Йокогаму, включая потерю многих профессиональных героев, которых они отправили сюда, чтобы разобраться с Лигой и пользователями способностей, такими как Ястреб, Бест Джинист и Мируко. — Ах, да, — Ранпо задумчиво постучал пальцем по подбородку. — Кто-нибудь, напомните мне позже, чтобы я попросил По и Люси вернуть этих героев в Мусутафу. Нет причин держать их здесь. — Да, я был бы очень признателен, если бы вы вернули их. — Незу кивнул. — Что за… — Айзава пробормотал себе под нос. — Кто, чёрт возьми, такие По и Люси? Что, чёрт возьми, случилось с профессионалами, которых сюда прислали? — Кстати, о Геройской Комисси, — Сказал Дазай, игнорируя Айзаву. — Незу, какие именно у тебя планы относительно них? Боюсь, что я и остальные сотрудники Агентства не сможем повлиять на то, что с ними произойдёт после этого. — Хотела бы я, чтобы у нас была власть, — проворчала Йосано. — Я бы отрубила им конечности, если бы могла. — Это всё ещё возможно, Йосано! — Весело ответил Дазай. — Для этого нам не нужна власть! — Как бы это ни было приятно, к сожалению, это не будет хорошо воспринято общественностью. — Нэдзу вздохнул, явно разочарованный. — Вместо этого нам придётся действовать осторожно. Очевидно, что первым делом будет арестована президент Комиссии по Безопасности Героев. После этого я надеюсь повлиять на следующего президента, который возглавит Комиссию, чтобы то, что произошло сегодня, не повторилось. Нам также нужно будет выяснить, кто из членов Комиссии узнал о существовании Книги, и поступить с ними так, как мы сочтём нужным. — Как именно ты планируешь арестовать президента Геройской Комиссии? — Спросил Айзава. — Полегче! — Сказал Незу. — Очевидно, она запустила незаконную бомбу без чьего-либо ведома! Но это только верхушка айсберга: нам нужно получить в свои руки полное видео, где Сайко закалывает Кёку, и доказать всему миру, что президент пыталась организовать убийство невинной студентки-героини только по той причине, что она из Йокогамы. Нам также придётся сфальсифицировать доказательства других убийств Кёки и представить всё так, будто Сайко — единственный человек, которого она убила, и то в целях самообороны. — Анго может позаботиться о доказательствах. — Сказал Дазай, и Незу кивнул. — Хорошо, — Сказал Незу. — После этого нам придется запустить кампанию в поддержку пользователей способностей, чтобы уменьшить ненависть со стороны общественности. Я боюсь, что ненависть не угаснет полностью, но если бы я смог привлечь на свою сторону как Всемогущего, предыдущего Героя Номер Один, так и Старателя, нынешнего Героя Еомер Один, поддерживающих кампанию, ненависть уменьшилась бы в геометрической прогрессии. — Это кажется разумным планом. — Сказала Йосано. — Я имею в виду, не лучше, чем у меня, но ладно. — Замечательно! — Незу просиял. — Я рад, что мы смогли поговорить об этом. Наверное, нам следует отвезти большую часть учеников 1-А класса в больницу и вернуть их родителям. Они все настояли на том, чтобы сначала приехать сюда! Они тоже были разбросаны по всему городу, и собрать их всех было непросто! О, и я только что вспомнил, что также необходимо провести пресс-конференцию. Айзава, ты бы хотел принять в этом участие? — Нет. — Отлично! Я попрошу тебя посидеть со мной во время этого. О, и нам тоже придётся что-то сделать с Тогой, мы не можем позволить ей разгуливать на свободе, даже если она больше не хочет никому причинять вред. А теперь, Айзава, может, пойдём отсюда? Айзава покачал головой, с нежностью глядя на детей. — Нет, пока нет. Дайте детям ещё несколько минут побыть друг с другом. Они этого заслуживают. Тем временем, дети, наконец, оторвались от своих групповых объятий, оттесненные в основном рычащим Бакуго, которому надоели эти откровенные проявления дружбы. Теперь, стоя свободным кругом, весь класс воспользовался возможностью пообщаться друг с другом и убедиться, что все в порядке. — Вы все нашли Эри! — Иида заговорил первым, гордо улыбаясь, когда увидел Эри, обмякшую в объятиях Мидории. Её глаза начали слипаться, изнеможение после бурной ночи сказалось на ней. — Да, мы так и сделали. — Мидория улыбнулся ей, слегка ослабив хватку. Кёка, прищурившись, наблюдала, как он вздрогнул от этого движения, прежде чем снова успокоиться. — Я просто рад, что с ней всё в порядке. — Я рад видеть, что она цела и невредима, — Сказал Токоями. — Я боялся, что тьме удастся завладеть ею. — Я так волновалась, — Призналась Джиро. — Я рада, что с ней всё в порядке. — Какое облегчение видеть, что она в безопасности, — добавил Мирио, протягивая руку, чтобы нежно взъерошить волосы Эри. Все слегка подпрыгнули. — Мирио?! — Выпалил Мидория. — Как долго ты здесь находишься?! — Аояма вскрикнул, прижимая руку к груди. — mon ami, ты чуть не довел меня до сердечного приступа! — Прости, — Смущённо произнёс Мирио, потирая затылок. — Я не хотел мешать вашему воссоединению, поэтому отошёл на пару минут. Не хотел вас напугать, ребята. — Всё в порядке, Мирио, — сказал Мидория, и в глазах у него защипало от боли, вызванной внезапным движением, вызванным испугом. — Я рад, что ты здесь и тоже в безопасности! Мирио открыл рот, чтобы ответить, но Кёка перебила его, ей надоело, что Мидория просто стоит там. — Мидория. — Сказала она холодным и укоризненным голосом, изо всех сил стараясь вызвать свою внутреннюю Коё, чтобы отругать его. — Ты что, прямо сейчас стоишь на сломанной ноге? Мидория тут же отвёл взгляд. — …Нет. — Чёрт возьми, Деку, — Бакуго застонал. — Я и забыл, что у тебя была сломана нога. — Мидория, ты должен был сразу сказать нам, что ты ранен! — Серьёзно выругался Иида, размахивая рукой вверх-вниз. Каминари вздохнул. — А если серьёзно, подними руку, если ты удивлён, что Мидория сломал конечность. …Никто не поднял руки. — Я не думаю, что кто-то удивлён, керо. — Цую осталась невозмутимой. Мидория поник. — Я не так уж плох. — Он попытался защититься, но никто не поддержал его. — Отдай мне Эри. — сказала Кёка, протягивая руки и пряча пистолет в рукав. — Я могу её понести. Кто-нибудь, отнесите Мидорию, чтобы он перестал опираться на сломанную ногу, от чего ему становится ещё хуже. — Я могу его понести. — немедленно согласился Тодороки. — Не обижайся, Тодороки, но ты сейчас весь в ожогах, — сказала Хагакурэ. — Если ты ранен, тебе не следует его нести! Тодороки нахмурился, но отступил, понимая, что в таком состоянии он не сможет нести Мидорию. — Вот, я могу понести тебя, Мидория, как я это делал в тренировочном лагере. — предложил Шоджи. Мидория на мгновение заколебался, а затем, вздохнув, принял предложение. Он быстро передал Эри Кёке, которая едва пошевелилась во время этого обмена, а затем позволил Шоджи покатать его на спине, поддерживая своими многочисленными руками, чтобы он, наконец, смог перенести вес со сломанной ноги. — Как ты вообще умудрился сломать ногу? — спросил Сато, нахмурив брови. — Всё выглядит очень плохо, — прошептал Кода. — Что бы ни случилось, это, должно быть, было очень больно! Мидория нервно рассмеялся. — О, всё было не так уж плохо! Кёка закатила глаза. — Ному наступил на ногу и сломал её. Все в классе вздрогнули. — Ох. — Джиро поморщилась. — Всё в порядке! — Сказал Мидория, в очередной раз потирая свою травму. — А как же вы, ребята? С вами все в порядке? Что произошло после того, как мы оставили вас всех позади? — Мы уничтожили Гигантомахию! — тут же воскликнула Мина, явно взволнованная своим достижением. Серо, Киришима и Цую кивнули в ответ, выглядя не менее гордыми. — Что?! — Тога зашипела. — Но этот парень был огромным! Как вы это сделали?! — Да, вы никогда нам не рассказывали! — Воскликнул Мирио. — Давайте, вы должны объяснить! — Тодороки и Иида тоже должны объяснить, что случилось с Даби. — Яойорозу встревожилась. — Они оба покрыты ожогами… — И Урараке нужно рассказать, что случилось с Тогой, потому что что?! — воскликнула Хагакурэ. — Не говоря уже о том, что произошло здесь, в Йокогаме! — Добавил Киришима. — Бакубро, ты должен рассказать нам всё! Бакуго резко усмехнулся. — Очевидно, что я выбивал всё дерьмо из злодеев. — Да, что же все-таки произошло здесь, в Йокогаме? — Каминари задумался. — Потому что я почти уверен, что, когда мы приехали сюда, у Кёки был пистолет. Кто-нибудь ещё думает о пистолете? Нет? Только я? Кёка позволила себе полностью расслабиться, позволяя словам своих одноклассников захлестнуть её, когда каждый из них по очереди рассказывал о своей части путешествия. Учителя позволили им задержаться почти на двадцать минут, прежде чем Мидория, наконец, начал терять сознание от боли, а Тодороки чуть не упал, ещё больше раздражая свои ожоги. После этого учителя поспешили отправить учеников обратно в Мусутафу, чтобы они воссоединились со своими семьями и прошли обследование как у выздоравливающей девочки, так и в больнице. Йосано предложила свои услуги сама, но было ясно, что все её одноклассники теперь знали о требованиях, предъявляемых к её способностям, и побледнели от страха при мысли о том, чтобы встретиться лицом к лицу с её бензопилой, быстро отказавшись от предложения, заикаясь. Кёка осталась в Йокогаме, воспользовавшись возможностью воссоединиться с Агентством. Всего через неделю после своего возвращения в Йокогаму она начала спрашивать президента, когда она сможет вернуться в класс 1-А, полная решимости закончить среднюю школу, несмотря на все трудности, с которыми ей пришлось столкнуться. Президент рассмеялся и сказал ей, что Ранпо уже работает с Незу над тем, чтобы выяснить, как она могла бы помочь с официальной, совершенно новой программой исправления злодеев, когда занятия в школе в конце концов возобновятся. Он пообещал ей, что, как только она закончит школу, она сможет вернуться в Агентство и работать детективом на полную ставку. В конце концов, у неё никогда не будет семьи, кроме них. Кёка была слишком смущена, чтобы сказать, что расплакалась, когда услышала эту новость. Ацуши, с другой стороны, решил остаться в Йокогаме, в Агентстве, веря, что Кёка в безопасности, живёт в общежитии со своими одноклассниками, уверенная, что она может вернуться домой в Йокогаму в любое время, когда пожелает, и что им больше не нужна их маленькая квартирка в центре Мусутафу. Акутугава, казалось, испытывал странную смесь восторга и злости, узнав, что Ацуши останется в Йокогаме, где Дазай наверняка заставит их снова работать вместе. Несмотря на то, что Ацуши оставался в Йокогаме, Кёка знала, что он стал посещать агентство Леди Горы и Древесного Камуи по выходным, чтобы помочь всем, чем мог, будь то обучение с ними или помощь в реальных делах. Нэдзу даже помог Ацуши получить официальную лицензию героя, чтобы он мог легально работать с двумя героями. Между тем, как Всемогущий и Старатель, выступают в защиту пользователей способностей, Незу восстанавливает весь видеофайл, показывающий, как Сайко нападает на Кёку, и возмущением общественности, когда они узнали, что Геройская Комиссия незаконно разослала бомбу, президент Геройской Комиссии оказалась за решеткой и общественное негодование на Кёку и всех пользователей способностей начали медленно угасать. Для Кёки стало облегчением узнать, что она снова может показать себя в Мусутафу без того, чтобы все, мимо кого она проходит на улицах, называли её злодейкой. Что касается Сайко, то девушка, за которую она выдавала себя во время нападения на Кёку, Юи, была в конце концов найдена после нескольких дней напряжённых поисков. Очевидно, президент заперла её в подвале дома одного из своих подчиненных. Юи провела в больнице почти неделю, восстанавливаясь после недоедания и перелома запястья, но в итоге поправилась. Кёка навестила её всего один раз, но ненадолго. Встреча была неловкой, но обе девушки решили, что ни одна из них не виновата в том, что произошло, и напрасно извинялись друг перед другом за то, что не сделали ничего плохого. Кёка была просто рада, что Сайко не убивала Юи. С Ранпо и профессиональными героями, которых он поручил Люси и По захватить в плен… Кёка была уверена, что Ранпо не забыл вернуть их Мусутафу. …Возможно, ей стоит ещё раз уточнить у него насчёт этого. Не говоря уже о её удивлении, когда она услышала, что Ая была на передовой вместе с Дзёно, Тетчо и Сигмой, сражаясь с упомянутыми профессиональными героями. Куникида чуть не сорвался с катушек, когда узнал об этом. Эри, между тем, с тех пор, как это случилось, никто не выпускал из виду. Несмотря ни на что, она всегда за кого-нибудь цеплялась. Эри была слишком напугана, чтобы оставаться сейчас одна, боялась, что её снова похитят, а все остальные были слишком напуганы, чтобы выпустить её из виду, из-за того же страха. Кёка много раз навещала её во время школьных каникул, иногда приводя с собой Аю, чтобы они поиграли вдвоём, как бы Ая ни жаловалась, что это называется «играми». …О Фёдоре ничего не было слышно с той ночи в Йокогаме. Никто не знал, что он планирует делать дальше и вернётся ли вообще. Это были долгие два месяца после того, что случилось как с Фёдором, так и с Лигой. Но, наконец, Кёка снова оказалась в знакомом классе, в окружении своих одноклассников. — Хорошо, — Протянул Айзава, стоя перед классом. — Я знаю, что в прошлый раз, когда вы все были здесь, это было очень… — Ужасающе? — Предположила Хагакурэ. — Совершенно ужасающе? — Каминари попробовал. — Действующе на нервы. — Добавила Урарака. — Кроваво. — Кёка пожала плечами. Все уставились на неё. Бакуго фыркнул. — Ни хрена себе. — Он закатил глаза. — Когда ты была здесь в последний раз, тебя пырнули ножом. Шинсо, новичок в классе, который был награжден за своё мастерство во время сражений между классами а и в и за храбрость, когда он помог спасти жизнь Кёке, застонал, опускаясь на своё место. — Не напоминай мне. — пожаловался он. — Привыкай к этому, — вздохнула Джиро. — Для этого класса это в порядке вещей. – … — Мидория моргнул, когда все повернулись к нему. — А?! Почему вы все смотрите на меня?! — …Мидория, без обид, но ты действительно сломал палец в первый день занятий. — Сказала Яойорозу. — А затем и большую часть конечностей на второй день занятий. — Добавил Киришима. Шинсо закрыл лицо руками. — Итак, я слышал, что для того, чтобы быть частью этого класса, я должен привыкнуть к травмам, угрожающим жизни? — Точно. — Все в классе согласились. — Ладно, хватит, — Айзава сказал, обратив свое внимание обратно к нему. — Я знаю, что случилось в прошлый раз мы были в этой школе было страшно, но я очень горжусь всеми вами. Не за то, что сбежали, не предупредив учителя, конечно, я всё ещё невероятно зол на вас всех за это, но за то, что спасли Эри и победили злодеев. Вы все проявили невероятную храбрость и защищали друг друга, как могли. Все это признаки того, что вы настоящие герои. Кёка почувствовала, как что-то тёплое разливается в её груди. Было приятно слышать эти слова. Айзава гордился ею за то, что она пошла туда и выжила, несмотря ни на что. Быстрый взгляд на её одноклассников показал, что они чувствуют то же самое, если, конечно, глаза, наполненные слезами, о чём-то ей говорили. Мидория был близок к тому, чтобы разрыдаться. — Но я всё равно зол, — Айзава сохранял невозмутимый вид. — Поэтому я хочу, чтобы вы все пробежали тридцать кругов по тренировочной площадке А. Прямо сейчас. — Тридцать?! — возмутился Каминари. — Но, Айзава-сэнсэй, у нас сегодня ещё другие занятия! — запротестовал Иида. — Не важно. — Айзава ухмыльнулся. — Бегите. Подумайте, как наверстать пропущенные уроки. На самом деле, если вы будете бегать достаточно быстро, то не пропустите многого. Все в классе заворчали, но поняли, что лучше не протестовать, и медленно поднялись, чтобы переодеться в спортивную форму. Несмотря на наказание, Кёка не смогла сдержать улыбку. Она была рада вернуться в UA.