11. Ужалить. (Сергей Шевелев/Артём Гаус) PG-13

       Одной из их маленьких традиций были пикники. Не летне-яркие, тёплые и проходившие с огромной компанией где-то в лесу, нет. Тихие вылазки только вдвоём в самом начале осени, когда ещё не так холодно, но под ногами шуршит цветастый ковёр из опавших листьев.       Уже несколько лет на второй или третьей неделе сентября Серёжа с Артёмом выбирались в соседний парк. Для них в этих прогулках было что-то особенное - когда люди уже потихоньку растворялись в своих домах, прохладное солнце пряталось за горизонт из многоэтажек и новостроек, а воздух наполнялся промозглой сыростью и запахом увядающей листвы.       В тот вечер они снова взяли с собой термос (кочующий с ними ещё с Беларуси), наполнили его чаем с мятой, оделись потеплее - прогноз с Тëминого телефона подсказывал, что температура впервые за месяц упадёт до 13 градусов - и направились по знакомому пути. Редеющие прохожие спешили скрыться с улиц, машины проносились мимо с заядлой частотой - всё таки, Москва город неспящий, - а они всё шли неспеша, вдыхая осенную прохладу и смакуя момент драгоценного уединения.       Артём, как обычно, захватил с собой свою старенькую мыльницу, чтоб фотографировать на память всё, что попадётся на пути. Ярко-красные листья клёна на асфальте, беспризорный велосипед у витого железного забора, парочка уток в остывшем пруду, Серёжа, недовольно ворчавший из-за того, что Артём вновь забыл перчатки и протягивающий ему свои - нечёткие кадры попадут в их семейный архив, вызывая приливы тёплой ностальгии.       - Вот это кадр! - пробормотал Артём, щёлкая кнопкой. - Ты недовольный и со свистом ветра в волосах, прям настоящий осенний портрет.       Серёжа закатил глаза, натягивая шарф повыше и пряча за ним улыбку:       - Да брось ты, лучше бы чаю налил, а не снимал меня как экспонат.        Большие и чистые глаза светились ярче, чем редкие фонари в маленьком парке. Расслабленная улыбка стала ещё шире и Артём кивнул, глядя на Серёжины щëки, покрасневшие на вечерней прохладе. Карий взгляд несколько оживился, стоило Гаусу достать из рюкзака потёртую металлическую кружку.        Грея лицо под тёплым паром и отпивая маленькими глоточками каждый из своей кружки, они медленно дошли до лавочки. Присели на скрипучие доски, следя за полоской света от ближайшего фонарного столба. Молчали.        Артём резво вынул из кармана куртки потрёпанные проводные наушники. На недоуменно поднятую бровь лишь пожал плечами:        - Особая атмосфера.       Провода решил не распутывать, оставив на конце невнятный клубок, и протянул Серёже один из динамиков. Соприкоснулись пальцами - Тëма в Серëжиных перчатках, и Серëжа с озябшей кожей. Шевелев быстро надел наушник и спрятал руки в карманы. Видимо, именно это в Гаусовском понимании и было "особенно": сидеть вдвоём в полупустом парке и одними наушниками на двоих.       Заиграли старые советские песни и Серёжа будто возвратился в детство. Тихие, уютные и немного грустные мелодии окунали в мальчишеские воспоминания. Артём под боком зашевелился. Вновь достал мыльницу и чуть наклонился влево, облокачиваясь на подлокотник - захотел сфотографировать несколько лежащих на траве пёстрых листьев. Кадр не удался: именно в тот момент, когда Артём нажимал на кнопку, из соседних травинок что-то вылетело и ужалило его в правую руку.        - Ай! - фотоаппарат выскользнул из слабеющей хватки и упал на сырую землю, чудом оставаясь без повреждений.        - Оса! - Артём заозирался по сторонам в попытках разглядеть насекомое, но его уже и след простыл.       Серёжа быстро притянул Артёма к себе, рассматривая повреждённую руку.        - Это не шутки... - при вечерних сумерках и тусклом свете фонаря, который от их лавочки был безбожно далеко, было тяжело оценить увечия. - Красное, опухло?        - Опухло.. И болит чуть-чуть.        - Значит, идём домой.        Гаус встрепенулся.        - Да ты чего, это же просто оса. Вообще непонятно, почему она летает до сих пор, а не впала в спячку.        - Это тебе не лес, - отвечал Серёжа, убирая наушники в свой карман. - А если аллергия на укус начнётся? Нет, надо обработать. Здоровье будет поважнее художественных амбиций.        - Ладно, ладно! - Артём с явным нежеланием сдался, наблюдая, как из маленького кармана рюкзака Серёжа достаёт влажные салфетки.        - И нафтизин у тебя с собой? - с издёвкой спросил Гаус, получая в ответ недовольный взгляд исподлобья. Настроение было подпорчено.        - Нет, - буркнул Серёжа. - просто холод и покой сейчас главное. Повезло ещё, что не пчела, так бы пришлось жало доставать.       Ответом ему служил грустный выдох над головой.        Артём закинул голову вверх, смотря на тёмное небо. За широкими тучами он воображал себе маленькие яркие звëзды и невероятный Млечный Путь, о котором читал в детстве.        - Нуу.. - начал говорить он, пытаясь найти компромисс. - Зато будет интересная история, которую мы можем рассказывать парням.        Серёжа усмехнулся.        - Ага, и история с "особой атмосферой", прям как ты любишь.        Артём счастливо засмеялся. Серёжа перепроверил, ничего ли они не забыли, и, взяв Гауса за здоровую руку, повёл к выходу из парка. Вечер становился всё темнее, а в их маленьком мире было тепло.