Вернутся к фанфику
14. «Линия фронта» | Слэш, Жан Кирштайн/Эрен Йегер, Эрен Йегер/Жан Кирштайн NC-17 (потому что война)
18 октября 2025, 19:52Жан всё ещё был в состоянии, близком к истерике, когда в их блиндаж из рубки связного вернулся командир отряда Армин Арлерт.
— Пиксис сказал, что мы молодцы, — устало произнёс он и принял кружку воды, протянутую Энни Леонхард. — Спасибо, — залпом её осушив, он опустился на узенькую скамью, что тянулась вдоль стенки.
Рядом, чуть ближе к углу, приходили в себя после боя артиллеристы Бертольд и Райнер. Чуть глубже, за небольшим самодельным столом, сидели ребята из инженерного — Конни Спрингер и Флок Форстер. А ещё Марло, который в кои-то веки не делал вид, что читает книжку, чтобы при этом пялиться одним глазом на симпатичную вторую радистку Хитч.
Он наблюдал теперь в оба, практически неотрывно, улёгшись на стол грудью и утопив нижнюю половину лица в сгибе локтя, как она, шмыгая носом, чистит овощи для похлёбки, как варит в чайнике крепкий и сладкий чай — то что необходимо после пережитого безумия.
Все знали, что Марло сохнет по Хитч. И она, наверное, тоже знала. Но не потому, что он ей признался.
— Брауна, Йегера и Аккерман обещали представить к наградам, — всё так же тихо, но уже с гордостью добавил Арлерт.
— О! — несмотря на общую атмосферу скорби, обрадовался Спрингер. — Поздравляю!
— Не с чем, — буркнул Йегер, замко́м , которому Жан продолжал накладывать повязку на левую руку.
Санитарки у них больше не было. Её подстрелили во время контратаки. Второго медика обещали завтра, но нужен он был вчера. А сам Жан, кажется, напортачил на очередном витке, и никак не мог теперь понять, куда тянуть несчастный бинт.
Руки безбожно тряслись.
Высокой Елене, стоявшей в траншее буквально в двух шагах от него, снайпер пробил голову крупнокалиберным, ухитрившись попасть ниже шлема. Жан столько крови в жизни не видел. И как голова взрывается, словно спелый арбуз — тоже. Он хохотал, забившись в окопе, когда его Йегер нашёл и дал в рыло коленом. Было обидно и больно, и до сих пор ныла челюсть, но в тот момент это было надо.
«Ты цел? Сам идти сможешь?»
Произнесённое жёстким, но всё равно взволнованным голосом, крутилось теперь под сводом черепа без остановки. А кожа под подбородком хранила тепло скупого прикосновения — когда Йегер быстро проверил застёжку на шлеме.
Парень, которого Жан и Елена тащили до этого на руках, уже остывал. Пришлось их обоих оставить в траншее.
А на обратном пути в блиндаж Йегера зацепило осколком. Но именно что зацепило. Рана была неглубокая, хотя крови он потерял порядочно: пока добрались до укрепления, рукав промок почти целиком. И Жан теперь ждал чая не меньше других, чтобы как следует напоить своего спасителя и привести в порядок. Хотя положа руку на сердце, кто ещё кого спас и кому полагалась награда — большой вопрос.
— Когда труповозка? — голос Йегера звучал до жуткого низко, как замогильный хрип.
Жан посмотрел на него.
Они оказались в одном отряде всего три недели назад, но за это время он, кажется, выучил каждую чёрточку на лице замко́ма, каждый оттенок его выражения, каждую интонацию в голосе, и что она означает. И это был тот самый Жан, который по жизни ценил свой комфорт превыше всего. Теперь же при виде обветренных губ, измазанного в крови и грязи подбородка и острого кадыка на немного обросшей щетиной шее, его охватывали смятение и тревога.
Но всё равно нашлись силы мысленно врезать себе, опустить взгляд и сосредоточиться на перевязке. Он с этим справится. Он же ходил на курсы оказания первой помощи. Когда-то давным-давно, ещё в старшей школе.
— Подкрепление уже выехало, будет в течение двух-трёх часов. С ними приедет машина и медики.
«Очень вовремя, когда я сам справился», — сварливо заметил Жан про себя. Вслух это произносить было бы глупо, при том, что из раненых у них один Йегер. Все остальные двухсотые. Почти половина состава. Как они вообще ухитрились отбиться он до сих пор не понимал.
— Чай готов, — вымученно улыбнулась Хитч. Марло, будто очнувшись, тут же вскочил и бросился ей помогать. Райнер с Бертольдом завозились, доставая сухие пайки и миски с приборами, и присоединились к сослуживцам. Только Арлерт остался на месте, у входа, видимо, ожидая от дежурившего связного Марко ещё информации. И рядом с ним Энни. Кажется, они были уже неразлучны. Время от времени Жан им немного завидовал.
— Всё хорошо, Эрен, — продолжил увещевать Арлерт. — У противника выведена из строя вся бронетехника. Снайперы уничтожены. Браус, Микаса и Фингер — дежурные. Галлиарды — на артиллерии, мы под хорошим прикрытием. Ты сделал всё, что мог. Благодаря тебе, Райнеру и Микасе мы все ещё живы. Можно немного передохнуть.
Голос его буквально гипнотизировал. Всех, кроме Йегера. Жан каждой фиброй души ощущал чужие эмоции, клокочущие внутри — ярость и боль. А от последнего слова Эрен и вовсе дёрнулся, словно ему кипятка плеснули в лицо.
— Передохнуть, говоришь? — рявкнул он, оторвав от стены стриженную почти под ноль макушку. — А почему Микаса тогда на дежурстве? — и он как-то странно качнул головой, будто отбрасывая от лица длинные волосы.
Перед глазами у Жана так и нарисовалась картина: Эрен, лежащий на мягкой подушке, и длинные змеи волос, тянущиеся вокруг. Его коротнуло, и он затянул узел туже необходимого, из-за чего Йегер шикнул и повернулся к нему лицом.
— Эй, а понежнее можно? — произнёс он тихо, с волнующей хрипотцой и приподнял одну бровь. — Я-то ещё не труп.
Это его «ещё» резануло по нервам. Жан бы ему ответил что-нибудь вроде: «Если мечтаешь — могу подсобить», но в этом месте подобные шутки успехом не пользовались. Поэтому он раздражённо прищурился и произнёс в ответ достаточно тихо, как ему показалось:
— А ты меньше дёргайся, и я буду сама нежность.
Йегер немного нахмурился, всё так же глядя ему в глаза. Из-за стола послышались глумливые восклицания сослуживцев, но Жан их не слышал из-за возросшего шума в ушах. Внутри всё вибрировало, как земля рядом с заведённой вертушкой.
Видимо, сильно он перенервничал, если уже не боялся спалиться. Но этот страх потерял свою силу, важнее всего стала реакция самого Йегера. И то, что она не была резко отрицательной, разбередило сердце ещё сильнее.
Эрен его покорил не только красивым лицом, глазами и отчаянной храбростью, но и своей манерой держаться. Он был не из болтливых. Общался по большей части с друзьями — командиром их отряда Арлертом (кое-кто считал, что по этой причине Йегер и стал его замом, но Жан был уверен, что это не так) и снайпером Аккерман, которую коротко называл сестрой. А ещё с младшим Галлиардом из артиллерии, если их перебранки можно было назвать общением.
Порко в принципе парень был резкий, он и своего-то командира — Брауна — мог на смех поднять, за что регулярно получал взыскания, что уж говорить о руководстве другого отряда. Единственным, кому он подчинился беспрекословно, стал Арлерт, чьё высокое звание, несмотря на возраст, не могло не вызывать уважения. Но Жан всё равно был рад, что именно в этот момент ни Порко, ни Пик Фингер — его подруги, нет рядом, иначе его бы потом затюкали. А эти ребята, инженерный отряд, вроде добрее. Кроме разве что Форстера, который с усмешкой в голосе произнёс:
— Ты, оказывается, пик-ап мастер, Кирштайн? — но даже она не помогла прикрыть откровенную зависть. Флок перед Йегером часто заискивал, но к удовольствию Жана, поползновения эти не пользовались успехом.
— Завались, — огрызнулся Эрен. Жан в смешанных чувствах, резко поднялся и пошёл к Хитч за чаем.
Возникла неловкая пауза, наполненная короткими шорохами, тихим хмыканьем и звуками пережёвывания пищи.
— Микаса вызвалась лично. Я предлагал её заменить, она отказалась, — примирительно сообщил командир.
— Следующим, значит, я буду, — безапелляционно заявил Эрен.
— Как ты стрелять-то собрался, замко́м? — удивился Спрингер. — Кирштайн постарался на совесть, ни те поесть нормально, ни подтереться.
— Справлюсь как-нибудь, — ответил Эрен странно задумчиво. Жан оглянулся мельком, поймал на себе его взгляд и снова отвёл глаза.
От мысли, что Йегер снова повесит винтовку на спину и усвистает в поля, сжалось сердце. А и уйдет ведь. Наверняка считает, что недостаточно сделал. И потом за ним так же будет ехать труповозка. Положат в цинковый гроб и адью.
Он отдал Эрену чай и, наполнив ещё одну кружку, понёс её в рубку связного. Марко его встретил с радостью.
— Скоро обед, — сообщил Жан.
— Спасибо! — Марко с шумом отхлебнул и тихонько вздохнул. Оглянулся на Жана, остановившегося у стола. — Как ты?
— Странно.
— Что именно?
Жан не хотел вдаваться в подробности. Не подходящее время и место для откровений. Хотя, с другой стороны, когда ещё, если не перед лицом смерти. И пусть над их головами уже не свистели пули, в любой момент чисто теоретически они могли бы погибнуть.
— Я должен переживать из-за смерти ребят, — он сделал паузу и облизнул пересохшие губы. — Но вместо этого радуюсь тому, что выжил конкретный человек.
— Ну, я скажу тебе, что это нормально.
— Нет, — покачал головою Жан, всё ещё продолжая противиться собственным чувствам, без их объекта в непосредственной близости. — Ненормально. А в данном случае ещё и бессмысленно.
Марко вздохнул.
— Тогда я знаю, о ком ты, — Жан встрепенулся. — Прости, но для меня это очевидно, — Марко слегка покраснел и потупил глаза в стол. Жан отвернулся к стене, тоже краснея.
Так это глупо — влюбиться, будучи уже взрослым, застряв на войне, на линии фронта. Жан здесь вообще не за этим. Он должен был выполнять свой гражданский долг, заботиться о своей будущей пенсии, но именно в этот момент он поддался дурацким чувствам.
— Я только хочу тебе дать один совет, если ты их принимаешь, конечно, — тихо промолвил Марко. Жан взглянул на него в ожидании.
— Не бери пример с Марло.
Жан усмехнулся.
— Однажды он ей признается, я в это верю.
— Ты меня понял.
— Я тебя понял, — Жан вновь помрачнел, отделился от стола и, выходя из рубки, хлопнул Марко по плечу. — Спасибо, друг.
Необходимо было подумать. Решить, как отшутится в случае очередных неудобных вопросов и выработать стратегию поведения. Но за порогом рубки Жан почти нос к носу столкнулся с Йегером.
Пронзительные зелёные глаза уставились на него, не моргая, будто стремились расплавить голову. По крайней мере у Жана появилось похожее ощущение — что весь его мозг горит.
Брови замко́ма снова сходились над переносицей, губы поджались в упрямую линию.
— Будешь теперь со мной вторым номером выходить, — в категоричной форме уведомил он. Томас, его предыдущий напарник, погиб, и Эрену всё равно потребовался бы новый.
— Но почему я? — вспыхнул Жан. — Возьми Браус или Аккерман.
Ему показалось, что лежать с Йегером в засаде, не самая лучшая идея с учётом текущих обстоятельств.
— Потому что ты стреляешь не хуже них, и потому что я так решил. Этого недостаточно?
Жан раздражённо прищурился.
— Я ведь тобой командовать буду.
— Переживу, — легко усмехнулся Йегер. А потом сделал шаг вперёд и, оказавшись совсем близко, проговорил. — Мне будет спокойнее, если именно ты будешь рядом, — Жан смерил его лицо рассредоточенным взглядом и тяжело сглотнул. — Договорились?
— Да.
— Вот и славненько, — усмехнулся Йегер, шагнув обратно и помахал раненой рукой. — Спасибо за повязку. Но перед выходом надо будет сменить. И, кстати, обед готов.
И, развернувшись, Йегер пошёл в блиндаж. А Жан смотрел ему вслед и думал, что не позволит ему умереть ни за что на свете.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!