Minho Poppins (boyfriends flashback) NC-17, 7 стр.

– Так как вы познакомились? – На-а.. на вечеринке! *** На вечеринке в честь дня рождения Ку Гониля собрались все близкие друзья. Чан знает немногих, как ни странно. Гониль внезапно оказался жутко популярным человеком. Весь двор и весь небольшой дом родителей Гониля кишит людьми. Изрядно пьяные тела везде - у бассейна, в бассейне, у подъездной дорожки. Чан не пьёт и потому выделяет себе роль присматривать за тем, чтобы никто не утонул. Симпатичный парень с круглой головой и очаровательной улыбкой, похожий больше на какого-то персонажа анимэ прячется от него всё время. Чан несколько раз хотел подойти к нему, но тот исчезает, как только Чан решительно начинает двигаться в его сторону. Он спрашивает у друзей и только виновник торжества кивает, мол, да, как не знать, это Ли Минхо. – Мне кажется, он меня избегает. – С чего бы? – смеётся Гониль. – Я хотел подойти, а он исчезает всё время. – Ты что-то сделал? – Я? Я его впервые вижу! – Тогда стесняется, наверно. Он не очень общительный. Почему Чану в сердечко всегда западают не очень общительные люди, никто не знает. Ну, может, только у психолога если проконсультироваться. – Пошли, познакомлю, – улыбается Гониль, кажется, замечая заинтересованность Чана. Когда они приближаются вместе, Ли Минхо снова делает попытку улизнуть, но Гониль раскрывает руки в стороны и мягко просит: – Обними именинника! Очаровашка усмехается и нехотя выдаёт: – Ладно, раз в году можно. И тут Чан его узнаёт. Этот голос он ни с чьим никогда не спутает. ♥︎ Перед глазами темнеет. То ли от удовольствия, то ли Чан всё-таки перестарался и кровь перестала поступать в мозг. Он мотает головой и подаётся немного назад, и его очаровательный доминант в бежевом корсете и в кружевной маске вынимает член у него изо рта. Запястья и локти стянуты за спиной шершавым шпагатом, верёвки впиваются в кожу. Как хочется притронуться к нему. К его красивым ногам, к его заткнутой плагом заднице. Пальцы скребут по собственной коже.  – Какой непослушный, – приподнимает сложенным веером его лицо за подбородок дом, – отдышись, Красавчик. Ты такой нетерпеливый. Тебе предстоит ещё долго так стоять. Красавчик. Он дал Чану самое нелепое прозвище. Как какому-то породистому коню. Чана трясёт от снисходительности, от того, как ему отказывают в разрядке, в касаниях. Чану так нравится это. – Я буду мучить тебя, – сладко говорит парень в маске, – пока ты не начнёшь слушаться. Плевать, если вечеринка закончится и сюда придут уборщики. Я заставлю их смотреть, как наказываю тебя. Чан чувствует, как сопротивление постепенно отпускает его. Но он смотрит в глаза дома. Какие красивые. Тот усмехается. Потом ощутимо бьёт сложенным веером по щеке: – Глаза в пол! Щека горит и Чан сомневается, что лучше - оргазм или это ощущение жжения после наказания. Доминант проталкивает член ему в рот и с особым садизмом не даёт дышать, разрешая делать только маленькие глоточки воздуха перед очередным толчком до горла. Чан заливается слюной и давится, дурея от его вкуса и запаха. Он пахнет чем-то свежим и сладким. Как нежный цветочек. – Встать, – у него даже приказы раздавать выходит нежно, почти приторно. Чан поднимается, низко опуская голову. Петля на шее всё равно не даёт сильно выпрямиться. Ноги затекли от долгого стояния на коленях. – Животом на кровать, – распоряжается дом. От перемены положения затейливо завязанные на туловище узлы стягивают грудь, грубо впиваясь вокруг сосков. Петля не даёт хорошо повернуть голову и посмотреть назад. Чан ожидает ударов по заднице, каких-нибудь шлепков по ногам, но дом залезает веером между ног и трёт гладкой деревянной боковинкой его член. Грубо. Обалденно. Чан ёрзает от то ли болезненных, то ли приятных ощущений. И дожидается шлепка по ягодице. Он стонет, выпрашивая ещё. Но дом отпускает его. – Стой так. Чан слышит глухой стук пластика и дребезжание застёжек. – Ноги шире, Красавчик. Лодыжки обхватывают мягкие ремни. Это распорка, понимает Чан. Он никогда не пробовал такое. В другой обстановке он обсудил бы девайсы и отказался. Но с этим парнем всё выходит как-то само собой. Он совсем лишается какого-либо контроля. Он слышит шуршание упаковки и чувствует, как на ягодицы выливается жидкость. Рука шлёпает его прямо по растекающейся по коже смазке. Больно. Больно и приятно так, что член пульсирует от напряжения. Чан вздрагивает. – Ну-ну, Красавчик. Тише. Смотри, до чего довело твоё непослушание. Чану хочется кричать от предвкушения. Он прикусывает губу и прогибается в спине. За что получает ласковое поглаживание по яйцам: – Вот так. Хороший мальчик, – дом проникает в него пальцем в презервативе, – правда ведь приятнее быть послушным? Чан чувствует, как скулы заливает жаром. Он будет, будет хорошим. Он не против, чтобы его трахнули. Пусть делает с ним, что хочет. Потому что он хороший мальчик. Дом растягивает его, роняя короткие одобрительные звуки. И вот уже два пальца сгибаются внутри, находя заветную зону. Чан всхлипывает, чувствуя, как от движений внутри дёргается собственный член. – Ах, вот как, Красавчик? Так тебе нравится? Пальцы исчезают, оставляя резинку внутри. Чан сжимается изо всех сил, но в нём пусто, только тонкая силиконовая плёнка. С ним поигрались и бросили. Он не видит, что происходит. Кажется, парень, который дразнил его, куда-то исчез. Чан беспокойно вертит головой, но подняться не решается. Он стоит так добрую минуту, не зная, что делать. Ожидание томительно и тревожно. – Вы... вы меня оставили? – Хм, – тут же откликается откуда-то сзади сладкий голос, – было бы здорово, да? Совсем рядом. То есть он просто сидит там и пялится на чанов зад с торчащей из него резинкой? От этой мысли становится неловко и щекотно. – Как было бы хорошо, если бы утром тебя нашли в этом положении и кто угодно мог бы воспользоваться тобой, м? Чан тихо скулит и пытается свести вместе ноги, но распорка мешает. – Ты бы даже не узнал, кто. Во всём здании ни одной камеры. Блять, это так унизительно, насколько эти слова возбуждают. Дом хихикает: – Кажется, это доставило бы тебе удовольствие, Красавчик? Чан не знает, что с ним происходит. Ему кажется, что парень за спиной трахает его словами. Он задыхается от каждого слова. Прохладные пальцы тянут узел на спине и шея становится чуть более подвижной. Так же легко милосердная рука освобождает его плечи и сцепленные за спиной руки. Кожа безумно зудит после верёвок. Но Чан подумает об этом позже.  Парень в маске пересаживается на кровать перед Чаном, тянет его за волосы на себя: – Дотронешься до меня руками, и я никогда не сниму с тебя распорку. Это понятно?  Он машет перед лицом Чана маленьким некрасивым ключом. Чан послушно кивает.  – Давай, Красавчик, – парень подсаживается на самый край и вынимает из себя затычку, – трахни меня так, чтобы мне понравилось. Он раскатывает по члену Чана презерватив. Кончить хочется от одних только этих прикосновений. Как же он продержится ещё? Чан старается изо всех сил. Сначала парень перед ним улыбается, а потом кусает губы. Он вздыхает так нежно, что Чан сходит с ума. Распорка неудобно трёт ноги, Чан отчаянно хватается за кровать, чтобы не прижать к себе своего мучителя в порыве полной отдачи. Дом вздыхает так кротко, как будто это не он заставляет Чана делать все эти фантастически порнушные вещи. Как будто ему хорошо с Чаном. Терпеть нет никаких сил: – Пожа... л-луйста... Пожалст... Дом мило облизывается, снова дёргает Чана за волосы: – Потом отсосёшь мне. Чан кивает. – Давай, Красавчик, можешь кончить. Чан дёргается резко и быстро, разрешая подступающему оргазму накрыть себя с головой. В голове взрывается маленькая бомба, заставляя все мысли померкнуть. Ему хорошо, бесконечно хорошо. Он выныривает откуда-то из небытия и обнаруживает, что парень повалил его на себя и ласково гладит по голове и плечам: – Хороший мальчик, ты хороший мальчик. Чан давно так не кончал. Может, никогда в жизни. Хочется выть от счастья.  Только он не знает имени этого парня. И не успевает спросить, потому что его спихивают с кровати и заставляют сосать член. Чан показывает всё, на что способен, старательно, усердно. Парень, тяжело дыша, изливается прямо ему в рот. Потом мягко вынимает член и поднимает лицо Чана, разрешая посмотреть себе в глаза: – Давай, Красавчик, скажи спасибо. Чан обнимает его за ноги: – Спасибо. Парень усмехается и освобождается из его рук, сновая пропадая куда-то. – Ключ на кровати, – говорит он напоследок. Чан залезает на кровать и снимает распорку. А потом ещё полчаса сидит и ждёт его, надеясь, что тот вернётся. Он так и засыпает, чувствуя себя одновременно самым счастливым и самым сбитым с толку человеком. Сана утром снисходительно усмехается, глядя на пришедшего искать своего дома Чана: – Нет, не могу дать контакты. – Почему? Я заплачу ему хорошо! Она вздыхает. – В том-то и дело. Он не приглашённый профессионал. Чан удивлённо открывает рот: – Как это? Сана хихикает: – Это мой друг. Он просто иногда участвует в моих вечеринках домом. Когда хочет. Чан крутит головой: – Ну, тогда... нуна, познакомь меня с ним? – С ума сошёл? – хохочет Сана, – главное правило моих вечеринок - полная анонимность! Кем я буду, если буду раскрывать личности участников приватных бдсм-вечеринок? – Но он видел моё лицо! – Сам дурак, – пожимает плечами нуна, – я говорила, носи маску. Не волнуйся, – хлопает она его по плечу, – мой друг надёжный человек, он даже если узнает тебя на улице, ни за что не подойдёт и никогда не расскажет о тебе никому. Даю слово. ♥︎ – Знакомься, это мой друг, Бан Чан. Парень кивает. Чану кажется, что он немного краснеет. – Здравствуйте, я Ли Минхо. Чан хочет разбежаться и прыгнуть в бассейн от радости. Это точно он. Гониль что-то говорит, что-то о том, что Минхо молодой преподаватель в вузе, что только что закончил то ли магистратуру, то ли ещё что. Чан не слушает. Он рассматривает Ли Минхо.  Такой красивый, такой роскошный. А как он сладко может растоптать тебя, услужливо напоминает сознание. Гониль поспешно уходит куда-то, кажется, Джуён всё-таки сиганул в бассейн пьяным в дрова. Чан так решительно хотел познакомиться с очаровательным парнем, но теперь, когда оказалось, что это не просто парень, а источник всех самых лучших удовольствий мира, он немного теряется. К тому же, Минхо явно узнал его. – Ты... – Да? – ободряюще спрашивает Ли Минхо.  Чан невольно принюхивается. От него пахнет как тогда. Свежо и сладко. Как же Чан снова хотел почувствовать этот запах. – Я тебя давно ищу. Минхо ослепительно улыбается, смотрит хитро: – Зачем, Красавчик? От знакомого прозвища кидает в жар. – Никак не могу тебя забыть. Минхо отпивает пива из бутылки, которую держит и как будто невзначай роняет: – Это потому что ты хороший мальчик. *** – Да, точно! Нас Ку Гониль познакомил, – кивает Минхо. – Не Сана? – хитро улыбается Чан. – Или она, – Минхо разводит руками, – кто его сейчас вспомнит, где я подцепил такого красавчика.