Бонус. Кринж-версия 2012 г.

      У графа Ди выдалась свободная минутка, что, впрочем, было далеко не редкостью, и он по своему обыкновению пошёл заваривать чай. Думая о чем-то расслабляющем, вроде «как подшутить над мистером детективом», граф уселся на любимый диванчик и принялся с изяществом пожирать сладкое из своего бесконечного запаса. Тут, как всегда к чаепитию, но на удивление тихо, ввалилась в магазинчик жертва чёрных мыслей графа. Вид у Леона был измученный, и даже сил на дверную экзекуцию, видимо, не осталось.       — Хай, Ди. — Он плюхнулся на сиденье рядом и уныло посмотрел на китайца, который, видимо, считал свою трапезу куда важнее гостя.       — Здравствуйте, детектив. Вы же уже были здесь утром, ещё что-то нужно? — Сам же в это время обдумывал планы по наказанию рода человеческого и дошёл в своих фантазиях до пункта «они уничтожены, всё спасено», поэтому начал улыбаться, хитро и недобро.       — Да так, небольшой перерыв… Сегодня из-за службы совсем не спал, вот и… Эй!.. Э-эй! Чёрт, ты меня слушаешь?!       — А? Простите, я отвлёкся. — Теперь Ди в упор смотрел на детектива, но всё равно видел лишь агонии смертных.       — Забей. Но эти твои улыбочки — не к добру, уже точно знаю. Что, опять кого-нибудь до смерти замучить хочешь?! – Стандартный вопрос в стандартной ситуации…       — О, да… — Граф всё ещё не до конца воспринимал происходящее, а Леона в это состояние ввёл неожиданный ответ.       Минуты три Оркотт переваривал услышанное, почему-то не начав рвать, метать и доставать наручники. Он еще немного подумал, потом ухмыльнулся и сказал:       — Ха-ха, Ди, а ты никогда ничего не продавал кондитерам? Хах… Твоих фирменных убийственных зверушек?       Эта странно колкая для Леона фраза вырвала графа из транса. Он дёрнулся, осознав её смысл, потом и вовсе вскочил с места, бросил детективу: «До свидания», и умчался в задние комнаты, оставив того в шоке и одиночестве.       К вечеру Ди был бледнее обычного, ни с кем не разговаривал, забыл покормить Тетсу, только сидел, вцепившись в рога несчастного и лихорадочно поглаживая его макушку. Всем это надоело, и Пон-тян, наконец, набралась смелости спросить, что же случилось.       А мысли графа были примерно такие: «Все люди должны исчезнуть… Кондитеры — тоже люди? И как я раньше об этом не задумывался? Нет кондитеров — нет сладкого. Я же не могу готовить всё сам. Да и из чего?.. Отец, дедушка, что же вы...»       — Грааф! Ну что же случилось?       — А?.. Ничего, милые мои. — Ди сжал зубы и так дернул шевелюру барана, что тот глухо зарычал. — Ничего… Я… Я пожертвую своим счастьем ради вас!       Никто этого так этого и не понял, но Граф Ди сделал самый трудный выбор за свою жизнь.