Вернутся к фанфику
day 9: size difference (mingi x hongjoong)
11 октября 2025, 22:00 Какой-никакой свет исходил разве что от закопчённого фонаря, подвешенного на балке. Он отбрасывал пляшущие рыжие пятна на стены, где висели два скрещенных абордажных палаша — два немых свидетеля не одной схватки. Однако в последнее время они наблюдали схватки несколько другого рода, где в оружии надобности не было — яростные, но совершенно бескровные. Такая назревала и сегодня, в предрассветной тишине, когда даже самые заядлые выпивохи уже тащили свои неподатливые зловонные телеса к койкам.
Дверь в капитанскую каюту с грохотом отлетела в сторону, и двое мужчин ввалились внутрь, споткнувшись о высокий порог. Под их ногами хрустел песок, занесённый бог весть с каких берегов. Капитан, с мутными от рома глазами, был бесцеремонно повален на койку, и успел лишь на удивление осмотрительно отбросить в сторону свой кортик. Его спутник, тяжело дыша, что было видно по вздымавшейся из-под рубахи груди, облокотился на притолоку и с довольством оглядывал своего капитана, извивавшегося в нетерпении. Воздух каюты был густым, как костный бульон, сваренный из морской воды, дрянного табака да едкой смолы, просачивающейся сквозь щели палубного настила.
— Кончай пялиться, — прохрипел Хонджун в попытках одолеть пуговицы заскорузлого камзола, но пальцы скверно слушались своего хозяина.
Завалив дверь засовом, Минги подошёл к нему, и тень старпома накрыла капитана с головой. Он тут же раздвинул его колени, подсобив с избавлением от одежд, и опустился между ними. Из нагрудного кармана старпом выудил небольшую жестянку с ворванью — жирной, мутной жижей для смазки такелажа. Зачерпнув своими пальцами слой потолще, Минги, особо не церемонясь, сунул их в капитана. Хонджун резко вскрикнул, его тело напряглось от боли, прорвавшейся через пелену опьянения и желания. Он откинул голову назад, прошипев гнусность, но его пах всё равно подавался навстречу экзекуции.
Левой рукой капитан нащупал бутыль подле кровати, схватил её и залпом осушил добрую треть. Буроватая жидкость стекала по его подбородку на грудь, оставляла пятна на холщовой простыне. Другая же его рука, липкая, но уверенная в своём намерении, потянулась вниз и стала настырно подёргивать член, невольно попадая в такт грубым движениям пальцев внутри него.
Убедившись, что ворвань сделала своё дело, старпом откинул в сторону портупею и ослабил пояс, выпустив на свободу истомившийся, тяжёлый член. Капитан криво усмехнулся, когда Минги приложил его к животу — и без того невысокий и худощавый, Хонджун стал выглядеть совсем уж крошечным в этом нелестном сравнении. Тёмные глаза Минги, скрытые в тенях глазниц, с нескрываемым восторгом глядели на то, как его плоть покоилась на теле капитана. Он плюнул на ладонь и провёл вдоль своего ствола, лежащего на бледном животе, подчеркивая первобытное, чисто животное превосходство. Не в состоянии больше медлить, старпом упёрся головкой в блестевшее жиром отверстие.
— Туго... чёрт, тебя словно годы не ебали, — чуть продвинувшись, пробормотал Минги. Хонджун пускал в себя с неохотой.
Капитан прикусил рукав своей рубахи. Его тело отчаянно пыталось сопротивляться, сжиматься и выталкивать, но Минги продолжал давить своей твёрдой, жирной плотью, раздвигая его изнутри с неотвратимостью прилива.
— Сука... — вырвался хрип из капитана.
Он чувствовал, как его рвут, как его зад гудит от непривычного натяжения, как его внутренности вынуждены уступать место этому исполину. Воздух свистел в его лёгких, а обломки мыслей дрейфовали среди боли, рома и осознания собственного положения.
Не отличавшийся терпением в любых делах, какого бы толка они ни были, капитан довершил бутыль и схватился за рубаху Минги, таща его ближе к себе.
— Хватит с меня этой возни. Вгоняй уже до конца. Пускай искры из глаз сыплются.
Минги не мог ослушаться своего капитана, и с одобрительным хрипом он выполнил этот приказ. На миг мир капитана сузился до ослепительной вспышки боли, от которой спёрло дыхание и потемнело в глазах. Но к пожару в заду, всё раздуваемому нарастающими толчками, постепенно стало примешиваться удовольствие, горькое и постыдное. Плоть начала отвечать наслаждением. Всякий раз она находила путь наградить эти мучения.
Хонджун, беспомощно вжатый в скрипучую койку, податливо принимал каждый толчок беснующегося зверя, а старпом всё сильнее и сильнее задирал его таз, так и норовя согнуть капитанье тельце пополам. И когда Минги вошёл особенно глубоко в одном из таких яростных порывов, звонко шлёпнув яйцами, Хонджун невольно глянул перед собой, и взгляд его застыл. На его в меру мускулистом животе, ниже пупка, выпирал пугающе отчётливый бугорок. Очертания члена были видны через его кожу и мышцы — зрелище, пугающее своей противоестественностью, но ей же и возбуждающее.
— Сука... ты... ты мне все внутренности перемешаешь своей елдой.
— Так и надо, — проговорил Минги, задержавшись внутри. — Чтобы помнил, чьё это место. И не позволял всяким щепкам ковырять себя.
И Минги продолжил своё дело. Разрывал тело капитана, пока то не выгнулось в беспомощной судороге, а семя его не выплеснулось на утративший плоскость живот. Но Минги не собирался давать ему передышки, вынуждая Хонджуна всё так же жалко биться под ним. Его собственное удовольствие уже миновало, а Минги всё ещё использовал его тело для облегчения. Мысли Хонджуна были о том, как он выглядел бы в глазах соглядатая. Лежащий беспомощно под своим старпомом, разбитый, с раздвинутыми ногами, без портков, липкий, полностью опустошённый. Хера с два сейчас он был капитаном. Никакого достоинства, уважения и уж тем более страха он не вызывал. Он был просто дыркой. Кое-как растянутой и насаженной на чужой хер дыркой, созданной для того, чтобы уродливый в своей громадности член принимать. Хонджун не смог подавить судорожно возникшую безумную улыбку, вызванную этими мыслями. Доблестный капитан Ким ни на что не годен, кроме как быть ножнами для этого чудовища. И ему это, чёрт возьми, нравится до исступления. Пусть пару дней он и будет ходить вразвалку, оно того тысячу раз стоит.
Видя блаженное лицо Хонджуна и чувствуя, как тело под ним окончательно приняло свою участь, Минги оставил всякую осторожность. Он впивался пальцами в задёрнутые бёдра Хонджуна, стремясь к облегчению, что уже виднелось совсем неподалеку. Старпом изливался в своего капитана с рыком, который наверняка услышали все неспящие на корабле. Тяжело дыша, он опустил растерзанный зад на койку.
— Убирайся на вахту, — прохрипел Хонджун в потолок в пустой попытке защититься от проявленной слабины.
Минги фыркнул и нехотя вытащил свой член из капитана, но уходить не собирался. Мягкий и опустошённый, он грузно опустился рядом, и его грубая ладонь легла на живот Хонджуна, чуть выше того места, куда он недавно так остервенело долбился. Безмолвное, полюбовное перемирие. Для них более чем достаточное.
— Чёрт с тобой, — закрыв глаза, устало проговорил капитан, — валяйся тут.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!