Часть 3

Солнечные лучи касаются бледной кожи Аль-Хайтама через окно с решеткой. И только с третьего раза он открывает глаза, встречаясь взглядом с Дэхьей, нависающей над ним. Психиатр складывает руки на груди, выпрямляясь и отходя на несколько шагов назад. Парень тут же вскакивает, вжимаясь в стену спиной и стирает дурные картинки после пробуждения. — Док, нельзя так пугать. — Тебя и пугать? — Губы растягиваются в усмешке. — Твои таблетки. Аль-Хайтам моргает, следя за её взглядом и лениво протягивает руку к медбрату. Две пилюли, которые пихают утром, обедом и ужином. Осточертело. Но лучше так, чем в тюрьме, подмечает в мыслях, запивая водой сначала одну, потом другую. — Почему ты обращаешься по имени? — парень хмыкает, все ещё хмурится ото сна. — Все местные, такие же как и ты, в халатах, зовут меня «номер 3864». — Тебе родители дали имя не для того, чтоб к тебе обращались номером. Да, и я твой лечащий врач. Дэхья отступает на шаг, пропуская медбрата на выход. Её глаза сегодня другого окраса, не холодные, а более насыщенные, как яркое небо в солнечных лучах весны. На крошечном столе, куда обычно ставят еду, лежит книга. Она принесла, как и обещала. — Точно не твой жанр, но сейчас не тебе выбирать, что читать. — Психиатр указала на тусклую и слегка потрепанную в старом переплете с яркими буквами книгу. Страниц триста, не больше. *** Как и полагается свежий воздух после обеда. Небольшая группа лечащихся сегодня выходит на улицу под ласкающие теплом лучи солнца. Одиннадцать человек, на них шестеро крупных мед братьев, следящих за обстановкой во дворе правого крыла. Аль-Хайтам наотрез отказался выходить, погруженный в чтиво. Роман с запретной любовью. Странно, но ему нравился сюжет и взаимодействия персонажей. Из описаний девушки, он увидел капельку схожести со своим психиатром: длинные каштановые волосы, всегда собранные в высокий тугой хвост, пухлые губы с оттенком сочной вишни. Улыбка коснулась уголка губ, даже сам того не замечая. Дэхья повернула ключ в замке двери своего пациента и остановилась, наблюдая, как один медбрат, новенький и не такой уж увесистый ведет пациента. Хихиканье сменяется бешеными криками и наоборот, пока не доходят по коридору до нее. Мужчина останавливается напротив девушки, говоря что-то на неразборчивом языке и настолько резко и сильно ударяет медбрата, заставляя потерять равновесие и упасть. — Код красный! — Вскрикивает Дэхья и в тот же момент оказывается в плену тяжелых, до синяков сжимающих её запястья, мужских рук. — Док? — Хмурится Аль-Хайтам, медленно поднимаясь со своей койки. Слышит её сопротивляющийся стон и бросается к двери. — ДОК?!! Ответа не следует, лишь хихиканье мужчины и ее стоны. Пинает дверь ногой и удивляется, как та распахнулась сразу же. Аль-Хайтам исподлобья одаривает новенького медбрата, лежащего на полу, оборачиваясь в следующую секунду в другую сторону, откуда исходит звук. — Док. Глаза пылают синим пламенем с изумрудным отливом, когда он бросается на мужика в три увесистых прыжка. Руки крепко охватывают шею, а ноги сцепляются на поясе. Он повис со спины другого психа, вгрызаясь в хрящик уха зубами, словно оголодавший хищник в добычу. Волею не волей мужчина отпускает Дэхью. — Аль-Хайтам, отпусти его! — сипит севшим голосом девушка, пытаясь оттащить парня. Вытащив телефон, на быстром наборе сообщает медсестре, — Код красный, зови старших мед.братьев! Аль-Хайтам мертвой хваткой держит мужчину, его губы слегка испачканы в чужой крови, все же прокусить удалось. Он прожигает Дэхью своим тяжелым взглядом и заостряет внимание на следы пальцев на её запястьях. Губы трогает ухмылка, кашлянув, он роняет мужчину и придавливает его собственным весом к полу, горячо шепчет. — Я убью тебя, дурочек, нахуй. Психиатр обнимает со спины, дергает на себя, хотя бы немного подействовать, но Аль-Хайтам сильнее. В этот момент три высоких крупных мужчины прибегают на место инцидента. В два счета отрывают Аль-Хайтама от своей жертвы и уводят в палату, с грохотом закрывая дверь. Мужчина-псих, лежащий на полу, начинает кашлять и хихикать, облизывается, видя потрепанную Дэхью. Его глаза сверкают и явно намекают на продолжение этой истории. Девушка потирает руки, следы от захвата поднывают и принимают новый окрас будущих синяков. Ни блузка с короткими рукавами, ни такой же халат не скроют этих ужасных отметен. Несколько часов посидев в своем кабинете, психиатр выглянула в окно. Вечерние сумерки начали сгущаться. Двор уже был пуст, а больные находились в своих палатах. Кто-то готовился ко сну, кто-то уже спал. Переобувшись в кеды, отправилась по коридору, самовольно подцепила тонкими пальчиками ключ от палаты пациента 3864. От серых стен исходил холод, а особенно от места, где часами ранее было происшествие. Мороз по коже и учащенный пульс застигли девушку здесь. — Вам запрещено к нему идти. — тоненький голос медсестры за спиной. — Распоряжение главного врача. — Пока это мой пациент, мне нет дела до его слов. Дэхья даже не обернулась на маленькую плюгавую блондинку. Она с грохотом открыла дверь и уставилась на Аль-Хайтама, мирно читавшего книжку. Он сидел в штанах, облокотившись голой спиной к холодной серой стене. Обычно надетая на нём черная широкая с длинным рукавом футболка свисала через плечо. Он поднял жест, требующий тишины и дочитывал абзац на странице. — Аль-Хайтам, посмотри на меня. — Не отвлекай, Док, тут самое интересное. — Аль-Хайтам. — в голосе появилась нотка холода и раздражения, пока она закрывала дверь за собой. Парень потрес пальцем, мол, ещё немного. Она глубоко вздохнув, рыкнула, — Номер 3864! Несколько мгновений после этого он лениво закрыл книгу и поднял взгляд на психиатра. Теперь они молча смотрели друг другу в глаза. У Дэхьи итак путаница в голове, а он тут ещё и полуобнаженный. Аль-Хайтам рукой тянет вниз футболку с плеча, открывая ей вид на свое подтянутое рельефное тело. Улыбается, пока не опускает взгляд на её запястья, а затем и на ноги. Не на каблуках. Немного хмурится и открывает рот. — Почему ты не пошел на прогулку? — А тот урод не сдох? Вопросы прозвучали одновременно, заставляя обоих хмыкнуть от неловкости. Дэхья ждёт ответа на свой вопрос, и парень все же прерывает тишину своим сиплым голосом. — Ты принесла интересную книгу. Я хотел, как можно быстрее с ней покончить. И мне осталось всего около восьмидесяти страниц. — Подмигивает и тянет один уголок губ в полуулыбке. — Так что с тем уродом? Ещё живой? — Живой. И славно, хоть и сама бы придушила. — на последних словах голос становится тише, а взгляд устремляется в пол. — Я зла на тебя, как твой лечащий врач. Но как беззащитная в то мгновение девушка — благодарна. Дэхья не ждёт ответа или реакции, быстро уходит и закрывает дверь на ключ. Аль-Хайтам улыбается, он очень доволен собой. Но внутри клокочет всё от желания разорвать того подонка, который посмел коснуться его доктора. Единственную, кто перед ним оголила клыки и не сбежала от страха, а лишь заинтересовала своим «без глаз оставлю». Она была слишком спокойной к его рассказу об убийствах, слишком холодна, когда ожидалось, как и от местных медсестер, сюсюканье при уколах на момент его болезни. — Эй, Док! Спокойной ночи, красивая! Аль-Хайтам почти сразу после ухода нырнул к двери. Она услышит, но улыбнется ли так же? Сейчас его не волновало. Она его поблагодарила, а это уже что-то да значило. Во всяком случае для него. Парень опускается на свою койку и проводит по зубам кончиком языка, вспоминая привкус крови того мужика. Внутри вновь пробуждается агрессия, а с ней и нездоровая улыбка. Он трет глаза тыльной стороной ладони и размышляет над тем, как бы довести дело до конца и когда у него появится такой шанс.