Часть 4

С инцидента прошла неделя. Псих, напавший на Дэхью, был лишен единственной радости — покидать палату и выходить на прогулку. Аль-Хайтам скучал за психиатром, потому что после той ночи с благодарностью, девушка не появлялась. Её звонкого голоса не было слышно в коридоре, так же как и звука её шпилек о мраморный пол. Он почти отказывался есть, но принимал таблетки самостоятельно. Бесконечно домогаясь до мед.братьев с вопросами о Дэхье. Никто не знал, или просто не желал говорить. Вечер сменил день, темнеть стало позже из-за приближающегося лета. И теперь-то было отлично: ни бешеного холода в крошечной палате, ни наоборот жарищи. Сколько было времени неизвестно, но перевалило за полночь, когда мерзкий громкий шум открывающейся двери заполнил палату и часть коридора. Дэхья взглянула на блондинку, та мирно спала на своем посту с ключами, а затем проникла внутрь. Хрупкая ладонь с тонкими пальцами легли на рот Аль-Хайтама, когда тот открыл глаза и почти вскрикнул, толи от удивления, толи от радости. — Тсс, поднимайся. — Психиатр медленно отстраняет руку от его губ и смотрит в глаза. Она достает из кармана шприц с сильнейшим успокоительным, — одно неверное движение и ты знаешь, что тебя ждёт. Аль-Хайтам тянет усмешку, кивая головой и надевает черные штаны с футболкой. У него единственного здесь отличительная форма, все пациенты в светло-голубых тонах, персонал в темно-синей униформе. — Пойдем. Дэхья тянет его к выходу из палаты, проверяет — все чисто, затем быстро проходят по коридору до улицы. Она успела выучить все камеры внутри и вне здания, обойти оказалось слишком просто. — Док, я и не знал, что ты такая! — Аль-Хайтам наконец решил заговорить, когда они оказались на свежем воздухе. Ему хотелось насладится чистейшим кислородом, ведь запрет на прогулку пал и на него за чертово нападение. От месяца до трех, зависело бы от поведения. — Где ты была? Я думал, ты меня кинула. — А ты не изменяешь себе, болтать со мной тебе в удовольствие? — улыбнулась психиатр, присаживаясь на траву, смотря на рядом стоящего психопата. — Да. Ты же не такая как они. Так где ты была? И почему мы вообще здесь? Аль-Хайтам устраивается рядом, садится так, чтоб смотреть только на неё на фоне этой белой психиатрической больницы. Руки расслаблено опускаются на колени, а изумруды светятся при свете луны. Девушка повернула голову к нему. Такой обычный, спокойный и чертовски красивый парень. Нет, она помнит его историю, к сожалению, в самых красках, как Аль-Хайтам её рассказывал. — Я хотела увидеться с тобой, — грустная улыбка тронула вишневые пухлые губы, — меня собираются переводить. И это может наступить, как завтра, так и в течении ближайших двух месяцах. — Док.. — Главврач будто избавляется от тех, кто его не слушается и оставляет только своих шестерок. — Почему? Это точно не из-за того, что я напал на выблядка, который тебя зажимал? — голос немного грубеет, а взгляд опять опасно темнеет. — Нет. Я была в городе и общалась с коллегами, которые работали здесь до меня. Аль-Хайтам, — рука девушки ложится на его кулак, аккуратно поглаживая тонкими пальцами по бледнеющим костяшкам, — здесь происходит что-то странное и страшное. В тюрьме тебе было бы лучше. Её голос дрогнул на последних словах, а взгляд изучающе бегал, прослеживая эмоции парня. Большая рука накрыла холодную ладонь девушки, он смотрел ей в глаза и улыбнулся, не по-доброму, а своему бешеному, подобно звериному, оскалу. — Я перегрызу ему глотку, Док. Вот этими зубами, — Аль-Хайтам цокает и кивает, будто сам с собой согласился. — А ты знаешь, я могу. Тем более когда дело касается тебя. Дэхья сглотнула, задержав дыхание. Она и не заметила, как расстояние между их лицами начало сокращаться, Аль-Хайтам медленно наклонялся к её губам. Психиатр смотрела, то в чужие глаза, то на губы, пока дыхание не смешалось вместе. Парень поддался в последний раз, натыкаясь на губы, которые так сильно манили его чуть ли не с первой встречи. Когда доктор угрожала, произносила его имя, когда прикусывала, задумываясь о чем-то. Он всегда хотел попробовать их на вкус. Целоваться он не умел. В двадцать два года впервые его заинтересовали обыденные потребности любого здорового парня. Но Дэхья и не заметила этого, поцелуй оказался жарким, пленительным, а требовательный язык пациента уже проскользнул между губ, затягивая в танец у неё во рту. Девушка ухватилась рукой за его плечо, теряя равновесие и все же опускаясь лопатками на траву. Аль-Хайтам навис над ней, блокируя пути отступления, но тело держал на собственных руках по обе стороны от головы девушки. — Хайтам… — прерывисто дышит девушка, поднимая веки, когда парень оторвался от её губ. — Черт.. — Док, ты безумно красивая. — И влажные от предыдущего поцелуя мужские губы вновь впиваются в её, но уже не так длительно. — никогда не думал, что меня будет так пленить девушка. — А ты что геем был до этого? Тихо смеется Дэхья и резко вскрикивает, когда мужская рука сжимает бедро под халатом. Грубая кожа на кончиках пальцев по нежной коже медленно поднимается выше, пробираясь под юбку. — Нет. Мне нравилось слышать крики и видеть слезы. Когда эти писклявые голоса били по перепонкам в страхе умоляя о пощаде. — Взгляд девушки начинает тускнеть, а мужской голос прямо над ухом, — но ты.. Док, ты потрясающая, мне хочется убить себя, лишь бы не видеть твоего расстроенного состояния. Дэхья, я так хотел услышать тебя, увидеть и прикоснуться. Сердце психиатра отбивает ритм громко и отчетливо, когда Аль-Хайтам умолкает. Она вновь смотрит ему в глаза своими ярко голубыми и датчики в голове дают сбой. Девушка тянется за поцелуем сама, обнимая крепкую мужскую спину. Мозг кричит «нельзя», но тело реагирует на прикосновения пальцев к коже, а слов к сердцу. *** Спустя полчаса Дэхья лежит со светящейся улыбкой на груди парня. Аль-Хайтам укрывает женские оголенные ягодицы халатом, прижимая крепче к себе. — Что-что а предохраняться надо нормально. — вздыхает она. — Док, я успел вытащить. — но мысленно добавляет уже себе «вроде». На наручных часах девушки короткий писк и только тогда пара обращает внимание, как начинает светать. Прохладный воздух наполнен свежестью, в отличии от них, недавно вспотевших и разбавляющих тишину своими телами и стонами. — Время пять утра, через полчаса начнет подниматься персонал, пойдем. — Приподнимается на локте девушка и тут же падает грудью на чужую накаченную. — Ещё пару минут, вдруг это последняя встреча. — Аль-Хайтам оставляет нежный поцелуй на виске у девушки, вдыхая запах её волос. *** Психиатр проходит в больницу, не попадаясь на камеры и через минуту возвращается к запасному выходу, забрать психопата. Проводив его до палаты, Дэхья только собирается сделать шаг на выход, как мужская рука хватает за хвост и тянет к себе, встречаясь лицом к лицу и дарит последний поцелуй. Глубокий, чувственный, будто на прощание, но наполненный надеждой на скорую встречу. — Какие же вкусные у тебя губы, Док. Как мне быть теперь? — Постараться стать хорошим мальчиком. Усмехаясь, психиатр облизывает опухшие от поцелуев губы, и наконец покидает палату, закрывая ненавистную скрипящую дверь.