Часть 2

      Сегодня был тот самый день. Юджин решил, что именно сегодня он попросит Пагсли продолжить то, что они начали в морозилке в тот... Чудесный день. Не то чтобы он нервничал или что-то в этом роде! Он знал, что Пагсли уважает его за то, что он пока не готов к... Другим вещам, кроме поцелуев, и это нормально! Они НЕ ОБЯЗАНЫ делать что-то помимо поцелуев. Но Юджин хочет этого. Он так сильно этого хочет. Он думает, что если в ближайшее время в нём не появится Пагсли, то он СОЙДЁТ С УМА. Поэтому он придумал план! Ему просто нужна была помощь. От кого же ещё… от Аякса.

***

      — Зачем тебе было звать меня к себе в комнату, если мы и так были совсем рядом с моей? — сказал Аякс с ещё большим раздражением.       — Ну... На самом деле я об этом не думал. НО! Дело даже не в том, зачем я тебя позвал. Мне нужна твоя помощь кое в чём... И это немного неловко, так что не суди меня строго. Понимаешь?       — Ну, наверное, да?       Ну вот. Всё, что ему нужно сделать, — это просто спросить, как создать нужное настроение. Вот и всё! В этом нет ничего особенного. Он просто не сможет с этим жить. Никогда. Зная, что Аякс всегда найдёт способ напомнить о том, что Юджин был девственником и понятия не имел, что делает. Ключевое слово — «был», потому что он собирался лишиться девственности. СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ.              — Ладно, в общем, мне нужна твоя помощь в одном важном для меня деле. Ты же знаешь, что у меня не так много опыта в... отношениях.       — Ты имеешь в виду, вообще никакого?       — З-ЗАТКНИСЬ. Не смотри на меня. В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ. Мне нужна помощь, чтобы наладить отношения с Пагсли. Он мне очень нравится, но мы только и делаем, что целуемся. Не то чтобы это было плохо!!!!! Я просто хочу перейти на... Следующий уровень, — Аякс смотрит на него не отрываясь целых 20 секунд, прежде чем Юджин понимает, что до него дошло.       — О-о-о! — внезапно восклицает он и кивает головой, как будто только что решил сложную математическую задачу. — Тебе нужна помощь, чтобы тебя уложил Пагсли-и-и, — он подмигивает, растягивая имя Пагсли.       — ЧУВАК.       — Что? Это то, о чём ты просишь... Верно?       — Да... Ааа? — Юджин чувствует, как его лицо краснеет сильнее, чем помидоры, которые он пытался вырастить, но у него ничего не вышло. Об этом нам больше не нужно говорить.       — Хорошо, чувак. Я тебя понял. Я мало что знаю о гей-сексе или о чём-то подобном, но лучший способ создать настроение — сначала пригласить их на романтическое свидание, а потом плавно перейти к обычным занятиям, — он говорит это, качая головой и ухмыляясь, как будто даёт лучший совет, который только можно получить.       — И это сработало? Учитывая, что Инид устала от тебя, стала лесбиянкой и сейчас встречается с Уэнсдэй. Наверное, мне стоит бояться следовать твоему совету.       — Чувак.       — Удар ниже пояса?       — Да..       Упс. Юджин не хотел бередить рану, но должен признать, что это было довольно забавно. Юджин хотел отомстить ему за то, что Аякс ударил его за то, что он девственник. Самое меньшее, что мог сделать Юджин, — это ударить его за то, что он превращает девушек в лесбиянок.       — Как думаешь, это сработает? — Юджин очень нервничал и не знал, сможет ли он сделать это без приступа астмы, рвоты и потери сознания — именно в таком порядке. Ему очень нравился Пагсли, и он очень хотел сделать это с ним. Они встречались уже несколько месяцев после дня рождения Пагсли, и это было уже после рождественских каникул.       — Поверь мне. Ты справишься. Не обращай внимания на его выходки, и всё будет хорошо.       — Ты так говоришь, будто тебя уже тошнило от кого-то, кто пытался к тебе подкатить?       — Мы не будем об этом говорить, ладно… Это был тяжёлый период в моей жизни…       — Чёрт возьми...       Аякс внезапно лезет в карман и достаёт что-то похожее на обёртку от «Хелло Китти». Он не был уверен и не успел как следует рассмотреть, потому что в него полетело что-то и попало в лицо. Реально.       — Чёрт, прости, чувак, я не хотел бить тебя по лицу!! Это презерватив, он большой, так что я не знаю, подойдёт ли он ему по размеру, но, похоже, он запасливый.       — Чувак. Не может быть, чтобы ты просто расстроился из-за этого, и я не могу поверить, что ты только что швырнул в меня гребаным презервативом, вдобавок к тому, что это был презерватив "ХЕЛЛОУ КИТТИ". Я даже не знал, что такие существуют. И почему он у тебя в кармане??! — он наклонился и поднял презерватив с того места, куда тот упал, ударив его в лицо.       — Братан, не задавай вопросов, ответы на которые ты не хочешь знать! Кроме того, если размер не подходит, пожалуйста, не рискуй и не занимайся сексом без презерватива, пожалуйста. Сходи купи что-нибудь, — Несмотря на то, что Аякс, как всегда, под кайфом, он всё равно несёт ответственность за свои слова, и Юджин должен это ценить.       — Да, да, да, я понял! Спасибо за совет... — не успел Юджин договорить, как дверная ручка начала поворачиваться, и Юджин в панике засунул презерватив в штаны. Да. В штаны, а не в карман.       Дверь распахивается, и на пороге появляется Пагсли с учебником в руках.       — Эй! Я слышал, как здесь кто-то возился, прежде чем войти. Я думал, это Юджин играет музыку, но я готов поклясться, что слышал тебя, Аякс! — восклицает Пагсли, закрывая за собой дверь и подходя, чтобы обнять Аякса.       — Привет, дружище! Как раз заканчивал разговор с Юджином. Ну, ты знаешь. — он обнимает его в ответ и, пожав плечами, поворачивается к Юджину, чтобы улыбнуться и подмигнуть ему, пока Пагсли не видит.       — О, да? Как обычно? — Пагсли невинно улыбается им обоим. Если бы он только знал, что у Юджина в штанах. Он бы тут же набросился на него.       Аякс и Юджин переглядываются. Юджин открывает рот, чтобы что-то сказать, но Аякс перебивает его.       — О, ты же знаешь, моя прекрасная личная жизнь... — говорит он, улыбаясь Пагсли. — НУ! Ты только посмотри на время. Мне пора бежать. — он в последний раз обнимает Пагсли, бросает на Юджина многозначительный взгляд и выходит за дверь.       — Бедняга Аякс. Наверное, отстойно, когда у тебя нет личной жизни, — Пагсли говорит это так серьёзно, что Юджину приходится рассмеяться в голос, потому что он знает, что Пагсли говорит это в самом лучшем смысле.       — П-прости... Ха-ха-ха... Тьфу. Как прошло твоё наказание, мистер Проблемы? — он подмигивает Пагсли, произнося это. Он знает, что Пагсли нравится, когда Юджин называет его прозвищами. Юджин собирался весь день подлизываться к нему и выводить его из себя.       — Хм, — отвечает Пагсли с юмором в голосе, — было неплохо, любовь моя. Как ты провёл время наедине, пока тебя не прервал Аякс?       — Было неплохо. Знаешь, без Аякса. Мне кое-что пришло в голову... — Лицо Пагсли озарилось любопытством, пока он ждал, когда Юджин подберёт нужные слова, чтобы закончить свою мысль.       — Я был... Интересно, не хочешь ли ты... Может быть. Знаешь? Сходить куда-нибудь сегодня вечером... Я знаю одно место, которое, думаю, тебе понравится... — Юджин запинался на протяжении всего предложения, он так нервничал, что ему казалось, будто он вот-вот потеряет сознание от внутреннего голоса, который кричал ему, чтобы он заткнулся.       — Ты имеешь в виду... как на свидании??!! — Лицо Пагсли засияло ещё ярче, если такое вообще возможно, он был полон энергии. Настолько, что свет слегка померк. — О, пожалуйста, скажи, что ты имел в виду именно это!! Я бы с удовольствием, mi abeja!! — он так широко улыбнулся и так крепко обнял Юджина, что тот подумал, что тот вот-вот лопнет. От этого Юджин почувствовал себя ещё счастливее.       — Да! Вот что я имею в виду… А теперь, э-э, не мог бы ты меня немного отпустить, чтобы я мог дышать, хех?..       — О! Чёрт! Прости меня, любовь моя! Ты в порядке? — на лице Пагсли читалось лёгкое беспокойство и, в основном, желание извиниться, но при этом он изо всех сил старался не рассмеяться.       — Нет, нет! Я в порядке! Не волнуйся за меня, я в норме, детка! А теперь начинай собираться, потому что я хочу забрать тебя до того, как стемнеет, чтобы мы успели вернуться в общежитие. Я хотел кое о чём тебя спросить, — Юджин точно знал, что делает, когда называл Пагсли малышом. Он знал, что это его заведёт.       — Детка? — Пагсли ухмыльнулся и посмотрел на Юджина. Обычно Юджин отвечал ему таким же взглядом. Но. Он надеялся приберечь его для сегодняшнего вечера, чтобы Пагсли стал более раскованным.       Юджин и Пагсли несколько секунд смотрят друг на друга, а потом Пагсли начинает наклоняться, и Юджину, к сожалению, приходится его останавливать. Он прикладывает указательный палец к губам Пагсли и улыбается, глядя на его растерянное лицо.       — Не сейчас, позже, хорошо? — он шепчет это на ухо Пагсли, почти мурлыча, а затем кричит: — Одевайся! Надень что-нибудь красивое! Хотя ты и так всегда хорошо выглядишь, — он подмигивает, подходит к кровати, хватает одежду и выходит из комнаты, чтобы переодеться. Ему нужно, чтобы Пагсли подумал об этом. В одиночестве.

***

      Наконец они оба уходят, и Юджин в четвёртый раз отказывается говорить Пагсли, куда они направляются, пока ведёт его по лесной тропе. Юджин уже давно не заходил так далеко в лес, но с ним Пагсли, и ему спокойно. — Ну что, ты скажешь мне, куда мы идём?       — Вот увидишь!! Будь терпелива, детка, — он специально добавил «детка», чтобы ещё больше раздразнить Пагсли. Юджин чувствует, как Пагсли сжимает его руку чуть сильнее, чем раньше.       — Ну вот!! Мы на месте! — восклицает Юджин и отпускает руку Пагсли. Место, куда Юджин привёл Пагсли, представляло собой пруд, вода в котором поблёскивала в лучах заходящего солнца, а аромат расслаблял. Вокруг пруда была построена беседка с крышей и забором, в котором было отверстие для прохода. Похоже, она была заброшена как минимум пару лет. Но также похоже, что кто-то часто сюда приходил. В центре стоял небольшой деревянный столик с деревянной скамейкой, на которой лежала тёмно-синяя подушка.       — Вау, — говорит Пагсли с благоговением, — Это прекрасно! — его глаза заблестели от гирлянд, которые были развешаны. Или это были гирлянды? — Это что.. Светлячки?? Как свет! Это так круто, Юджи!! Спасибо, что привел меня сюда.. Я ценю это, chico miel, — добавляет он последнюю фразу с игривой улыбкой и наклоняется, чтобы чмокнуть Юджина в щёку. Не слишком сильно, но и не слишком мало.       Юджин чувствует, как краснеют его щёки, а сердце переполняется от того, каким очаровательным может быть Пагсли. Это почти невыносимо. — Я хотел сделать для тебя что-то особенное! А ещё я хотел кое о чём тебя спросить, пока мы одни и можем расслабиться, — Юджин взял Пагсли за руку и усадил его рядом с собой за стол.       — Что такое, mi amor?       Ладно. Наконец-то настал тот самый момент, и всё, что ему нужно сделать, — это спросить. Самое худшее, что может сказать Пагсли, — это «нет». Верно? Ладно, поехали. — Мы с тобой только целовались, и это совершенно нормально!! Я знаю, что это я не хотел заходить слишком далеко, учитывая, что мы только начали встречаться и всё такое. Мы с тобой встречаемся уже пару месяцев, и я думаю, что... я готов... к... ну, ты понимаешь...       — К чему? — Пагсли прекрасно понимал, что имеет в виду Юджин, но хотел услышать, как тот это скажет. Пагсли посмотрел на него сверху вниз с таким видом, будто собирался съесть его заживо. Он хотел, чтобы Пагсли съел его заживо.       — Чёрт... Я... Я хочу, чтобы мы занялись... Сексом. Я хочу, чтобы это случилось сегодня! Я всё это сделал, чтобы мы могли это сделать, потому что я так сильно тебя люблю и ты мне нужен, Пагсли... Моя похоть поглощает меня... — Юджин заканчивает предложение почти плаксивым тоном, тяжело дыша. Пагсли понимает, что Юджин больше не хочет ждать, и встаёт. Юджин в замешательстве: — Что ты... Ого!       Пагсли хватает Юджина за ноги и переворачивает его, чтобы было удобнее поднять. Сделав это, он укладывает его обратно на стол и начинает страстно целовать. Юджин широко раскрывает глаза от того, насколько агрессивно сейчас ведёт себя Пагсли. Он закрывает глаза и принимает это. Он думает, что для этого он и был создан.       Пагсли раздвигает бёдра Юджина и прижимается к нему членом. Они оба стонут друг другу в рот, и Пагсли немного отстраняется, чтобы посмотреть на Юджина. — Что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал, mi hermoso niño? — шепчет он между их общими вздохами, и Юджин точно знает, чего он хочет от Пагсли.       — Сними рубашку, малыш, — шепчет он в ответ и наблюдает, как Пагсли медленно, но верно снимает рубашку, не сводя глаз с Юджина. Тело Пагсли было идеальным. У него не было рельефного пресса, но было идеальное сочетание жира и мышц. Это сводило Юджина с ума.       — А теперь штаны, — и, конечно же, Пагсли подчиняется Юджину и начинает расстегивать штаны, затем спускает их, и теперь Юджин отчётливо видит эрекцию Пагсли. На его боксерах образовалась выпуклость, а на кончике, где должен быть кончик Пагсли, появилось влажное пятно. Предэякулят просачивался сквозь боксеры. Юджин прикусывает губу, тянется рукой к резинке боксёров Пагсли и начинает стягивать их, но Пагсли хватает его за руку.       — Теперь твоя очередь, mi amor, — говорит Пагсли с такой нежностью и страстью, что Юджин садится прямо и оказывается почти лицом к лицу с Пагсли. Он снимает очки, хватает себя за низ рубашки, задирает её над головой и бросает туда, где лежит рубашка Пагсли. Он расстёгивает брюки и спускает их, не сводя глаз с Пагсли.       Взгляд Пагсли отрывается от Юджина и скользит по его телу до самой эрекции. Пагсли облизывает губы и направляет руку Юджина обратно к резинке его боксеров. Юджин понимает это как сигнал к тому, чтобы стянуть с Пагсли нижнее белье, и ахает от увиденного. Он впервые видит член Пагсли, и у него текут слюнки. Он знал, что у него будет большой стояк, потому что уже чувствовал его, когда они целовались, но не думал, что настолько.       Пагсли стонет от прохладного воздуха, обдувающего его возбуждённый член, и опускает руку к подбородку Юджина, чтобы приподнять его голову. — Mi amor, пожалуйста... Дай мне увидеть твоё прекрасное тело... — он практически умолял его, и Юджину пришлось его выслушать.       Он стягивает с себя боксеры, а Пагсли глубоко выдыхает и медленно прижимает Юджина к столу, снова раздвигает его ноги и наклоняется, чтобы медленно и глубоко поцеловать его. Юджин отвечает на поцелуй и медленно опускает руку к их общей эрекции и обхватывает член Пагсли.       — Ха-а... Блядь... mi príncipe... mi belleza... Пожалуйста... — Пагсли стонет Юджину на ухо и тянется вниз, чтобы схватить член Юджина, отчего тот стонет так же громко, как и Пагсли.       Они оба медленно начинают двигать руками и стонут друг другу в рот. Юджин свободной рукой хватает Пагсли за затылок и притягивает его для жаркого поцелуя. Было много разговоров, и они оба не могли удержаться.       — Чёрт... детка... я сейчас кончу... О боже... — Юджин стонет ещё громче и выгибает спину, но прежде чем он успевает кончить, Пагсли останавливается, и Юджин в замешательстве. — Ч-чего ты остановился?..       — Я хочу кое-что попробовать, — Пагсли целует Юджина в губы, а затем начинает спускаться поцелуями вниз по его телу. К его подбородку, кадыку, ключицам, середине груди. Он останавливается у сосков и слегка посасывает их, отчего Юджин стонет и прижимается к Пагсли бёдрами.       Пагсли облизывает сосок Юджина, затем наклоняется к другому и делает то же самое. Он оставляет засосы и следы от укусов по всему торсу Юджина, прежде чем спуститься к его животу, а затем к лобковой области Юджина и, наконец, целует его прямо над основанием члена и глубоко вдыхает.       — Э-это непристойно, Пагсли... — запинаясь, произносит Юджин. Его трясёт от перевозбуждения и от того, что Пагсли прикасается к нему, а не просто гладит по голове.       Пагсли усмехается и наклоняется к члену Юджина. Он оставляет ещё больше поцелуев, поднимаясь к головке Юджина. — Ч-чёрт... Пагсли... Пожалуйста, — Юджин бормочет что-то бессвязное, но Пагсли умеет только дразнить.       — Что «пожалуйста», mi amor? — мурлычет он, прижимаясь к Юджину. Юджин стонет и бьёт Пагсли по голове.       — Если ты сейчас же что-нибудь не сделаешь.. Я встану и уйду, — угрожает Юджин, и это всё, что нужно Пагсли, чтобы облизать его головку и взять его член так глубоко, как только возможно. Юджин собирался сказать что-то ещё, но его собственные стоны заглушили его слова. Он схватил Пагсли за волосы и толкнулся ему в рот.       Пагсли никогда раньше этого не делал, поэтому Юджин чувствует его зубы, но от этого ему становится только лучше.       — О-о... Чёрт... Детка, я сейчас... Кончу... — Пагсли отстраняется с громким звуком и слышит, как Юджин раздражённо вздыхает, отпуская его волосы. — Почему... Мне правда нужно... Пожалуйста... — теперь уже Юджин умоляет, и Пагсли чувствует, как его член дёргается. Он возвращается к Юджину и прикладывает палец к его губам в ожидании разрешения. Юджин открывает рот, и Пагсли засовывает ему в глотку пальцы, отчего Юджина начинает тошнить.       Для Пагсли это самая соблазнительная поза, которую он когда-либо видел. По лицу Юджина текут слёзы, а его губы, шея и грудь в некоторых местах покрыты синяками и кровоточат от укусов и поцелуев Пагсли. Пагсли считает, что Юджин выглядит лучше всего, когда плачет и умоляет его кончить.       Наконец Пагсли вытаскивает пальцы: — Что мне теперь делать? — он снова обращается к Юджину.       — Пожалуйста… Просто трахни меня уже, Пагс… Детка, я умоляю тебя… Пожалуйста — всё, что может сделать Юджин, — это умолять Пагсли хоть как-то стимулировать его. Пагсли с радостью соглашается, поднимает ноги Юджина и направляет свои влажные пальцы к его дырочке. Он с лёгкостью вводит один палец и медленно, но верно продвигает его дюйм за дюймом. Когда он вводит палец полностью, то ждёт, пока Юджин расслабится и привыкнет к вторжению.       Юджин никогда даже не думал о том, чтобы мастурбировать таким образом, и считает, что это довольно неприятно. Он знает, что у мужчин есть простата и что это должно приносить удовольствие, поэтому позволяет Пагсли продолжать.       В конце концов Пагсли добавляет ещё один. Он опускается к заднице Юджина и плюёт на пальцы, чтобы убедиться, что смазки достаточно. На будущее: нужно брать смазку. Он вводит второй палец и даёт Юджину привыкнуть к нему, а затем ждёт, когда тот даст добро на движение.       — Пагс... Кажется, я готов к тому, чтобы ты их пошевелил... — они смотрят друг другу в глаза, и Пагсли внимательно следит за тем, чтобы не вызвать у него дискомфорт. Юджин кивает ему, и Пагсли медленно вводит и выводит пальцы, двигая ими взад-вперёд, чтобы помочь ему расслабиться ещё больше. Юджин всё ещё не испытывает особого удовольствия, пока Пагсли не двигает пальцами под углом и не задевает его простату.       — А-а-а... Чёрт! — Юджин стонет, а Пагсли ухмыляется и продолжает двигать пальцами в том же месте, ускоряя темп. — О-о-о... О боже... Пагсли! Пожалуйста... Это так приятно... О боже мой! — Юджин чувствует, что вот-вот кончит, а Пагсли чувствует, как Юджин сжимается вокруг него, и вытаскивает пальцы.       — Пока нет, mi amor. Теперь моя очередь. — последнее слово Пагсли шепчет и приближает своё лицо к лицу Юджина, так что они оказываются глаза в глаза.       — Подожди... у меня есть презерватив, — Юджин лезет в карман брюк и достаёт его. Чёрт. Он забыл, что он в упаковке Хеллоу Китти.       — Ой! Как мило! — восклицает Пагсли. — Все презервативы такие? — вопрос такой невинный и в то же время такой глупый. Юджин закатывает глаза и решает, что расскажет Пагсли об этом позже.       — Потом! Просто надень его уже! — Улыбка Пагсли не дрогнула, он взял презерватив и разорвал его зубами. Это было, пожалуй, самое горячее зрелище, которое Юджин видел за эту ночь.       Пагсли достаёт презерватив, и, конечно же, он розовый. От него даже пахнет... Клубникой? Пагсли собирается что-то сказать, и его улыбка становится ещё шире.       — Не надо! — твёрдо заявляет Юджин, и Пагсли закрывает рот и надевает его. Он подходит. Хорошо.       Юджин и Пагсли смотрят друг на друга. Юджин одобрительно кивает, и Пагсли приставляет головку к входу Юджина и медленно входит. И Пагсли, и Юджин стонут от удовольствия. Пагсли уже вошёл наполовину и чувствует, что кончит в любой момент. Он знает, что должен держаться, и хочет доставить Юджину удовольствие. Юджин чувствует себя таким наполненным, как никогда раньше, и это так приятно.       — Пагсли... Пожалуйста, начинай двигаться, я готов... Ты мне нужен, пожалуйста... — Пагсли прижимается лбом ко лбу Юджина и медленно выходит из него. Он снова входит в Юджина, и они оба стонут. Пагсли не сбавляет темп и каждый раз, входя в Юджина, ненадолго задевает его простату, и это сводит Юджина с ума, потому что ему нужно, чтобы Пагсли задевал её. Ему нужно, чтобы Пагсли был в нём ещё глубже. — Быстрее, Пагсли... Быстрее... Чёрт... Ты нужен мне ещё больше, детка, мне это нужно... Пожалуйста, детка...       Пагсли чувствует, что вот-вот сойдёт с ума, и целует Юджина, чтобы тот заткнулся. Он всё быстрее и сильнее двигает бёдрами, издавая громкие непристойные звуки, и они оба громко стонут, сплетаясь языками. Юджин так сильно впивается пальцами в спину Пагсли, что у того идёт кровь, и боже. Это так приятно.       Юджин чувствует, как Пагсли снова и снова задевает его простату, и понимает, что он уже близко. Пагсли чувствует это, отпускает рот Юджина и кусает его за шею, и это становится последней каплей для Юджина. Он кончает прямо на живот и крепко сжимает член Пагсли, отчего тот тоже вскоре кончает.       Наконец все замедляется, и они оба тяжело дышат. Пагсли вдыхает запах пота Юджина и вздрагивает, осознавая, что только что произошло. Они занялись сексом. Сексом!!!! Это было лучшее, что случалось с Пагсли. Он целует Юджина в шею, шепчет ему на ухо нежности и медленно вытаскивает свой обмякший член. Он снимает презерватив, завязывает его и откладывает в сторону, а затем осматривает тело Юджина. Его красивая, золотисто-загорелая кожа блестела от пота в свете луны и гирлянд. Его лицо было влажным, щёки покраснели от высохших слёз, а губы распухли и кровоточили. Он выглядел идеально.       Пагсли наклоняется и целует его в щёку, слизывает высохшие слёзы и берёт очки, чтобы надеть их на Юджина. — Фу… Ты меня только что облизал… — стонет Юджин хриплым и плаксивым голосом.       — Да, — ответил Пагсли с улыбкой, — Ты был солёным, — он рассмеялся, и Юджин тоже не смог удержаться от смеха. Юджин мог думать только о том, как прекрасен был этот вечер, он был так счастлив. Он широко улыбался, глядя, как смеётся Пагсли, и его смех был нежным, как мёд, и сладким, как сахар. Он был доволен.       Сегодняшний вечер был идеальным.