Эпилог

      Ризли казалось, что за последнюю неделю Лейпциг превратился в большую птичью «консерваторию»: разные виды то попеременно, то перекрикивая друг друга надрывали клювы, стоило солнцу хоть чуть-чуть прогреть землю. Больше всего отличились голуби — их было слышно отовсюду.       Снег, оттаивая, капал с ветвей деревьев и кустов, что вот-вот начнут зеленеть. На улицах было мокро и не всегда тепло, зато уже веяло чем-то, от чего хотелось улыбаться.       Это их первая смертная весна. Его и Клоринды.       Клоринда шагала рядом, но по сторонам не смотрела. Наоборот, следила за тем, чтобы не наступить в очередную лужу и не тратить потом время на то, чтобы почистить полусапожки. Ризли, к ее счастью, прекратил попытки специально забрызгать их еще со вчерашнего дня — Клоринде достаточно было строго взглянуть на него всего один раз.       Что-то от Хаоса и Порядка в них определенно осталось.       — После встречи надо будет зайти в магазин, — обозначила Клоринда.       — Как скажете, госпожа Кастельман, — он улыбнулся широко-широко.       От выговора, впрочем, Ризли это не спасло.       — А могли бы и не идти, если бы кое-кто вчера не сжег прихватку, — она посмотрела на Ризли: тот на мгновение перевел взгляд куда-то в сторону.       — Я демон на пенсии, чего ты от меня ожидала, — наконец придумал себе оправдание он.       Клоринда покачала головой и слабо улыбнулась. Нельзя сказать, что за несколько месяцев она и Ризли успели полностью привыкнуть к смертной жизни, но они честно старались. Вспоминали о своих прошлых сущностях редко и исключительно в забавном ключе, чтобы не начать скучать. Каждый день тонули в быте и обязанностях, которые можно было прекрасно игнорировать раньше, но не сейчас. На собственном опыте пришлось выяснить, что ходить по улице без шапки в мороз — значит заболеть; что деньги могут закончиться, а единственный «адский» способ их добыть — работа. Ризли выучил и постиг слово «ответственность» во всех его проявлениях. А у Клоринды долго не получалось нормально спать — в кошмарах преследовало ощущение, что ей дали нового подопечного, а она не может с ним справиться.       Но с наступлением весны дышать и жить стало однозначно легче. И ему, и ей.       — Как думаешь, Совет архангелов уже научился материться? — решил сменить тему Ризли. — Им ведь пришлось отправить по душу Венти уже третьего ангела.       — Зная тех, кто там сидит… Вряд ли, — пожала плечами Клоринда. Ризли взял ее за руку. — Зато Совет архидемонов о нем наверняка нелестно отзывается.       Он усмехнулся, представляя лица его бывших «начальников».       Правда, скоро их разговор вынужденно сделался более приземленным: чем ближе они подходили к месту встречи, тем больше вокруг появлялось прохожих, способных случайно подслушать то, что явно не предназначалось для ушей смертных.       Венти стоял, подпирая стену у входа в бар. Едва заметив Клоринду и Ризли, он подошел к ним и, коротко поприветствовав, озвучил с улыбкой:       — Может, лучше прогуляемся? Погода отличная, а пить я передумал.       Ризли растерянно моргнул. Клоринда улыбнулась краем губ и повернулась к нему. В ее взгляде проскочило ехидство.       — Получается, я выиграла наше… пари.       — Ничего себе… Ты же никогда ни на что не спорила раньше, — открыто удивился Венти, поочередно разглядывая их обоих.       — Все вопросы к нему, — Клоринда кивнула на своего мужа.       Хихикнув, Венти хитро прищурился и обратился к Ризли:       — Признавайся, ты играешь роль демона на ее левом плече? Совсем ее испортил!       Ризли хоть и удалось сдержать нервный смешок, напряжения в его позе прибавилось.       — Хотя… — протянул Венти, — если бы у Клоринды не было ангельского терпения, она бы сдалась раньше.       Та едва заметно нахмурилась. Если первую фразу еще можно было списать на случайность, то совпадение второго намека с правдой настораживало. Не мог же он…       — О чем это ты? — рискнул спросить Ризли.       Венти издал смешок и оттолкнулся от стены дома, выпрямляясь. Вопрос Ризли он явно услышал, но, очевидно, решил проигнорировать. Глубоко вдохнув весенний воздух, Венти посмотрел на своих друзей с хитрой улыбкой.       — Знаете… возьму-ка я вас за основу героев моей новой книги.