Вернутся к фанфику
Глава 1: Реквием по Мотор-Сити
30 сентября 2025, 09:122023-ий год. Форд «Краун Виктория», некогда служивший верой и правдой департаменту полиции какого-то богом забытого городка в Огайо, а ныне числившийся на балансе «весьма частного» агентства, въезжал в Детройт, как катафалк на собственные похороны. За рулем, сохраняя стоическое выражение морды, которое могло бы вызвать зависть у сфинкса, сидел Ник Уайлд. Каждая выбоина на межштатном шоссе отзывалась в его лисьей душе глухим раздражением и желанием немедленно написать жалобу в дорожный департамент, сенат и, возможно, даже в ООН.
«Напомни-ка мне, Морковка, — процедил он, не отрывая взгляда от дороги, где асфальт напоминал кожу больного лепрой, — почему мы не полетели? У меня хвост уже похож на вопросительный знак, а моя вера в американское автомобилестроение тает быстрее, чем снежок в аду».
Джуди Хоппс, сидевшая рядом, сверлила взглядом планшет, на котором карта города напоминала ЭКГ пациента, только что скончавшегося от обширного инфаркта. «Потому что, Николас, наш клиент, мистер Валиант, предпочитает наземный транспорт. Считает его более… приземленным. К тому же, это дает нам возможность, цитирую, "почувствовать нерв города"».
«Нерв города? — фыркнул Ник. — Пока я чувствую только нерв, защемленный в пояснице. А этот наш Валиант случайно не дальтоник? Потому что вокруг сплошной серый. Неужели в его мире всё такое же монохромное, как старый голливудский фильм?»
С заднего сиденья донесся бархатистый смех. Мистер Волк отложил журнал «Форбс» и поправил безупречный воротничок своей рубашки. «Дорогой мой лис, серость — это холст. А мы — художники, которым предстоит нарисовать на нем шедевр правосудия. Или хотя бы что-то вроде приличного скетча». Рядом с ним Диана Фоксингтон, губернатор Калифорнии в недавнем прошлом и виртуоз конспирации в настоящем, лишь элегантно усмехнулась, не отрываясь от своего смартфона, где, судя по всему, она одновременно взламывала три закрытых сервера и выбирала ресторан для ужина.
Город не приближался — он наплывал, как приступ дурноты. Первыми показались не небоскребы, а скелеты заводов, ощерившиеся ржавыми фермами в свинцовое, плачущее небо. Дождь был не просто водой. Он казался смесью слез, машинного масла и вселенской тоски. Капли, лениво сползавшие по лобовому стеклу, оставляли жирные радужные разводы, словно кто-то вылил на небеса цистерну солярки. Ветер, гулявший между заколоченными домами, выл так, будто в каждой пустой оконной раме застряла душа неприкаянного рабочего, уволенного тридцать лет назад. Здесь звездная пыль «Прометея» легла на особенно благодатную почву. Граффити на стенах изображали не просто бандитские теги, а странные созвездия. Из открытого люка на обочине торчала говорящая крыса в каске и что-то требовала насчет улучшения санитарных условий. Ей никто не отвечал.
«Детройт, — произнес Волк с интонацией ценителя, разглядывающего картину Босха. — Город, где Американская Мечта пришла умереть. Здесь даже у призраков есть ипотека».
Они проехали мимо заброшенного автосалона, в витрине которого стоял одинокий, покрытый толстым слоем пыли «Кадиллак». На его капоте сидел ворон размером с индюка и читал вслух стихи Эдгара По, заменяя «nevermore» на что-то нецензурное про местную футбольную команду. Ник даже не удивился. После кометы он видел медведей, играющих на Уолл-стрит, и белок-анархистов, создающих коммуны. Читающий ворон на их фоне был даже милым.
Машина свернула в даунтаун, и тоска сменилась тревогой. Небоскребы, гиганты из стекла и стали, стояли, как надгробия на кладбище амбиций. Некоторые зияли черными провалами выбитых окон, другие были затянуты строительной сеткой, как саваном. Между ними, словно кровь в артериях умирающего, сновали машины и спешили фурри и люди, чьи лица были неотличимы в своей серой озабоченности. Этот город не был мертв. Он был хуже. Он был в коме, и ему снились кошмары из ржавчины и бетона. И где-то в глубине этих кошмаров их и ждала искомая пиццерия.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!